Глава XXI
18 июля 2019 г., 21:06
Пэнси сидела в гостиной Слизерина и читала учебник по трансфигурации. Сначала она думала, что сможет не обращать внимания на нескольких громко переговаривающихся учеников, но через полчаса вообще потеряла надежду на то, что сможет сосредоточиться. Рядом с ней сидели Драко и Забини, те громко обсуждали Снейпа. Да, ему сейчас действительно тяжело, это понимал каждый ученик Хогвартса, ведь на его плечи легли целых два предмета, а ведь у каждого ученика ещё нужно проверить домашнее задание по ним.
Она отрешённым взглядом посмотрела на каждого человека в гостиной. Многие из них — её сокурсники, почти все — будущие Пожиратели. Почти у каждого в этой комнате родители были слугами Тёмного Лорда. Она устала от стереотипов о том, что весь Слизерин ходит под крылом Волдеморта. Да, некоторые из них были настоящими ублюдками, но ведь и на Гриффиндоре были такие. Просто на львином факультете есть ещё и Святой Поттер, который нивелирует любые проколы своего факультета. Пэнси давно заметила, что Дамблдор куда сильнее любит именно Гриффиндор, хотя сам говорил, что нельзя выделить хороший или плохой факультет.
Некоторые откровенно восхищались политикой Волдеморта. Пэнси такого вдохновения не разделяла. Она не хотела войны, но и не могла выбрать сторону, ведь и светлые, и тёмные хотят побоища. Но отличие их в том, что светлые делают вид, что хотят мирного решения проблемы, а сами готовят армию и тренируют бойцов. Все они знают, что война вполне реальна, но Паркинсон не видела, чтобы кто-то, кроме неё и Драко, боялся этого. Все они раздражали и вызывали у неё отвращение, но она старалась этого не показывать.
Пэнси очень боялась. Её брат Адам, который был старше неё на три года, уже принял метку. Она следующая. Именно из-за этого в последние месяцы пятого курса панические атаки заметно участились. Если бы не Грейнджер, то всё было бы куда хуже. Можно сказать, что гриффиндорка стала её личным спасением.
Через пару минут будет отбой, но Паркинсон ложиться не собирается. Они договорились с Гермионой пойти в запретную секцию библиотеки. Она не объяснила, что именно ей там нужно, но Пэнси была уверена, что она сможет всё узнать.
Слизеринка с нетерпением ждала этого момента. Через час после отбоя. По факту, времени оставалось мало, но для неё этот час длился вечность. Время течёт куда медленнее, когда чего-то ждёшь. Вот пробил колокол, все медленно разошлись по комнатам. Своей подруге-соседке она сказала, что хочет немного прогуляться, и та её не ждала. Скоро она встретится с Гермионой, чему была искренне рада.
Грейнджер ждала подругу около входа в библиотеку. Сегодня по школе дежурит Филч, но Гермиона попросила у Гарри карту мародёров. Она развернула свиток, прошептала нужное заклинание и сразу заметила точку с именем Паркинсон, которая тихо двигалась в её сторону. Карту она ей показывать не собирается — Гарри бы этого не хотел. Хотя, сейчас она собирается сделать то, чего он не захотел бы даже под дулом пистолета.
Они молча улыбнулись друг другу и аккуратно открыли двери в библиотеку. Их почти никогда не закрывали, хотя причины Гермиона не знала. Однажды Гарри даже пошутил, что это задумка Дамблдора, который знает о их ночных похождениях, чтобы им в этом не мешать. Раньше было смешно, а вот сейчас уже как-то не очень.
— Что ищем-то?
— Пообещай, что дашь мне Непреложный Обет, ибо тема очень серьёзная, а разрешения на её разглашение я не спросила.
— На тебя не похоже, но я согласна, — нужный ритуал они провели быстро.
— Нам нужна абсолютно любая информация о крестражах, которую только можно найти. Это древняя тёмная магия, а потому я не уверена, что хоть что-то будет в библиотеке Хогвартса, но попытаться стоит.
— А что это вообще такое?
— Волшебник делит свою душу на части, а эти осколки потом существуют в каких-либо предметах или даже живых существах.
— Чего-то ты недоговариваешь. Обет я уже дала, можешь не бояться того, что я проговорюсь кому-то. Говори всё.
— Я тоже дала обет, а потому это всё, что я могу рассказать, прости.
— Ну, хорошо, пошли.
Запретная секция была отделена стеклянной стеной с дверью. Замок открылся обычной Алохоморой, ведь главной защитой был не он, а библиотекарь, которая будто видела всё и со всех сторон. Фред и Джордж шутили, что у неё на голове тоже есть второе лицо, как у Квиррелла.
