#13. Недетские игры и их последствия.
4 февраля 2019 г., 12:54
***
Джи всю дорогу до дома шла молча и виновато опустив голову. Похоже, я слегка перегнул палку, но Юнги попросил сделать вид, что я очень волнуюсь, а затем забрать блудного ребёнка домой. М-да, загуляла девочка. Трое суток не ночевала в квартире и попутно прогуливала уроки. Ладно я, могу торчать непонятно где, когда захочу, ну или понадобится, но Джи ещё в школе учится. Рано. Рано, блин. Признаюсь, я и без того немного беспокоился за сестру, просто преувеличил для должного эффекта. Не, ну приковываться наручниками к какому-то парню, которого лично я вроде вообще впервые видел — пиздец просто. И это ещё мягко говоря. Про то, как и зачем, вообще подобные вещи оказались у Минджи я так и не узнал. Она не раскололась. Однако я и так понял, что такие наручники можно взять только в двух местах: стащить у полицейского или купить в сексшопе. Ну, или в интернете. Надеюсь, вариант про полицию не наш случай, хотя я бы уже не удивился. Если в магазин с интимными принадлежностями не пускают несовершеннолетних, то онлайн всем пофиг. Будь проклята эта эра высоких технологий. Сначала Джи строчит высокорейтинговые вещи с моим участием, а потом покупает себе секс-игрушки. Спасибо интернету за это. Возможно, Юнги прав: я просто никчёмный брат. Точнее, я был бы нормальным, если бы помимо меня с нами жили и родители, которые всяко лучше и внимательнее могут присмотреть за дочерью, но, к сожалению, им плевать. Ну а я... То учусь, то работаю, совсем не осталось времени на любимую сестру, тут ещё и новые проблемы в виде загадочной девушки на горизонте. Мы живём вместе, в соседних комнатах, а не знаем друг о друге почти ничего, будто и не родные. Кто-нибудь, пристрелите меня, чтоб не мучился. — Ну, я к себе, — робко говорит Джи, быстро скидывая с ног обувь и дёргаясь в сторону, но я хватаю её за локоть, на что получаю немного растерянный и даже испуганный взгляд. "Опять, наверное, ругать будет," — так и читалось в нём. Блин, всё же мне она больше нравится, когда сходит с ума и творит всякую хрень, а не шугается каждого моего действия. — Минджи, извини, что я накричал, — сестра расслабляется и поворачивается ко мне полностью. Давно мы уже так долго не проводили время вместе. И это всё моя вина. Я опустил голову и поник. Чёрт, Пак Чимин, ты такой придурок. — Я волнуюсь за тебя, хотя, чтобы осознать это, мне потребовался пинок от хёна. — Чим-чим, эй, ты чего? — Джи подходит и обнимает меня, успокаивающе гладя по голове, будто я тут младшенький. А я просто тихонько офигеваю. Когда это моя психованная родственница на такие нежности стала способна? Подозрительно. Если в этом замешан тот пацан, я его прибью. Хотя, нет. Сначала выпытаю, что он с моей сестрой там делал всю ночь, пока они были скованы наручниками, а потом убью. — Всё нормально. Химэ вообще сказала, что на твоём месте уже давно отпинала бы меня за такое наглое прогуливание уроков и шатание по чужим домам. Так что ты ещё у меня лапочка. Хорошо, что она не моя старшая сестра. М-да. Мы дружно рассмеялись. Плохое настроение как рукой смело. Умеет же Минджи отвлечь от грустных мыслей. Однако я всё равно принял решение, что буду более откровенен с сестрой. Может, она ответит мне тем же и даже пытать никого не придётся. Всё-таки, только она есть у меня, а я — у неё. Хотя, про работу мою Джи знать не обязательно. Рановато ещё так шокировать её.***
