Не говори отцу

Утреннее солнце пробивалось редкими лучами сквозь плотные шторы. Лучи выхватывали клубы пыли, которая незримым облаком обволакивала все вокруг. Сергей во сне прижимался к чему-то теплому, ему было комфортно. Овладело парнем и какое-то чувство эйфории. Впрочем, ничего удивительного, вчерашние события Сережа воспринял как сон. Соответственно, проснувшись, побоялся сразу открывать глаза, прокручивая в голове божественный поцелуй сновидения. Ему казалось, что видение прервалось именно на моменте, когда он так хотел продолжения. Даже мысли не допустил парень, что все это было в реальности. Юра, тем временем, мирно сопел рядом с расстегнутой рубашкой, которую даже не потрудился снять или запахнуть. Очки его покоились на тумбочке рядом и это один из редких случаев, когда мужчина был без них. Они лежали рядышком, слишком близко, Юра невесомо обнимал талию парня, но рука его лежала поверх одеяла, соответственно, Сережа этого почти не чувствовал.    — Ахуеть, не встать… — Сережа задохнулся, одновременно с этим расплылся в широченной улыбке идиота, сердце стучать перестало совсем, а в глазах искорки вспыхнули. Для полноты картины не хватало только крови из носа и натуральная сцена из манги. Первым, что увидел Сережа, стал полуголый Юра, реакция говорила сама за себя. Парень даже дышать перестал, дабы не спугнуть свой глюк. Не мог он подумать, что все это реальность. Что бы он, да в кровати с самим Юрием, да еще и полуголым, да еще и… Стоп! Сережа и сам был не совсем одет, а еще ощутил, как шея его словно вспыхнула, заныв немного сладковатой болью. Наконец до парня дошло. Он вспомнил, как выпил, как пришел к Юре, как они целовались. Все вспомнил и прямо засветился. Захотелось студенту сделать что-то хорошее для этого мужчины, захотелось обнять его и зацеловать всего, это ведь ему теперь можно, раз его Юрка сам поцеловал. Еще Сережа хотел подольше понаслаждаться спящим любимым. Спал Юрец как все люди: не слишком привлекательно, слегка приоткрыв рот, черты лица расслаблены, несколько искажены освещением. Но разве это как-то колышет Серого? Да даже, если бы Юрка слюни на подушку пускал, студент все равно любовался бы им, слишком сильно было его чувство. Да и ничего особенного в этом, по-факту, и нет. Но слюни Юра не пускал, а без очков выглядел симпатичнее обычного. «Может его сфотографировать? Буду любоваться потом по ночам… Но если потянусь к телефону, то разбужу его. Нет, нельзя. Еще и получить могу, за попытку фотографирования сонного человека. Эх… А так хотелось… Ничего! В другой раз, Сереж, в другой раз обязательно!» Мысленно рассуждал парнишка, прижимаясь к Юре, как бомж зимой к теплой трубе подвала. Чувствовал теплоту его кожи и просто млел. Наконец, не в силах преодолеть соблазн, Сережа потянулся и очень осторожно, бережно коснулся губ мужчины своими. Студент хотел просто чмокнуть, но разве можно, просто чмокнуть своего избранника? Конечно же нет, поэтому, недолго думая, Сергей запустил язык в приоткрытый рот мужчины. Какого же было удивление парня, когда он осознал, что на его поцелуй отвечают. Юра стиснул одеяло и притянул Сережу ближе. Расстояние между ними совсем пропало, а парень ощутил напряжение в штанах мужчины, из-за такой близости. Что ж тут греха таить, утренний стояк дело постоянное, у Сереги он тоже есть. Великих усилий стоило парню попытаться сдержать стон, хотя, все равно это было тщетно и студент тихонько застонал. Разорвался поцелуй спустя минуту, за которую парень превратился в желешку в мужских руках. Тяжело глотая воздух, Сережа по-щенячьи смотрел на Юрия. Мужчина от этого взгляда смутился, но виду не подал. Он и сам был удивлен, ибо только что проснулся, да его еще и целовали. Однако, такое пробуждение было приятным, особенно, если учесть, что девушки по утрам его обычно отталкивали, а если нет, то определенно чего-то хотели: денег или чего-то вроде намека на предложение и детишек. А тут, мало того что такой же стояк упирается, так еще и этот щенячий взгляд, говорящий, что Сережа каждое утро готов трахаться, если только Юра захочет. Даже взрослый мужчина от такого смутился.    — Д… Доброе утро, — запнувшись произнес Юрец и был награжден счастливой искоркой в глазах Сергея.    — Доброе, Юр! — Парень, словно изнутри светился, хотя и продолжал оставаться покорной желешкой.    — Сколько времени? Мы на работу не опоздали? — Юра поднял глаза и, прищурившись, посмотрел на часы, ничерта не видно, слишком далеко, Сережу-то он отлично видел, студент близко.    — Нет, еще два часа до работы, — промурлыкал парень, тоже поднимая глаза на часы над кроватью. Юра вновь вернул взгляд на парня и по коже его пробежали мурашки. На шейке студента красовалось красное пятнышко засоса. Впрочем, оно было не слишком высоко и, наверное, ворот рубашки скроет эту оплошность взрослого мужика. Юра просто понятия не имел, какой может быть реакция Сережи. Кто его знает, какая она будет, и правда. Может студент попрыгает от счастья, может упадет в обморок от переизбытка радости, станцует сальсу на почве передозировки эндорфина или еще чего устроит. Но пока об этом думать преждевременно, оба лежат в кровати и Сережа о засосе пока что не в курсе. Вообще, Сережа о многом не в курсе, например, что его новоиспеченного друга Юрий теперь, чуть ли не за врага народа считает, растлителем невинных юнцов и, само собой, конкурента, того, что Юра скоро на неделю свалит на читку семинара и даже того, что этим утром Машенька встала пораньше, что бы подождать Юрия у дома, дабы продвинуться в своих намерениях на маленький шажочек. Впрочем, Маша мало волнует теперь Сережу, все мысли заняты только Юрой, что собственно откликается и в мужчине, который тоже думает сейчас только о Сергее. Пошлые мысли, обнаглел Юрец в крайность, а что делать, Сережа сам виноват…    — Ой… — Парень вспыхнул, как помидорка и, прикрыв глаза, потянулся к губам мужчины, потому как Юрий без особых церемоний забрался рукой под одеяло и умостил ладошку на пятой точке парня, слегка сжав ее и начиная массировать. Утренний поцелуй с остатками привкуса дешевого алкоголя и счастья. Может ли иметь вкус счастье? Смотря кого об этом спросить, для Сережи вкус счастья — это Юрины губы, не только губы, весь мужчина. Пальцы все сильнее сжимают попку парнишки, от чего тот неосознанно ее оттопыривает, ему приятно. Странно чувствовать такое, за попу его еще не лапали, но все же приятно. Как только под натиском пальцев Юры джинсы тактично сползают с белоснежной кожи, прихватив с собой и белье, оголяя упругую попку Сережи, последствия его вынужденного занятия спортом, телефон на столе начинает хаотично вибрировать и чуть ли не подпрыгивать. Поцелуй сразу разрывается, Сережа мысленно проклинает того кто звонит, Юра делает то же самое, но попку студента в покое не оставляет, в конце концов, не ему звонят — не ебет. Студент планирует проигнорировать звонок, но по взгляду любимого понимает, что поднять все же стоит. Раскрасневшийся и тяжело дышащий, Сережа тянется к телефону, чувствуя как пальцы мужчины уже раздвигают его ягодицы. Жёсткая подушечка пальца касается дырочки парня и Сережа стонет… Прямо в трубку телефона, даже не удосужившись посмотреть кто звонит.    — СЫН! — В трубке раздается громогласный голос отца Сереги, от которого оба вздрагивают, но похоже стон мужчиной на другом конце трубки был проигнорирован, или воспринят как-то иначе, ибо о нем тактично умолчали, вываливая на сына суть звонка. — Мать твою за ногу, где ты шляешься? На каторгу идти пора, во вчерашнем почешешь?! Пиздуй домой переодеваться, мать тут тебе рубаху погладила, белую.    — И брючки! — Раздался женский голос в трубке, Сережиной мамы.    — И брючки… Тьху, ты, зараза, брюки тоже погладила. Домой иди, короче! И позавтракаешь заодно. Ты меня слышишь? АЛЛО! — Мужчина повысил голос, а Сережа с Юрой в полнейшем молчании созерцали друг друга, в самой пикантной из всех существующих поз. Наконец Сергей разлил.    — Э… Я… Я слышу, пап. Приду попозже, может быть… Спасибо, я перезвоню. Сережа благоразумно повесил трубку, ибо у отца от такого пригорело все на свете и он собирался уже выговорить отпрыску, когда он придет, кто он такой и вообще, родительское напутствие, так сказать. Настроение у Юры пропало. Услышав в трубке голос своего друга, до него наконец ясно дошло, что он творит. Собрался трахнуть сына лучшего друга… Это уже не лечится. Зато у Сережи настроение ни на градус не упало, однако, что может сделать студент, который все еще упорно побаивается быть отшитым. Юра убрал руки с мягкого места парня и, отведя взгляд в сторону, молчаливо задумался о своей жизни.    — Ты чего? Это из-за папы? — Сережа предпринял попытку вернуть внимание к своей персоне.    — Ммм… Да нет, не волнуйся, все нормально, давай в другой раз, — Юра попытался улыбнуться, в душе властвовала паника и ничего удивительного. Он боялся, что о таких отношениях узнает его друг, но еще больше Юрий стал бояться, что может причинить Сереже боль. Это то, чего он изначально боялся и почему был вынужден согласиться на эти отношения. Сейчас этот страх только обострился. Он и правда очень любит и всегда любил Сережу, и меньше всего ему хотелось стать причиной боли парня. Поэтому Юра поспешно обнял своего незадачливого любовника и натянул на лицо улыбку. Сережа тоже улыбнулся, немного успокоившись. В целом, главное, что они вместе, а по поводу секса все равно все у них спонтанно вышло, так что в другой раз. *** Никита, темнее тучи, сидел на диванчике вестибюля. Взгляд его был устремлен в дверь начальника и прямо сверлил в ней дыру. Рядом сидел Сергей, с бутылочкой воды и шоколадным батончиком, периодически пережевывая содержимое рта, парень вкратце поведал другу о вчерашнем вечере, подытожив что отношения с Юрием у него теперь просто волшебные.   — …если бы не отец… — Вздохнул Сережа и отправил в рот последний кусочек батончика, старательно пережевывая.   — Да ты что?! — Никитос вскричал и, повернувшись, вцепился в плечи Сереги, от чего парень подавился от неожиданности и расплескал водичку. — Как ты можешь так халатно относиться к этому. Оно же сразу видно, что к тебе отношение плохое. Сам же сказал, что отец твой его спугнул. Зачем тебе такой трус?.. Никита замолчал, покраснел, стиснул зубы и похлопал Сережу по спине. Тот наконец перестал давиться и, запив водичкой свою попытку суицида, посмотрел на друга. — Нет, ну…   — Забудь! — Отчеканил Никита, поняв, что если сейчас спалиться, ищи свищи потом пути поступления к Серому, только жалости и удостоиться. Поэтому решил действовать несколько иначе. Повисло неловкое молчание, нарушаемое редким покашливанием Сергея. Никита погрузился в раздумья, негодуя от того, что невинного и такого милого Сереженьку трогал этот извращенец начальник. УЖАС! А ведь это еще студент не знал всех подробностей, а то поседел бы раньше времени. Время тянулось медленно, но неумолимо клонилось к обеду. Сережа составлял планы на вечер, в которых фигурировал сначала половой акт в коридоре, затем в ванной, затем в кровати, и, конечно, на столе, ибо ужин никто не отменял. Никита вынашивал свои собственные планы, пока так и не придя к единому, но испытывая жгучее чувство ревности. Юра сидел у себя и хаотично перебирал в голове все пути к отступлению, однако, все же гуглил у себя на рабочем компьютере: «Как доставить парню удовольствие, если ты мужчина». Ну, поверхностно Юра знает, что и как делать. Скорее вопрос интуиции тут все решает, а хотелось бы Сереже удовольствие доставить. Вот и мечется, не зная, что делать. А мысли об отступлении, скорее машинально появляются, никуда уже Юрец не денется. И только Машенька, ни о чем не подозревая, даже в самых страшных фантазиях не ведая, что ее выбор огеивается с каждой минутой, шла окрыленная по коридору в направлении кабинета Юры. Она с утра его так и не дождалась, ибо уже опаздывала. Сами Юра с Сережей, вышли из дому гораздо раньше появления Маши, поэтому ничего не знали. Но сейчас у девушки появился стопроцентный козырь в рукаве. Прошмыгнув мимо парочки практикантов, Мария схватилась за ручку двери Юры и рывком ее распахнула.   — ЮРИЙ ВИКТОРОВИЧ, Я ПО ПОВОДУ КОМАНДИРОВКИ! — Заорала Маша и заставила сердце Юрца выдать пулеметную очередь и остановиться. На экране маячили картинки обнаженных мужчин в соитии и текст с рекомендациями. Юрец щелкнул по крестику и готов был уже открывать свой кирпичный завод, так он перепугался. Конечно, всего этого не видно Маше, но все же, Юрий вовсе не ожидал, что к нему вот так вот ворвутся. К слову, кирпичи наложил не только Юрец. Серега тоже парочку наделал, так сказать, влился в семейный бизнес. Дело в том, что Сережа отлично знал, о похождениях дяди Юры за хлебом в ответственные моменты, в основном из рассказов папы, когда тот излагал жене, в лучших красках, трусливость друга в серьезных отношениях. И, услышав о командировке, первой мыслью Сережи было именно то, что Юра хочет от него удрать. Зато Маша с Никитой обрели второе дыхание в забеге за любовью.   — Я тоже еду, знаете ли, меня отправили… — Мария хлопнула дверью и дальше парни не слышали. Сережа побледнел, Никита улыбнулся. Повисла тишина, изредка доносился голосок Машеньки из-за двери. Никита положил руку на плечо друга, вздохнул и приобнял его за плечи. Сережа сжал в руках бутылку и с благодарностью подумал, что поддержка Никиты ему не повредит.