НЕ УРОДУЙ МНЕ ШЕЮ, УРОД!

Альфа-Пак, охая, прогибается под ударами члена. - Даааа, малыш, сделай так еще раз... Богом старается, наращивая темп. Альфа его клана ему неприятен, но это обеспечит поддержку Чимину, самому Богому - и Тэхену, конечно. Ебать дрябловатое тело шестидесятилетнего то еще удовольствие, уж Богом хлебнул. Зато Альфа-Пак - "Зови меня хенним, Бобо" - больше не скрывает своих предпочтений ни от кого. Ни от ненавистной жены, ни от младшего Пака, который при встрече не приветствует родителя и провожает обоих альф ненавидящими взглядами. Богому похуй. Единственно, что от жопы любовника подташнивает, стоит взглянуть, - уж не то, что драть по нескольку раз - как хенним умоляет его, повиливая задом, будто течная омега. - Кто тут моя сучка? - грозно рычит Богом, оттянув кожу на заду любовника и награждая смачным шлепком. - Я, Богоми-я, твоя личная попка, твой жирный козлик... похотливая дырчонка... - Еще кто? - грозно рыкает Бо-бо. Ему скучно. Попец альфы запросто может вогнать в депрессию, если не хуже. - Сучка... твоя... омежья щель... тухлый узелок... Бооже, неужели забылся и так его назвал?.. ё-ё-ё-ё.... - Еще-о-о-оо, хенним... - Влажная булочка... Хорошо не плесневелая... Надо следить, что ляпаешь, когда дрючишь или спускаешь на спину... - Какой у меня распущенный хенним... А сейчас двумя ладошками раздвинул попку и снова приготовил для Бобо свою гадкую щелочку... Руки с когтями разводят ягодицы, обнажая хорошо растянутое отверстие, полное смазки. Альфа-Пак до Богома баловался с собой тайно - боялся афиширования... Теперь не боится, хотя Богом не сильно бы и возражал, поумерь хенним градус эпатажа. Богом вяло надрачивает член, представляя округлую попку Тэхена... Да и тот альфачонок, который изнасиловал Минни, тоже округлостями, помнится, радовал... - Засади хену, Бобо... Сильно. Жестко! Сделай Ынгони бо-бо... Умоляю, малыш... - Зияющий анус кокетливо смотрит на печального Богома, сжимаясь и разжимаясь от нетерпения. Не засматривайся в бездну, ибо когда-нибудь она... Да. Но... работа есть работа, даже если вы в жопе! Альфа выдавливает смазки на пальцы, смазывает всю ладонь - иногда, увлекаясь, хенним требует фистинга - и с размаху засаживает палец в пульсирующую щель. Пользоваться смазкой, что уже в Альфе, не хочется. Бо-бо, если б мог, и перчатки бы одел... Альфа ойкает, по его телу проходит волна. Анус напористо сжимает палец Богома, и тот почти радуется, что в попе не бывает зубов. - А хенним хочет второй палец, а-а-аааа? - игра уже подзаебала. Но нужно... так нужно. Попа дергается в ответ и Альфа-Пак утвердительно стонет, крутя ягодицами. Богом молча засовывает второй палец... Потом третий, когти не вытягивая, не хватало еще крови или расцарапанной простаты... Ему простят, но нахуй-нахуй. - Ох, Богоми... Я полностью готов! - и явно, простата опять набухла и стала ощущаться, да и чувствительна после прошлого раза. Богом со вздохом облегчения натягивает заблаговременно заготовленный гандон, опять смазывает и торопится всунуть в гостеприимное отверстие рабочий жезл удовлетворения. Альфа подается жопой, надеваясь сам, получает шлепок, и секс-машина Богом включает режим порева. Не Тэхен, да. Закрыв глаза, Бо-бо рисует себе в воображении подтянутые ягодицы и аккуратную щелочку, разительно отличающиеся от реальной картины, и начинает стонать, вгоняя член активнее. - Ох, Бо-бо-о-о-оооо, - рушит картину подвывание снизу, но усилием воли Богом концентрируется и убыстряет толчки, даже умудряясь выдавить ох-хениииим в самом конце. Лучше бы омега, честное слово! При всем половом безразличии к омегам. Альфа под Богомом несвеже выдыхает и суетливо дергается в конвульсиях. Кончает, наконец. Третьего раза не будет, Богома спасает звонок. Послав воздушный поцелуй, альфа сваливает за дверь, желая только одного - помыться. Блять, и даже сперма у него козлиная - вонючая! Омежизм двигался по земле упорно, хоть и не быстро, и кое-что уже поменял в умах и душах. Омеги становились чуть смелее, а альфы - не такими наглыми. Теперь абьюзера, беспардонно ворвавшегося в туалет с символом Ωω в поисках быстрого минетика, встречал дикий ор, съемка и пальцы, быстро стучащие по клавиатуре телефонов. Херштег агрессивный альфа - и ты звезда... Изнасилованный - все еще было нередко - звонил в горячую линию и получал поддержку, даже если семья ему ее не оказывала. Движение "Течки - это святое" распространяло пробники недорогих подавителей и спреев линии "Анти/течный", которые омеге предлагалось всегда таскать с собой на непредвиденный случай. Распространяемые аналоги "Анти/течный" для альф, помогающие бороться с инстинктами, особого спроса не имели, так как полностью ломали линию поведения сильного пола. Но вседозволенности-таки прикручивали краники безапелляционно. В Фонд по защите омег поступали анонимные взносы, и никакой альфа не мог быть уверен, что деньги, выделенные его омеге на казино или салоны, не уйдут налево. В Фонд. Жертвуя, омеги чувствовали себя чуть ли не героями и героинями бульварных романов - это становилось модно, сказать: "О, я сочувствую омежистам и даже разделяю их взгляды"! Жизнь двигалась вперед, и первые лозунги "Защитим людей от произвола!" выглядели почти что обычными слоганами зеленых в защиту животных.