— Чин-чин, давай шевели булками, — обернувшись в сторону девушки, ворчит Джин. — А то я тебе для ускорения сейчас по этим самым булкам... Парень продолжать не стал. Не такой у него характер, чтобы девушкам угрожать. Хёчин хихикнула, но ускорилась. Только не потому что испугалась. Она уже успела уяснить, что напускная строгость Кима на самом деле не имеет никаких реальных последствий. Хотя и наглеть на месте Юн не стоило. Всё же Сокджин её приютил, а сейчас ещё и на работу ведёт устраиваться. Девушка последние сутки вела себя очень растерянно, постоянно отвлекалась, уходя в мысли, а всё из-за разговора с Юнги, который имел очень странный характер, а также открыл для обоих молодых людей довольно много нового, что уж тут говорить про бедного Джина, который вникал в ситуацию почти с нуля. От такого количества информации у Кима чуть мозг не взорвался. Вышло очень странное положение дел. Отец Химэ, определённо в тайне от жены, жил на две семьи. Отличное прикрытие в виде постоянной работы просто идеально ему помогало в этом. Кванхи ещё и дочерей одинаково назвал. Только вот вопрос: чтобы не путаться, что ли? После смерти Химэ отец старшенькой резко исчез, будто его и не было, оставив Хёчин и Минсу вдвоём и создавая такое впечатление, что в семье мужчину держала только родная дочка. А затем совсем одна осталась и сама Чин-чин. Мать семейства от потери двух самых дорогих людей в своей жизни просто не выдержала и добровольно ушла из жизни. А теперь вырисовывается, что Кванхи снова где-то загулял. Непонятно было лишь то, зачем в эту Санта-Барбару понесло Юнги. Только ли от того, что школьница ему приглянулась? Кстати, Мин за то, что плохо относился к Хёчин, сразу же извинился, когда они поговорили. Из этой грустной истории семьи стало понятно, почему девушка пошла не на самую приличную работу, а не учиться, да и отсутствие дома получило основания. После смерти Минсу все права наследования перешли к Кванхи, оставив приёмную дочь без копейки в кармане. Хёчин просто собрала вещи и слиняла туда, куда смогла. С каждым новым фактом, который всплывал, мозг у каждого замешанного в этом кипел всё больше. Юн не могла понять мотивов отчима, поступков Юнги, а также осознала, что на самом деле почти ничего не знала про свою сестру. Химэ при жизни постоянно где-то пропадала, и, как оказалось, не в самой радужной компании, а рассказывала либо то, что было похоже на полный бред, либо что-то поверхностное. Мин, хоть немного и реабилитировался в глазах Чин-чин, всё равно казался ей странным. У самого Юнги в голове была ещё та каша. Он сам не ожидал, что нынешняя Химэ как-то связана с бывшей, а тут, как оказалось, они почти родные сёстры. Мин пошёл отходить от услышанного к другу. Да и воспоминания о Юн Химэ всё ещё приносили ему невыносимые страдания. Джин сразу же смекнул, что несколько дней ему теперь соседа не видать, потому полностью переключился на Хёчин, потащив её в забегаловку к Хоби. — Так, Чин-чин, ты себя хочешь с самого начала зарекомендовать как безответственную опаздунью? — Сокджину надоело, что девушка плетётся, задумавшись, хотя она и пыталась шевелиться побыстрее, а последней каплей стало то, что Юн чуть не вманалась в столб, который не так уж и легко не заметить. Парень взял её за руку, дёрнул в сторону, чтобы избежать этого столкновения, и потащил за собой. Так будет быстрее и безопаснее. — Извини, — манипуляции Кима даром не прошли, и Хёчин всё же выпала из мыслей, наконец уставившись на дорогу. Хотя горячая рука Джина, сжимавшая её ладонь, тоже нехило привлекала внимание. Юн кинула взгляд в сторону парня и сглотнула, оттягивая воротник свободной рукой. Что-то стало жарковато. В какой-то момент пара свернула в переулок, потому что Сокджин решил сократить путь. Однако сам парень резко остановился перед одним поворотом и шагнул назад, явно заметив там что-то неладное. Хёчин, к сожалению, этого внезапного тормоза не уловила и на приличной скорости вылетела из-за угла, прихватив заодно и