Точка невозврата

Одним выходным вечером Северус Снейп брел по коридорам своих подземелий с лёгкой полуулыбкой на вечно хмуром лице. Настроение под ночь постепенно улучшалось, а тишина коридора способствовала умиротворению в душе. Без посторонних взглядов не было необходимости играть роль ненавистного всем мерзавца, а это очень даже утомляло, не смотря на его местами скверный характер. Кому как, но Северус не жаловался, ведь его характер чаще приносил пользу, хотя бывали и минусы. Перед глазами уже всплыла прелестнейшая картина, на которой он пил кофе, сидя в уютном кресле, в полном одиночестве и тишине. Дверь в этот рай находилась за поворотом. Необходимо было пройтись еще несколько шагов, скинуть туфли и рухнуть на мягкую поверхность. Заварить горячий напиток, расслабиться, в конце концов. О чём ещё может мечтать двойной агент и профессор школы волшебства по совместительству? Вот только ничего из вышеперечисленного так и не случилось. Мисс Уизли послужила тому причиной. При виде гриффиндорки Северус тот час же нахмурил брови, уголки его губ опустились вниз, сменив почти мечтательное выражение лица на уныло-раздраженное. — Мисс Уизли, — произнес он больше усталым, нежели угрожающим, как ему хотелось, голосом. — Профессор, — приветственно кивнула Джинни. — Что вы здесь делаете? Правила отбоя не касаются гриффиндорцев или у вас особое задание в поиске неприятностей? — Отбой через тридцать минут, — уверенно и без страха ответила Джинни, задрав подбородок вверх, чтобы встретиться взглядами с грозой подземелий. — Похоже, ваши часы опаздывают, мисс Уизли, — безэмоцианально парировал Снейп, не имея желания ни ругать подростка, ни даже снимать баллы. — У вас есть пять минут, чтобы убраться с моих глаз долой, пока ваш факультет не лишился тех немногих балов, что остались после выходки Поттера на прошлой неделе. — Опаздывают? — недоверчиво удивилась гриффиндорка. Она задрала левый рукав, чтобы посмотреть на циферблат своих наручных часов в надежде, что профессор не прав. Декан Слизерина терпеливо прикрыл глаза, в усталом жесте он потянулся указательным и большим пальцами к переносице. Его мечта о тихом отдыхе была в двух шагах, за глупой гриффиндоркой, что решила переспросить: — Вы уверены, сэр? Я настраивала их сегодня утром… — Ради всего святого, — сдержанно проговорил Северус, продолжая массировать переносицу, дабы не смотреть на глупую девчонку. Терпение было на исходе, не смотря на всю стойкость двойного агента и умение держать себя в руках в необходимые на то моменты, гриффиндорцы являлись слабостью профессора. — Просто возвращайтесь в свою башню! — прикрикнул он, из-за чего некоторые из висящих в округе картин проснулись и начали возмущаться, ругая без того уставшего декана, который просто мечтал о том, чтобы плюхнуться в мягкое кресло, показательно захлопнув за собой дверь. — Профессор! Не кричите на эту милую девочку! — Здесь вообще-то спят, умерьте свой пыл! — Северус, прекратите буйствовать и погасите свет! Северус раздражённо стиснул зубы, а Джинни испуганно дернулась, быстро пробубнив «да, сэр». Она прижимала к груди стопку книг, которую обхватила обеими руками и поспешила пройти мимо профессора по направлению к выходу из подземелий. Полы ее юбки задели широкую мантию Снейпа, чего никто бы не заметил, окажись они в другом месте и в другое время, но, к сожалению последнего, все произошло в тот самый момент, как их ткани соприкоснулись. Северус не успел среагировать или даже достать свою палочку, он ощутил резкую головную боль, почти равную «круциатусу» самого Темного Лорда. Северус уже испытывал его в качестве наказания за провинности, но в этот раз поблизости не было никого, кто бы мог наложить это проклятье. Стены в округе завертелись в стороны, перед глазами потемнело, а все тело будто окаменело. В ушах прозвучало эхо от невысоких каблуков гриффиндорки, что бежала от него вдоль коридора даже не подозревая о случившемся. Он словно оказался в прозрачном куполе, что приглушал звуки и ухудшал видимость, а также лишал возможности