A Song Of Storm And Fire

Обучаться под началом Лань Жэнь Ли оказалось намного забавнее, чем Вэй Ин ожидал. Лекарь был совершенно беспомощен, когда дело касалось каллиграфии, рисования, истории и математики. Небеса, он даже дважды проиграл в спарринге с Хуай Саном! Даже Цзин И не смог бы быть таким Не-Лань, Вэй Ин был уверен. Однако никто не мог отрицать, что тот был настоящим гением в области медицины. Вэй Ин никогда не забудет день, когда один из адептов Лань вернулся с ночной охоты с травмами разной степени тяжести. Мальчик, Шань Ли, был так бледен, что с первого взгляда Вэй Ин подумал, что тот мёртв. Черные и фиолетовые линии проходили по его коже, расширяясь с каждой секундой. Самой серьёзной была травма, что шла от ключицы до бедра. Из раны текла почерневшая кровь, пачкая его белоснежные одежды. Руки Жэнь Ли не дрогнули ни разу, пока он работал с таким спокойствием и аккуратностью, какого раньше Вэй Ин никогда не видел. В тот момент он выглядел как Бессмертный, спустившийся с небес, чтобы спасти эту душу. Позже той ночью Вэй Ин увидел Жэнь Ли, который, сжавшись, сидел в задней комнате палаты Нарциссов. Он беззвучно плакал, руки его дрожали так сильно, и он совсем не походил на того лекаря, каким был недавно. И всё же он улыбнулся Вэй Ину. — Это наш маленький секрет, — сказал он и стал тем, кем Вэй Ин, действительно, восхищался. Он не жаловался, какую бы работу ему не поручили, даже если такой сложности. Несколько дней назад Вэй Ин заметил, что старейшины выдали каждому адепту деньги, чтобы они могли приобрести всё необходимое в ближайшем городе. Однако, когда дело касается денег, Жэнь Ли был полностью потерян, и даже не потому, что он плох в математике: он был компульсивным покупателем¹*, даже хуже чем Цзинь Цзы Сюань. И именно поэтому Вэй Ин решил посчитать, сколько денег осталось у палаты Нарциссов. Утро выдалось жарким, и Вэй Ин собрал волосы в такую причёску, которой гордилась бы даже Мадам Юй. Лань Жэнь Ли нигде не было видно с тех пор, как он выгнал его из процедурной. Он только надеялся, что оставшихся монет хватит на всё, что им нужно приобрести на месяц. Вэй Ин вздохнул, массируя виски. Только тогда он заметил движения у двери. Метла, которой он убирался ранее, упала с громким стуком, после чего послышался пронзительный писк. Он поднялся и подошёл к двери так тихо, как только мог, остановившись при виде трёх крохотных ребятишек в белом и голубом. Они с раздражением ругали друг друга. Вэй Ин опустился на колени рядом с ними, с весельем наблюдая за происходящим. Второй по старшинству малыш заметил его первым. Ему было не больше четырёх, лицо всё ещё по-детски пухленькое. Его большие карие глаза стали больше, а рот приоткрылся в идеальной О. Он был таким милым, что Вэй Ин не смог удержаться и крепко обнял его. — А-Цзе¹, А-Цзе, — энергично позвал малыш. Девочка, похоже, его сестра, выглядела на несколько лет старше. Они были очень похожи, с одинаковыми круглыми глазами и маленькими губами. Личико девочки покраснело, когда она увидела его. — Извините, извините, — взвизгнула она, неуклюже кланяясь. Она покраснела только больше, когда вспомнила, что кричать запрещено. — Извините, — повторила девочка чуть тише. Вэй Ин посмотрел на самую младшую. Ножки девочки были пухлыми, и она всё ещё шаталась, когда делала шаги. Он сомневался, что ей больше года. Она сделала шаг в его сторону, поднимая ручки, ясно говоря: неси меня. В ту же секунду Вэй Ин поднял взвизгнувшую от восторга