Только боль

Слезы Лэнса медленно падали с лица на землю, оставляя после себя мокрый след. Кит отчаянно пытается въехать в суть сказанных слов МакКлейна, что у него выходит после того, как Лэнс впечатал кулак в его стальную грудь (как показалась ему). Кит немного дернулся, но не отошел. Сила у парня была малозначительной, что удар для натренированного брюнета был не больше, чем обычное прикосновение. Слабость шатена заставила Кита побеспокоиться. Неужели, он так долго находиться в таком состоянии? Как такой жизнерадостный, извечный ловелас и буйный парень смог превратиться за два месяца в это? Кит в ужасе! Кит чувствует режущую боль в груди и это не из-за «удара» Лэнса. Ему стыдно. Когда брюнету было отнюдь не хорошо, то Лэнс пришел к нему. Пришел, успокоил и помог встать на ноги. И чем же ответил он ему? Двухмесячным игнором? Видимо, Кит тот ещё ублюдок. Как Лэнс и думал. Но раз он здесь, то должен искупить свою вину. Помочь ему. Просто обязан с этим что-то сделать! Пока Кит летал в своих мыслях, парень с порезами на руках, пытается остановить свои слезы, как признак слабости, чтобы Когане не видел его таким. Странно. Когда-то Кит так же прикрывался перед ним, стирая рукавом мокрую дорожку на щеках. Что дало повод мысленно улыбнуться парню. Он протянул свою правую руку к красному лицу шатена, мягко поглаживая горячую щеку. Лэнс поднял на него глаза. — Что ты делаешь? — со всхлипами спросил Лэнс, схватив за запястье чужую руку, которая бесстыдно гладила его лицо. У Когане поднялись уголки губ. — Ты такой красивый…- шепнул мягко он, смотря на открывающийся от шока рот МакКлейна. Кубинец надеялся сказать что-то грубое в ответ, но в мыслях эхом звучала эта фраза, которую ему никогда не говорили с такой ласковой улыбкой (кроме, конечно же, матери). Все же приходя в себя, Лэнс отрицательно мотнул головой, отталкивая от себя руку. — Прекрати это, — отозвался наконец-то шатен, пряча порезы под одежду и все же надевая капюшон. Кит не стал мешать его действиям, отпуская руки вниз. Ему больно видеть сломленного Лэнса. Таким грустным. Таким одиноким и холодным. Он походил на брошенного щенка под дождем. А Кит тот, кто его и оставил. Послышался скрежет зубов, от чего МакКлейн посмотрел на горькую мину брюнета, который скрипел зубами. Лэнс хотел было уходить, но его что-то останавливало. Ноги отказывались уходить, а глаза отрываться от силуэта. Кит не смог этого не заметить. Все же Лэнс чувствует ещё ту связь, которую они смогли создать вместе. Когда они были вместе. Когда Кит держался за него, как утопающий за спасательный круг. Только вот Лэнс все же смог утонуть. А Когане, как последняя тварь, оставил его. Однако, Лэнс все еще стоит, будто боится пошевелиться. Но у брюнета нет такой преграды, что он схватил того за бедра и перехватил себе на плечо. Лэнс визгнул, боясь упасть с плеча парня, что обвил вокруг его талии руки, прижавшись как можно крепче. Но и такого рода действия заставило парня начать брыкаться в сильных руках. — Отпусти меня немедленно! — приказывал он, визжа на всю улицу. Кит подкинул его, чтобы удобнее уложить на плечо, держа за ноги, от чего у Лэнса душа в пятки ушла. Все же страшно вот так вот в воздухе перевернуться. — Куда ты меня тащишь? — Уже более спокойно спросил Лэнс, крепко хватаясь за чужую футболку. Кит сбросил все шутки в сторону и решил окончательно заняться Лэнсом. И сейчас нужно было принести его туда, откуда тот не сможет сбежать. — Ко мне домой, — равнодушно ответил он, начиная чувствовать боль в мышцах, — Хорошо, что здесь недалеко. Через пару мгновений, Кит, все так же держа Лэнса, ногой открыл незапертую входную дверь, проходя внутрь. После этого, Когане поставил его на ноги, поспешив перекрыть выход, закрывая на замок. Лэнс напрягся, совсем уже не понимая, что тому нужно от него. Кит скептически скрестил руки на груди, ожидая объяснений. МакКлейн приподнял левую бровь, спрятав руки в карманы джинсов. У Когане терпение на вес