нормально дышать. Северус ощутил, как его лёгкие сжались, из него словно в одно мгновение выбили весь воздух. Колени едва не подкосились, пришлось согнуться пополам и шире расставить ноги для устойчивости. Всё это случилось за одно только мгновение, что растянулось для Северуса на долгие минуты. Его живот скрутило, тело словно сжалось в песчинку, а кости едва не вывернулись наизнанку. По крайней мере, ему так показалось… — Вы это видели? — спросил один из портретов, когда коридор внезапно опустел и погрузился во мрак. — Я ничего не видела, — ответила худощавая дама из портрета напротив. — Заткнитесь уже! — рявкнул старый дед из портрета, что весел в углу коридора. — Хм… — фыркнула дама и развернулась спиной вперёд. В коридоре повисла тишина и только один из портретов, рыжеволосый паренёк, что наблюдал за всем происходящим с излишним любопытством, задумчиво нахмурил брови. Он решил немедленно отправиться в кабинет директора, чтобы доложить тому об загадочном исчезновении профессора Снейпа. Тем временем Северус ощущал, что его виски будто сжали огромными тисками. Со стороны могло показаться, будто он трансгрессировал не по собственной воле, что отчасти так и было, но только немного в иных масштабах нежели он мог себе представить. Северус погрузился во мрак, где не было ничего и никого. Где время бежало слишком быстро, а тьма растворялась в белых вспышках света. Где он был один и в то же время окружен множеством незнакомцев, немых и серых, которые шли куда-то вперед, не замечая его присутствия. Где ему не было места, но он все же находился там, не зная где и для чего. Где его кто-то ждал, а он понятия не имел, кто и почему, что, возможно, было очередной иллюзией, созданной кем-то и для кого-то. Все это происходило каких-то пару мгновений, что плавно и беспощадно переросли в долгие часы, а то и месяцы. Северус окончательно запутался в своих мыслях, кои, возможно, ему не принадлежали, как и тело, которого он не ощущал. Быть может, его вовсе не существовало, а все, что он помнил и знал — просто иллюзия, созданная невесть кем для потехи ради. «Нет!» — мысленно воскликнул он, а голос откуда-то из-за спины ответил: — Да. «Что?» — переспросил он, не открывая рта, на что ответа не последовало. «Странно» — подумал он, пытаясь нащупать свое тело, которого не было. Или было… Пространство выплюнуло его в самый неожиданный момент, когда он уже смирился с тем, что является никем и ничем. Всё это произошло довольно быстро, но в то же время продлилось чертовски долго. Мысли начали собраться в кучу, к телу вновь вернулась чувствительность, а нос уловил запах другого человека, на которого он каким-то образом свалился сверху, придавив того к деревянному полу. Не понимая ничего, Северус поборол в себе желание выблевать ужин, ощущая под собой кого-то, кому не повезло оказаться в том месте, куда его выкинуло. Что это было? Трансгрессия? Черная метка? Призыв человека? Думать было тяжело, мозги не хотели работать даже на половину мощности, отчего пришлось подождать с рассуждениями и для начала попросту осмотреться. Первая попытка подняться на ноги не увенчалась успехом, руки не захотели слушаться, посему он повторно рухнул на человека, который тяжко выдохнул подле его уха. — Гарри! — раздался вроде бы знакомый женский голос, но малость искаженный, из-за чего Северус не понял, кто это. Чужие сильные руки помогли ему прподняться на локтях, коим он хотел быть благодарен, если бы знал, что находится среди союзников. Помимо ослабленных мышц его также подводило зрение, он не мог открыть глаза. Пытался, но чернота не желала меняться яркостью пусть даже не дневного света, но хотя бы тусклым от свечи. Это настораживало. Северус ощущал себя хуже тонущей собаки, был дезориентирован и понятия не имел, что происходит, а прозвучавшее имя только усугубило и без того паскудную ситуацию. — Ты в порядке? — спросил всё тот же женский голос. Снейп не стал отвечать, решив, что обращаются не к нему, он раздражённо перевернулся на бок, нащупал руками свое лицо и осторожно