Лишь ради тебя я дважды погибну

      Темно. Тяжёлые веки не хотят подниматься, а в голове вместо мыслей клубок ниток, спутавшийся окончательно. Она немного побаливает, а сил совсем нет. Снова белый потолок, а впрочем, ничего удивительного. — Ты здесь бываешь чаще, чем в своей комнате, — очень знакомый голос заставляет окончательно прийти в себя и легонько привстать на локтях, чтобы рассмотреть незваного гостя. — И это только за три дня. — Что ты здесь делаешь? — Муромов спокойно расположился в белом кресле напротив кровати, где, судя по всему, сидел уже давно. Варя вопросительно на него взглянула в ожидании ответа. — Скучно было одному, — выдыхает он и состраивает мину, мол, а что, законом не запрещено. Парень протирает уставшие глаза и отворачивает голову к окну, задумчиво за чём-то наблюдая. — Ты меня не обманешь, — Варя снова падает головой на мягкую подушку и смотрит в потолок, где не находит ни единой трещинки, вспоминая, что они сами школу и восстанавливали. — Твоё испытание тоже было не истинным предназначением?       Илья молчит, словно не услышал вопроса. Даже глазом не повёл, а только сжал кулак одной руки. Ему потребовалось около минуты, чтобы решить, после чего он сдался. Взглянул на Ветрову и слегка прикрыл, и без того, уставшие глаза. — Да, — Варя и не думала, что он так просто ответит ей, отчего ухмыльнулась и снова посмотрела на парня. — это был страх, — её неожиданная радость резко улетучилась, когда та поняла о чем речь, вспоминая отрывками Ее испытание. — У Хаоса не может быть иначе…       Она понимала, почему он тут и почему так растерян, хоть и не подаёт вида. Ей самой было не страшно только потому, что сразу отключилась. А Илья… Он должен был все обдумать со своими страхами наедине. После такого сложного испытания можно было и сойти с ума, утонув в своих кошмарах. — Ты был здесь… — короткая пауза заставляет обратить на себя внимание, из-за чего Илья вскидывает бровь в ожидании продолжения. — …всю ночь? — А что? — он ухмыляется. Варя уверена в этом, ведь даже в темноте можно было рассмотреть еле заметные очертания полуулыбки. — Это имеет какое-то значение? — Копался в моей голове? — Ветрова не помнит, чтобы ей что-то снилось, а когда человек спит телепаты видят только его сновидения. Так что врятли бы он что-то увидел. — Ты же знаешь, что это невозможно, — выдыхает он, окончательно закрыв глаза. — потому что разница в силах и ты… — Я не доверяю тебе, — Варя отводит взгляд и, закусив губу, замечает интересную деталь. Дверь плотно закрыта на шпингалет изнутри. Впрочем, может захлопнулась. — Да, я помню. — Кстати, зря ты так, — он хрипло смеётся, а она не понимает, что за повод для радости. — Я неплохой союзник. — Союзник в чем? — Варя вскидывает бровь и пробегается взглядом по его силуэту, еле различимому в потёмках. — В этом школьном д… не пойми чем? — она закатывает глаза и ещё раз убеждается, что её прямолинейность к добру не приведёт, ведь сказанная фраза долго будет крутиться в её мыслях: — Знаешь, обычно все, кто так говорят, становятся предателями… — Ты не знаешь меня, — почти отрезает он, показав рукой, мол, хватит. — Больно надо, — фыркает девушка и садится на кровать в позу лотоса. Наступает неловкое молчание, а напряжение в палате нарастает. Мысль о том, что разговаривать с человеком о чём-то, не зная на чьей он стороне, совсем не даёт ей покоя. — Ты не давал узнать тебя получше, — моментально вырывается из её уст, после чего та жалеет о сказанном. Возможно, что он поймёт её неправильно. Но Илья остаётся, по её мнению спокоен. Только вот, дальше разговаривать он не собирался. Немного разочарованно выдохнув, парень с раздражением произносит: — Тогда и не надо лезть, — он встаёт с кресла, подходит к двери и, напоследок добавив, выходит из палаты, даже не закрыв дверь: — А уж тем более делать такие выводы…       Ясно, как день, что он был расстроен таким положением событий. Только вот, кто виноват, что Муромов такой скрытный и подозрительный. Кто ему поверит? Откровенные разговоры про страхи не помогут убедиться, что тот не опасен. Но самое главное остаётся неизменным. На чьей он стороне?

