Vkook is... real?

***

      На улице вечереет, а я несусь домой с максимально возможной скоростью. Надо взять всё необходимое и ехать на работу. Я раздосадовано сжал кулаки и прикусил губу. Вот отморозил: сначала сам позвал, а потом свалил, оставив сестру гулять с друзьями. Чувствую себя просто отвратительно. Ещё и этот растерянный взгляд Химэ, когда я уходил... Браво, Чимин. Расстроил малышку. Минджи-то, конечно, даже внимания не обратит на моё отсутствие, она уже привыкла, хотя всё равно вышло хреново. Потом извинюсь за это.       Всего каких-то полчаса, и я стою перед дверью квартиры, проверяя адрес на экране телефона. Вроде, всё правильно. Неуверенный выдох, будто делаю это впервые. Всегда стрёмно, хотя любой другой бы уже давно привык. Нажимаю пальцем на дверной звонок, но не слышу отклика. Сломан, наверное. Чертыхаюсь про себя и пару раз ударяю металлическую дверь костяшками пальцев. Раздаются мягкие приближающиеся шаги, из-за которых волнение нарастает, а сердце начинает танцевать чечётку.       Когда ключ в замке проворачивается, а затем из квартиры показывается брюнетка в больших круглых очках и шёлковом халатике, я нервно сглатываю и напяливаю на лицо маску, приветливо улыбаясь. Повезло, на этот раз симпатичная, даже очень. Могла бы найти себе нормального парня. Девушка хмурит брови, будто не понимает, кто я такой и что тут делаю, а я начинаю сомневаться, что пришёл туда, куда надо было. — Добрый вечер. Вы звонили в "Paradise"? — А, да, проходите, — она резко всё понимает и отходит, пропуская меня внутрь, показывает, куда деть обувь и куртку. Я покорно выполняю все обыденные действия, а затем поворачиваюсь с вопросительным взглядом. Обычно, меня засасывали с порога, а тут как-то застопорилось всё. Сам я не решаюсь наброситься на девушку, она тоже не торопится. — Меня зовут Пак Миё.       Однофамилица? Ну уж точно не родственница, у меня в городе из близких только Минджи. И слава Богу. Было бы нелепо нарваться на родню в такой ситуации. — Пак Чимин, — отвечаю на автомате, но тут же закрываю рот руками. Твою мать. Забыл, что надо было представиться псевдонимом. Девушка на мою оплошность и растерянность лишь смеётся и проходит вглубь квартиры. Ну и я туда же. Не стоять же, как придурку, в коридоре. — Присаживайся, — Миё резко переходит на "ты", а я и не удивляюсь. Если учесть все обстоятельства, формальности тут неуместны.       Девушка наливает два бокала красного вина и протягивает мне один, но я вежливо отказываю, аргументируя это тем, что мне нельзя пить на работе. Она проявляет настойчивость и всё же суёт мне в руки один бокал, а свой выпивает чуть ли не залпом, не обращая внимания, что одна капля не попала в рот и скатывается от губ к подбородку. Будет обидно, если белоснежно-белое кружевное бельё, выглядывающее из-под халатика, испачкается, так что я вовремя вытираю её, нечайно заглядывая Миё в глаза и неожиданно краснея, как невинный школьник. Да что такое?! Мы, вроде, ровесники, а неловко, будто Пак старше меня лет на 30. — Лучше выпей, — она аккуратно берёт меня за руку, держащую напиток, и подносит бокал к моим губам. Чёрт. Похоже, выбора нет. — Не волнуйся, ты всё равно мой до утра. А там, как захочешь.       