коснулся пальцами своих глаз, чтобы проверить, открыты ли они. — Что происходит? — с нарастающим гневом и растерянностью спросил он, когда принял сидячее положение. Одна его рука рефлекторно потянулась за палочкой, что находилась в рукаве жакета, прикрытого мантией. — Не колдуйте! — с опаской воскликнул другой, не менее знакомый голос, который он узнает всегда, даже с грубыми несвойственными подростку нотками. — Поттер? — в ужасе воскликнул Северус. — Какого черта? — его лицо исказилось в гневе, а мысль о долгожданном отдыхе затерялась где-то между желаниями задушить чёртового гриффиндорца и проснуться в теплой кровати после нелепого кошмара. — Профессор, это опасно, прошу вас, не колдуйте, — умоляющим тоном произнес Поттер, когда Снейп направил палочку на звук противного ему голоса. — С чего это я должен вас слушать? — гневно переспросил Северус, невольно моргая, будто это могло помочь вернуть зрение. Осознавать, что Поттер виноват в этом недоразумении, это одно, но не иметь возможности увидеть всё своими глазами — совсем другое. — С того, что это в ваших интересах, — излишне тихо произнес Поттер, в его голосе прозвучали нотки страха или чего-то схожего. — Нет, Гарри! — воскликнула Гермиона, как понял Снейп исходя из интонации голоса, он также услышал звук удара ладони о кисть. По-видимому, та остановила своего друга от очередной глупости, которую Поттер хотел совершить. — Он не поверит на слово, — возразил парень. — Это опасно! — парировала Грейнджер. — Не менее опасно, нежели если он начнет колдовать! — голос Поттера звучал на повышенных тонах, но через шепот. — Ох, мерлинова борода, да о чем речь? Я здесь, если не заметили! — раздраженно выпалил Снейп, краем уха уловив движение третьего человека со стороны. — Полагаю, — он развернулся на звук, — тут также мистер Уизли? — Эмм, да… профессор, — прозвучал как обычно неуверенный, но с толикой хрипотцы голос Рона. В голове Снейпа проскользнула нелепая мысль, что тот пьян. Возможно, не один. Вот только запаха алкоголя он не чувствовал, хотя очень хорошо распознавал всевозможные запахи и мог учуять спиртное за версту. Заново промотав в голове озвученные слова Поттера и Грейнджер, а также приняв во внимание их словно бы измененные голоса, он пришел к выводу, что ни черта не понимает. «Прекрасно» — мысленно заключил он. — Из какого вы года, профессор? — спросила Грейнджер, отчего на губах Снейпа появилась кривая ухмылка. Он издал что-то на подобии нервного смешка, не веря своим ушам. Да эти подростки попросту издевались над ним! Вопрос показался нелепым не потому, что девчонка могла путаться в годах, кто её знает, скорее того, что подобные вопросы задают лишь по одной весомой причине, в которую никто особо не верит. Однако, Северус подозревал, что у мисс Грейнджер всё же была причина задать такой вопрос. — Тысяча девятьсот девяносто шестой, — настороженно ответил он, не опуская палочки, которую держал наготове в направлении того места, где ему казалось находился Поттер. Возможно, все цели уже давно сошли с линии его прицела, но ему хотелось верить, что он успеет среагировать, если вдруг кто-то из золотой троицы решит подшутить или Мерлин упаси напасть на своего слепого профессора. Вдруг это вообще не его ученики? — Добро пожаловать в будущее, профессор, — опечалено произнесла Грейнджер. — Вы в две тысячи первом. Нервная ухмылка на лице Снейпа быстро сменилась разочарованием, а из горла вырвался очередной глухой смешок. Он почувствовал лёгкое дуновение ветра, что вызвало волну дрожи от поясницы до затылка: то ли здесь попросту дуло, то ли его тело подсказывало ему об опасности. Есть еще третий вариант, в котором он посмеялся над нелепой шуткой гриффиндорцев и снял с них сто балов. Ни один из вариантов не объяснял пропажу его зрения. Северус стиснул зубы, крепче сжал палочку и медленно поднялся на ноги, затем тряхнул головой, отбрасывая непослушные волосы назад, и вновь поморгал. Ничего не изменилось. Не считая того факта, что он пошатнулся, ощутив головокружение, и чудом не рухнул обратно