Кима, который всё ещё держал её за руку. И лучше бы Юн продолжала плестись сзади и тупить, потому что развернувшаяся перед ними картина была просто кошмарной. Воздух в проулке резко сотрясся от крика девушки, и даже Джин не успел вовремя закрыть ей рот. Мужчина с ножом в руке, склонившийся над окровавленным телом какой-то женщины и не обращавший раньше на парочку внимания, резко обернулся и оскалился. — Это же... — начала Чин-чин, но продолжить не смогла: Ким резко рванул в сторону оживлённой улицы, утягивая за собой спутницу. Естественно, неизвестный маньяк двинулся за ними, надеясь, что успеет перехватить ребят до того, как они окажутся среди шумной толпы. Хотя, мужчина не такой уж и незнакомый: Хёчин сразу узнала в нём того, кто нашёл их на игре в прятки. Водящий собственной персоной. Сокджин бежал вперёд изо всех сил, по дороге размышляя, что ему делать. Он тоже понял, кого встретил, так что надо было для начала выбраться из проулка живыми, а затем где-то укрыться, пока Намджун не расколется, кого нанял на последнюю игру. Ни о какой полиции не могло быть и речи. Особенно, если психопат со связями. — Ай! — девушка споткнулась, вспотевшая от нервов ладонь выскользнула из крепкой хватки Джина, от чего Хёчин в итоге полетела на землю, с размаху разбив колени в кровь. Вот он, момент, которого преследователь ждал. Сокджин не успевает дёрнуться назад, но поворачивается с ужасом в глазах. Чин-чин, превозмогая боль, поднимается на ноги и бросается вперёд, протягивая парню руку, до которой он не успевает дотянуться. Мужчина взмахивает ножом параллельно земле и истерично смеётся, но успевает задеть жертву только немного. Юн чувствует жгучую боль в спине, а затем тут же холодный воздух, проникающий под кофту через образовавшийся порез на ткани. Хёчин уже решает, что тут ей и придёт конец. Горячая кровь начинает стекать по коже тонкими струйками и пачкать одежду, а девушка уже сдаётся в объятья смерти, прикрывает глаза, но громкий крик Джина возвращает её к реальности. — Чин-чин! — Киму наконец удаётся схватить Юн и вытащить на переполненную людьми улицу, напоследок бросив взгляд на психа, слизывающего кровь девушки с ножа. Он улыбается и всем своим видом показывает, что в любом случае завершит начатое, но Сокджин тоже так просто сдаваться не намерен. На оживлённой улице прохожие обеспокоенно косятся на парочку, в которой девушка находится в предобморочном состоянии, трясётся от страха и двигает губами, как рыба, без слов. Ничего упорно не выходит из горла. Однако никто не подходит. Все боятся непонятно чего, здраво полагая, что своя шкурка дороже и просто пройти мимо — вполне адекватное решение. Парень накидывает на Хёчин свою куртку и поднимает офигевшую спутницу на руки. А она всё ещё молчит, смотря куда-то сквозь Кима, и сжимает кулаки. Сознание ушло настолько далеко, что боль в спине почти не чувствуется. — Спокойно, это просто шок. Нам надо уехать из города. Срочно...***
До места, в которое Юнги решил меня сводить на этот раз, мы добирались ножками. Не знаю, почему Мин не взял свой мотоцикл, но тоже неплохо. Спорт там, ходьба, разомнёмся заодно. Хорошо, что мы успели слинять из дома раньше, чем мама вернулась. Я оставила скромную записку на холодильнике, прекрасно осознавая, что мать не отпустила бы, стоило мне спросить разрешения на гулянку, а так уже поставила её перед фактом и всё. Никуда не денешься. По дороге парень выспрашивал обо мне какие-то вещи типа любимой музыки, хобби и тому подобного, а на ответные вопросы в свой адрес только загадочно улыбался и увиливал. Да что не так с ним? Хотя, кое-что я всё же узнала, но, всё равно, ощущение, что Юнги — какой-то секретный агент, не отпускало меня всю