Жизнь не перестаёт удивлять

Эта глава мне не очень нравится, но всё же я выкладываю её. На это и нужны друзья – Сын, мне нужно с тобой поговорить, – произнёс Люциус Малфой, сидя в своём кабинете за столом. Напротив него сидел Драко, нервно постукивая по поверхности стола. – Да, отец. – Время проходит, ты вырос. Без предисловий сообщу тебе, что пришла пора жениться. – Что? – И я выбрал тебе избранницу, – сообщил Люциус, растягивая слова. – Кого? Панси? Ну уж нет, мы друзья! – Нет, Асторию Грингасс. – КОГО?! – Драко вскочил с кресла. Ему в жены Асторию, девушку с невыносимым характером, которая была из чистокровной семьи?! – Нет, отец, я вправе сам решать на ком женюсь! – заупрямился Драко. – Мой долг и твой, кстати, тоже – забота о роде. Я не позволю тебе выбрать какую-нибудь паршивую грязнокровку! «Откуда он знает?» – Отец, я уже взрослый! – Драко расхаживал по кабинету, мысленно проклиная отца. – Меня не интересует это. Через две недели, двадцать восьмого июня, состоится ваше бракосочетание. Это не обсуждается. – Как двадцать восьмого? Драко опешил. В тот день был бы ровно месяц, как он проживает у Гермионы, последний день совместной жизни с ней, если она не согласится на ещё месяц. – Отец, давай отложим до сентября! Отец! Люциус задумался. Идея перенести свадьбу ему понравилась. Но понравится ли это Астории? Дело было в том, что у Малфоев были некоторые проблемы с финансами, которые как раз решатся за это время. – Я подумаю. Драко выдохнул. Он получил отсрочку в два месяца. Зная отца, он сумеет уговорить Асторию Грингасс, так как это будет выгодно Люциусу. Малфой-младший уловил это в еле заметном блеске глаз отца. – Я могу идти? – деланно равнодушным голосом поинтересовался Драко. – Да, – кратко сообщил Люциус и вновь вернулся к изучению бумаг. Юный блондин вышел из кабинета отца и выругался. Сейчас ему было без разницы, слышит его отец или нет. Как он может жениться на Астории? Что ему делать? Говорить Грейнджер или не говорить? А если… Драко встряхнул головой, прогоняя идею рассказать всё Гермионе. Конечно, врать было низко и подло, она его за это по головке не погладит, но если всё рассказать, то мысли о Гермионе накроются медным тазом. Выхода он не видел… Когда он вернулся в квартиру, её хозяйка снова играла на пианино. Это стало повторяться часто, девушка играла, а Драко слушал. Иногда она напевала что-то под музыку, а Малфой вторил ей. Они стали ближе, и волшебница чувствовала себя вполне комфортно, когда он был рядом. Пусть он был непредсказуем, но зато с ним было уютно. Гермиона наигрывала всем известную «Историю любви», а её пальцы легко помогали воссоздать красивую мелодию. Драко сел на диван и прикрыл глаза. Отдавшись мелодии, которая влекла за собой в сказочные миры, он не заметил, как в открытое окно влетела сова. Большая сипуха уронила письмо Драко на голову, чем вызвала повод для смеха Гермионы. Малфой хмуро глянул на сову, которую девушка гладила по клюву. – Не смешно! – Ну, это с какой стороны смотреть! – рассмеялась девушка. Драко посмотрел на конверт и распечатал письмо. – Эй! Это же мне! – возмутилась Гермиона, встав и совершив попытку отобрать письмо у Малфоя. «Уважаемая мисс Грейнджер, в связи с некоторыми проблемами, возникшими в мае, мы приглашаем Вас на празднование дня окончания Второй Магической Войны. Завтра состоится вечер в Хогвартсе. Надеемся увидеть Вас». – Мне казалось, что конец войны был второго мая, а не тринадцатого июня! – В этом году из-за проблем, связанных с изданием новых законов, общее празднование перенесли. Все отпраздновали между собой, но общего собрания не было, это традиция, когда все участники войны собираются вместе. По