Один плед на двоих

Опомнившись от раздумий, Рич все же нашел в себе силы подняться по ступеням крыльца и нажать красную кнопку звонка. По ту сторону двери Тозиер услышал шаги быстро перебирающего ногами человека. Он понял, что Эдди дома один, раз хотел, чтобы его навестил Тозиер. Каспбраку не терпелось увидеть Ричи и броситься в его объятия, ведь они не прикасались друг к другу ещё с момента просмотра того самого злосчастного фильма. От прикосновений оба мальчика чувствовали дрожь, бегающую по коже, оставляющую за собой мурашки. Наконец Рич услышал пощелкивания в замке́ тяжёлой железной двери, окрашенной в черный цвет. Эдди открыл дверь дрожащей рукой, поднял голову на Тозиера, но не спешил заглядывать ему в глаза, будто украдкой скрывал что-то от друга. Но… Скрывать ему было совершенно нечего. Он был «чист» совестью, так сказать. — Ричи… Я так тебя ждал… — Э… Эдси.. Позволь войти, нам нужно поговорить, да и... — Да, конечно, заходи скорее, холодно… — Я слишком соскучился по тебе, чтобы стоять на пороге, смотреть на твои глаза, полные слез и слушать дрожь в твоём голосе. На этих словах Ричи чуть наклонился, протянул свою руку к щеке Каспбрака и вытер слезу с его правого глаза, только-только начинающую свой путь по его щеке, оставляя след — мокрую блестящую дорожку. — Не плачь... Не плачь пожалуйста.. Я… Не могу смотреть на тебя, когда ты плачешь. Слишком привык к улыбке, сияющей на твоём лице. Эдс поначалу даже удивился. Ричи никогда не был так красноречив. Что это его так пробило? Но это были лишь мимолётные мысли. Сейчас он думал только о предстоящем разговоре. Тозиер тихонько снял обувь и куртку. Подойдя ближе к Эдди, он протянул ему тот бумажный пакет ещё с неостывшим круассаном. Тот настолько сильно погрузился в раздумья, что не сразу уловил этот манящий запах. — Ты… Ты что… Для меня… — Да, Эд. Я... Я думал, как загладить свою вину, и… — Стоп. Какую ещё вину? Если ты про Стена… — Я струсил.. Струсил и убежал, как девчонка. Я даже разбираться не стал — кто виноват, кто прав. Просто убежал от проблем. Я все это время думал о тебе. Я скучал по тебе, Эдси. — Рич, я… Я правда не сержусь на тебя. Ты ни в чем не виноват. Я поступил бы точно так же, если… Ладно, не важно. Последние слова, видимо, дались Каспбраку с трудом. Ричи вновь услышал ту пугающую дрожь в голосе Эдди. — Я тут принес тебе покушать. Ты такой не самостоятельный у меня. Эдс наигранно уставил руки в боки и саркастично усмехнулся, мол: «Дя» Тозиер улыбнулся, пристально смотря на мальчика, запустил руку ему в волосы, а затем резким движением руки притянул его ближе к себе за талию. Каспбрак даже не оказывал сопротивление. Ему нравилось. Оставив волосы Эдди в покое, Рич наклонившись, протянув руки к его лицу провел пальцами правой руки сначала по щеке и подбородку, а затем поднял большой палец к губам мальчика, провел по припухшим, шершавым от обветривания, ярко-розовым поверхностям губ Эдса. Остановив движения руки Ричи наклонил голову к Эдди и накрыл своими губами его губы. Мальчик все так же не противился и не пытался оттолкнуть «друга». Рич провел ладонью вдоль шеи и плеч к ключицам недотроги. Он почувствовал, как по его коже побежали мурашки и остановился, дабы продлить момент поцелуя на подольше, и не доставить дискомфорт мальчику. Им стало не хватать воздуха. И именно этот факт заставил друзей оторваться друг от друга. Вытирая рукавом толстовки мокрые, распухшие губы Эдди с едва заметной ухмылкой прошептал: — Ох, Тозиер, Тозиер. Ну ты и бесстыдник.