***

Альфы опять не пригласили на собрание Альфу-Ким. Но на этот раз нет и Альфы-Мин, и Альфы-Пак. - Кандидатуру на Альфу-Пак нужно просто поставить на переизбрание. - Альфа Хон, негласный лидер правых Альф, морщит нос в негодовании. - Так опозорить звание Альфы! Не мог прятать свои грязные секретики получше, во всех газетах намеков пруд пруди! - И все крутится вокруг омежиста Ким Тэхена, - глубокомысленно вворачивает Альфа-Гым, переглядываясь с Бан Шихеком. - Альфа-Пак - Альфа клана этих Чимина и Богома! Так опуститься... - Этот мальчишка Ким Тэхен распространяет вокруг себя грязь и похоть! - экзальтированный альфа Ли возмущен до глубины души. - Он смеется над заключенными договорами и посягает на власть Альф стай! Недавно один законопослушный альфа забрал сына и ушел в коммуну к Ким Тэхену! Две серьезных брачных договоренности было разрушено. Альфа на звонки родителей не отвечает, с его сыном связи тоже нет. Альфа-Чхве, его бывший омега - ваш широко известный Чхве Минхо! - Но... Насколько мне помнится, если Альфа-Ли упоминает о сыне... Ребенку Чхве Минхо и Ли Тэмина лет двенадцать или чуть больше, - подняв брови в показном возмущении, парирует глава Чхве. - Если вы решили пристроить омегу такого возраста, то как взрослый самец, я понять возмущение вашего Тэмина легко могу! У меня самого две юных омеги подрастают. Альфа-Бан сидит сцепив зубы, стараясь не сорваться, потому единственное, что сейчас говорит в пользу Ким Тэхена - ранний возраст для бракосочетания... И ему совсем не хочется, чтоб здесь узнали, что одна из сторон договора - именно Бан Шихек. - Очень странно, что Альфа-Мин нас не посетил! - пытается перевести стрелки Ли. - Он-то обещал со своей стороны полное воздействие на этого Юнги! И ни новостей, ни самого Альфы-Мин! - Новости есть, - Альфа Кан елейно смотрит добрыми глазками, оглаживая бородку. - Но странные... Ну-ка, СэРо... Его сын-бета, которого он всегда держит при себе, не поднимая глаз, кивает и монотонно произносит: - Сегодня, на территории больничного комплекса Чхонсим произошло чрезвычайное происшествие. Перебиты тяжелобольные и выздоравливающие травматологического отделения. Раны на телах нанесены когтями, эксперты сообщают, что ни о каком звере не стоит и думать - убил альфа. Возможно, бета - для когтей омег удары слабоваты. Камеры выведены из строя, записи стерты до момента появления в больнице отряда бет. После сверки списков и тел, выяснилось, что из своих палат пропали Мин Юнги и Ким Сокжин, проходившие там лечение. Альфа-Мин тоже не отвечает на звонки. - Беты, неужели? - недоверчиво хмыкает Альфа-Бан. Об особенностях Альфы-Мин наслышаны все члены совета. - Мы ничего не можем утверждать, - опять играет глазками Кан. - Но... разве это нам не на руку? Альфа-Ан, что еще в наших силах? - Газетная утка. Не правда ли, Альфа-Чон? - Да-да. Сейчас и газетой, и сподвижником Ким Тэхена, Хосоком занимаются. Вот прямо сейчас... Полагаю, что я-то как раз вас и обрадую... уважаемые.

