Рай

***

      Раньше мне не приходилось как-то специально готовиться к романтическим свиданиям. Я всегда считала это глупостью. В общем-то и сейчас не перестала считать, но отчего-то нестерпимо хотелось выглядеть чуть получше этим вечером. Поэтому с некоторым смущением я стояла сейчас перед оценивающим взглядом Николь.        - Почаще заглядывать нужно, цыпленочек. Это просто безобразие, что у тебя на голове. Пойдем в ванную комнату.       Через минуту я сидела на стуле, прикрытая импровизированным пеньюаром, смотрела, как рыжие кудряшки сыплются на пол и слушала сетования своего мастера на то, что все ножницы давно затупились, а новых никак не привозят.        - Смотри! - наконец, она сунула мне под нос небольшое зеркало. - Как тебе?        - Классно. Как всегда. Спасибо.       Длинная вьющаяся челка падала на один глаз, а коротко выстриженные виски подчеркивали выступающие скулы. Вид был хоть и хулиганский, но в целом какой-то изможденный и немного... беспризорный, что ли...        - Кстати!... - вдруг воскликнула Николь. - У меня же есть воск. Так что если надо, могу и с этим помочь.       Я непонимающе уставилась на нее.        - Послушай, цыпленок, ну непросто же так ты тут красоту наводишь. Наверняка ведь Ниган пригласил провести с ним время.        - И на фига ему воск? - я по-прежнему таращилась на нее.        - Ему?! О Господи! - она рассмеялась. - Ладно, забудь! Хорошо проведи время!       К восьми вечера я уже сгоняла в общую душевую и уже устала метаться по своей комнатушке, перекладывая вещи и переставляя книги то в алфавитном порядке, то по цветам и размерам. Определенно, полная изоляция от объекта обожания как-то плохо на меня действует.       В десять минут девятого я открывала дверь в комнаты Нигана. Стол был накрыт к ужину.        - Опаздываешь! - хозяин поднялся с кресла, оставив стакан с темным напитком на журнальном столике. - Хотела оставить меня ужинать в одиночестве?        - Наоборот, - честно сказала я, продолжая стоять на пороге. - Еле дождалась восьми.        - Так проголодалась? - он чуть улыбнулся.        - Нет, хотела тебя увидеть.        - Не подлизывайся, тащи за стол свою эльфийскую задницу. Совсем прозрачная стала. Кстати, красивая стрижка.       Я села напротив и приступила к ужину, не дожидаясь еще одного приглашения.        - Расскажи-ка мне, юная искательница приключений, что с тобой, - он ткнул в мою сторону вилкой, - случилось в этом, с позволения сказать, плену?        - Ты же знаешь. Ты же сам видел. - Я покатала картофелину по лужице соуса. - Я не хотела ничего говорить и поэтому... Ты видел.        - То есть тебя порезали, потому что ты решила поиграть в партизан?        - Наверное. А, может, им просто нравится кого-нибудь резать. Ну, примерно как тебе, разбивать головы.       Ниган неопределенно хмыкнул.        - Урок вышел несколько суров, как по мне, Лиан. Но зато доходчив.        - Это точно, - тут я не могла не согласиться.        - Были еще кое-какие плюсы. В оружейной и автопарке Спасителей прибыло. Также наш социум пополнился десятком шлюх и деревенских ебланов.        - Рада, что моя жертва была не напрасной, - пробурчала я.        - Все могло закончиться куда как хуже.        - Я знаю. И очень благодарна. И кроссовки офигенные. Но зачем забывать обо мне на такой длинный срок?        - А ты за "такой длинный срок" не успела обзавестись здесь ухажером? А то мне бы не хотелось становиться на дороге большой любви...        - Да иди ты!... - я невольно рассмеялась. - Даже если б захотела... Все же знают про тебя. От меня, как от чумной шарахаются.       Без аппетита я еще поковыряла картошку с консервированной ветчиной.        - Ну ладно! - Ниган поднялся. - Уже поздно. Прошу прощения за скудный ужин, но машины с доставкой должны прибыть утром.       Ошарашено я проследила взглядом, как он задвинул стул, подхватил Люсиль, и насвистывая, направился в спальню. Да ты издеваешься, мать твою так! Встав изо стола, я на мгновение замерла в растерянности. Уйти? Сейчас? Да вот хрен тебе! Быстрым шагом прошла следом в соседнюю комнату, в голове пролетали гневные пламенные речи, хоть сейчас на трибуну. Но вместо этого, увидев его, стоящего посреди комнаты и очевидно ждущего дальнейшего развития событий, бросилась в раскрытые объятия, обхватила руками за талию, прижалась щекой к кожаной куртке, не замечая, как металлические заклепки царапают кожу:        - Хватит, Биг Босс! Ради Бога, хватит! Я этого не вынесу больше. Я прошу прощения за все, что сделала. Чего ты хочешь? Мне на колени встать?        - На колени не нужно, - Ниган погладил ёршик коротких волос на затылке, и я чувствовала, как пальцы перебирают короткие ершистые пряди. - Ты на коленях выглядишь по-дурацки. Ты заставила меня поволноваться, моя девочка. А я этого не люблю. Мне хватает других забот, и дополнительные ни к чему. Если ты еще раз выкинешь нечто подобное, я тебя... вышвырну вон.        - Я больше так не сделаю. Не надо меня... вышвыривать. Можно мне остаться? Хотя бы просто до утра? Я пойму, если ты больше не хочешь меня. С таким-то уродством, но...       Внезапно прохладные ладони обхватывают мое лицо, и он целует меня в губы, и я не могу вздохнуть от накатившего счастья в перемешку с такой нежностью, что хочется плакать.       Объятия размыкаются, и я немного прихожу в себя. Смотрю, как он неторопливо раздевается и складывает одежду.        - Что теперь, Биг Босс?        - Теперь побыстрее вылезай из своих унылых шмоток и голенькая прыгай ко мне в койку, маленький эльф.       Два раза, как понимаете, просить не пришлось.       Я настолько истосковалась по нему, что от любой ласки и от любого самого невинного прикосновения просто лишалась рассудка.        - Я люблю тебя, Биг Босс. Я чертовски сильно тебя люблю, - сообщила я Нигану, засыпая.