Пэнси давно говорила, что выучила какое-то заклинание, которое упрощает поиск нужной литературы. Гермиона действительно не спросила разрешение на разглашение тайны, но ведь Паркинсон не знает, про кого именно она говорит. Да, Гарри — самый очевидный ответ, но ведь почти все гриффиндорцы самоотверженные и готовы к подвигам. Личность никак не влияет на качество поиска.
Они аккуратно прошли вглубь, но тут Гермиона заметила слабый свет в углу одной из секций. От испуга она вскрикнула, свет стал ярче и ближе. Девочки уже хотели убежать, но тут Гермиону окликнул знакомый мужской голос с лёгким акцентом. К ним подходил Виктор Крам. Гермиона улыбнулась и сделала шаг навстречу.
— Вы что тут делаете? Ученикам нельзя в такое время выходить из своих гостиных, — Гермионе на секунду показалось, что Крам начал вести себя как самый настоящий учитель. Вот только ей этого ещё не хватает.
— А ты? — лучшая защита — нападение.
— Стыдно признаться, но я учу английский. Будет неудобно, если я не смогу объяснить ученикам принцип тренировок или ещё что. Так я ещё раз повторю: что вы тут делаете?
— Тоже учимся. Собирались прочитать несколько книг для эссе по ЗоТИ. Я так часто делаю, ищу информацию в запретной секции, преподаватели ценят такое стремление, а вот о процессе получения этих знаний они не интересуются.
— Думаешь, с профессором Снейпом это получится? Мне кажется, он каждую страниц учебника наизусть знает, — усмехнулся Виктор.
— Может быть, но держи за меня кулачки, чтобы не догадался, — Гермиона лучезарно улыбнулась.
— Я пока пойду книги искать, — Пэнси быстро ретировалась, даже не дождавшись одобрительного кивка Гермионы. Крам махом руки предложил ей сесть на диван в самом углу. Над их головой висел шар мягкого тёплого света, благодаря которому отлично было видно текст.
— Она же слизеринка… — они почти соприкасались бёдрами, но Гермиона отчётливо чувствовала жар от тела болгарина.
— Ну, так вышло. Она оказалась хорошим человеком и чутким другом. Они оба говорили очень тихо, почти шептали, чтобы нечаянно не привлечь Филча или его кошку.
— Если тебе с ней комфортно, то ничего плохого я в ней не вижу. Как учёба-то? — девушка не ожидала от него такого понимания. Он уже наслышан о враждебном отношении двух факультетов, но, как видно, не придавал этому значения.
— Вроде хорошо, вот только у всей школы оценки по зельеварению и ЗоТИ стали заметно хуже. Профессор Снейп становится всё критичнее и критичнее. Он, конечно, устаёт, но никто не знает, когда он придёт в норму, и как ему помочь, — это было правдой. Не только Гермиона это заметила. Она обратила внимание, что у профессора появились круги под глазами, кожа болезненно побледнела, а характер становился всё жёстче и жёстче. Грейнджер переживала за него, ведь он был её учителем и, что самое важное, человеком. Самым обычным человеком, который просто устал. Она не понимала, почему Дамблдор позволил себе такое. Неужели от одной недели пропущенных уроков ЗоТИ ученики не смогут наверстать материал? Ей казалось, будто Дамблдор специально назначил его на две должности.
— Должен же прийти новый профессор зельеварения. Значит, тогда он и станет спокойнее.
— Я на это надеюсь. А у тебя что нового? — ей не хотелось зацикливаться на плохом.
— Профессор Дамблдор предложил мне вести физкультуру у старших курсов. Я посмотрю физическую подготовку у всего седьмого курса, а заодно и вашим парням помогу. Тренировки у меня всяко сложнее, чем у мадам Хук.
— А почему только парням?
— Сомневаюсь, что тебе так нужны полёты на метле.
— Скорее всего, не нужны. Кстати, по учебникам ведь всё не выучишь, тем более, тебе нужно часто общаться с носителем языка, который сможет ответить на любой твой вопрос.
— Ты это на себя намекаешь? — Крам тихо засмеялся.
— Ага, — весело улыбнулась. Крам положил руку на спинку кресла за спиной девушки. Та это заметила, но ничего делать не стала.
— Я согласен. Уверен, ты прекрасный учитель, — Виктор театрально закатил глаза.
— Приму за комплимент, — Гермиона слегка покраснела и улыбнулась. — У тебя же вроде была своя команда по квиддичу. Зачем ты собираешь новую?