Я расслабляюсь и выпиваю вино. Раз так, то можно и прибухнуть. А фразочка прозвучала очень по-собственнически. Хотя, в каком-то смысле девушка права. Миё отпускает меня и тянется за бутылкой, чтобы подлить. А я искренне не догоняю, почему мы просто сидим. Обычно я выполняю работу и валю максимально быстро, да и клиентки не особо против, оплата же почасовая, а платить за разговоры и ничего неделание никто не хочет. Эта же — наоборот, всё тянет и тянет. — Тебе страшно? — спрашиваю я и получаю в ответ недоумевающий взгляд. — Зачем мы пьём? — Ах, это, — брюнетка выдыхает и скидывает халат, оставаясь в одном белье и чулках на подвязках, а затем садится мне на колени и обвивает руками шею, чтобы было удобнее. Я тут же кладу ладони ей на талию, немного придвигая девушку к себе. — Думаешь, я стесняюсь? Не-а. Такая штука, как стеснение... пожалуй, мне неведома.       Миё усмехается прямо мне в губы и трётся носом о щёку, а после этого набирает в рот вино и мягко целует, передавая алкоголь. Несколько капель вытекает, но девушка тут же слизывает их с меня и с улыбкой облизывается. Такое ощущение, что это она тут проститука, а не я. — Ммм, вкусно. Тебе страшно, Пак Чимин, а не мне. Вот, почему мы пьём. Вот скажи, ты сюда по своей воле пришёл? — По работе же, — говорю очевидную вещь и бросаю мимолётный взгляд на бутылку вина. Хочется хлебнуть ещё раз, чтобы успокоить нервы. Кажется, девушка права. Я что-то сегодня не в духе. — А зачем такую профессию выбрал? Ты, может, нимфоман и кайфуешь? Или просто от безысходности? — Миё болтает со мной будничным тоном, хоть и темы затрагивает не совсем стандартные, будто вызвала не парня на бурную ночку, а позвонила старому другу и пригласила его в гости. — Тебе нравится твоя работа?       Я, конечно, слышал, что и такие бывают: одинокие дамы, которым просто не хватает обычного мужского внимания, но для секса с незнакомцем они слишком правильные, или девственницы, которые хотели уже перейти во взрослую жизнь, но на деле дают заднюю и тянут до последнего, а потом время кончается. Миё не походила на подобных. Тут явно что-то иное. — Я, конечно, не нимфоман, иногда нравится, — усмехаюсь я. Винишко немного подействовало, успокоив нервы. — Скажи честно, зачем на всю ночь? Поболтать? — На самом деле, я хотела, чтобы меня хорошенько отодрали, желательно, несколько раз, чтобы имя своё забыла, но тут заявляется такой милашка, который стеснительно мнётся в коридоре, можно и поболтать. Ты не выглядишь, как кусок мяса, так что... Расскажешь немного о себе? — Миё забавно наклоняет голову в бок, из-за чего волосы падают с плеч, и оголяется её бледная шея. Как же мне хочется исправить эту чистоту кожи, понаставив алых следов. Чтобы меня больше не считали милашкой. Это бесит. Я взрослый и горячий парень, мать твою, никто пока не жаловался. — Ну так что? — Как насчёт того, чтобы сначала исполнить твоё желание? А потом я расскажу тебе всё, что угодно, — я резко поднимаюсь, хватая сидящую на мне Миё за бёдра, чтобы не свалилась, а затем подхожу к комоду, на котором стоит бутылка вина. Опускаю Пак на деревянную поверхность, удобно устраиваясь между разведённых в стороны ног. Девушка немного опешила от такого порыва и холода лакированный доски, но быстро пришла в себя и кивнула, мило улыбнувшись.       Блять. Эта улыбка просто выбила меня из колеи. Ещё секунду назад я хотел поиметь Миё, как последнюю шлюху, но вот уже нет. Появилось желание быть максимально нежным и аккуратным. Хотя нет, просто заставить девушку стонать моё имя на весь этот чёртов многоэтажный дом. Всё равно уже спалился. Остальные мои клиентки никогда не знали моего настоящего имени и звали меня исключительно по псевдониму, а из Миё я просто обязан вытянуть его со стонами наслаждения. И пусть потом только попробует ещё раз назвать меня милашкой. Кристиан Грей покажется ей просто святошей на моём фоне. — Любишь пожёстче?       