дорогу. Тусит с каким-то странными типами, о себе почти ничего не говорит, словно это военная тайна, откуда-то достаёт немалые суммы денег на "поиграть". Вывод: точно секретный агент. Хотя, в таком молодом возрасте... Такое только в фильмах для подростков бывает. Правда же? Ну и, я искренне не вдупляю, что нужно от меня, обычной школьницы-задротки, такому парню, как Мин. Наша разница в возрасте прилично сказывается на мировоззрении и прочих аспектах жизни, так что я едва ли нахожу что-то общее. К тому же, разные круги общения. Да если б я не открыла ему дверь в квартире Паков по чистому распиздяйству обоих жильцов, то никогда бы не познакомилась с этим странным Юнги. — О, пришли, — шепеляво выдаёт парень и с характерным звуком всасывает воздух, перемешивающийся с влагой. Мин всё ещё посасывает свои чупики, даже умудряется говорить, не вынимая их изо рта, а я мысленно ликую, что не курит. Мама просто не поймёт, если я приду, воняя на весь дом сигаретами. Я перевожу взгляд с собеседника вперёд, так что рот в удивлении открывается, а глаза становятся значительно больше. Мы стоим перед деревом, на котором среди ветвей возвышается небольшой деревянный домик. Такой, как обычно показывают в американских фильмах, но сделан не так идеально. К тому же, строение довольно тёмное и мрачное, кое-какие доски выглядят прогнившими и отсыревшими, а держащие их гвозди — кривые и ржавые. Я не думаю, что это вообще хорошая идея, лезть туда, но Юнги, взяв меня за плечи, аккуратно подталкивает к стволу, к которому своеобразной лестницей прибиты доски. Я обречённо выдыхаю и поддаюсь. Ну что ж, придётся карабкаться. — Не бойся, я там недавно был, вроде жив, — раздаётся позади тихим шёпотом. — Не первый раз уже приходится просто довериться мне, могла бы уже привыкнуть. — Ммм, окей, — я наконец подаю голос, поднимая голову, и начинаю забираться наверх. Для того, кто полностью уверен в безопасности этого строения, парень слишком напрягся. Даже приготовил руки, чтобы поймать мою тушку в случае чего. Пути назад уже всё равно не было, поэтому я медленно перемещалась дальше, а когда залезла почти до самой площадки, на которой домик и стоял, Юнги двинулся следом. Перевалившись на плоскую поверхность, я очень обрадовалась, однако доска подо мной скрипнула, что заставило меня немного подскочить с места. Если бы в этот момент на горизонте не нарисовался Мин, в которого я впечаталась, думаю, пришлось бы поближе познакомиться с ускорением свободного падения. — Тц, аккуратнее, — Юнги перекинул ногу и тоже приземлялся рядом, отпихнув перед этим меня от края. Отличная идея, на самом деле. — Извини. — Ладно, забили, — парень махнул рукой на то, что я его только что чуть не скинула с высоты в несколько метров, и поднялся, направившись в сторону покосившейся двери. — Проходи. Мы его построили с Джуном, когда были мелкими. Это же сколько тогда лет этой халупе? Около 10? Если не больше. Домик внутри оказался намного уютнее, чем снаружи. Видимо, годы воздействия снега, дождя, ветра и прочего сказались на внешней оболочке, зато само помещение не пострадало. Я замерла на месте, оглядывая всё вокруг. Небольшой ковёр посреди комнаты, пара пуфиков, какие-то тетради, фотки детей, судя по виду, Намджуна и Юнги, немного игрушек... провода? Хм, бывает. Небольшая жёлтая гирлянда зажглась довольно неожиданно, освещая комнатку мягким светом. Мин постарался. В углу стоял аккумулятор, который питал эту конструкцию, так что я совсем не удивилась. Загадочный Юнги, умеющий взламывать замки и разбирающийся в электронике. Да кто же ты такой? Я совсем забыла, на каком они там с Чимином факультете. Случайно не физики-айтишники-домушники? Ни один из миллиона вопросов, возникших