Второй рассвет

Следующую неделю жизнь Юнги вернулась в прежнее русло. Он все также вставал раньше всех — посмотреть рассвет, а днем, в одно и тоже время, сидел у окна, вот только второго рассвета больше не было. Занятия и процедуры парень перестал посещать, точнее, он и не начинал, по сути он был там только один раз, с Хосоком. Юнги скучал по нему, хоть и не признавался, даже сам себе. Будни стали похожи друг на друга и, пожалуй, если бы его попросили назвать сегодняшнее число, парень бы не смог вспомнить. Юноша проснулся раньше, чем обычно. Город все ещё был погружен в сумрак. Юнги переполз на коляску, выполнил все утренние процедуры и собирался пристроиться у окна, когда заметил на тумбочке, возле кровати, небольшой белый конверт. Мин достал письмо и капелька надежды в душе тут же угасла. «Привет, Мин. Мы в курсе, что ты уже давно пришел в сознание. Спросишь, почему не написали раньше? Ну мы же не звери, дали время на восстановление. Вот только ждать мы больше не собираемся — верни деньги. Нам плевать на то, КАК это произошло, нам важно, что ы ты вернул то, что угробил. Скоро увидимся, гонщик.» — Блять.

***

Родители набросились на сына, как только он ступил за порог дома. — Хо! Дорогой, наконец-то ты дома! — крепко прижала парня к груди мать. — Тише женщина, не плачь. Он всего лишь лежал в больнице, — обратился мужчина к жене и повернулся к сыну. — Мужик. — Ахаха да, пап, конечно, — рассмеялся Хосок. Давон стоя у дверей с вещами брата, прикрыв ладонью рот, сдерживала смех. — Вы такие милые, только вы меня сейчас задушите, — шептал Чон, пытаясь вырваться из объятий родителей. — Мам, пап, да отпустите вы его, дайте ему вещи хоть разложить, — вмешалась Давон. После её слов родители отступили и Хосок, забрав вещи, отправился в свою комнату. Глубоко вздохнув на пороге, Чон почувствовал, что наконец дома. Парень пока не определился рад он этому или нет. Конечно приятно было находиться в окружении родных стен, семьи, и конечно же, вкусной еды, но что-то внутри не давало покоя. — Ты в порядке милый? Почему не кушаешь? — Все хорошо, мам. Я не хочу пока, утром в больнице поел. — Милый, — женщина отошла от плиты и присела рядом с сыном, — я понимаю, что тебе тяжело сейчас… эмм. Знай, что мы всегда рядом, я уверена, ты найдешь другое занятие, кроме танцев есть же чем заняться… — Мам! Да не в танцах дело! Я давно уже принял этот факт. — Что с тобой тогда? Я же вижу, тебя что-то мучает. — Все хорошо, мам. Просто устал, — улыбнулся Чон, и дождавшись пока улыбающаяся мама уйдет прошептал. — Или скучаю.