крайней мере, мы все повидаемся друг с другом. – Понятно… – протянул Драко немного грустно. Завтра, да и послезавтра, наверное, тоже он не увидит Гермиону, не сможет поговорить с ней. – Хочешь пойти со мной? – поинтересовалась Грейнджер, затаив дыхание. Что, если он откажет? Драко подавился воздухом, если такое биологически возможно. – А что подумают остальные? – вырвалось у него с языка, но Драко тут же спохватился, увидев, как помрачнела Гермиона. – Если не хочешь… – грустно начала Гермиона. – Нет-нет! Я не против! Просто подумал, что будет, если ты заявишься в компании Пожирателя. Гермиона поразилась. Она думала, он беспокоится о себе, потому что его имидж распадется, когда он заявится в паре с грязнокровкой, но он беспокоился о ней! Это выходило за пределы понимаемого, но определенно нравилось Гермионе. – Отлично! – просияла Гермиона. «Она рада, что идёт со мной!» – радовался Драко. Широкая улыбка расползлась на лице блондина. – В чём мы идём на праздник? – поинтересовался Драко. – Праздник! Точно! – хлопнула себе по лбу Гермиона и умчалась себе в комнату. Спустя пару минут она вернулась в гостиную, награждая заинтригованного Драко таинственным взглядом. – У тебя был день рождения, а из-за всех этих… событий я забыла подарить тебе подарок, – сказала Гермиона. – Панси сказала, что ты не любишь, когда приходят без подарка. Драко кивнул и заинтересованно посмотрел на большой пакет. – Это тебе! – пробормотала Гермиона и покраснела. Драко достал подарок и присвистнул. Восхитительно написанное море было светло-голубым и казалось спокойным, но что-то тёмное было на горизонте, тайна. – Оно показывает настроение, – сказала Гермиона. Драко ещё более заинтересованно взглянул на картину. Как точно она показала его внутреннее состояние. – Я повешу её в поместье на самом видном месте, – пообещал Драко. Гермиона смутилась. Она не сказала, что картина покажет чистую и искреннюю любовь, море станет нежно-розовым, будет закат. Но сейчас картина была только такой, каким был Малфой. «Он меня не любит, я ему не нравлюсь, – разочарованно и грустно подумала Гермиона и вздохнула. – Нужно было давно понять это, ну и ладно, пускай».

***

– Ты точно уверена, что меня не прогонят взашей? – поинтересовался Драко, ожидая, пока Гермиона поправит волосы около зеркала. Светловолосый опасался, что если его и не прогонят, то будут коситься на него весь вечер. – Нет, всё будет хорошо! Хватит уже! Надоело это повторять! Всё будет хорошо! В конце концов, ты и Нарцисса не были Пожирателями Смерти! – Да? А знак на руке – просто татуировка?! – ядовито поинтересовался Драко. Гермиона оторвалась от зеркала и удивлённо посмотрела на него. – Черная Метка? Да, Гарри говорил про неё, но я… Драко отогнул рукав рубашки, продемонстрировав Гермионе ярко-красный ожог в форме всем известной Метки. Девушка охнула, прижав руку к губам. – Мне казалось, что после смерти Волан-де-Морта она исчезнет, – удивилась колдунья. – Нам всем так казалось. Но, как видишь, она не исчезла окончательно. Это лишь подтверждение того, что я настоящий Пожиратель. – Но ты не хотел им становиться! – Гермиона не теряла надежды. – Хотел или нет – какая разница?! Ты это знаешь, я это знаю, Поттер, допустим, знает, но обществу-то без разницы. Им бы лишь покарать кого-нибудь. Да я и сам хорош, последний трус, не смог пойти против отца! – Драко, ты не виноват, по крайней мере, я так думаю! – возразила Гермиона. – Ладно, к Мерлину все плохие мысли, мы идём на праздник! Драко кивнул, заметив, как изменилась Гермиона со школьных времён. Там он не мог представить её веселой, она казалась ему правильной девочкой, занудой, зубрилой, а теперь он увидел другую