девочку на руки. — Итак, — произнёс он, устремив взгляд на двух детей, что наблюдали за ним с интересом на милых личиках. Старшая девочка оживилась от его голоса. — Как мне называть маленьких милых господина и дам? — Я Лань Мэй Хуэй, — ответила девочка, а после указала на младшего брата, — это Лань Син И. — Мэй Хуэй посмотрела на малышку в руках Вэй Ина, — и это Лань Хуэй Фан. При упоминании своего имена Хуэй Фан потрясла своими пухлыми ручками. Вэй Ин только усмехнулся, глядя на неё. — Я Вэй У Сянь, — представился он, — приятно познакомиться с вами. — Сянь-гэгэ! — улыбнулся Лань Син И. Мэй Хуэй тут же отругала брата. Вэй Ин ничего не сказал, потерявшись в размышлениях. Он вспомнил то время, когда мальчик того же возраста, что и Син И, называл его так, улыбаясь, держа большие стеклянные бабочки в маленьких руках. Крошечные пальчики ткнули его в щеки. Лань Хуэй Фан нахмурилась, как и её брат с сестрой. Только тогда Вэй Ин заметил слёзы, стекающие по его лицу. Он улыбнулся и потянулся потрепать мальчика по волосам. — Ты прав, я Сянь-гэгэ! Это вернуло улыбку на его лицо. Син И даже повторил его имя несколько раз. Вэй Ин усмехнулся, когда он сел на землю, а Хуэй Фан удобно устроилась на его коленях. Син И сел справа от него, Мэй Хуэй — слева. Он оглянулся по сторонам, убедившись, что в округе никого нет, и достал из рукава засахаренные семена лотоса. Трое ребятишек съели их все с горящими глазами. Застенчивая улыбка появилась на лице Мэй Хуэй, и она стала ещё красивее. — Жэнь Ли-гэгэ сказал, что ты такой же хороший, как и он, — произнесла она, — но Сянь-гэгэ намного лучше и симпатичнее! Вэй Ин рассмеялся над её словами или, если быть точнее, над серьёзностью её тона. Он больше не сдерживался и крепко обнял её. Девочка сильно покраснела, но не сделала ни движения, чтобы отстраниться. Лань Син И обнял его за правую руку, прижавшись щекой. — Сянь-гэгэ, спой! — попросил Син И, не отрывая широко раскрытых глаз от его лица. — Какую песню? — промычал Вэй Ин. — Сяо Син Син²! — ответила Лань Мэй Хуэй. Вэй Ин запел, голос его был тихим, как шёпот, но достаточно громким и чистым для троих ребятишек, которые цеплялись за него, словно это было самой естественной вещью в мире. Хуэй Фан положила голову ему на плечо и зевнула. Он не остановился на одной песне. Дети не возражали. Его голос затих только тогда, когда он заметил, что все трое спят. Он осторожно поцеловал их головы, чтобы они не проснулись. Он был так погружен в тихую атмосферу, что не заметил приближающуюся к ним фигуру. Запах донёсся до него раньше, чем что-либо ещё, ветер мягко принёс аромат сандалового дерева. — Лань Чжань, — поприветствовал Вэй Ин. Голос его был едва слышнее шёпота, так как он боялся разбудить прижавшихся к нему детишек. Лань Чжань не ответил, любящим взглядом наблюдая эту картину. — Они тихие²*, — произнёс он. Вэй Ин задумался, являются ли эти трое такими же энергичными, как их старший брат. Ему сразу стало жаль их родителей, которым пришлось ухаживать за четырьмя проблемными детьми. — Думаю, им больше нравится Сянь-гэгэ, — шутливо повторил Вэй Ин. Рукой он кругами поглаживал Лань Хуэй Фан по маленькой спине, размышляя. — Нам следует отнести их в их комнаты. Лань Чжань кивнул, бесшумно приближаясь. Он взял Лань Син И одной рукой и Мэй Хуэй другой, надёжно удерживая их своей ненормальной силой. Вэй Ин удобнее перехватил Хуэй Фан, направляясь бок о бок с Лань Чжанем в двор Базилиса³, место проживания принадлежащих