Наша новая жизнь

— Че как, малая? — послышался знакомый голос. — Санс! Я рада тебя видеть! Привет! А… Она встала и взглянула на мешок. Оттуда высовывались валентинки. — Я тоже рад тебя видеть. — Это что, полный мешок валентинок?! — Да-с — Ты что, ограбил валентиночный банк?! Когда ты успел столько сделать? — Ну, это долгая история. Надеюсь, они все подходят. — Святое спагетти… Из кухни высунулась Ториэль. — О, Санс, привет. Как дела? — Всё отлично, мисс Ториэль. А Вы как? — он подошёл к офигевшей Фриск и поднял её с пола, смотря на женщину. — Хорошо! Вы с братом будете отмечать день святого Валентина? — Я обычно не отмечаю его, так как я ОДИНОКАЯ КОСТЬ, но брат в восторге от этой идеи. — Ну, в этом году ты тоже будешь отмечать вместе с нами? — Хех? Почему? — Вместе с Фриск! — Ториэль улыбнулась. Зрачки Санса пропали, он стоял в ступоре. Ториэль что-то подозревает? Или ей Азриэль сказал свои догадки? — Санс, ты чего? — Фриск тянула за мешок, пытаясь утащить его в свою комнату (но он двигался лишь на миллиметр) и смотрела на Санса недоумевающе. — Ведь Фриск не даст нам всем скучать в этот праздник! — женщина рассмеялась. — Мам, Санс ограбил банк валентинок! — кряхтя, Фриск все ещё не теряла решимости. — Хех… — слегка растерянный Санс взял мешок и потащил его в комнату. — Привет, Санс. — Азри подскочил и начал закрывать свою Валентинку. — Привет, малой. Че как? — Всё окей. Ты сам? — Я окостенительно. — Ты пришёл помочь? — Ну да. Меня Папс попросил. — Азриэль, ты видишь этот мешок?! — с восторгом спросила Фриск, указывая на мешок. — Да-а-а. — Как думаешь, что в нём? — Э-э-э… Подушки-пердушки? Или кости? Если это принёс Санс, то там точно подушки. — Нет! — она раскрыла мешок, и оттуда на пол упало 3 аккуратно склеенные красные валентинки в форме сердечек. — Чего?! — он взглянул на Санса. А Санс уже стоял около Азри и читал его валентинку. — Неплохо. — Санс положил руки в карманы куртки и закрыл глаза. — Что это за магия? Как ты это сделал? И эй, нечего читать мою валентинку! Она не тебе! — Как сделал — это секрет. А вот про то, что она не мне, это понятно. Я уже знаю, кому она. — Брэтти, да? — Фриск хитрожопо улыбнулась. — Ну-у да. — Эй, ты чего врешь? — Азриэль нахмурил брови и покраснел, смотря на Фриск, которая уже, наверное, придумывала, как он будет краснеть и отдавать «возлюбленной» открытку. — Хм… Ну что ж, если валентинок хватит всем… Чем же мы займёмся? — Я бы не прочь отдохнуть. А вы как? — Санс присел на кровать Фриск. — Я бы рад сказать, что ты ничего не делал, но теперь это под сомнением… — Да ладно тебе, расслабься. — Эй, парни, может, поиграем во что-нибудь? — Фриск уселась рядом со скелетом. — Догонялки? — Ариэль удивился. — Прятки? — Санс почесал черепушку. — Эх, скучно! Праздник уже послезавтра! Как заснуть? — Я уверен, ты сможешь легко заснуть, Фриск. — Пушистик улыбнулся. — Не думаю! Кстати, подождите я сейчас! — она убежала из комнаты. — Почему ты думаешь, что она заснёт? — Санс без интереса посмотрел в окно. — Ну ты только посмотри на неё. Она весь день носится с валентинками. Она такая… Такая… Жизнерадостная и активная! Устанет к вечеру и заснёт быстро. Разве ты так не думаешь? — Хм-м… Наверное, да. — А откуда валентинки? Ты не мог сделать их сам. Не мог… — Я не знал, сколько нужно. — Да, но ты не ответил на вопрос. — Это слишком