А вот и рассвет…

***

      Через два часа Варя пришла в свою комнату, где, к её великому счастью, Ильи не оказалось. Выдерживать на себе его осуждающий или обиженный взгляд она не собиралась, да и сил на это не было. Дружить, пока он не завоюет её доверие, она также была не готова, только вот, и ругаться тоже.       Сложив необходимые книжки в сумку, она ещё раз взглянула на себя в зеркало. Вид Вари был, так сказать, не очень, особенно глаза. Очень уставшие, красные и опухшие. Если бы кто предупредил, что после таких испытаний ей придётся так страдать, ни за что бы не пошла. Впрочем, ради защиты не только других, но и самой себя, придётся пожертвовать красотой на пару дней.       Где-то в «бездонной» сумке с вещами она отыскала коробочку с очками, где были липовые стекляшки, вместо линз. Видела та прекрасно, но зато они скроют мелкие, и не очень, изъяны.       Что-то в ней окончательно перемкнуло и Варя сделала себе высокий конский хвост и, проведя по пухлым губам вишневым блеском, осталась довольна. — Путешествие в другую реальность меняет людей, — неожиданный гость, чей голос послышался со стороны двери, заставил Ветрову вздрогнуть и резко обернуться. — Хорошо выглядишь. — Арт, — улыбнулась она. — Ты меня напугал! — Думала Маркус? — усмехнулся Фарт и прислонился к дверному проему. Он внимательно осмотрел комнату, заметил пару вещичек не предназначенных для его глаз, которые Варя, по своей глупости, не успела убрать, и присвистнул. — Тааак, — протянула она, начиная выпихивать его из комнаты. Ветрова резко закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, пока Артём загадочно улыбался. — Скажи мне, что ты вообще здесь делаешь?       Мещеряков, наконец, успокоился и, пожав плечами ответил: — Кира послала узнать, все ли у тебя в порядке, так как Муромов сегодня какой-то мрачный, — пояснил он, поправив Фартовский пиджак, и отвёл взгляд в сторону. — Причём здесь вообще мое здоровье и Муромов, — нахмурилась Варя, громко цокнув. — Да кто он вообще такой? — Вы с ним в одной комнате живете, — Арт состроил выражение лица, а-ля «такие отговорки не прокатят», и странно на неё покосился. — Не суть, а где сама Кира? — Варя плавно перевела тему, а Мещеряков не стал навязываться, докапываясь с расспросами. — Они с Аленкой пытаются вспомнить, что там с оружием Погореловой… — Вспомнить? — удивилась Ветрова, подметив, что она прекрасно помнит своё испытание, слово и образ оружия. — Такое часто бывает, если боишься чего-то с детства, — Арт и Варя уже подходили к столовой, где и должны были встретиться с остальными. — Не мог бы ты рассказать поподробнее, — Варвара серьёзно задумалась над этим вопросом и хотела узнать немного больше, чтобы помочь Аленке, если ей это под силу. — О нет, я не ходячая энциклопедия, — Мещеряков отрицательно помотал головой и поднял руки вверх, словно сдается. — Это тебе к Машке надо, она расскажет… — А ты… помнишь? — неожиданно, даже для себя, спросила Варя, внимательно взглянув на Арта в ожидании ответа. — Своё испытание? — он отвёл взгляд и над чём-то задумался. Парень немного помрачнел и согласно кивнул. — Да, помню. Не самое лучшее, что со мной было… — Тоже страх? — любопытство не одна из вредных привычек Вари, но когда ты встречаешься со столь неизвестным, то это единственный способ не оплошать или разобраться, что вообще происходит. — А ты как думаешь? — Мещеряков усмехнулся, на секунду ей даже показалось, что печально, и пожал плечами. — Я же маг Хаоса… — Прости, что расспрашиваю, — после ужасного любопытства наступает момент искреннего смущения. Так и живём. Сначала спрашиваем или говорим, а потом сожалеем. — Да ничего, все нормально, Арт рассмеялся, считая это всего лишь глупостями, и, подойдя к двустворчатым дверям, ведущим в столовую, открыл их, сначала приглашая девушку войти.       Так как было ещё слегка рановато, то людей было немного. Они только начинали собираться, все ещё засыпая на ходу. И только две девушки, сидящие за одним столиком седьмого курса возле окна, о чём-то напряжённо задумались. — Доброе утро, как успехи? — их размышления прервала Варя, присаживаясь рядом. Кира немного вздрогнула от неожиданности, но увидев сестру, тут же улыбнулась и приложила указательный палец к губам, мол, тихо. — Ой, да ладно вам, мне все равно на ум ничего не лезет! — наконец, без какого-либо энтузиазма пробубнила Аленка. До этого момента она сидела с закрытыми глазами, приложив указательные пальцы обеих рук к вискам, будто ей это чём-то поможет. — Хорошо, что все в порядке… — Кира стукнулась кулачками с Варей и Артом, а после задала вопрос, который мог бы им очень сильно помочь: — Может ты знаешь, что с этим делать? — Ох, поверь, но я не в курсе, — конечно же, Варя совсем не понимала, как это все вообще работает, так как впервые видела такой способ использования магии, а точнее её отсутствия. В школе, в которой они учились до этого, такое не практикуют. — Может надо у Фила спросить? — Нет, — отрицательно замотал головой Арт, немного влипая во всеобщие размышления. — Он не поможет, у него совсем другой случай… — А вот это уже интереснее. Почему Фил владел оружием до того, как этот предмет появился в школе? А Марк? Но если у второго такое же, как и у ребят, то почему у Черных Снежка? И никто не может этого рассказать, хотя все знают. — И что мы тогда можем? — Кире уже просто не терпелось разгадать эту маленькую, но загадку. А для самой Аленки она была совсем не маленькой. Чтобы получить своё оружие ей потребовалось перебороть свой страх, а сейчас она забыла это. Неужели придётся снова? — Надо сходить к Дартам, они точно должны знать, — предложил Арт и все дружненько согласились, не придумав ничего другого.