к клану Лань. Обычно ни одному приглашённому ученику не разрешалось ходить в ту часть горы. Однако, учитывая его дружбу с Лань Жэнь Ли и тот факт, что он не раз слышал как адепты Гу Су Лань называли его «Вторым Переводчиком Ван Цзи» в коридорах, Вэй Ин мог с уверенность сказать, что он больше, чем любой другой приглашённый ученик. Его провели в большую комнату рядом со сливовым деревом. Пожилая женщина, чьи карие глаза были такими же тёплыми, как у детей и Жэнь Ли, поблагодарила их за то, что они вернули её малышей. Она даже дала Вэй Ину небольшой мешочек, расшитый узором Гу Су Лань, за то, что он так долго терпел выходки Жэнь Ли. — Итак, — начал Вэй Ин, бездумно проводя большим пальцем по вышивке. Из мешочка исходил сладкий и успокаивающий цветочный аромат. — Чем я обязан быть удостоенным твоим визитом? Лань Чжань не смотрел на него. — Город Цайи, — просто ответил тот. — Ты отвечаешь за библиотеку, так? Покупаешь вещи для неё? — Лань Чжань кивнул. — Хотел позвать Жэнь Ли с собой? Лань Чжань покачал головой. — Тебя. Вэй Ин прикусил нижнюю губу, сердце бешено билось в груди. Лань Чжань был опасен, даже больше, чем он помнил из первой жизни. — Уверен? Даже если я буду бесконечно дразнить тебя? И тебе придёться угостить меня обедом! — Хочу, — он посмотрел на Вэй Ина, — ты? — Хочу, хочу, конечно! — выпалил Вэй Ин прежде, чем Второй Нефрит мог передумать. Его ответ, казалось, удовлетворил Лань Чжаня, если его расслабившиеся плечи являлись показателем. Сегодня всем ученикам было позволено выходить, поэтому Облачные Глубины были почти пусты. Вэй Ин знал, что Янь Ли ушла в город Цайи с несколькими её друзьями, а Цзян Чэн болтался с другими приглашёнными учениками, возможно, наслаждаясь вином и иллюстрированными книгами Хуай Сана, где-то не под ястребиным взором Лань Чжаня. Вэй Ин ненадолго забежал в свою комнату, чтобы взять Суй Бянь и несколько мешочков цянькунь для всего, что ему нужно было купить, прежде чем покинуть Облачные Глубины вместе с Лань Чжанем. Спускаясь с горы, Вэй Ин в основном рассказывал о том, что он узнал от Лань Жэнь Ли и том, что он должен был купить на небольшую сумму денег, оставленную ему лекарем. Он был уверен, что мысленно Лань Чжань смеётся, и даже обвинил его в предательстве, за что Лань Чжань предложил принести извинения. Вэй Ин был доволен. Город Цайи, как всегда, был шумным. Они шли по торговой улице, останавливаясь у прилавков. Вэй Ин никогда не гордился своими покупками как тогда, когда достиг последнего пункта своего списка. Он молча поблагодарил продавцов Юнь Мэна за то, что развили такую способность в нём. Он даже купил семена, которые искал целую неделю. Лань Чжань закончил намного быстрее его, остановившись только в одном магазине. Вэй Ин не знал и половины книг и свитков, которое тот покупал, и мог поклясться, что среди них были романы, которые не были частью библиотеки Гу Су Лань. Однако он сделал вид, что ничего не видел, боясь рассердить своего спутника. — Куда теперь? — спросил Вэй Ин, когда они вышли из книжного магазина. — Обед. Вскоре они уже сидели около уютной закусочной. Вэй Ин наслаждался слабым запахом пряного мяса. Они с Лань Чжанем заказали стандартный дяньсинь⁴ заведения и чай улун. Конечно, являясь тем, кем он был, Вэй Ин быстро заскучал. Некоторое время он смотрел на неподвижную фигуру Лань Чжаня, потом ему в голову пришла идея. — Лань Чжань, — позвал Вэй Ин, — в ответ он получил только тихое мычание, — ты боишься утонуть? Лань