don't let me die

Jooyoung – Dive

Seventeen – Good to me

POV Минхёк

      Джухо позвонил так неожиданно, что я даже не смог нормально собраться, выбежав в нужное место. Что им от меня потребовалось? Ещё давно ясно сказал о своём нежелании во всем этом участвовать. Ведь я так и не рассказал Кихёну об этом... Хотя думаю будет лучше сохранить это в секрете.       Уже почти на месте, и меня встречает ЙеИн, мило улыбаясь. В какой-то степени его жалко, беднягу затащил сюда Хванхи. Об их отношениях узнал совсем недавно, но злости к Йе не испытываю, наоборот хочется открыть глаза о настоящей личности Хвана. Проблема в том, что Сон слишком любит брата Кихёна и буквально готов на всё. Я киваю в ответ, не хочу выпускать весь гнев и злость на этом милом ребёнке. — Мин!, — Джухо или как его называют "Зухо" пожоже чем-то взволнован, — Ты всё-таки пришёл! Скоро должен явиться Хванхи, он всё объяснит. — Не хочу пересекаться с ним, — после того как он приходил ко мне, вообще пытаюсь отрицать его существование, но это жизнь и одними мыслями ничего не поменяешь, — Можете быстро объяснить, что происходит, и я уйду, — несмотря на разные возраста в этой банде, все общались на равном уровне.       Похоже Хо уже собрался изъяснять ситуацию, как его прерывает запыхавшийся Хванхи, откуда-то прибегая, — Минхёк!, — из-за сильной отдышки он не мог нормально говорить. Тратит где-то тридцать секунд для нормализования дыхания, — Я видел Кихёна.       Стоп, что?! Кихёна?! Но... Ах, точно, я так и не спрятал ключи. Из-за того, что Хи, когда мы встречались, слишком часто наведывался, у него были вторые ключи, вот теперь у меня их осталось двое. Как я мог забыть такое?, — В смысле ты его видел?, — я сразу перехожу на грубый тон, не желая любезничать.       Тот сразу понял как на меня действует это имя, ухмыляясь, — Я почти покончил с этой проблемой, — улыбается, издеваясь надо мной, видит же как я боюсь за своего мальчика, — Но надо же, — наигранно надувает щёчки. Хи выглядит слишком милым, успешно скрывая свою истинную сущность, — Его спас какой-то парень. — Какой ещё парень?, — не нравится мне всё это. — Я не знаю его, но выглядело так, будто бы они встречаются, — чувство ревности грызёт изнутри.       Ах, чёрт возьми, так больно, — С чего ты это взял?, — главное не показывать своих эмоций и слабостей. — Они целовались, — всего два проклятых слова заставляют сердце невольно сжаться, — Так что не переживай, Ки в безопасности, — вот же тварь, знаешь как давить на больное, — Возможно с ним он будет действительно счастлив, — выделяет каждое слово. И конечно же я понимаю этот не очень тонкий намёк. — Куда они пошли? — К незнакомцу, — снова улыбается, — Мин, смирись, вы не будете счастливы вместе. — Заткнись! Я перебью всех, кто будет стоять на моём пути, — и сейчас говорю это на полном серьёзе.       Все вокруг нас молчали, ожидая чем же всё это закончится, — О-о-о, — тянет Хван, — Твоя старая сторона начала просыпаться.       Игнорирую эти слова, уже обращаясь к Зухо, — Извини, мне надо найти кое-кого, поэтому я выслушаю вас позже, — и не дожидаясь ответа, поворачиваюсь снова к Ли, — А теперь скажи мне, — он смотрит довольно оживлённо, даже не догадываясь, что я собираюсь делать, — Что ты сделал Ки? — К сожалению успел только пару раз ударить, а жаль, — насмехаясь произносит. — Всего пару раз?, — подхожу, пристально смотря, — Ну тогда тебе повезло, — бью того по лицу. Кажется, что время остановилось, все смотрят на меня с удивлением. ЙеИн – парень Хвана, сильно перепугался, испуганно глядя из-под длинной чёлки, — Это за Кихёна. Ещё раз тронешь его, — делаю паузу, — Убью.       Пока все проглотили дар речи, направляюсь в сторону дома Чангюна, так как почти уверен, что этим незнакомцем является он. Как же достали эти выходки, неужели так трудно смириться? Ну ничего, я возьмусь за воспитание Ки, пусть только попробует снова ослушаться меня.       А если это не Гюн? Но больше же нет вариантов