Гермиону. И только сейчас понял, что она была такой всегда, просто из-за сложившегося мнения о её «правильности» никто не замечал её бунтарскую натуру. «Бунтарскую, да!» – усмехнулся Драко. Гермиона встала, поправила платье и подошла к Драко. – Всё будет хорошо, не волнуйся! – прошептала она. – Нас уже ждут, нужно выходить! – Не нас – тебя, – поправил Драко. – Нас! – улыбнулась Гермиона. – Сегодня ты придёшь со мной, как гость! Драко тоже улыбнулся. Да, пора отбросить плохие мысли. Они с Гермионой вышли из квартиры и спустились в лифте. В первом же проулке они трансгрессировали в Хогсмид. Сердце Грейнджер защемило, когда она увидела знакомые здания магической деревни. Вспомнилось, как они с Роном и Гарри ходили сюда по выходным. Приятные воспоминания вызвали лёгкую грусть, что всё прошло, что всё так изменилось. Они с Драко прошли по пустым улицам. «Все уже в замке», – догадалась Гермиона. Они пришли позже всех. Наконец, они оказались около замка. Грейнджер поразилась тому, какой он большой, ведь за год она уже позабыла о его размерах. Драко нервничал, Гермиона сжала его ладонь, успокаивая, и они зашли в Большой Зал. Сотня взглядов устремилась на них, и Гермиона поняла, почему Драко нервничал. Как тут не занервничаешь, когда на тебя смотрит столько народу. Тут же защелкали вспышки магических фотоаппаратов, запечатлев Драко с Гермионой. Грейнджер разгладила волны длинного красного платья – да, красных вещей у неё в гардеробе прибавилось благодаря Панси – и нервно улыбнулась. Они прошли несколько метров и, наконец, Гермиона заметила знакомых. Буквально протащив Драко, девушка остановилась около Гарри и Джинни. – Привет! – поздоровалась она, улыбаясь. – Гермиона, что это сейчас было? Ты встречаешься с Малфоем? Вообще, что он забыл тут?! – Гарри был поражён и возмущён. Джинни взглядом показала, чтобы Гермиона не шутила так, как пошутила с ней, а сразу рассказала правду. – Понимаешь, Гарри, мы с Драко встретились две недели назад, и так вышло, что ему пришлось жить у меня. Погоди, разве Рон тебе не рассказал? – спросила Гермиона. – Он говорил, что вы спите вместе, я ему не поверил, думая, что это бред, а оказалось… – Крысли всё напутал! – возмутился Драко. – Ты давал ему поводы так думать! – с укором посмотрела на него Гермиона. – Так вы не встречаетесь? – спросил Гарри. Ему ответила Джинни: – Нет, они просто проживают в одной комнате. Помнится, они точно так же проживали, когда были старостами школы. Гарри раздражённо кивнул: – Я понял. Все вокруг всё знали, а я один ходил в неведении! Отлично! – Гарри, я не говорила, потому что опасалась твоей реакции. Малфой изменился со школьных времён, стал лучше и, самое главное, он мой знакомый и друг, я не хочу, чтобы ты, мой лучший друг, думал о нём плохо. Я не требую, чтобы вы стали закадычными друзьями, но общаться без ругани и ссор вполне возможно. Поттер кивнул. – Думаю, ты права. Надеюсь, что ты, Малфой, действительно изменился. – Вам есть о чём пообщаться, я уверена, а мы с Джинни пока пройдёмся и поговорим о своём. Парни кивнули, и девушки отошли в сторону. Джинни была в платье, которое называется «для беременных». Но оно ей определённо шло. Подруги прогуливались по Большому Залу, приветствуя знакомых и друзей. Почти никто не спрашивал, почему героиня войны пришла вместе с Малфоем, но Гермиона заметила, как они шептались за её спиной. – Предатель Малфой… Гермиона… Отношения? – слышалось со всех сторон. Где-то мелькнуло ядовито-зелёное перо. Отлично! Завтра весь пророк будет исписан мерзкими статьями Скитер. Гермиона нахмурилась. Да, тяжёлый вечер будет! Тут включили музыку, и кавалеры пошли приглашать дам. Крепкая рука Малфоя