Чжань нахмурился, сбитый с толку. Он смотрел на улыбающееся лицо Вэй Ина, его золотые глаза молча спрашивали, что это значит. — Нет, — наконец ответил он. — Отлично! Но, понимаешь ли, есть только одно место, которое так прекрасно, что я не боюсь утонуть! — он подавил смешок, увидев подозрение на лице Лань Чжаня. Он продолжил, — И даже если я утону там, я уверен, моя душа будет покоиться в мире вечность. — Он склонил голову, на лице играла улыбка, — это где-то в Гу Су, вдали от мирских дел, с величественным полем орхидей и играющим призрачным ребёнком.⁵ — Где? — любопытство, наконец, взяло вверх над Лань Чжанем. Вэй Ин склонился над столом и призвал Лань Чжаня тоже приблизиться. — В ярком, глубоком море твоих глаз, — прошептал он таинственным тоном. Вэй Ин выпрямился, внимательно наблюдая за каждым изменением в выражении лица Лань Чжаня, пока тот обрабатывал услышанное. Как только до него дошло, его уши стали ярко-красными, краснота распространилась даже на шею. Он избегал зрительного контакта и некоторое время молчал от смущения. Вэй Ин был удовлетворён такой реакцией. В конце концов, это доказывало, что и в этой жизни Лань Чжань интересуется игрой слов. У него не было возможности сказать что-то, так как их заказ, наконец, принесли. Вэй Ин расставил все тарелки с мясом и специями на своей половине стола, оставив овощные и прочие вегетарианские блюда Лань Чжаню. Ели они в тишине. Лицо Вэй Ина посветлело от вкуса пряной свинины. Это было ещё далеко от его стандартов — он был известен своей высокой терпимостью к острым приправам — но все же лучше любого блюда, что он ел в Гу Су, кроме блюд шицзе, конечно же. Как только он доел, заказал порцию знаменитого замороженного десерта города Цайи. Лань Чжань ел медленно, каждое движение выдавало его прекрасное воспитание. Кожа его спустя всё это время ещё казалось немного розоватой. Лань Чжань заплатил за всё. Вэй Ин так наелся и не думал, что сможет сьесть или выпить что-нибудь ещё. До тех пор, пока он не учуял знакомый аромат. Улыбка Императора. Он мечтательно вздохнул, почти пробуя вино на вкус. К несчастью, ему по-прежнему запрещали пить алкоголь — по приказу лекаря, как любил выражаться Лань Жэнь Ли. И снова он начал болтать, надеясь, что его желание вина поутихнет. Они шли бок о бок вдоль реки. Лань Чжань не отходил от него, только гудел иногда, показывая, что слушает. Однако Вэй Ин заметил, когда Лань Чжань немного замедлился. Он проследил за его взглядом, заметив знакомую фигуру в белом, стоящую на каменном мосту. Это был Лань Си Чэнь. Брови Лань Чжаня нахмурились, и он сжал губы, выглядя неуверенным. Взгляд Вэй Ина смягчился. — Я не знал, что да гэ тоже будет здесь, — задумчиво произнёс он. Он потянулся к руке Лань Чжаня, останавливая себя в последний момент. Лань Чжаню не нравятся чужие прикосновения, напомнил он себе. Вэй Ин сжал его рукав вместо этого. — Пойдём! Вэй Ин потянул его к мосту, игнорируя жгучее желание почувствовать тепло ладони Лань Чжаня в своей. Когда они приблизились к старшему брату Лань, Вэй Ин заметил в его глазах беспокойство. Это продолжалось недолго, взгляд Си Чэня потеплел, как только он их заметил. Он улыбнулся той же милой улыбкой, которая, казалось, была присуща каждому старшему брату. — Вэй У Сянь, Ван Цзи, — поприветствовал он их. — Какое счастье, что вы оба здесь. — Что-то случилось? — нахмурился Вэй Ин. Лань Си Чэнь, казалось, подавил вздох. — Сельские жители сообщили об увеличении нападений