***

POV Кихён

      Диагноз врача оказался слишком предсказуемым, тем более я испытывал много стресса, естественно сердце реагирует на всё это. Главное, чтобы болезнь не переросла во что-нибудь более серьёзное.        И вот мы уже идём к Чангюну, держась за руки, обсуждая недавние происшествия. Скоро я буду у Гюна, греться в тёплом одеяле или же в объятиях друга, хотя сейчас это дружбой не назовёшь. Да, мне нравится он как человек, как отличный приятель. Нравятся его поцелуи, прикосновения, и возможно даже хочется большего. Но при всём этом не могу твёрдо сказать, что люблю его. Вся моя жизнь – сплошная путаница.       Им резко тормозит, заставляя меня вопросительно посмотреть. Из-за угла выходит Минхёк, и я инстинктивно шагаю назад. Как он догадался? — Чангюн, давай мы мирно решим это дело, и ты мне просто отдашь его?       Прижимаюсь ближе, к кажется, совсем спокойному Чану, но всё же скорее всего он просто не показывает своих эмоций. Пожалуйста, он же не выполнит просьбу Мина?, — Он не вещь и сам в праве выбирать где и с кем ему быть.       Мин, не ожидавший такого ответа прожигал именно меня взглядом. Подходит ближе, на что Гюн прижимает ближе, как тогда в случае с Хванхи, — Ки, пойдём домой, — Хёк говорит спокойно, но кажется, если я пойду с ним, то дома он меня убьёт. — Н..Нет, я не хочу, — тихо произношу, не отлипая от друга. — Я сказал пойдём, — уже более грубо. Как я ненавижу этот принижающий тон, — Кихён. — Если он не хочет, значит не пойдёт, — вмешивается Гюн, зля преподавателя ещё сильнее, — Пойдём, — кивает мне. Крепко держит за руку, направляясь к дому. — Чангюн, — окликает того Ли, — Сейчас я позволю забрать его, только потому, что у меня появились некоторые проблемы. Но потом, — я оборачиваюсь, — я верну его любым способом, — и вправду, говорит как о вещи, но ведь это... неправильно. Как и сказал Чан, я имею право на выбор и никому не принадлежу.