в моей голове, я не решилась озвучить, потому что парень не ответит или подумает, что я странная. — Иди сюда, — Мин похлопал по полу рядом с собой, я приблизилась и села. — Мне интересно кое-что. У тебя как с родителями? — Тебе зачем? — удивилась я. Лезем ко мне в душу, а в свою пустить не? Так, что ли? Фигушки. Я тоже решила перестать выбалтывать всё, что собеседник желает знать. А он явно не ожидал такого. — Просто интересно. Я не ответила. Если бы он выдал дальше что-то типа "Не хочешь об этом говорить?" или "Не отвечай, если не хочешь", было бы проще. Хватило бы обычного кивка, а так придётся выкручиваться, самой соскальзывать с темы. Настроение резко упало: дело тут уже не только в том, что Мин со мной ничем не делится в ответ, просто о родителях я говорить не люблю больше всего. Слишком мы с ними чужие. Отца я не помню, вообще когда видела, а мама... да лучше бы я жила отдельно от неё. Поскорее бы в универ, в общагу. Да куда угодно, лишь бы подальше. Повисла действительно неловкая тишина. В голову не приходило ничего, чем можно было нарушить её, да и Юнги притих, отвернувшись. Сейчас доски на стенах и полу казались невероятно интересными нам обоим. От волнения я начала кусать губы. Ладошки вспотели. Да что такое?! — Химэ, только не ори, — спокойно сказал парень. Я не успела спросить, почему, и даже голову не повернула, как оказалась в его объятьях. Сладостями от Юнги пахнет, как от конфетного магазина: вкусы смешиваются между собой, создавая приторно-сладкий запах, заглушающий всё вокруг. Я вот не знаю: мне расслабиться и получать удовольствие или возмутиться. Сложно. — Не расстраивайся. Можешь ничего мне больше не рассказывать. — Ладно, — вариант "не устраивать истерик" победил. Похоже, он просто подумал, что затронул больную тему, и решил исправиться. Мысль правильная, но методы успокоения у Мина специфические. Я не дружу с парнями так тесно, так что не могу точно сказать, выглядят ли подобные действия странно или нет. И всё же, как-то это... Набираю в лёгкие побольше воздуха, чтобы спросить, за кого же Мин меня принимает и почему же так интересуется моей скучной персоной. — Юн... — Ничего не говори, — перебивает парень, дыша мне куда-то в волосы, которые гладит рукой. Что происходит? — Я не знаю. Возможно, я сейчас больше себя успокаиваю, но можно мы просто так посидим? — Угу, — слабо киваю. У каждого есть проблемы, каждому нужен друг, который поможет справиться с ними или хоть на время отвлечься. И я, похоже, невольно стала таким другом для Юнги на сегодняшний вечер. Может, этот брутальный парень, сжимающий бледными губами сигарету, на самом деле не такой уж и жёсткий? Скорее, ребёнок, вечно жующий конфеты. Или всё сразу? Я запуталась. Мин Юнги заставляет мой мозг кипеть. — Хорошо, я расскажу про родителей, — мой сиплый голос разрезает тишину слабо освещаемого помещения. Юнги замер, приготовился слушать, даже, кажется, дышать перестал. — Не самая приятная информация, но слушай... Рассказик вышел невесёлый. Парень слушал внимательно, размеренно дыша рядом с моим ухом. Хотя, дружеские объятья действовали на меня успокаивающе, так что, казалось бы, больная тема почти не вызвала никаких эмоций. Как раз под конец моего монолога у Юнги в кармане завибрировал телефон. Я хотела отстраниться, но получилось только поднять голову, чтобы наблюдать за лицом Мина. Отпускать меня упорно не желали, даже при том, что я в опасной близости от динамика мобильника и могу услышать весь разговор. Неужто Юнги от меня скрывать нечего? — Да? Джин? — парень нахмурился. Из трубки послышалось рваное и чересчур громкое мужское дыхание, на фоне которого промелькнул девичий стон. Я напряглась. Совсем не те мысли в голову