речных гулей в регионе, — объяснил он, — Вообще-то я собирался вернуться за Ван Цзи, прежде чем отправиться на озеро Билин. Плечи Вэй Ина напряглись. Он слишком хорошо помнил этой случай из первой жизни. И причина всего это была... — Но действительно ли всё так просто? — спросил Вэй Ин. Лань Си Чэнь не сводил с него глаз, ожидая следующих слов. — Город Цайи окружён реками и большинство жителей деревни хорошо могут плавать, поэтому маловероятно, что происходит много утоплений, это для начала. Кроме того, озеро, о котором мы говорим, имеет множество притоков. Возможно, гули пришли из другого места. Лань Чжань промычал, соглашаясь. — Изгнан чем-то более сильным, — тихо произнёс он. Выражение лица Лань Си Чэня стало задумчивым. — Даже если причина в этом, нам понадобится любая помощь. Я видел молодого господина Цзян и господина Цзинь ранее. Возможно, они тоже пойдут. Вэй Ин кивнул. — Цзян Чэн и я выросли в Пристани Лотоса, мы привыкли к речным гулям. У нас даже есть секретная техника для их ловли! Лань Чжань бросил на него любопытный взгляд и слегка приподнял брови. Вэй Ин надулся: — Я не скажу тебе, Лань Чжань. Ты снова будешь меня ругать! — Не буду, — сказал он немного удручённо. Вэй Ин отказался говорить что-то ещё. Его взгляд ясно показывал, насколько он не верит в слова собеседника. Си Чэнь усмехнулся. — Вы двое, кажется, веселитесь вместе, — в его глазах светилось искренне веселье, когда он наблюдал за их детскими препирательствами. Лань Чжань и бровью не повёл. — Мгм. Вэй Ин на самом деле покраснел, тёплое и нежное счастье волнами разлилось по его груди. Во всяком случае, он просто ещё больше влюбился в Лань Чжаня, который шёл рядом с ним. Его губы невольно изогнулись в улыбке. Это совсем неплохо, подумал он. Он невольно вздрогнул, увидев знакомое лицо. Цзинь Цзы Сюань сидел в лодке, опустив одну руку на борт, а в другой держа чашу с вином. Павлин смотрел на своё вино, и Вэй Ин увидел его порозовевшие щеки. Он совсем не казался расслабленным; брови его были нахмурены, а губы сжаты. Плечи тоже были напряжены, в основном из-за нервозности. И тогда он нашёл причину изменения позы павлина: Цзян Янь Ли. Его шицзе сидела на противоположной стороне лодки, спиной к Вэй Ину. Хотя он не мог разобрать, что она говорит, по тону её голоса он понял, что она счастлива. Причёска её тоже казалось другой, две косички, соединённые на затылке и украшенные золотой заколкой в форме лотоса и пиона. Даже ханьфу сменилось на светло розовое платье, которые Цзян Фэн Мянь прислал на её день рождения, фиолетовое пибо⁶ было обёрнуто вокруг её рук. Она была невообразимо прекрасна — даже прошлый Цзинь Цзы Сюань не остался равнодушным. Вэй Ин подумал, как его будующее «я», которое при всех призналось в чувствах на горе Феникс, отреагировало бы на неё сейчас. Вэй Ин посмотрел на гребущего человека. Тот грёб со свирепостью, достойной лютого мертвеца, и метал почти убийственные взгляды на Цзинь Цзы Сюаня. Это был никто иной, как Цзян Чэн. — Как по мне, идеальное свидание, — усмехнулся Вэй Ин. Губы Лань Чжаня были сжаты. В глазах его мелькнул весёлый огонёк, хотя выражение лица оставалось прежним. Губы Си Чэня растянулись в улыбке. Вэй Ин был уверен, что тот хочет рассмеяться, но был слишком правильным, чтобы сделать это. Ну, не то чтобы его привязанность к братьям уменьшилась из-за этого. Цзян Чэн первым заметил их. Он нахмурился ещё сильнее, когда увидел улыбку на лице Вэй Ина, и открыто посмотрел на него. Стоило