Я резко вжимаю брюнетку в стену за комодом и сжимаю бёдра, впиваясь в губы требовательно, грубо, словно вот-вот разорву её. Если честно, немного хотелось. Особенно, когда Миё бесстыдно промычала первый стон прямо в поцелуй. Я ненадолго отстраняюсь, дёргаю девушку на себя, прижимая её промежность к своему паху, чтобы она по полной почувствовала, что я тут не святая невинность, а её полуголый вид и всё происходящее не проходит даром. — Или по нежнее?       Вторя своим же словам, медленно провожу руками по её спине, еле касаясь пальцами, но успеваю расстегнуть бюстгальтер одним ловким движением. Мастерство не пропьёшь. Миё краснеет и охает, когда белый кружевной лиф улетает куда-то мне за спину, оставляя грудь полностью открытой. Пак продолжает молчать, наблюдая за мной и улыбаясь, только уже не так невинно, а более пошло. Её очки тоже идут нахрен, но не так небрежно, как бельё, чтобы не разбились. Хотя, было очень секси. Будто молодая школьная училка. — Ты хотела, чтобы я выпил, — не думая, хватаю бутылку вина и подношу к губам Миё, она послушно открывает рот, но я и не думал наливать аккуратно. Красноватая жидкость начинает быстрыми потоками стекать вниз, пачкая тело и белые трусики девушки, а я начинаю с упоением слизывать алкоголь, стараясь не оставить ничего, кроме влажных следов от моего языка. Ощущаю, что бельё Пак намокло не только от винишка. — Ты права: вкусно.       Миё тоже без дела не сидит. Помимо небольшого трения в районе паха, я чувствую тонкие пальцы под своей одеждой. Девушка стаскивает с меня галстук, а затем рубашку, но не успевает откинуть вещи далеко. Галстук я перехватываю, быстренько прикидывая: глаза или руки? Руки. Свожу тонкие запястья девушки вместе и, не отрываясь от её сладких губ, пахнущих алкоголем и шоколадом, связываю их, а потом сразу же задираю всю эту конструкцию вверх, заныривая в эти насильные объятья. — Штаны тогда сам снимать будешь, — ухмыляется Миё, а я подхватываю её, стаскивая с комода и перенося на кровать. Когда девушка окончательно опускается на спину, отрицательно мотаю головой и встаю на колени прямо перед лицом Пак, указав на рот. — Чёрт, ладно.       И она припадает к пуговице брюк, зубами и языком расправляясь с ней, а затем хватает губами собачку ширинки и тянет вниз, специально задевая возбуждённый половой орган то губами, то носом. И тонкая ткань нижнего белья вообще не спасает. Миё видит это и победно улыбается. Я в очередной раз не понимаю мотивов её действий и осознаю, что не могу вести себя наигранно, как обычно делаю это во время работы. Чёрт, чёрт, чёрт. — Ты всегда такой ненормальный? — чуть ли не смеётся девушка, но это прозвучало как-то довольно. Возможно, это был даже комплимент. — Что? Уже не милашка? — Всё равно милый.       Когда с моей одеждой было покончено, я стягиваю с девушки трусики и чулки, попутно оставляя на бедрах небольшие поцелуи, и, будто случайно, задеваю двумя пальцами между половыми губами. У Миё там всё уже так мокро, что пальцы скользят лучше, чем по маслу, отчего она охает, а я тихо рычу от желания. — Руки вверх, — скомандовал, приставив к её промежности те самые два пальца, большой — к клитору, а остальные сложил, получив своеобразный пистолет. Миё начала смеяться, но тут же перестала, когда я просунул "ствол" чуть глубже и уверенно повторил. — Руки вверх. Вы арестованы за то, что такая мокрая. Штраф придётся отдавать оргазмами.

