Приземлите Айнкрад, я сойду

Мира висела где-то в темноте, бесплотная, беспомощная. Она бы подумала, что оказалась там, откуда пришла, если бы не застывшая перед глазами надпись. Яркая на фоне окружающей темноты, и неотступно следующая за взглядом. Невозможно было отвернуться и даже закрыть глаза. Оказавшись здесь, Мира почувствовала захлестывающую с головой панику. Секунда бежала за секундой, и каждая из них могла стать последней – десятой, или тридцатой, на какой там шлем высвобождает смертельное излучение? Ожидание конца, неизбежного, как напоминание о нем, застилающее обзор, сводило с ума. Хотелось закричать, заплакать, но ни того, ни другого сделать не получалось. Дикий, животный страх накатывал волнами, сменяясь периодами тупого ожидания конца. За временем в этом болезненно-замершем состоянии было не проследить, быть может, прошли минуты, а возможно – часы. Все кончилось внезапно. Окружающая пустота мигнула – девушка вывалилась в мир, и, не удержавшись на ногах, упала. Упершись руками в пол, судорожно, с болезненным стоном вдохнула-выдохнула в первый раз. Потребовалось пара минут, чтобы она смогла сесть, обводя взглядом место, где оказалась. И грязно выругаться, натолкнувшись на фигуру мужчины в лабораторном халате, стоящую на краю площадки вполоборота к ней и с наслаждением потягивающего сигаретку. Высказавшись по поводу этой картины, Мира хмыкнула, сама удивившись такому проявлению эмоций – казалось, все что могло, выгорело за время, проведенное неизвестно в каких закоулках игры. Но было действительно странно – она впервые не услышала скрежещущий звук вместо своих слов, да и табака в игре ранее не замечала. — Все-таки я считаю, что девушкам твоего возраста таких слов знать не полагается, — заметил Каяба, не поворачиваясь к ней. — Массовым убийцам слова не давали. — вяло ответила Мира, совершенно не чувствуя пиетета к создателю Айнкрада, как и былого страха. Наверное, весь он остался там, в темном ничто под жгущей своей неотвратимостью надписью «Вы умерли». — Действительно, я не лучший образец морали. — Меланхолично согласился Каяба, по прежнему устремив взор куда-то вдаль. Посмотрев туда же, Мира пораженно замерла, а потом встала на еще нетвердые ноги и завороженно подошла поближе к мужчине. Понятно, почему Каяба не смотрел на неё – помятую обстоятельствами девчонку – ведь зрелище перед ним было поистине уникальным. Под ними, недалеко, но так, что всю её исполинскую громадину было видно как на ладони, медленно и величественно умирал Мир. Целый Мир, почти-почти настоящий для Каябы и тех десяти тысяч, что невольно разделили его безумную мечту. Это было… Было впечатляющим, настолько, что пробрало даже её, в эмоциональном плане выжатую и смятую как ненужная жестяная банка. Они простояли так в тишине до тех пор, пока солнце не скрылось за горизонт наполовину, багровыми закатными лучами подсвечивая торжество разрушения. Только тогда Мира, вздрогнув всем телом, очнулась от наваждения – уж больно все происходящее напоминало финальную сцену канона. Вот только там был… — Кирито! Что с ним? — Отчаянно требовательно выпалила она, повернувшись ко все еще не закончившему курить соседу. — Наверное, уже очнулся в больнице. — Чуть пожал плечами Каяба, сделав очередную затяжку и выпустив тонкие струйки дыма из носа. — Он… Победил? — чуть запнувшись, все-таки спросила девушка, хотя ответ был и так ясен. — Условно. В правилах поединка не было ничего на тему применения восстанавливающих здоровье артефактов, и уж тем более – воскрешающих. — На последних словах Каяба все-таки посмотрел на неё, чуть осуждающе и как-то… отстраненно? — Все, что не запрещено… — дернула плечиком Мира. На маленькой, застывшей над бездной площадке вновь установилась тишина. Крепость разрушалась снизу вверх. Большими кусками гигантские уровни трескались и летели вниз, туда, где, казалось, уже властвует ночь. Мира упустила момент, когда разрушался тридцатый этаж, где находился её любимый – и единственный в этом мире – дом, но хорошо разглядела, как большими обломками, целыми скальными колоннами падали вниз, разрывая тонкую сеть мостиков горы тридцать второго этажа, где она когда-то давно получила боевую медицину и летала на планере к Кирито. А через какое-то время – показалось? – даже увидела ту самую гигантскую пихту, которая сейчас не вызывала к жизни чувство жгучей обиды, только тоскливый вопрос где-то глубоко внутри – увидимся ли еще? — Почему я здесь? — Все таки спросила она. Это было самое близкое к мольбе о снисхождении, что Мира выжала из себя. Просить о чем-то это совершенно чуждое обычному человеку существо было выше её сил. — Интересный вопрос…. — Протянул Каяба и как будто на самом деле задумался. — Наверное… Не хотел быть один? — Пф! — не удержавшись, фыркнула девушка. И тут же, противореча самой себе, протянула руку к мужчине: — Угостите? Не то чтобы она была таким уж заядлым курильщиком, так, пробовала в студенческом общежитии, но никогда не позволяла себе пристраститься — вредных привычек у неё хватало и так. Просто атмосфера была… Подходящей. Смерив её вторым взглядом за весь разговор, Каяба помедлив, все-таки протянул ей пачку и щегольски прикурил тонкую ароматную палочку от пальца, в очередной раз напоминая, где они находятся. — Что, даже не скажете, что не положенно и вредно? — А! — отмахнулся от её замечания мужчина, давая простор для толкований – то ли уже не важно, то ли соглашаясь с отсутствием у себя права на нравоучения. Разрушения уже перевалили за половину – мелькнули красным деревянные японские постройки, приютившие первый и последний фестиваль Айнкрада, а вскоре за ними канули вниз не пожелавшие расколоться, цельные и монолитные, как и тогда, когда стояли на твердой земле, стальные башни Грандума – дома РыКов. — И что, ты так и не воспользуешься своей уникальной, не побоюсь этого слова, возможностью? — чуть усмехнувшись, неожиданно заговорил Каяба. — Сбросить вас вниз? Будет ли толк? — Мира наклонилась над краем, как будто действительно раздумывая над таким исходом, скидывая заодно окурок очень уж быстро закончившейся сигареты. — Нет. Спросить, зачем мне все это. — неожиданно серьезно проговорил мужчина, поворачиваясь к ней. — А вы знаете? — удивилась девушка. — … А ты интересная… — Чуть улыбнулся Каяба. — Знаешь, у каждого из нас с детства остались мечты, не так ли? Я уж и забыл, сколько мне было лет, когда мной овладел образ стальной крепости, парящей в небесах... это видение не тускнело в моей памяти, сколько бы лет ни прошло. По мере того как я рос, образ все расширялся, становился все более и более реалистичным. Чем меньше становился Айнкрад, тем скорее становились разрушения. Сейчас Мира не узнавала уже ничего – на таких высотах не ступала нога ни одного игрока. И как будто став легче, крепость приподнялась, став куда ближе – прекрасный замок на её вершине стало видно до последнего мансардного окошка и мелкой горгульи на коньке крытого перехода. — С того самого момента, как я узнал о создании системы Полного погружения, – нет, еще даже раньше – я мечтал построить эту крепость. Оставить реальный мир и полететь прямо в эту крепость... Долго-долго это была моя единственная мечта. Знаешь, Мира, я до сих пор верю – где-нибудь в другом мире эта крепость реально существует... Мира склонила голову набок. А ведь действительно, может. Ведь есть же этот мир – ожившая фантазия писателя или же подсмотренный кусочек другой реальности? Но говорить об этом – увольте! Пускай неведение будет хотя бы крошечным воздаянием за все то горе, что Каяба причинил… Не получив никакой реакции, Каяба тяжело вздохнул: — Пожалуй, мне пора. — Постойте… — Все таки окликнула его Мира. — Одна просьба… Проследите за тем, чтобы ВСЕ игроки вышли благополучно, если вам дорого то, что останется после… Этого. — Мира кивнула на догорающий в лучах почти скрывшегося солнца Айнкрад. — Особенно, Асуна... В смысле, ваши РыКи. — Быстро поправилась Мира, надеясь, что её оговорку не заметят. — И еще… Оставите? — Она криво улыбнулась, и кивнула на пачку, все еще зажатую у мужчины в руке. — Интересно… — Повторил Каяба и внимательно посмотрел на девушку, потом чуть тряхнул головой: — Нет, не оставлю. Тебе вредно. И не прощаясь, растворился в воздухе. Вздохнув, девушка оглядела пустую площадку и легла на холодный хрусталь, раскинув руки и устремив взгляд в медленно зажигающееся сотнями созвездий небо. Пожалуй, скил ждать неизбежное она прокачает сегодня до максимума. Благо, вид сейчас куда лучше, чем был в первый раз.