взгляду Цзян Чэна переместится, нервозность Цзы Сюаня, казалось, уменьшилась, и павлин бросил почти благодарный взгляд в сторону Вэй Ина. Цзян Янь Ли повернулась к нему, её тёплые карамельные глаза сияли как драгоценные камни. Она посмотрела на братьев Лань. — Цзэ У Цзюнь, второй господин Лань, — поприветствовала она их, слегка склонив голову. На её лице появилась понимающая улыбка, от чего щеки Вэй Ина запылали, когда она вновь посмотрела на него. — А-Сянь. Цзян Чэн поклонился братьям, как мог с веслом в руке, в то время как Цзинь Цзы Сюань лишь склонил голову. Это было не так почтительно и деликатно, как у Янь Ли, поскольку в его движениях всё ещё чувствовалась некоторая надменность. — Дева Цзян, молодой господин Цзян, молодой господин Цзинь, — ответил Си Чэнь на приветствие с вежливой улыбкой, не скрывавшей веселье, что он всё ещё испытывал от сцены, которую они только что увидели. — Смогут ли молодые господа помочь нам какое-то время? Цзян Янь Ли моргнула. — Это связано с речными гулями, Цзэ У Цзюнь? — спросила она. Цзян Чэн и Цзинь Цзы Сюань посмотрели на неё несколько удивлённым выражением. Улыбка Си Чэня стала мягче. — Дева Цзян действительно проницательна. Именно этим мы и собирались заняться. Она кивнула. Вэй Ину не нужно было спрашивать, когда она узнала об этом, поскольку Янь Ли недавно призналась, что её учитель, женщина по имени Лань Мэн Ши, была хорошо информирована обо всем, что происходило на территории её ордена. Она также обучала их не только женским вещам, как она обычно выражалась, но и как бороться, и помогала девушкам совершенствовать золотое ядро. Обо всём этом Лань Ци Жэнь, конечно же, не знал, — он бы никогда не позволил, если бы знал. — Я буду рад помочь, — согласился Цзян Чэн. Это, несомненно, улучшит его репутацию наследника Юнь Мэн Цзян. Цзинь Цзы Сюань слегка нахмурился. Он посмотрел на Цзян Янь Ли, как будто в поисках ответа. Она улыбнулась ему, нежно и ободряюще. Выражение его лица смягчилось, когда он залпом выпил все вино. — Идём. Цзян Чэн настороженно посмотрел на Вэй Ина. — Ему можно идти? Он ни разу не был на занятиях, — в голосе его звучало любопытство. Вэй Ин надулся. — Ты прекрасно знаешь, что я выздоровел, ты, бессердечный! — он обвиняюще указал на брата, — Кроме того, я не пренебрегаю своими обязанностями. Лань Си Чэнь кивнул. — И правда, дядя разрешил ему не посещать занятия, так как он тренируется с нашим лекарем. Цзян Чэн задохнулся от новой информации. Янь Ли хихикнула из-за рукава, забавляясь реакцией брата. В конце концов, она знала об этом уже довольно давно и ни разу не скрывала то, как гордиться успехами Вэй Ина. Однако её тихий смех исчез слишком рано. Вода внезапно поднялась рядом с лодкой, скрывая Янь Ли от глаз. Глаза Вэй Ина расширились, когда он увидел пустые глаза речного гуля. Его кожа была пепельной, а тело распухшим из-за постоянного нахождения в воде. Трупный запах был настолько сильным, что Вэй Ин задохнулся. Блестящий золотом меч пронзил гуля. Монстр испарился в воздухе, как будто его никогда и не существовало. Стоило воде отступить, Вэй Ин снова увидел шицзе. Лодка была перевёрнута вверх дном. Цзинь Цзы Сюань стоял по другую сторону реки, крепко обнимая Янь Ли и держа Суй Хуа в правой руке, обращённым в ту сторону, где минуту назад был гуль. Он защитил её, понял Вэй Ин, и облегчение нахлынуло на него. Не было времени размышлять, что на самом деле означали действия павлина, поскольку панические голоса жителей