Не говори отцу

Сергей долго еще сидел с Никитой в кафе. Оба положили большой и красивый на свое звание студентов и заказали пиццу. Столовая солидного заведения совсем не удовлетворила их желудки. Точнее, в обед они нормально и не поели. После того, как Юрий вылетел из столовой, они посидели немного и ушли, вслед за секретаршей. В этот день нормально пообедать удалось только Машеньке, которая справедливо считала: «Мужики мужиками, а обед по расписанию!» Долго сидели парни, переходя от одного обсуждения к другому. Оба были счастливы общаться вот так просто. Ни один, ни второй особо близких друзей не имели. Причины разные, но итог один. У Никиты было много друзей дома, там, в своем селе, где он родился и вырос. Здесь же, в городе, парень понял всю ценность истинной дружбы и старался не базарить лишнего при знакомых, усвоив, за первый месяц, чем это бывает чревато. О, Никита не нуждался в общении, он нуждался в друзьях. Сережа этой тонкой грани не понимал. Осознавая лишь, что впервые вывалил кому-то о своих наболевших чувствах. Ему льстило, что Никитос расспрашивает обо всем и не воротит мордочку от парня, который влюблен в мужика. Все это было поразительно во многих аспектах, как быстро Никите удалось усыпить бдительность Сереги, но и странного ничего в этом не было. К пицце заказали пиво, сменив тему, обсудили все плюсы и минусы практики. Сережа не был особым потребителем алкогольной продукции. В одиночку пил иногда, пару бутылочек пива, почитывая какую-то книжонку, в основном русских классиков, погружаясь в романтичную атмосферу ХIХ века. Никита тоже любил читать, тоже погружался в атмосферу, только не ХIХ века, а далекого будущего, с космическими шаттлами и монстрами. Они даже пиццу заказали пополам, с колбасками и грибами. Потому, как Никита терпеть не мог грибы, а Сережа был не очень большой любитель колбасы. Они прекрасно чувствовали разницу между собой, но она не угнетала, а лишь сближала их. Практически тоже самое было у Сережи с Юрой. Когда эти маленькие, в некоторых обстоятельствах существенные, аспекты, заставляют интерес семимильными шагами двигаться в сторону друг друга. Но, шансов у Никиты нет. Сережа искренне любит свой выбор. Юра стал для него отдельным мирком. Многое, практически все, отдал бы Серый, что бы погрузиться в этот мирок с позволения хозяина. Но хозяин мирка пускал его без особой охоты, поэтому, прибухнув пивасика, студент поведал обо всех своих чувствах новоиспеченному другу, даже не подозревая, что и сам сейчас не лучше, чем Юра. Никита спокойно все слушал, тихонько попивая пивас и понимая, что по дороге домой купит еще бутылочку. Ибо это довольно тяжело, слушать о чувствах того, кто тебе симпатичен, понимать что у тебя есть шансы, но решиться на это морально нужна сила. Силу даст бухлишко, а наутро созреет план. План нужен не меньше, чем сила. Так просто яйца к Сереге не подкатишь, деликатность нужна. Да и не мешало бы узнать, что вообще происходит между геями, Никитос с этим в жизни не сталкивался. *** Тем временем Юрий сидел за столом в кухне и рассматривал фотообои. Зря Сережа думает о Юрии так поверхностно. Мужчина тоже далеко не тупой, хотя на осознание того, что Сережка привлекает его, как сексуальный объект, потребовалось куда больше времени, чем Никите, все же разница в возрасте сыграла и сильно. Всю дорогу до дома, с Машей, Юра вообще ее не слушал. Женщина что-то щебетала, говорила про ужин, рыбок и загруженность трудового дня, все это откладывалось Юрию на подкорочку, после чего, без обработки, отсортировывалось в коробочку мозга с пометкой: «Не интересно». Мысли его были заняты сложившейся ситуацией и чувством, которое, лично для Юрия, было в новинку. По натуре не ревнивый, Юра всегда относился ко вторым половинам просто. Не любит не надо, ушла, да и Бог с ней. Переживания приходили постфактум и были вызваны, скорее тем, что ритм его жизни менялся с уходом каждой пассии. Сейчас все было по-другому. Одна мысль, хуже другой, посещали голову мужчины. Он уже не обращал внимания, что рассуждает вслух, что всегда случалось, когда нервный счетчик зашкаливал.    — Ну, пошел и пошел в кафе. Имеет право! Денег надо было ему дать, а то на стипендию много не насидишься, а его уже… Уже три часа нет… Три часа на двести рублей в кафе... Прирожденный экономист, даже я так не умею, — Юра вздохнул, наблюдая за передвижением секундной стрелки на часах. — Ну, а если они все же встречаются? Да, блять, что я несу вообще?! Зачем бы он тогда мне предлагал?.. Хотя, странно, конечно, у нас вообще ничего не понятно в отношениях... Да что там у нас, у меня лично в голове такая херня, что я ее и граблями не разгребу… Юра откинулся на спинку стула и запрокинул голову к потолку, разглядывая свое размытое отражение, в натяжной поверхности потолка. Мысли его улетели к своему внешнему виду. Плавно перетекли к очкам, которые Юрец тут же снял. Очертания стали совсем невидными. Это немного напрягало, не видеть ничего перед собой, сплошные размытые очертания, но вскоре, напряжение сменилось расслабленностью, когда Юра больше не пытался что-то рассмотреть, а просто прикрыл глаза. Дав волю потоку мыслей захлестнуть его, понимая из всего этого многогранного потока, лишь какие-то жалкие обрывки. Слишком много всего, слишком все непонятно, но упускать Сережу не было больше желания. Отдавать его в руки какого-то молоденького извращенца, Юрий тоже не хотел, то что он сам, по-факту, был таким же извращенцем, только старым, в расчет входило поверхностно. Не заметил мужчина, как уснул на стуле. Видел во сне размытые фигуры теней, берег моря, как с фотообоев, ясный и солнечный день. Проснулся Юра от звонка в дверь и тут же вскочил, даже с просоня понимая, что это пришел Сережа, которого Юрка очень ждал. Сделав пару шагов и нацепив на мордочку очки, Юрец мотнул головой, приходя в себя после сна. Волосы мужчины растрепались, а очки чуть не слетели. Между тем звонок трезвонил без перерыва. Дойдя до двери и рывком открыв ее, Юра еле успел поймать Сережу, который, с моськой виноватого хомячка, прислонился лбом к двери и, естественно, рухнул, когда она открылась. От студента пахло алкоголем и очень слабо сигаретным дымом.    — Эм… — Юра в немом удивлении уставился на парня, придерживая его за плечи. Сергей был откровенно бухой, студента пошатывало, а, оказавшись в объятьях Юрия, он тут же посмотрел на объект своего обожания, расплываясь в улыбке.    — Прости, Юр, я немного выпил. Но я так хотел тебя увидеть, что… — Сережа залип на половине предложения, разглядывая тонкие губы мужчины, они ему так нравились.    — Да ты… Ты… Ты вообще что ли?! Ты же бухой в щи! — Юра лихорадочно прижал к себе Сережу и захлопнул за ним дверь, понимая, что тот: ни стоять, ни говорить, ни мыслить нормально, просто неспособен сейчас. — Тебе на работу завтра, о чем ты только думаешь?!    — О тебе, — без запинки ответил студент и уткнулся носом в грудь Юрия, сон которого, как рукой сдуло. Надо сказать, впервые в своей жизни парень так накидался. Вышло все совершенно случайно. Они с Никитой посидели в кафе, а потом переместились на улицу и посидели еще. В процессе разговора пить было довольно забавно и опьянения оба не чувствовали, а вот когда собрались расходиться, накрыло и одного, и другого. Юра же вообще Серегу в таком состоянии впервые видел и попросту не знал, что ему делать. Сережа вздохнул, ощущая запах возлюбленного и на ощупь поставил свою сумку, точнее, просто уронил ее на пол, обнимая мужчину в ответ. Алкоголь накрывал его сознание, перед глазами плыло, сердце бешено колотилось, а ощущения обострились. Эти объятья стали для Сережи чем-то особенным, важнее целого мира. Навеянная алкоголем мысль, прожгла душу и вдруг, Сереже захотелось расплакаться.    — Я тебе совсем не нравлюсь, да? — Проворчал Сергей, как можно членораздельнее в своем состоянии. Ему и правда стало казаться, что Юрию он безразличен, что все это просто баловство с его стороны. Никогда не хотелось Сереже заплакать, а сейчас уже глаза зачесались. Юрий и правда первый раз видел таким Сергея, но мысли студента вполне понимал. Сам он не раз напивался до звездочек, поэтому, самые терзаемые проблемы вылезали, как раз в таком состоянии, когда не боишься услышать ответа. Однако, боятся его и не стоило. Юрец вздохнул, прекрасно понимая, что ночь будет тяжелой. От этих предчувствий он еще крепче сжал объятья, чуть не задушив студента.    — Нравишься, — со вздохом произнес мужчина.    — Правда? — Послышался сдавленный голос Сережи, в районе грудной клетки Юрца.    — Правда, — ещё один вздох.    — Мурлык! А сильно?    — ДА! Да, Сереж, сильно. А теперь спать иди, алкаш малолетний! — Вспыхнул мужчина и пинком запихнул парня в комнату, подталкивая к кровати. Сережа же объятий не распустил, вцепился в ткань рубашки Юры, поэтому оба полетели на кровать. Послышался набор непечатного текста, сдавленный стон и копошение. — Да прекрати ты. Спать ложись!    — Ну, как я могу лечь спать, когда ты мне такое сказал? — Замурлыкал парень. Он лежал под Юрой и смотрел прямо в глаза мужчины, улыбаясь, так невинно и по-детски, а руки тем временем расстегивали пуговки белой рубашки Юрца.    — Да ты что творишь?! Прекрати! Мы же договаривались без пошлостей! — Юра попытался выбраться, точнее подняться, но руки студента уже скользнули под ткань и он обнял мужчину, так что теперь, встать можно было только с Сережей, который словно суперклеем прилепился.    — А я без пошлостей. Это же просто обнимашки. Перед сном. А спим мы раздетые. Так что — это голые обнимашки. —  Цепочка Сережки логику имела, только логику слегка поддатую. Юра утих и покосился на Сережу. Студент в ответ тоже смотрел на него, улыбка сползала с губ парня. Оба теперь смотрели серьезно. Интимный момент, слишком интимный и слишком сексуальный для мужчины. В разы прекраснее, чем когда Сережа обмахивался папкой. Он так близко, лепечет что-то о любви, требует внимания, полностью отдан Юре. Мужчина прекрасно понимает, чего бы он не захотел, Сережа все сделает. Но это все неправильно, так не должно было быть. Юра просто хотел поговорить, прояснить для себя хоть что-то, избавиться от нового чувства — ревности, может, постепенно продвинуться на шажочек в отношениях, а не сломя голову прыгать на амбразуру. Нет, это совсем не входило в его планы. И все же… Все же…    — Мхм… Парень застонал, совсем тихонько, когда тонкие губы Юрия коснулись его собственных. Он так давно об этом мечтал, что за долю секунды успел протрезветь и вновь стать пьяным от этого поцелуя. Пальцы его впились в кожу на спине партнера, а сам он неосознанно потянулся ближе, так что расстояния между ними вообще не осталось. Приоткрыв ротик, Сережа без раздумий впустил в себя Юрин язык, который принялся хаотично изучать новое пространство. От одной долбанной мысли, от осознания, что он целуется со своей любовью, у Сереги не просто встал, а ровнехонько поднялся по стойке смирно, уперевшись в джинсы, а так же в Юрино бедро. Сережа так и продолжил тихонько постанывать в поцелуй, испытывая нереальное удовольствие. Надо сказать, что и Юра кайфовал от поцелуя. Еще ни одна