полезли. Химэ, вот ты гребанная пошлячка. Хотя, кто же будет звонить друзьям во время... того самого? Ох уж эти взрослые. Творят, что хотят. — Юнги... — немного необычная долгая пауза, ещё один стон. — Мне нужна твоя помощь. — Что стряслось? Что-то серьёзное? Кажется, у Мина появилось желание свалить от меня, он даже попытался дёрнуться, чтобы встать, выпустил меня из рук, но уже я сама вцепилась в парня мёртвой хваткой. Наши охреневшие взгляды пересеклись. Оба выпали от моих странных и необдуманных действий. Ну и куда я лезу? Приключений захотелось?! Здравый рассудок шептал: "Тикай, иди домой делать уроки. Тебе же не нужны проблемы?", а шило в жопе орало: "Давай! Лезь туда, куда не надо!". Вот и победило то, что громче. — Кто водил на последних прятках? Ты знаешь? — Нет, — Юнги прикусил губу и бросил взгляд вниз, на моё выражение лица, которое было наверняка озадаченным. — Тебе зачем? — Затем! — собеседник прикрикнул и тут же осёкся. Что-то его явно очень сильно тревожило — по голосу было понятно. Знать бы ещё, отчего так напрягся Мин. Громкий выдох от того самого Джина нарушил неловкую паузу. — Ладно. Если вкратце, мы с Хёчин заметили его в переулке. Теперь он преследует нас. Позвони Джуну и спроси, что за психа он нашёл. Было бы неплохо, если бы ты приехал, но пока не понятно, аукнется это тебе или нет, так что держись от гаража подальше. — Почему он вас преследует? И какого... кхм... почему вы в гараже? — под моим пристальным взглядом Юнги, видимо, чуть не сматерился. Мог бы не напрягаться, а то, можно подумать, я леди из высшего общества и маты никогда не слышала. — Да потому что там был труп, а у этого маньяка в руках нож. Весь в кровище. Сам логическую цепочку построишь? Чин-чин тут вообще раненая лежит, на пол спины порез от этого козла. Ехать на нашу хату было слишком рискованно, — выдал Джин. Я заметила, как расширились глаза Мина, но, подозреваю, мои сейчас явно больше. К-кровище? Это он сейчас про кровь? Что? Это тот чувак, от которого мы убегали по заброшке? Он мог и нас... О Боже. От картины, пришедшей в мою голову, мне стало плохо. Я уже подумала, что стошнит, так что отпустила Юнги и отползла на четвереньках, тяжело дыша. Дальше слов Джина я не слышала, только короткие ответы Мина, который почти всё время только угукал и кивал, не понятно зачем, собеседник всё равно не видел. После окончания разговора парень подошёл и приподнял моё лицо, схватив его ладонями. — Химэ? Ты в порядке? Это шутка была, не парься. Ребята опять какой-то квест затеяли, — он попытался успокоить, но что-то подсказывало, что Юнги сейчас нагло врёт. Эта та самая "ложь во благо"? На кой она мне сдалась, когда я и сама потом могу попасться на глаза тому больному? А если он ещё и припомнит, как его отметелил Мин во время игры, а я была с ним, то вообще прибьёт с особой жестокостью. Но раз уж Юнги мне врёт, чтобы я не парилась, то и я не выдам то, что чувствую, чтобы уже он не волновался. А мне пиздец страшно. — Ладно, — я натягиваю фальшивую улыбку, усиленно пытаясь сделать вид, что спокойна, как удав на летнем солнышке, а затем бросаю взгляд на часы. — Мне уже пора домой, ты проводишь? — Конечно. Всю дорогу обратно мы провели в беззаботных разговорах, которые почти отвлекли меня от мрачных мыслей. Однако на смену страху, что меня прибьют в ближайшей подворотне, пришла безысходность реальности. Завтра предстоит снова пойти в школу, отгрести за прогулы, а также весь день терпеть надоедливого Чона. Только избавилась от его персоны в своём доме, так наше новое место встречи уже приветливо машет ручкой. С Юнги я попрощалась вполне нормально, правда подметила, что он уж очень торопился куда-то. Стоило мне отвернуться, а ему — направиться в другую сторону, парень тут же достал мобильник, а затем я краем уха уловила его "Алло, Джун?". Точно обманул. Тот Джин как раз просил Мина позвонить указанному парню и всё выяснить. Самое фиговое, что мне вопреки всему хотелось окунуться в эту историю, как в болотную трясину. Думаю, эффект у них одинаковый — смерть. Мутные дела какие-то. Я застыла на месте, провожая парня взглядом. Смотря в спину уходящему Юнги, я почему-то почувствовала одиночество так ярко, что невольно обхватила себя руками. Только вот это не помогло. Я поджала губы и нахмурилась, когда фигура Юнги скрылась из виду. Что он от меня скрывает и, самое интересное, зачем? Если Мин не будет со мной честен, то к чему вообще всё это? Чёрт. Я уже не знаю, во что верить и о чём думать. Дом встретил меня стрёмной тишиной и полным отсутствием света. Даже как-то жутко стало. Мама уже давно должна была вернуться, начать рвать и метать по поводу моего отсутствия, а самой женщины или хотя бы звонка от неё не было. Стикер, который я оставила перед уходом на холодильнике, так и висел. Это могло значить только одно: мама домой не возвращалась. Я никогда ей сама не звонила, но, на всякий случай полностью обойдя все комнаты, но так и не обнаружив родителей, нажала на вызов. Долгие гудки начали выводить меня из себя, так что пришлось дышать, чтобы успокоиться. Так, раз, два, три, четы... — Да? — Мам?! Ты где? — А, ты только за этим звонишь? Я уже подумала, что что-то случилось, — она расслабилась. Ну да. Пропажа родителей — это так, фигня. Мама совсем не имеет привычки отчитываться о своём местоположении или хотя бы о том, что до сих пор жива. Я конечно не их тех, кто предков ненавидит и желает им скорейшей смерти, но мало ли что. Авария, гопники с ножом, инфаркт... Да что угодно. Или я просто такая психованная параноичка? — Я заехала к подружке, мы немного выпили, так что я останусь ненадолго. — Ясно, — я устало потёрла переносицу и прикрыла глаза. Никаких нервов не напасёшься на них. — Когда вернёшься? И где живёт твоя подружка, если что? — Не знаю, — честно ответила мама. — Я решила немного отдохнуть после трудной командировки, могу и задержаться тут. Если что, я в Тэгу. — Что?! — я обалдела. В другом городе. Господи, пошли мне нормальных предков, а не этим безответственных работяг. Вообще странно, что моя мать-вечный-непробиваемый-трудоголик решила внезапно отдохнуть. Вот так, от пизды, забив, что у неё вообще-то несовершеннолетняя дочь одна осталась. А я ещё на Чимина что-то гнала. — А как я тут буду? — Ну, я могу позвонить Чонам, поживёшь пока у них, думаю, Чонгук будет не против. Успели уже подружиться, небось, пока нас не было? — Вот только не это. Ладно, я тогда к Минджи с Чимином. Пока, — и я отключилась, не дав маме время, чтобы возразить. А она стала бы, я точно знаю. У неё на семейство Паков несварение желудка какое-то. Отправила бы меня к семейству Чон, где моя кукуха окончательно пристрелила бы себя от тленности бытия. И я сейчас не шучу. Я поднялась к себе, по пути врубая свет во всём доме, а также включив музыку на мобильнике, потому что темнота и тишина в доме напоминали какой-то фильм ужасов, в котором я претендовала на роль главной героини. Ну или на роль первой крови, чтобы у сюжета было, с чего начаться. Убраться из этого здания хотелось поскорее. Особенно если учесть то, что я услышала от друга Юнги. Где-то в городе орудует маньяк, о личности которого знают всего несколько человек. Кстати, об этом же должно быть в новостях. На часах было уже половина девятого, вечерние новости, очевидно, давно прошли. Интернет, спасибо, что ты есть. Я отвлеклась от сбора учебников и вещей, засев за комп. От Джи уже было несколько сообщений, но