— Мы работали вместе по договору, дружили, общались, но по окончанию срока они либо получили приглашения в другие команды, либо вообще решили уйти из спорта.
— Это как-то…неправильно, уходить сразу в другую команду.
— Нет, Гермиона, это нормально. Человек заранее создаёт себе пути отступления или обустраивает будущее. Просто пока ты в школе, то привыкаешь к расписанному по часам образу жизни, размеренному темпу, а уже после школы тебе приходиться думать о будущем на целые года вперёд.
— Ну, я бы не сказала, что у меня размеренная жизнь.
— Точно, зато скучно не бывает, — они оба засмеялись. Гермиона никогда не думала, что сможет смеяться над фактом того, что почти вся её школьная жизнь уходит на борьбу с Тёмным Лордом. Оказалось, можно.
— Ты когда отборочные начнёшь?
— С завтрашнего дня, с понедельника.
— Будешь теперь как Снейп — усталый и злой.
— Я ещё слишком молод для этого. Так, что ты думаешь про то, что я, возможно, стану, фактически, твоим учителем?
— Многие парни будут тебя беспрекословно слушаться. Лично мне вообще не важно, кто учитель, если он достаточно компетентен и может нормально объяснить материал и применить на практике для наглядного примера. А так мне кажется, что ты должен согласиться. Если отборочные раз в одну или две недели, то что ты будешь делать всё остальное время?
— Ну, да, верно. Ладно, спасибо за совет, за помощь и за беседу, мне уже пора. Тебе бы я тоже советовал идти спать. Доброй ночи, — Крам приобнял её за плечи.
— И тебе, — улыбнулась Гермиона.
Грейнджер направилась вглубь библиотеки, где работала Пэнси. Они разговаривали от силы минут пять, но ей всё равно было стыдно, что она вот так оставила Паркинсон одну. Да, девушка сама пошла к книжным полкам, но не могла же она остаться при их разговоре.
Гермиона всегда расценивала Виктора как друга и даже сейчас её мнение не поменялось. Просто раньше они только переписывались, а сейчас говорили вживую, но больше ничего не изменилось. Она была рада, что их отношения не испортились из-за отсутствия живого разговора. Гермиона знала, что такое часто бывает.
Паркинсон сидела на таком же диванчике, а рядом с ней была целая кипа разнообразных фолиантов.
— И как продвигаются поиски?
— Это все книги, где было упомянуто слово «крестраж», а дальше только вручную. Начнём? — Пэнси наиграно азартно улыбнулась. Гермиону даже порадовало, что слизеринка с юмором относится к тому, что она тратит время не на сон, а на поиски чего-то невнятного в запретной секции библиотеки.
Они по очереди открывали каждую книгу и искали статью, параграф или абзац, в котором упоминаются крестражи. Вот так и вышло. Они только упоминались, было написано определение понятия и всё. Информации больше никакой не было. Гермиона от разочарования и усталости с силой бросила книгу на каменный пол. Глухой удар разнёсся эхом по библиотеке, разрушая густую тишину. Пэнси судорожно шикнула на неё, в панике хватая за руку. Они несколько секунд смотрели друг другу в глаза и вместе засмеялись, прикрывая рот рукой и стараясь не издавать звуков.
Через полчаса они закончили листать последние книги, отлевитировали их обратно на полку и откинулись на спинки кресла, соприкасаясь головами. Теперь они могли идти в свои спальни, но тут Гермиона кое-что вспомнила. Она поднялась с кресла, рукой прося Пэнси оставаться на месте.
Она призвала переводчик с латинского. Она была уверена, что Гарри сам так и не соберётся посмотреть перевод. Девушка была убеждена, что правильно запомнила название кольца. Amica Mea.
Она судорожно пролистала несколько страниц, глазами пробегая по столбикам слов. Она нашла нужные, но перечитала ещё раз пять, потому что не могла поверить. Она обязана показать это Гарри утром, главное — увести его подальше от толпы и контролировать. Она искренне надеялась, что всё будет хорошо.
Гермиона забрала книгу с собой, жестом попросила Пэнси подняться, и они аккуратно пошли к выходу.
Девушка сомневалась, что сможет нормально уснуть. Ей показалось, что Пэнси немного приревновала её к Виктору. Грейнджер знала, что Паркинсон очень холодно общается с незнакомыми ей людьми, но с ним она будто стала агрессивней. Гермиона заметила, как девушка напряглась, когда Крам с ними заговорил. Она надеется, что Паркинсон поймёт, что Крам ей просто друг, как и она сама.