женщина не была отдана ему настолько. Он чувствовал привкус дешевенького алкоголя, но, несмотря на это, оторваться попросту не мог. Ощутив в районе бедра нехилый стояк, Юра распахнул глаза и уставился в сторону, как будто мог что-то разглядеть. Слишком все не туда ушло. Юрец вспыхнул праведным, маковым, цветом и в лоб отпихнул Сережу. Зря он это, конечно… Парень с прикрытыми глазами и приоткрытым ртом, издал еще один стон, скорее от удивления, однако, какой соблазнительный, прошелся языком по влажным губам и наконец воззрился на Юрия. Мужчина конвульсивно дернул глазом и понял, что все его попытки уберечь отношения на уровне прежних, провалились в клоаку. Он не мог отвернуться от такого соблазнительного вида, тем более, окончательно во всем запутавшись. Юра попросту не мог думать трезво. Только с Сережей он чувствовал себя таким. И более того, ни разу мысль убежать за хлебом и навсегда бросить этого парня, не возникла в голове мужчины.  — Ну, я пытался… — Честно признался Юрец и вновь накрыл припухшие губки парнишки, при этом прижимаясь всем телом и практически впечатывая Сережу в кровать. Еще один сдавленный стон. Сережа выгибается и прижимается еще ближе, чтобы немного подвинуться и коснуться стояком, пусть и через ткань, члена возлюбленного. Руками не тронет первый, ни за что и никогда, боится что Юра его отпихнет. Откуда ж ему знать, что Юра его уже не отпихнет. Мужчина прикусывает губу парня и оттягивает ее, несильно, но так по-свойски, что студента дрожь пробирает. Юрий тем временем, без особого труда, отпихивает руки студента, из-за которых ему не двинуться и, обретая способность подвижности, припадает к шейке Сережи. Кожа на вкус соленая, но Юре нравится, он старательно вылизывает кадык, спускается ниже, прикусывает тонкую кожу в районе ключицы и все это под крышесносные стоны Сергея, которому уже больно от напряжения в штанах. Никогда в своей жизни парень не испытывал подобного удовольствия. Хотя представлял себе это прекрасным, в реальности ему нравилось гораздо больше, он так сильно любил этого мужчину, так сильно хотел его прикосновений на протяжении стольких лет, что нельзя назвать последующие события удивительными. Юра увлекся, сильно увлекся, прошелся языком по ямке ключицы, детскими поцелуями по коже, чуть выше, как вампир, впился в тонкую, пахнущую парфюмом, кожу студента. Одно бесило Юру, из-за того, что под ним вертелись, поцелуи выходили хаотично. Дабы урезонить тело под собой хоть как-то, Юра опустил руку на бедро Сережи и несильно сжал, продолжая терзать его шею. Однако, этим движением, Юра совсем немного стащил джинсы с парня, чуть-чуть, но головка члена выскользнула и, от их тесного контакта, соприкоснулась с кожей мужчины. Такого наслаждения Сережа не выдержал.    — Ах… Амх… Ю… ЮРА… — Парень вскрикнул и прогнулся, с силой впиваясь пальцами в кожу возлюбленного. Юра удивленно распахнул глаза, ощущая на своем, неприкрытом, животе липкую сперму Сережи. Измотанный событиями за день, студент отрубился практически сразу. Юрий поднял к нему глаза, приподнялся, выпуская нежнейшую кожу, и осмотрел масштабы бедствия.  — Ну, что ты за человек такой? Мало того, что все путано так, напился зачем-то, понадумал себе всякого, еще кончил сам и отрубился… — Однако, Юра все таки улыбнулся, тело его горело, очки перекосились, но он определенно многое понял, благодаря алкогольному опьянению парня. — И все же, неужели ты меня так сильно любишь, что кончил только от того, что я тебя целовал?.. Да, определенно ответом было бы «да». Вот только ревности от этого не сильно убавилось. Пить Сергей пошел, именно с Никитой, а, соответственно, спускать его так быстро со счетов, ни в коем случае нельзя...