КОСТЛЯВЫЙ вопрос для меня. Азри ударил себя по лицу лапкой. — Ладно, не хочешь говорить — не говори. В комнату ворвалась девушка с коробкой. — Это что, приставка? — Пушистик удивился. — Да! Мы всё сделали, ну, Санс всё сделал, и теперь можем поиграть! Никто же не против? Парни отрицательно помотали головами. Подключив всё как нужно, все уселись на пол и взяли джойстики. Игра была захватывающая (Фриск их победила). Потом они решили посмотреть мультики в зале, пока мама Ториэль и папа Азгор ушли в гости к соседям. Ребята весело провели день и уснули все втроём на диване в зале. Вечером родители вернулись домой радостные. Они увидели детей и улыбнулись. — Давай отнесем их в комнату, дорогая, Азгор осторожно взял Азриэля на руки. Ториэль унесла Фриск и положила её на её кровать, Азгор положил Азриэля на его кровать, а Санса на кровать Фриск. — Надо позвонить Папирусу и сказать, что Санс ночует у нас. — Ториэль зашла на кухню, где уже сидел Азгор, пьющий свой любимый чай. — Хорошо. Я позвоню. Так что, мы собираемся снова, как раньше, праздновать тот праздник? — Да. Наши дети хотят этого. Я уверена, что они принесут в мир любовь. Пусть некоторые люди, всё же, не любят нас, но Фриск — та, что сумеет донести до каждого сердца всю истину. — Точно говоришь. Кстати… Ты заметила, что наш сын и Санс не очень ладят? — Верно. Именно поэтому ты положил Санса к дочери? Ты не думаешь, что они могут стесняться этого? — Не думаю. Дочка и Санс — очень давние лучшие друзья. Они же много раз спали вместе с Папирусом у них дома. Фриск очень любит этих братьев. Наверное, поэтому Азриэль стал к ним так относиться… Она проводит с ними много времени, наверное. — Хм… Вроде бы, наоборот, с сыном она проводит больше времени, чем с ними. — Не знаю, дорогая. Но наш сын очень умный. Он поймёт, что его сестра любит всех одинаково. — Верно… — Ториэль села рядом с мужем. Он обнял её одной лапой. — Ты скоро спать? — Досмотрю фильм. — Хорошо. А я иду сейчас. Спокойной ночи. — Сладких снов, дорогая. — Ториэль поцеловала его в щеку и ушла в их спальню. — «Главное, чтобы между сыном и Сансом ничего плохого не произошло. Тут, похоже, дело не в том, с кем Фриск проводит больше времени…» — подумали Азгор и Тори.

***

Наступило утро. Игривый лучик солнца проскользнул через пространство между шторками, и ослепил глазницы скелета. Нехотя, он начал открывать глаза, но сразу же закрыл их. Ярко. Раздавалось пение птиц из-за приоткрытой форточки. В подземелье в его комнате был всего лишь матрас с комками одежды, но в новом доме Папс настоял на том, чтобы у брата была кровать. Санс никак не мог привыкнуть к новым ощущениям пробуждения. Когда так мягко… Слишком мягко. Он почувствовал тепло на своей груди. Почувствовал (да) запах кожи… Такой сладкий. И ещё он почувствовал прикосновение к коже кого-то. Тёплое прикосновение. Его рука была странной… Положение руки. Она была выше его тела. Он медленно открыл глаза. Не ожидая увидеть то, что увидел, он не смог ничего произнести, кроме неожиданного вдоха. Вздохнул и замер. Он лежал прямо рядом с Фриск. Максимально рядом. Он уткнулся лицом ей в шею, а рука его обнимала её не весьма надлежащим образом. Сзади его рука залезла девушке под футболку, прикасаясь к её спине. И нога его была закинута на её ноги. — «Как мы оказались здесь?!» — единственное, что подумал