Обманешь ещё раз?

Это утро обещало быть добрым и хорошим. Зимние холода начинали потихоньку спадать. Не успел Рейх проснуться, как в комнату влетает радостный СССР, который будто вот-вот взорвётся от эмоций. Нацист открывает глаза и недовольно бросает взгляд на коммуниста. Ему явно не нравилось присутствие кого-либо в комнате. — Доброе утро, Рейх! Что ты так долго спишь? Тебе плохо? — Выдаёт Совок, плюхнувшись на стул возле кровати. — Господи… тебя только тут не хватало. Съеби, пожалуйста. — Пробурчал под нос Рейх, отворачиваясь от русского. Союзу это выражение явно было обидно. Тихо опустив голову он посмотрел в пол. Улыбка стёрлась с лица. Он молчал, но всё-таки решил глянуть на немца. Тот же в свою очередь получше укутывается в одеяло, про себя возмущаясь на больничные кровати, вернее, на их жёсткость. Коммунист кладёт руку на плечо Рейха, на что получает невнятное рычание. — Отстань. — Бросает немец, вскакивая с кровати, но запутавшись в одеяле, падает на пол. — Как же от тебя отстать, если ты даже встать с кровати нормально не можешь. — Усмехнулся Союз, поднимаясь со стула и подходя к лежавшему на полу Рейху. — Тебе нянька нужна, а ты в войну ввязался. Нацист поднимает на СССР взгляд полный ненависти и шипит сквозь клыки, пытаясь приподняться. В итоге у него это получается и он сидит на коленях, смотря в глаза Союзу. — Слушай сюда, упырь советский, ты кем себя возомнил, героем всех времён? — Спрашивает Рейх через некоторое время напряжённого молчания и игры в гляделки. — Ты жалок. Обмануть союзника, после этого солгав, что это я начал войну. Лживая тварь. Немец опирается руками в пол, привстаёт с колен и поднимается в полный рост, немного согнувшись из-за незажившей раны в районе талии с боку. Приложив к ней руку он понял, что при падении он сдёрнул о край кровати защитный слой, который образовался на ране за это время, и из раны слабо течёт кровь. Несмотря на это нацист молчал, тихо фыркая от боли. Он не стал просить, чтобы ему принесли бинты или пластырь, он не привык просить помощи у врагов. — Всё в порядке? — Спросил Союз сажая Рейха на кровать и заметив после этого кровь на идеально белой рубашке. Расстегнув её тот покачал головой и отошёл от кровати, уходя из палаты. — Сейчас вернусь, я за бинтами. Как только СССР вышел за дверь, немец поднялся с кровати и вышел следом. В коридоре никого не было, слышались удаляющиеся шаги коммуниста. В коридоре сильно пахло лекарствами и нашатырным спиртом, эта вонь чуть не довела немца до тошноты. Некоторые лампочки были перегоревшими, кафель на полу на ощупь как снег. Ощущая жжение в ступнях Рейх решил как можно быстрее начать идти. Хоть куда-нибудь. Если он ещё на немного задержится, то есть вероятность, что вернётся коммунист и запрёт его в комнате. Тогда вариантов для побега будет очень немного. Дойдя до лестницы малой осмотрелся. Тихо, никого нет. Он наступил на первую ступеньку и вздрогнул. Лестница была холоднее, чем кафель, но ничего не поделаешь. Даже было странно, что между коридором и палатой есть такая видимая разница в температуре. Когда тот спустился вниз ему сразу в нос ударил жёсткий трупный запах. Еле-еле немец сглотнул огромный ком, подступивший к горлу и захлопнул дверь, вернувшись обратно на лестницу. Только сейчас он увидел надпись на двери, от которой у него сердце ушло в пятки. «Морг». — Рейх, ты где? — Донёсся до его слуха зов Союза и он услышал шаги в его сторону. Собравшись с силами он собрал всю волю в кулак и, закрыв рот и нос руками, влетел в морг, захлопнув за собой дверь и убегая в даль узкого прохода между полок с трупами. Немец в диком ужасе продолжал бежать по еле-еле освещённым коридорам, которые казались ему бесконечными. Вскоре после очередного резкого поворота он поскользнулся на луже крови и с тихим хлопком упал на спину. Смотря в потолок он заметил, как лампочка над ним перегорает и после этого разбивается вдребезги. Закрыв лицо руками чтобы защитить себя от осколков он опять услышал шаги, но они были далеко. Всё-таки СССР понял, что нацист именно тут. Куда бежать? Нигде не спрячешься. Хотя нет, вон видна свободная полка. Малой резко вскочил с пола и побежал к ней. Взобравшись на второй ярус он улёгся поближе к стенке и затаил дыхание. Царил полумрак. Это было его прикрытие. Ледяной сквозняк, взявшийся непонятно откуда, заставлял тело трястись от озноба, жуткая обстановка лишь расстраивало и так разыгравшееся воображение немца. Всё вновь затихло. Союз ушёл из отделения морга. Немец, уже привыкший к мерзкому запаху, не замечал его. Он сполз с койки и спрыгнул на пол. Сейчас же продолжил путь в его голову влезли какие-то нужные мысли, которые постоянно путались. Остановившись у какой-то металлической двери он заметил висевший на стене план здания. Эта дверь должна вести к какой-то непонятной комнате, но никак не на выход. Прислонившись к ней малой прислушался. Непонятное рычание и царапанье двери с другой стороны заставили его очень быстро отойти и немец попятился назад. Нужно было искать нужный безопасный выход. Как же покинуть эту чёртову больницу?! Почему Союз просто не оставил его на улице? Было слишком много вопросов и крайне мало ответов…