***

- Ты меня, я так понимаю, теперь никогда не простишь? - Тэхен смотрит на Чонгука внимательно, выжидающе постукивая ручкой по столу. - Ты просто... пахнешь им! - Чонгук даже передергивает плечами - такое отчаяние слышится в его голосе, самому противно. - Тогда я готов уничтожить проект договора, - ровно слышится в ответ. - Когда я тебе его предлагал, никто не думал, что обстоятельства повернутся таким образом. - А ты и рад, да? Ну уж нет! - злобно цедит Чонгук. - От договора, дающего право трахать тебя, я никогда не откажусь. Ты только честно скажи: тебе на меня наплевать? - Честно? Нет, не наплевать. Я Чимина встретил до тебя и отказаться от того, что испытываю, не могу. Да и не стану. Я тебе честно сказал, что истинность - это не про меня, я ее не ощущаю. Возможно, это связано с тем, что я гамма. Возможно... есть еще какие-то причины. Я не отказывался от тебя. И я предлагал вам с Юнги выбор. Но поверь, Чонгук, я действительно гамма. У нас с Чимином была сцепка! Я сам в это не верил... Но делал и видел. - Что ты чувствуешь ко мне? - напряженно спросил Чонгук. - Похожее на то, что к Чимину. Но твой запах я ощущаю, твою боль чувствую острее... И желание игнорировать не могу. Я хочу, чтобы ты понял... Истинность - это то, что продиктовала природа. Но есть чувства. И они сильнее. - А если... И истинность, и чувства? Ты никогда об этом не задумывался, ведь это может присутствовать одновременно... - Чонгук выдавил это, не поднимая глаз. С Тэхеном не получалось давить, Чон понимал, что сможет добиться чего-то, только решив это один на один с Ким Тэхеном... По-хорошему, не задействуя никого со стороны. - Я думаю, что у нас получится это проверить, - улыбнулся гамма. - С Чимином я хочу трахать, а с тобой... Я хочу, чтобы со мной это сделал ты. И гамма недвусмысленно облизнулся. Чон Чонгук расслабленно опустился в кресло, глядя, как ноздри Ким Тэхена начинают раздуваться, втягивая его запах. - Давай так и сделаем, - кивнул альфа и, дождавшись, когда Тэхен расстегнет две пуговки на рубашке, невинно закончил: - Неси проект договора, хочу взглянуть. Тэхен только хрипло засмеялся. - Сейчас принесу... И вышел. Чон Чонгук заскрипел зубами, не чувствуя никакого удовольствия от победы. Что уж тут скрывать - каменно стояло у обоих. И оба это осознавали. Даже если Тэхен опустится на колени и отсосет, он не перестанет быть тем, кто он есть - сыном Альфы-Ким, лидером течения против засилья альф, гаммой, который сам оплодотворит, кого хочешь - хорошо не Чонгука. Слишком великолепен, на беду того, кто является обычным представителем альф, ну, разве что симпатичнее некоторых. Тэхен - тот, кого Гук по-настоящему уважает как личность и свою пару - влип Гук, для самого себя незаметно. Тэ тот, в кого, кажется, по уши. Окончательно и бесповоротно...