***

— Ну что, твоё желание исполнилось? — я переворачиваюсь бок и с улыбкой гляжу на Миё, которой, кажется, не до смеха, но она всё равно издаёт нервный смешок и смотрит на меня в ответ. — О да. Имя я своё, конечно, забыть не смогла, потому что кто-то стонал мне его прям в ухо, но скажу честно: ног не чувствую, — отвечает Пак. Она и правда даже не шевелит конечностями и просто лежит на спине, а затем бросает взгляд на настенные часы. — Всего час ночи. Однако, 4 часа непрерывного секса — это слишком. Как насчёт помыться? У меня офигенная ванная. Ты мне ещё обещал рассказать о себе. — Хорошо, — соглашаюсь я, ведь желание клиента — закон. Хотя действительно было бы неплохо. Ещё и комнату проветрить надо, а то пахнет вином, потом и... сексом? У этого вообще есть запах? В любом случае, я его чувствовал.       До ванной Миё пришлось тащить на руках, потому что про то, что ноги у неё никакие, девушка не просто преувеличила для восхваления моих способностей. Только Пак попыталась встать, как тут же колени предательски подогнулись. Если бы я не стоял рядом, хозяйка квартиры поздоровалась бы с полом.       А про клёвую ванную она была права: здоровенная, больше похожа на джакузи, какая-то панель с кнопками на бортике. Там при желании может мыться человек 5, и им даже не будет тесно. Я еле сдержался от восторженного "Вау". Особа явно необычная, раз имеет такую шикарную хату и может себе позволить снять мальчика на всю ночь. В нашем агентстве за такое очень много берут.       Я забрался в ванную сам и посадил Миё на коленки, а она расслабленно откинулась на мою грудь, довольно промычав. Вообще без комплексов деваха, как я понял. Чем-то напоминала мою младшую сестру. Особенно любопытством. Не каждый осмелится выспрашивать личную информацию у того, кого видишь впервые. Тем более, если вспомнить, зачем я сюда вообще пришёл. — Ну, давай, начнём, — сказала Пак, запрокинув голову назад, чтобы посмотреть мне в глаза. — Пак Чимин. Что ещё, кроме имени и того, что ты работаешь не в самом приличном месте, ты можешь мне рассказать о себе?

***

      Когда я проснулась от хлопка входной двери и с трудом разлепила глаза, сразу же мысленно простонала и возмутилась, что вошедший мог бы и поаккуратнее. Мой внутренний будильник после работы хостес ещё не до конца перевёлся в нормальный, как у всех дневных пташек, так что такие подъёмы по утрам — для меня просто пытка. Хотя, это, похоже, только для меня утро. На часах, стоящих на прикроватной тумбе, было одиннадцать дня.       Джин отдал мне свою кровать, ну и комнату, соответственно, пока я тут проживаю, а сам теперь обитал на диване в гостиной. Обычно гостей выкидывают на диванчик в зал, но Ким немного сломал систему. На все мои уговоры поменяться местами он отвечал уверенным отказом, при этом выглядел таким серьёзным, что аж страшно, а потом снова начинал шутить и беззаботно улыбаться. Его настроение порой меняется быстрее, чем у самой больной бабы в "эти дни".       И как же мне неловко, что я доставляю кому-то неудобства. По сути, мы чужие люди, но понятия не имею, что делала бы, не пройти тогда Джин мимо того переулка в нужный момент. Наверное, осталась изнасилованной и подалась бы в шлюхи. Ну а что? Было бы уже нечего терять, только ниже на дно. В самые глубины улицы красных фонарей.       И ведь, Джин изначально затащил меня в свою квартиру почти силком, по дороге не давая убежать, для чего иногда приходилось гоняться за мной или нести, закинув на плечо. С комнатой вышло также: он завернул меня в одеяло, замутив своеобразный пуховый рол, и приказал спать на его кровати. Держал меня в этой одеяльной тюрьме, пока не отключилась, а потом пошёл в зал на свой диван. Как я поняла, спорить с Кимом в таких вещах просто нереально.       