он. Санс не знал, что делать. И это, пожалуй, последнее, что он мог вообще подумать перед тем, как девушка открыла глаза и сонно уставилась на него. — Доброе утро, Санс, — её слегка приоткрытые глаза смотрели другу прямо в глазницы. Она не осознала, что произошло. — Э! Доброе! — скелет резко отдернул руку и свалился с кровати. От такого эпичного падения у обоих сон ушёл. Санс надеялся, что она если она не поняла, когда проснулась, то и сейчас не поймёт. Он встал, отряхнулся и исподлобья посмотрел на неё. Она тоже уже встала с кровати. Щеки её покраснели, а она начала неловко улыбаться и чесать затылок. — А помнишь, мы в детсве тоже так просыпались, когда с нами спал Папс? Засыпали все рядышком и ровно, а просыпались как куча мала. — Хех, помню, малыш, — Скелет усмехнулся. Тогда он не вертелся так во сне. Точнее, он всегда просыпался в той позе, в которой засыпал. Обычно, Папирус наоборот закидывал на всех ноги и руки. — «Почему так получилось? Нас специально в такую позу положили, или что?» — Давай не будем будить брата? Хочешь чай? — прошептала она и тихонько пошла к двери. — Не откажусь. Но я бы предпочел кетчуп. — Санс пошёл за ней. Почему он смутился? Они же просыпались так. В таких странных и нелепых позах. Вместе с Папсом… Это потому, что Папса нет рядом? Но ни он, ни Папирус не смущались, когда просыпались. Они наоборот смеялись… Выйдя из комнаты, парочка отправилась на кухню. Увидев, как мама и папа целуются там, на кухне, ребята спрятались за стеной и решили не мешать им. Лучше подождать. Они отошли подальше и сели рядом друг с другом на пол. — Ох, как же мне не терпится отпраздновать день Святого Валентина! — сказала Фриск шёпотом, мечтательно улыбнувшись. — Хех. Наверное. А почему? — Как это «почему»? Это же так весело! Новый год, чей-то день рождения… На всех праздниках очень круто! Тебе, разве, не весело? — Ну, малыш… Весело. Но этот день Святого Валентина… Не думаю, что для меня это станет таким уж праздником. Я же одинокая кость. — Са-а-а-а-а-нс… — она грустно посмотрела на него, положила ему руку на плечо и после этого её наполнила решимость, — Не переживай! Мы найдём тебе достойную парную кость! Обещаю! От такой лучезарной улыбки внутри скелета ВСЁ сжалось. — Не обязательно делать это, малая. Мне и без парной кости хорошо. — Он улыбнулся. — Нет! Это мой долг! Тебе что, нужна… Эм… Скелетиха? Хм… Такую будет сложно найти… Но есть крокодилихи кошки… И люди. — Люди? — он удивился. — Ну, да… У людей же есть скелеты. Так что… Ну… Почти один вид? Ты же скелет, но человеком тебя не назовёшь… — Ты думаешь, что я буду встречаться с человеком? И с кем, например? — Оу! Не знаю, я ещё не придумала! Но в мире очень много людей! — Она замахала руками, а после чего легонько толкнула его плечом с ухмылкой, — Мы найдём тебе ту, от мысли о которой ты не будешь спать по ночам! — Звучит заманчиво, — он наигранно улыбнулся, — Но я хорошо сплю по ночам. И вообще, а вдруг я уже?.. — Уже что? — Уже… Э… Уже… Уже не одинокая кость?.. Или, точнее сказать, уже думаю о ком-то? Перед сном, конечно. — О… Са-а-а-а-анс! Это так ми-и-ило-о-о-о! — она обняла друга. — Я сказал «вдруг», а не точно. — Он обнял её в ответ. Это была маскировка, чтобы она никого ему не искала. Но, зря он сказал «вдруг». — Вдруг? То есть, ты сомневаешься? Ну всё, будем искать тебе вторую кость!