на пол, что заскрипел под ногами Поттера, который тут же бросился поддержать своего профессора дабы спасти от нелепого падения. Северус дернулся в сторону, с брезгливостью на лице выдернув локоть из пальцев гриффиндорца, но тот ловко перехватил его запястье и сжал сильнее, так, что у профессора не оказалось шансов на повторную попытку. Тем временем Грейнджер укоризненно воскликнула: — Гарри стой! Северус почувствовал прикосновение чужой ладони к своему лбу. Для возражений времени не хватило, так как в его голове начали мелькать множество картинок, которые он едва успевал рассмотреть. Это были воспоминания Поттера, все то, что он видел своими глазами на протяжении последних пяти лет. Весьма мрачных и жутких, где Волан-де-Морт победил. Большая часть учеников Хогвартса погибли, все те, кто не желал подчиняться воле Темного Лорда. А также Дамблдор. Глазами мальчишки Северус увидел смерть директора на астрономической башне. «Нет!» — воскликнул он вместе с Поттером в один голос. Северус не хотел в это верить, но в его реальности Альбус уже заводил тему на счёт смерти. Северус знал, что должен был убить директора в случае непредвиденной ситуации, но не мог предположить, что это произошло так скоро. По крайней мере в этом мрачном будущем. Он также увидел в воспоминаниях Гарри и собственную смерть от укуса Нагайны. Картинки сменялись слишком быстро, одна за другой, Северус едва улавливал их смысл: множество смертей, живые мертвецы, служащие на стороне тьмы, гибель всех членов семьи Уизли, правление Тёмного Лорда, угнетение светлых волшебников, розыск золотой троицы, ущемление маглов, а также вынужденное бегство Поттера в мир тех самых маглов, где он, Рон и Гермиона вынуждены жить уже на протяжении трёх лет. Северус также уловил главный посыл, который Гарри хотел ему донести этими воспоминаниями: колдовать опасно! Глупый мальчишка решил донести ему это при помощи того самого колдовства. Что за идиот? — мысленно произнёс Северус сквозь магию Поттера, чтобы тот прочёл его мысль. Северусу не нужно было долго думать и прокручивать чужие воспоминания дважды чтобы осознать причину, по которой он оказался в той ситуации, в которую чёртов Поттер его втянул. Он прочёл это в мыслях гриффиндорца. Парень за пять лет сумел подтянуть свои навыки окклюменции, но всё ещё был слаб для того, чтобы поставить блок от внезапного проникновения мастера этого дела. Северус переиграл его и со злостью на ситуацию забрался глубже, чтобы найти ту самую ошибку, которую Поттер совершил, когда вытянул своего мёртвого профессора из прошлого. Юный гриффиндорец, вопреки запретам мисс Гренджер, активировал заклинание, которое даже Дамблдору далось бы нелегко, но он умудрился сделал в нём столько ошибок, сколько не делал на экзаменах по зельеварению. Это заклинание телепортировало человека из одной временной шкалы в другую и оставляло после себя такой магический след, который сумел бы отследить даже первокурсник. Идиот рискнул жизнью, наплевав на последствия и жизни своих друзей, чтобы вернуть в этот временной отрезок Джинни Уизли, вернее даже украсть из времени, где она еще была жива. Вот только ничего кроме головной боли для декана слизерина он не наколдовал. Как всегда. Все побочные эффекты от сего действа достались Снейпу, отчего тот был зол вдвойне… нет-нет, втройне! — Поттер! — проорал он, когда оттолкнул от себя мальчишку, прервав цепочку чужих воспоминаний и мыслей, среди которых можно было услышать нелепые извинения. Пускай герою теперь было двадцать, если Северус не ошибся в своих расчетах, тот все равно останется для него глупым, назойливым и высокомерным идиотом! Весьма могущественным, должен был заметить он, когда осознал масштаб необходимых сил для сотворения подобного заклинания, а также для того, чтобы показать свое прошлое без применения палочки. — Профессор, — взволнованно окликнула его Грейнджер, после чего он почувствовал ее руку на своем локте. «Пускай» — мысленно вздохнул он, решив, что поддержка ему не помешает, ибо колени все норовили согнуться. Черт, да