я не стала их читать. Быстренько написала Чимину, чтобы он забрал меня. Гонять Минджи в полном одиночестве по темноте сейчас опасно, а Чим хоть убежать сможет в случае чего. Пак без вопросов согласился, поэтому я открыла поисковик. Что ж, посмотрим. — Так, это всё не то, не то... — я пролистывала ленту, отсеивая то, что казалось мне непохожим на искомый материал, пока не наткнулась на фото каких-то ящиков, испачканных довольно большим количеством крови. Я пробегала глазами по строкам, периодически проговаривая вслух какие-то слова. — "Сегодня в переулке... ага, адрес... Чёрт, это же совсем близко к школе... тело молодой женщины... изуродовано... Жертва была зарезана, предположительно, ножом... Пострадавшую опознали, как Пак Миё... так, она... — Что? — раздалось за моей спиной. Я от неожиданности чуть со стула не свалилась. Чимин, самостоятельно вошедший в дом, стоял в дверном проёме и смотрел на меня обалдевшими глазами. — Что? Блин, Чим, ты меня напугал. Хоть бы постучался, — я захлопнула ноут, чтобы Пак не заметил, чё я там нагуглила, не хватало ещё ему потрясений, и пошла дособирать манатки. Однако парень сам приблизился к столу и поднял крышку устройства, вчитываясь в текст. Ну ладно, раз такой любопытный, пусть смотрит. Всё равно бы потом узнал из телика или от знакомых. Такие громкие дела обычно у всех на слуху. Когда кого-то убивают, город просто на ушах стоит. — Пак Миё? — Чимин сказал это тихо, но я уловила. И тут дошло, что убитая могла ему приходиться родственницей. Это, конечно, вряд ли, Паков в Корее, как Кимов, просто дохрена, но такие эмоции на лице Чима я видела впервые. — Фото тела нет. — Ну конечно нет, это же не для общественного любования, хотя, если очень надо, можно поискать в инете. Её же кто-то нашёл, да и зевак сто пудов было много, кто-то мог сфоткать и выкинуть в сеть, — констатировала я, словно капитан очевидность, а затем отрубила компьютер, всё электричество в доме, закинула сумку с вещами на плечо и потянула шокированного Чимина на свежий воздух. — Тебе зачем фото? Ты её знал? — Не знаю, может, просто девушка с таким именем. Мне надо позвонить Юнги, — Пак потянулся в карман за телефоном, но я остановила его. Подозреваю, что парень мне всё выложил, сам того не осознавая, ещё не пришёл в себя окончательно. А у Мина сейчас другие проблемы, скорее всего, из-за убийцы этой Пак Миё. И вообще, у них в компании Юнги — всемогущий решала? Все его друзья звонят Мину, чуть что случается? — Позвони ему утром. Юнги сейчас очень занят, — поймав непонимающий взгляд Чимина, я выдохнула. Да уж, моя слишком большая осведомлённость о его друге Пака удивила. — Я только недавно с ним попрощалась. Юнги позвонил какой-то Джин. У него беда, и супер-Мин поспешил на выручку. Не разрываться же теперь. Просто потерпи. Позвони своей знакомой на мобильный, может, ответит. Или в гости сходи, только утром, а то поздно уже. Не грузи Юнги ещё и своим беспокойством, а то дёрнешь его зря. Чим согласился явно через силу, и мы отправились к нему в квартиру, но я в глубине души понимала, что солгала. Проблемы сейчас у Юнги и Чимина общие. И все они связаны с каким-то маньяком психопатом, которого мы знаем по игре в безумные прятки. Кажется, я вляпалась во что-то действительно хреновое. Теперь главное — не затащить туда же Минджи. Весёлая улыбка вместо волнения, отмазка, что мама уехала, потому мне одной ночевать скучно, а не дико страшно, и вперёд. Сжимаю руку Чим-чима, чтобы успокоить его, хотя саму внутренне трясёт, а он улыбается в ответ ради моего душевного спокойствия. И снова ложь во благо, как и притворство. Все мы носим эту маску, скрывая то, что на душе. Когда-нибудь нам это аукнется, но не сегодня...