***

POV автор

      Как и ожидалось Кихён находится в объятиях Чангюна, смотря какое-то глупое, уже наскучившее шоу. Когда понимает, что больше не может это терпеть, откидывается назад. Ничего не ожидавший Ки изумляется, заметив младшего, нависающего над ним.       Кихён лежит на белоснежной постели, пытается спрятать лёгкий румянец, не зная куда деться. Закрывается ладошками, а позже льнет к Гюну и обхватывает шею в кольце рук, притягивая к себе и зарывается руками в волосы, теребит нежно каждый волосок. Такой потрясающе мягкий, удобный, вкусный. Чангюн чуть привстает, чтобы поглядеть ещё раз на его лицо. — Никогда не видел никого красивее тебя, — Реакция Кихёна такая забавная. Чангюн проводит ладонью по щеке и еле сдерживает восхищённый вздох, — Я никогда не брошу тебя.       Чувствует, это тот самый момент и накрывает своими губами его, сминая, пробуя на вкус, как в первый раз, поглаживая талию. Целует мягко, но с громкими звуками. Возбуждает. Спускается к скуле, покрывая ее лёгкими поцелуями, всё ниже и ниже. Доходя до ключиц, не пропускает их и уже обеими руками сильно прижимает тело к себе, что выгибается от наслаждения, давая Гюну весь обзор на ровную шею и грудь. Засасывает кожу на ключицах, изредка прикусывая, водит длинным языком по укусам и следам, что уже стали проявляться. Кихён нервничает, неровно дышит и руками сильно сжимает края футболки, изредка выдавая больше чем просто горячий, слышимый выдох. Глаза Ки наконец-то распахиваются, но лишь на мгновение, когда Им сдирает с него верх одежды. Тихо постанывает, когда Гюн кончиком языка задевает затвердевшие горошины, посасывая, делая приятно. Руки давно шарятся по рельефам голой спины. Вычерчивая языком линии, Им чувствует как сильно бьётся сердце Кихёна. Гюн слепо находит его руку и переплетает с ним пальцы. В штанах уже дико невозможно больно. Боксеры давят на затвердевшую плоть, и Гюн не уверен, что Кихён тоже будет долго терпеть. Зубами Чан оттягивает резинку боксеров. Кихен в порыве возбуждения кусает свой указательный палец, а после толкает уже два себе в рот, посасывая, облизывает так пошло. Уже не чувствует ничего кроме наслаждения от столь приятных прикосновений Гюна. Но резко распахивает глаза, ощущая чужие губы на головке. Такие горячие, двигаются прямо по стволу. Кихён откидывает голову назад, подгибая ноги под себя, видимо настолько приятно. — Просто расслабься, — шепчет на ухо и обдает жаром чувствительную кожу, Им. Помогает рукой, надрачивая ему, пока сосёт. Давя языком на уретру, чувствует как Кихён под ним сильно напрягается. — Пож-жалуйста, Гюн.. — он тяжело дышит, старается быстро говорить, но слова путаются, — Не останавливайся. Чангюн держит свою руку на члене и не делает никаких движений, — Чангюн, — не поднимая тяжёлые веки, бубнит Ки. Раздражённо шипит.       Им же снимает полностью с него домашние шорты с нижнем бельем, не забывая про свои. Выдает облегченный выдох, чувствуя, что стояк никуда не упирается. Кихён еле дышит, сам раздвигает ноги под младшим, разрешает делать с ним что угодно, только пусть закончит начатое.       Чангюн преподносит два пальца ко рту друга и стоит Ки увидеть этот пронизывающий взгляд, как сразу послушно сглатывает и обхватывает пальцы губами, играется по ним языком, сосёт как самая настоящая дорогая шлюха, но огорчается сопровождающим чмоком, говорящем о том, что Гюн вынул пальцы и уже приставил их ко входу. Толкает сначала один и водит по стволу, играясь с яичками, мнет головку, отвлекая от боли и медленно водит пальцем внутри. Когда замечает, что дыхание Ки более менее стабильное, толкает второй, двигаясь уже более быстро. В нем так узко и жарко. От наслаждения сам Гюн прикусывает нижнюю губу. А когда пальцы уже свободно проходят, даёт пару секунд на отдышку, доставая своё достоинство и видит страх в глазах Кихёна. Он сильно впечатывается телом в мягкую постель и пододвигает ноги, боясь впустить такой громадный. Только когда Чангюн успокаивающе гладит того по ногам и уже разводит их в сторону, Кихён чувствует себя очень неловко, потому что он полностью голый. Им ставит одну руку у груди Кихёна, нависая над телом, а другой преподносит стоячий колом член к дырочке. Сначала медленно толкается, наблюдая за реакцией Ки. Тот кусает себя за руку, дабы не стонать громко. А когда Чангюн вновь толкается, Ки не сдерживает писк, от чего потом заливается краской. Правой рукой он ищет руку своего друга. Хватает её и кивает, давая понять, что можно ускоряться. Чангюн набирает темп, водя ладонью по члену Кихёна, наклоняется. Долбит прямо по простате. Из чужих уст вырываются стоны и имя парня. В Ки так приятно и тепло. Он не может сдерживаться, выбивает из друга все соки, шлёпает по ягодицам. Кихён срывает горло, меняет позу, приподнимаясь к Чангюну, обнимает его, царапает спину и дышит прямо в шею, ополяя горячим дыханием, поварачивается и стонет в самые губы. Чангюн рычит и грубо целует того. Получается смазано. Их языки крутятся в танце, Ки скачет, слышны пошлые шлепки, а член Ю трётся об торс младшего. Он задирает голову, застывает в немом крике, кончая, обильно покрывая пресс Чангюна. Ещё пару мощных толчков и Гюн изливается внутрь, подергиваясь от оргазма и ласково укладывает себя и тело парня на кровать, тяжело дыша. Руки и ноги отнимаются. Кихён поварачивает голову в сторону Гюна и из его глаз текут слезы. — Малыш, — тянет его Гюн к себе, и ощущает горячие слезы на своей шее, — я люблю тебя, — тянется губами к шее Ки и оставляет там пару багровых отметин