ему сейчас нужно было прилечь или хотя бы заставить Грейнджер принести ему обезболивающее зелье. Головная боль грозила расколоть черепа надвое. — Гарри хотел вернуть Джинни… — негромко произнёс Уизли, нарушая повисшую тишину. — Хватит! — рявкнул Северус, чувствуя, как щёки начинают гореть от злости, а разум не в состоянии переварить полученную информацию. В небрежном жесте он махнул рукой, чтобы все замолчали, пока он будет говорить: — Благодаря Поттеру я разобрался в чем дело и без ваших нелепых оправданий, мистер Уизли. Не смотря на крепкую хватку Поттера, которую тот вернул на запястье профессора, Северус держал палочку как раз в той руке за которую его так небрежно схватили. Это не помешало бы ему произнести заклинание, чтобы отбросить наглого мальчишку к стене, чего он делать не стал. Северусу хватало сообразительности для того, чтобы понять, что колдовство в этом временном промежутке, где Тёмный Лорд правит миром, опасно для всех присутствующих. Он не идиот, в отличие от Поттера. Пришлось сделать еще один шаг назад, чтобы самостоятельно устоять на ногах. Перемещение во времени на столь длительный период никогда не остаётся без последствий. — Опустите, пожалуйста, палочку, — осторожно попросил Гарри. В его голосе прозвучал намёк на угрозу. — Профессор? — обратилась к нему Грейнджер, а затем помахала рукой прямо перед его носом, от чего Северус поморщился. — Вы ничего не видите? — Подозреваю, что это побочный эффект ваших выходок, — раздражённо прошипел он. Северус почувствовал еще одну ладонь на своем втором локте и решил, что нападать на детей, которые уже не дети, смысла нет. Если это всё не обман, конечно. Двойному шпиону свойственно быть недоверчивым, даже если он видит весомые доказательства правды. Пока он опускал руку, в которой держал палочку, тело будто растворялось в невесомости. У Северуса сложилось такое ощущение, что он сейчас взлетит или, что больше вероятно, упадёт на пол. Ему определенно нездоровилось. Он ничего не видел, его сердцебиение ускорилось, а в ушах гудел звон, который мешал думать. Присутствие вышеперечисленных симптомов не являлось весомой причиной потери сознания, но состояние тела и неясность ума подталкивало его к этому, чему Северус упорно сопротивлялся. Он не мог позволить себе упасть в обморок сейчас, не разобравшись до конца в происходящем. Пришлось напрячься, чтобы оставаться в сознании. — Мисс Грейнджер, — устало, едва не по слогам произнес он, теперь уже открыто позволяя гриффиндорцам придерживать себя за обе руки. — Вы вроде как голова этой безрассудной троицы. — К чему вы клоните, профессор? — переспросила Гермиона. — К тому, как вы могли позволить случиться всему этому?! — Северус потратил свои последние силы на гневный возглас, окончательно теряя самообладание. Затем он схватился за голову, когда резко ощутил колющую болью. Перед глазами начали мелькать новые картинки, судя по всему из его прошлого, которое одновременно являлось будущим. Не в силах вытерпеть эту боль он закричал. В его памяти всплыли воспоминания его мёртвого двойника из этой временной шкалы: всё тоже утомительное служение Тёмному Лорду и Дамблдору, убийство директора и захват Хогвартса, смерти учеников, учителей и его собственная. На этом воспоминания должны были закончиться, но за его смертью скрывалось что-то ещё. Северус упал на колени, скручиваясь пополам. — Нет-нет-нет! — повторил он возглас своего напуганного двойника, чьи воспоминания разрывали его неподготовленный к подобному приступу разум. Это уже было после его смерти, но он не понимал, как такое может быть и кто этот человек, чьи смазанные воспоминания он видел перед собой. Любопытство подталкивало его смотреть дальше, но болевой порог заставлял стирать всё, что могло нанести его разуму неисправимый вред. Единственное что он мог понять из быстро сменяющих друг друга мрачных картинок, это боль и отчаяние, которое испытал его двойник и испытывает по сей день… Он жив? — подумал Северус перед тем, как отключится и забыть всё, что только что увидел.