Из-за двери раздались приглушённые голоса двух парней. Видимо, вернулся после своего отсутствия Юнги. Мрачный (по моему скромному мнению) парень, который явно питает ко мне неприязнь и имеет предвзятое отношение. Не понимаю, как Химэ могла с ним встречаться. Моя всегда улыбчивая и добрая сестра и этот... хмурый и депрессивный тип? Трудно представить себе эту парочку, но фото, висящее на зеркале Мина, подтверждало правдивость всего происходившего лучше тысячи рассказов.       Я подошла к двери и приложила ухо, чтобы лучше слышать. И пофиг, что это не вежливо. Мне интересно, о чём они там говорят, а, если выйду, разговор сразу же прекратится. Не исключено, что Юнги запрётся у себя и не будет выходить, чтобы не попадаться мне на глаза. О такой особенности соседа мне Джин рассказал. Мин немного избегает посторонних. Кто бы сомневался.       Юнги что-то там закончил, а Ким пробурчал под нос нечто нечленораздельное, но, судя по тону, был недоволен. Мин же просто отмахнулся и попросил забить на это. А вот, что такое загадочное "это", я не поняла. И вообще смысл диалога начал доходить до меня, только когда парни переключились на будничные темы, а затем Юнги спросил у Джина про меня. — Она тут? Твоя «не шлюха». — Наверное, спит, — ответил Ким. Я даже дыхание задержала, чтобы не спалить, что он ошибается. — Не стал будить. Пусть сама восстанавливает режим. И не употребляй это слово, пожалуйста. Даже с частицей «не». — Ясно, понял, — Юнги выдохнул так шумно, что слышно было даже мне. Никакой враждебности в его голосе я не уловила, может, ещё не всё потеряно. Если Химэ была с ним, значит что-то нашла в Мине. И мне до ужаса интересно, что. — Нашёл себе подружку? — Н-нет, конечно. Пф, — Джин запнулся. Держу пари, что покраснел, хоть и не вижу его лица. Он такой милый и добрый. Они с Юнги очень контрастируют, если задуматься. — Просто помогаю. — Ну да, — недоверчиво протянул Юнги, усмехнувшись. Тут покраснела уже я. — Ты, конечно, очень жалостливый, но не настолько, чтобы тащить домой первую попавшуюся девчонку. Если вспомнить, это вообще первый раз, когда привёл кого-то женского пола. Я уже начал думать, что ты голубой.... ахах... — хлопок. — Блять, Джин, не бей меня, я же пошутил. — Ага, я понял. Засунь себе свои шуточки подальше. Я уже всё решил. Пускай остаётся, сколько захочет. И это не обсуждается. Она уже взрослый человек, может и с парнем жить. К тому же, мы спим отдельно. А вот насчёт тебя что? В педофилы заделался? Что у тебя с той школьницей? — Химэ? Пока ничего, но… чёрт, я не знаю. Джин, ты думаешь, я идиот? — Вполне возможно. Смотря, что ты будешь дальше делать. Хочешь с ней поближе пообщаться? Или начать встречаться? Глупо, конечно, надеяться, что Химэ уже созрела для такого, но ты сам-то готов? — Я не уверен, что у меня есть право быть ещё с кем-то... — голос Мина заметно погрустнел и притих, так что мне оставалось только поближе прижаться к двери, чтобы разобрать, что он там шепчет, но фигушки.       Кто рукожоп? Я, конечно же. — Чёрт! — выругалась я, когда случайно задела ручку. Дверь открылась, а я, припавшая к ней вплотную, свалилась прямо на пол, неподалёку от ребят, которые тут же повернулись и шокировано уставились в мою сторону. У Юнги нервно дёрнулся глаз. А Ким засмеялся и помог встать, протягивая руку, которую я с удовольствием приняла. — Хёчин, ты, что, подслушивала?