Обманешь ещё раз?

Т Ы М О Л Ч И Ш Ь, О П Я Т Ь П О Ч Е М У Т Ы М О Л Ч И Ш Ь? Высокая стройная фигура с ровной спиной стоит посреди пустынной улицы, освещаемая огнём от разрушенного здания. Тень трепещет и скоро сдвигается с места. Под ногами что-то звякнуло. Взгляд этой персоны опускается на оружие, лежащее под ногами. СССР поднимает пистолет, не спеша осматривает и небрежно откидывает за спину. Магазин был пуст. С неким отвращением тот смотрит на труп, лежащий под обвалившейся стеной. Было довольно тихо, будто в живых вообще никого не осталось. Перешагнув через тело, СССР прошёл дальше, иногда отодвигая большие куски стен или просто перебираясь через них. Внезапно его кто-то окликнул сзади, послышались шаги, постепенно перерастающие в бег. Союз обернулся, увидев подбегающего к нему Рейха. Нацист затормозил сразу же, как только поравнялся к СССР. Со слезами на глазах смотря на фигуру перед собой, малой всхлипнул и со всем отчаянием оттолкнул от себя Совка. — Да как ты мог! Ты нагло ударил мне в спину! Как так вообще можно делать?! — Вскрикнул Рейх, только сейчас заметив одного из своих подчинённых под развалинами стены. — Ты нарушил договор. — Собрав всю волю в кулак добавил Рейх. Союз отпихнул Рейха и пошёл дальше своим путём, в то время, как нацист что-то кричал ему вслед. Здание рядом рвануло, пламя вознеслось вверх ярким столбом. Поток горячего воздуха обдул обоих и даже сорвал с Рейха его любимую, уже немного потёртую, фуражку. Поднимая её нацист тихо прошипел. Он был ранен, но не слишком серьёзно, несмотря на это наклоняться и быстро что-то делать было больновато. Тучи в секунды заволокли небо, подул сильный ветер, заморосил дождь. Рейх надел фуражку и поправил её. Подняв голову он смотрел на небо, иногда косясь на уходящего СССР и горящее здание. В это самое время нацист поклялся сам себе, что он никогда не будет снисходителен к этому мерзкому существу. В глазах его блеснула ярко выраженная злоба, на лице всплыл оскал. Уверенным шагом Рейх пошёл за Союзом, скрипя зубами от эмоций, переполнявших его. Злость и ненависть впивались в рассудок, проедая его, как хищники. Выхватив пистолет, Рейх направил дуло на голову СССР, подойдя ближе и сильно прижав его к затылку. -Т Ы Н Е З А С Л У Ж И В А Е Ш Ь Ж И З Н И — Произнёс нацист, медленно нажимая на курок. Громкий, оглушающий звон стекла и темнота вокруг. Не было ничего слышно, не было ничего видно. Сплошной мрак и ничего больше. Земля ушла из-под ног, наступило свободное падение. Куда падал — не знаю. Очнулся Рейх в незнакомом помещении, было жутко холодно, от чего тот поёжился. Озноб пробивал насквозь, голова дико болела, перед глазами всё двоилось. Он кое-как смог различить фигуру, в это время выходящую из комнаты. Нацист хотел что-то сказать, но не смог, лишь повёл рукой вслед. Ослабший, не понимающий где он и что происходит, Рейх продолжал лежать и пытаться прийти в себя. Снова провалившись в сон он пролежал так ещё несколько часов, после чего его разбудили. Сонно приоткрыв глаза Рейх посмотрел на СССР, что сидел рядом, протянув к тому руку. — О, ты наконец-то проснулся. Ну ты и соня, однако. — Протянул Союз, убирая руку от встрепенувшегося нациста. В глазах того опять всё поплыло. — Ну-ну, только в себя пришёл. Лежи давай. — Проговорил Совок, аккуратно кладя того обратно, ласковым толчком в плечо. — Я в аду? — Тихо спросил Рейх, на что получил тихий хриплый смешок. — Нет, ты в больнице. — Ответил тот, вставая со стула. — Ладно, не буду тебя сильно тревожить. — Стой. — Дёрнул малой СССР за рукав. — Что произошло? На несколько секунд Союз замолк, смотря на Рейха. — Тебя пришибло вылетевшей оконной рамой. Ничего особенного. — Ничего особенного?! — Ну бывает, ну случается всякое, что ж поделаешь. — Пожал плечами СССР, на что получил всё такой же злобный взгляд. — Не смотри так на меня. Я что ли виноват? Ладно, спи дальше, сурок. С этими словами Союз удалился из комнаты и закрыл за собой дверь. Рейх остался лежать. Тело болело, голова тоже. Он решил осмотреться. Обычная комната с высокими потолками и немного затёртыми стенами. Тут было всего 2 двери и столько же окон. В комнате было душно, но форточку никто не собирался открывать. Рейх с отчаянием плюхнулся на подушку, сползая по ней вниз. Было невероятно скучно.