золота. — Чего ты хочешь от меня? — холодно спросил он, не двигаясь с места. Кит нахмурился, подходя ближе к «пленнику». — Я хочу выяснить, почему ты дошел до такого, — пальцем указав на руки, намекая на порезанные запястья. А ведь Кит и не догадывается, что в ранах не только его руки… — Я не обязан тебе докладывать, как провинившийся ученик перед учителем, — Лэнс настойчиво упрямится, гордо поднимая подбородок вверх. Но Кит не собирается так запросто сдаваться. — Тогда я не выпущу тебя отсюда, пока не получу ответа на свой вопрос. Упрямься сколько хочешь. Лэнс задумался. Стоять здесь, в этом доме, где у них столько хороших воспоминаний, было довольно тяжело. В глазах вспыхнули картинки, напоминая о прошлом месяце, когда они звонко смеялись и обсуждали что-то. Когда вели бытовую жизнь, в которой отчаянно прикладывал руки сам он. Лэнс помнит, как умудрился влюбиться в него. — Почему тебя это так заботит? К чему все это? Разве тебе было на меня не наплевать целый месяц? Когда я отчаяно нуждался в тебе! — он старался не давать тонких подробностей, но как-то само сорвалось. Все же держать в себе горечь и обиду было больно и напряженно. «Время выговориться!», подумал МакКлейн, сжав кулаки. — Почему ты отвернулся от меня, когда все было так хорошо? Почему ты бросил меня? Почему ты такая сволочь! — и это было только начало. Лэнс отдышался и спокойно продолжил, — Я хотел подружиться с тобой, и у меня это вышло! Мы стали вместе проводить время. Я помогал всем, чем мог тебе! Я хотел, чтобы ты смирился со смертью отца и продолжал жить! И знаешь, у меня вышло! Но потом… Когда я просто хотел общения с тобой, ты отворачивался от меня! Думаешь, попользовался и решил бросить, как игрушку? Поигрался немного и выкинул! Хочешь знать правду? Вот что ты сделал со мной! Вы! Все вы! А я думал, что мы связаны… Да я, идиот, влюбился в тебя! А ты… После сказанных слов, Лэнс упал на колени, прикладывая пальцы к лицу, обдумывая сказанное. Кит стоял и не дышал. Сперло дыхание. Он схватился за сердце, смотря на юношу. Ему только что признались в любви, а он растоптал ее. Кит не хотел, чтобы все так обернулось. — Лэнс… — Когане стал медленно приближаться к нему, но его остановила рука перед ним. — Не надо! — кричал он, чувствуя дрожь. Поставив руку, как преграду для него, Лэнс проглотил сквозь слезы болезненный стон, — Было глупо надеяться, что я нужен тебе. Ты не представляешь, что я чувствовал, сидя в своей комнате. Это ужасно, когда ты говоришь… А отвечает тебе...тишина. Кит, поникнув, размышлял над словами парня. Ему больно. Он был в одиночестве, не имея никакой поддержки и утешения. Как же он мог так облажаться? Немного подумав, Когане развернулся и открыл дверь. Лэнс ответил. Кит сдержит слово, отпустив его домой. — Я понимаю, как тебе сейчас противно находиться здесь, рядом со мной. Я лишь хочу сказать, что ты прав. Я аморальный урод. Я убийца, — Кит обнял себя, не смотря на юношу, который, кажется, совсем не слушает его. Лэнс встал с пола и направился к выходу. Проходя мимо брюнета, Лэнс заметил, как с чужих глаз потекла маленькая слезинка. Кит жалеет. Но уже ничего не исправить… Когда кубинец вышел на улицу, Кит поднял на него взгляд. Медленно, но верно Лэнс уходил от него. — Я исправлю эту ошибку! Слышишь, Лэнс? — Кит кричал ему вслед, как шатен все же остановился, но не повернулся к нему, — Я сделаю все, чтобы вновь увидеть тебя счастливым! Ничто меня не остановит! И ты снова влюбишься в меня! Только дождись! И имей ввиду, я не оставлю тебя в покое… Лэнс усмехнулся, представив эту безнадежную картину. Больше всего он хотел бы этого, но это лишь бессмысленная ложь. Больше всего Лэнс хочет снова быть рядом с Китом. Но раны неожиданно резко заныли. Вспомнилась и обида. — Не обещай того, чего не сможешь сдержать, Кит, — с равнодушием лишь сказал он, продолжая шагать дальше. Кит понимает неуверенность Лэнса. Кит понимает, что будет сложно заслужить доверие. Потому что Лэнс сломлен.