***

      Сквозь закрытые шторы пробивался неровный луч прожектора, и Ниган чуть сдвинулся в сторону, чтобы не мешать ему падать на спящую рядом девочку. Рыжая влажная челка прилипла к лицу, закрывая один глаз. Сбившаяся простыня оставляла открытой полную грудь с маленькими бледными сосками, которая контрастировала с худыми плечами и тонкой шеей. Маленькое розовое ухо в свете казалось прозрачным. Действительно, заблудившийся лесной эльф. Она лежала на спине, и не было видно уродливых багровых росчерков, избороздивших бледную кожу спины. Но он хорошо помнил, как они выглядят. Также хорошо, как помнил трясущегося от ужаса стоявшего перед ним Донни, рассказывающего о похищении. Тогда ему сразу пришла в голову первая встреча с Лиан, как она себя вела ним, и тут же мороз прошел по коже. За весь свой постапокалиптический период жизни он видел столько изувеченных женских тел, что легко мог представить, что могут сделать с ней, даже пусть она будет вести себя скромнее мышонка. Но ведь не будет же.       На лагерь они вышли довольно быстро. Противник и не пытался прятать следы. Сопротивление было подавлено молниеносно, как всегда. Ему даже удалось не измениться в лице, когда он увидел ее голую на груде грязных тряпок. Секундное облегчение от того, что ее не успели изнасиловать, сменилось жгучим белым бешенством, когда док осветил фонарем раны на спине. В голове вереницей пронеслись образы изуродованных женщин, живых и мертвых, которых он видел ранее. Кто бы мог предположить, на что способно обезумевшее от безнаказанности существо мужского пола. Как легко в эйфории вседозволенности можно вытащить на свет свои самые грязные и мерзкие фантазии, которые до этого прятались под семью замками в самой дальней и темной комнате сознания. Энтони, сраный каллиграф, мог бы еще довольно безболезненно отправиться в след за своим упитанным другом и стать просто очередной показательной, но необходимой жертвой, если бы умел молчать. Молчать и не подавать отличных идей для Люсиль и ее хозяина.       Позже по дороге домой ему хотелось просто придушить ее, сидящую рядом, придавленную грузом вины и обезболивающих. Вместо снисходительного предложения выбрать себе наказание - взять за шкирку и швырнуть в карцер на недельку-другую, а не оставлять слоняться по коридорам Святилища, словно грустный призрак одного из братьев Марио, вечно с какими-то отвертками и шуруповертами в руках. Но и выбранный вариант сработал на отлично. Крошка продержалась даже дольше, чем он предполагал.