***

      В Элементалии было всего три Дарта, с которыми ребята были знакомы. Первые — это Фил и Снежка. Но так как те не смогут им помочь, оставался лишь один вариант, устраивавший не всех. Маркус. — Кира? — Варя немного переживала за сестру, но та заверяла, что все нормально и убивать Моргарта она не собирается. — Это долгая история, но все окей, веришь? — она показала характерный этой фразе жест и заявила, что может быть потом как-нибудь расскажет. — Хорошо то, что хорошо кончается… — Ветрова-младшая пошла вперёд, так что у Вари было время шепнуть пару фраз человеку, который недолюбливает Маркуса так же, как и она. — Арт, по-моему она что-то не договаривает. Такая ненависть может и появилась из-за его проклятия, но она не может быть такой спокойной, — он не ответил, а лишь согласно кивнул, тоже так думая.       Найти Марка было не так сложно. Недалеко от корпуса Дарворта находилось озеро, где ученики стихии воды, которая являлась основной в этом факультете, тренировались, применяя свои основные способности. А Моргарт как раз и был там, словно поджидая их. — Кто это к нам пожаловал? — он разговаривал с ещё парочкой Дартов, которые ушли, когда он махнул рукой в сторону общежитий. Его взгляд однозначно пал на Киру, но та держала себя в руках. — Мы с миром Маркус… — было начала Варя, но тот её перебил. — Ещё б вы с войной пришли! Здесь бы и полегли, — как оказалось, он явно был не в настроении. Непоседливой Аленке не терпелось поговорить с ним и, если он что-то знает, выведать важную информацию. Она вышла вперёд, легонько отталкивая Варю назад, ближе к остальным, давая понять, что она сама разберётся: — Я прошла испытание, но я не… я не… — признавать это было странно, а особенно стоя так близко к не самому лучшему ученику академии. — Ты не помнишь, — тот хрипло посмеялся, а затем хитро улыбаясь протянул: — Возможно, если ты пройдёшь мое испытание, то я тебе расскажу…       Он махнул рукой, а позади Аленки появилось темное облако непонятного происхождения. Она ничего не успела сделать, когда оно окутало её и со словами Моргарта: — Пора искупаться, — толкнуло в воду.       Все замерли. Никто не ожидал такого поворота событий. Варя хотела воспользоваться своим оружием, ведь она все помнит, Но у неё ничего не вышло. Слово, которое она произнесла не сработало, а Арт кинулся ближе к воде, где уже пропала из вида Погорелова. — Озеро очень глубокое! — крикнул он, но почему-то не прыгнул за ней, в попытках спасти. — Она не умеет плавать! — Ее надо спасать! — кричала Кира, но к воде не подошла, скорее всего из-за Моргарта, стоявшего неподалёку. Почему-то она боялась его. Её подруга тонет, а она ничего не может сделать. — Фартам нельзя лезть в воду! — воскликнул Артём, судорожно бегая взглядом по зеркальной поверхности, пытаясь отыскать Аленку. — Что ты наделал?! — Кира собрала в своих руках сгустки электричества, но одним лишь взглядом Маркус заставил её не делать глупостей. — Я ненавижу тебя! — и последнее, что она крикнула было имя подруги: — Аленка!

***

      Вода. Такая холодная. Она полностью окутывает тебя, заливаясь в уши, глаза, лёгкие. Голос, который зовёт, все тише и тише. Он глухой, а она не слышит. Солнце, такое горящее и яркое солнце. Оно уже далеко. Его постепенно закрывает мутное голубое полотно, заставляющее закрыть глаза, в попытках забыться.       Она тонет и боится этого, но ничего не может сделать. Её никто не спасёт, а она и не надеется. Страх поглощает, словно заставляет застыть и просто постепенно погружаться на песчаное дно. А память возвращается, только вот, по-моему, уже поздно. Однозначно и безвозвратно. — Твой страх, с которым ты будешь бороться всю свою жизнь — это Вода. Оружие — Бумеранг. А слово — Рурсус, что означает — обратно…       Ещё совсем маленькой девочкой она узнала, что вода может быть страшнее огня, чуть не утонув в глубоком, глубоком море. А сейчас страх снова возвращает её обратно, заставляя переживать этот день с каждым разом все снова и снова. Она будет бегать от него всю свою жизнь, а тот будет возвращаться бумерангом. Не в силах сопротивляться, она опять будет тонуть в отчаянии и безысходности.