подхватила Гермиону и вытащила в центр танцпола. – Какого Мерлина мы в центре? – прошипела волшебница. Драко едва заметно повёл головой в сторону. Девушка заметила, что Гарри с Джинни и Рон с Лавандой тоже стоят в центре. «Герои войны со своими парами!» – наконец дошло до Грейнджер. Началась мелодия, приятная и нежная, как раз для первого танца. Драко с лёгкостью закружил Гермиону по залу, и у девушки вновь перехватило дыхание. Как в самый первый раз, они не отрывали взгляда друг от друга. Казалось, там, где заканчивалась Гермиона, начинался Драко (в нормальном смысле, а не извращённом). Они были чем-то единым с мелодией, и она влекла их с собой, помогая грациозно двигаться. Рон очумело уставился на Гермиону. Теперь рыжий не раз пожалел, что не обращал внимания на подругу. Говорят, бывает, что какие-то цветы распустились. Они прекрасны, очень, но своей красотой они заслоняют невзрачный бутон. Приходит время, и бутон раскрывается в самый прекрасный цветок, который является во много раз красивее других. Так произошло и с Гермионой. Всю школу она пряталась в тени других девушек и блистала лишь своими исключительными знаниями, но теперь она стала настолько прекрасной, что Драко не хотел да и не смотрел на других девушек. Возможно, какая-нибудь девушка была более изысканной, шикарной, но Драко привлекала в Гермионе именно её скромность. Он был одним из немногих, кто видел, как у неё загораются глаза, когда они обсуждают волнующую её тему или когда она играет на пианино или танцует. Может, утёнок и не превратился в павлина, но зато стал более элегантным и свободным лебедем. Что павлин? Одно бахвальство! Лебедь же не бросок в глаза, но притом, если уж доведется повстречать такого человека, отпустить его не захочешь. Драко и Гермиона продолжали кружиться по залу. Раздавался восхищённый свист бывших однокурсников и знакомых. Гермиона не придавала этому значения, ведь сейчас она танцует с Драко, а потом будет потом. Оркестр вывел последнюю дрожащую ноту, и танец закончился. Заиграла быстрая песня, и Гермиона с Драко вновь стали танцевать. Под четвёртый танец девушка уже порядком устала и поэтому вышла на улицу. Во дворе Хогвартса прогуливались друзья и парочки. Уже стемнело, и путь освещали десятки фонарей. Гермиона вдохнула свежий ночной воздух полной грудью и слегка повела плечами от холода. Когда-то они с Роном и Гарри возвращались по такой темноте от Хагрида. Хагрида она не видела. То есть видеть-то видела, но поговорить возможности не было. Девушка успела пообщаться лишь с МакГонагалл и новым министром магии – Кингсли. Остальных она видела лишь издалека. – Гермиона! – раздался удивлённо-мечтательный голос Полумны. Грейнджер улыбнулась, как раньше считала все слова Полумны бредом, отрицала существование всех её «кизляков» и прочих тварей. А потом девушка поняла, что Полумна хоть и кажется полоумной, но говорит она реальные вещи. Её слова всегда помогали разобраться в трудной и запутанной ситуации. Вот и сейчас Гермиона надеялась на поддержку подруги. Девушка запуталась в себе. Кажется, она всё ещё не равнодушна к Рону, но и Драко её притягивает. – У тебя мозги мозгошмыгами кишат! – улыбнулась Полумна. – Если бы любила одного, не полюбила бы другого, - ни к селу ни к городу произнесла Лавгуд. Лишь Гермиона поняла её. Как у Полумны так получалось? Она видела всё, что хранили в душе её друзья. – Полумна, что мне делать? – Живи, как тебе хочется, не слушай никого, будь сама собой, – произнесла задумчиво Полумна. – Спасибо, – Гермиона не знала, что сказать. – На то и нужны друзья! Лавгуд легонько сжала ладонь Грейнджер, успокаивая и даруя лёгкое облегчение. Да, на это и нужны друзья.