***

Им Чан опять думает о Тэ. Не совсем о Тэхене - о его красивой двоюродной сестре, которая неподвижно сидит в углу их общей комнатки, прижав к груди колени. - Прости, - в который раз пытается он пробиться сквозь густую пелену, но Тэхи сидит молча - и даже не смотрит на него. Прошло уже два дня. Тэхи ест и пьет, как робот, ходит за импровизированную занавеску облегчиться. Но как будто в камере больше нет беты по имени Им Чан. Им Чан виноват. Он усугубил состояние Тэхи - согласие она давала только на сворачивание собственной шеи - и теперь будет хуже, он чувствует. До их секса под допингом он был не виноват в ее позоре. Но тогда... Он еще помнит дрожь в коленях, когда делал последние, полные безумного удовольствия, толчки. Хотя насилие было совершено и над ним самим, Им Чан чувствует себя полным ничтожеством. Девушка, которую он должен был бы защитить... Бета вздрагивает от волны возбуждения, и он уже давно не под препаратом. Совершенно другое, чем отверстие Тэтэ, сладкое местечко между ног Тэхи... Предварительно умащенное каким-то маслом, но совсем не повлажневшее от естественной смазки... Тэ его попросту не хотела. Но что делать с бешеной дрожью, воспаленным от желания телом?.. Какое же он, все-таки, животное... не хуже альф-загонщиков. Член дрожит, белье в промежности неприятно повлажнело от стекающей смазки... хочется до боли. Впервые настолько. Им Чан вцепляется когтями в предплечье, прогоняя картину, где он жарко играется языком с соском девушки, вгоняя в нее... Тэхи поднимает на него безразличные глаза, и, кажется, в его взгляде что-то ее пугает. Им Чан заставляет свое тело подняться и отойти в другой угол их небольшой камеры. И отжимания. Желание отшибает напрочь на первой сотне. Сделав еще контрольный полтинник, бета садится в том же углу, стараясь не смотреть на Тэхи. Если бы можно было просто достать и подрочить... И как хорошо, что она человек и не может чувствовать его запах. Ему самому он забивает ноздри и дурманит мысли. Мотнув головой, Им Чан начинает считать. Один-два-три... пятнадцать-шестнадцать... двадцать два... Тэхи опять идет за перегородку. Ей и в голову не приходит, что бета своим звериным нюхом ощущает все... Даже слабый запах мочи, и это его нисколько не отвращает. Дождавшись, когда Тэ выходит и возвращается на свое место, Им Чан быстро скрывается за ширмой. Расстегивая штаны, он знает, что ему даже не придется представлять себе что-то для возбуждения: член стоит колом. Поотжимался, называется!.. озабот. Сцепив зубы, чтоб не вскрикнуть, он сдавливает головку. Пальцы левой руки в кольце привычно занимают свое незамысловатое положение вокруг ствола, язык увлажняет губы. Как хорошо, что их обеспечили хотя бы салфетками и ширмой. И хорошо, что Тэхи человек, любой альфа, бета или омега понял бы... Рука плавно движется по стволу, и перед закрытыми глазами - полнометражные картины проникновения в Тэхи. Только она отвечает. Жарко и раскованно. И настолько чувственно, что Им Чану многого и не надо - сперма брызгает на ладонь, мешаясь со слабым запахом тела девушки, и бета, воровато оглядываясь, стирает ее салфетками. Обмыться бы... Но с гигиеной тела тут похуже. ...Притащившая их ежедневный коробок с едой полчаса спустя, рыхловатая омега втягивает носом воздух и похотливо подмигивает. Непонятно для Тэхи, она показывает Им Чану знак виктори и сообщает: - Мы будем держать за тебя кулачки, парень!

***

... Лу Хань плакал, впервые за много лет. Полное предательство. Выбрать другого омегу вместо него? Это оказалось так просто. - Ты должен привести ко мне этого мальчика, которого прячет в коммуне Ли Тэмин. Оглуши и вытащи из лагеря, или наоборот - главное, вытащи. Этот омега мой, мне его обещали! И можешь приводить в действие план похищения. - Но Чонгук вернулся, будет сложно - он таскается за Тэхеном как привязанный. - Его постараются отвлечь. Займись омежками, Лу. Ты же не хочешь, чтобы папочка рассердился на тебя? - Я понял, папочка. Лу Хань нажимает отбой. Омежка? Он что, сам себе должен будет выкрасть будущего отчима, серьезно? Отец, значит, получит и Тэхена, и мужа - как только этот сопляк из стаи Ли немного подрастет... еще и репутацию влиятельного альфы в совете. А этот Донгю... Лу по опыту знал, что родитель взросления ждать не станет, мальчишка сразу попадет под Альфу-Бан. ...Минуточку. А что получит лично Бан Лу Хань? После того, как он смирился с тем, что отец его... У них появилась общая тайна, и Лу был убежден в болезненной, неправильной... но такой постоянной любви отца. А теперь новый омега, новые чувства?.. ...Новые дети? - Лу Хань будет очень непослушным мальчиком, папочка, - прошептал омега, злобно вытирая ладонью слезы. - Лу Хань хочет сделать больно. Всем! Очень-очень больно.