деревни звучали громче, чем плеск воды. Вэй Ин, не думая дважды, вынул Суй Бянь из ножен. Он крепче сжал рукоять Суй Бяня, чувствуя как меч потеплел под пальцами, а дух его становился всё более беспокойным. Это было всё ещё странно для него, но не нежеланно. Вэй Ин продолжил разрезать гулей, что перекрыли им путь, его натренированные глаза повсюду искали брата. Едва заметная улыбка облегчения появилась на губах, стоило ему увидеть фиолетовое ханьфу. Цзян Чэн, которого не было видно после нападения на лодку, сражался на противоположной берегу, Не Хуай Сан трусливо прятался за его спиной. Фиолетовый цвет Сань Ду казался таким же смертоносным, как и у Суй Хуа, превращая больше гулей в пепел. Сам он бросился на помощь продавщице локв, за которой гнался крупный гуль. Его вес, должно быть, был главным фактором смерти этого человека, поскольку кто-то такой большой не может плавать должным образом. Ну, чревоугодие было грехом, который Вэй Ин поклялся никогда не совершать, ни один из них, если на то пошло. Женщина убежала прежде, чем можно было перекинуться хоть одним словом. Ни то, чтобы он винил её. Боковым зрением он увидел адептов в белом. Ни один из них не был таким сдержанным и элегантным, как Два Нефрита, особенно по сравнению с Лань Чжанем, хотя Вэй Ин должен был признать, что они хорошо справлялись с тем, чтобы их одежды оставались чистыми. Он сжал губы, чтобы сдержать гримасу, когда услышал голос Су Шэ — почему всегда он? — Вэй Ин! — позвал его Цзян Чэн с другой стороны. Даже с такого расстояния дыхание брата казалось прерывистым. Должно быть, он очень, очень устал, если не может сохранять самообладание. Не Хуай Сан вцепился в руку Цзян Чэна, будто это могло спасти ему жизнь. Если его брат и был обеспокоен, он ничем это не показал. — Они ушли. Это было правдой. Он мог различить тени водных упырей, уходящих в озеро Билин. Каким-то образом атака казалась намного быстрее, чем Вэй Ин помнил, хотя разрушения, что они оставили после себя, было всё ещё значительным. Многие фрукты и другие продукты покачивались в воде среди разрушенных лодок и кусков одежды. Он увидел торопливо приближающегося Цзинь Цзы Сюаня и Янь Ли позади него. Подол платья шицзе был мокрым, и несколько прядей волос выбилось из тщательно уложенной причёски. Тем не менее, она оставалась самой красивой девушкой, которых Вэй Ин только встречал. Рядом с ним приземлилась фигура в белом. Лань Чжань молча убрал Би Чэнь в ножны. Выглядел он так же безупречно, как и всегда. Сердце Вэй Ина растаяло, когда их с Лань Чжанем взгляды встретились, беспокойство ясно читалось в золотых глазах. Он улыбнулся в ответ, наслаждаясь знакомым ароматом сандалового дерева. Да, он был в порядке. Как только они воссоединились, Цзян Янь Ли, не теряя времени, крепко обняла братьев. Она поцеловала их в головы и слегка погладила по щекам. Только тогда она казалась достаточно удовлетворённой, чтобы отпустить их. Вскоре подошёл Лань Си Чэнь. На его лице была привычная улыбка, но тень в глазах делала её похожей на гримасу для Вэй Ина. Он не стал комментировать это, поскольку никто больше не обратил внимания на перемену настроения Первого Нефрита. Под руководством Лань Си Чэня все заклинатели были разделены на небольшие группы, отличающиеся количеством. Они запрыгнули в лодки, которые адепты Лань взяли у выхода из города Цайи. Вэй Ин, Лань Чжань, Лань Си Чэнь и Цзян Чэн плыли впереди, возглавляя. Оставшись один в маленький лодке, Вэй Ин мог лишь наблюдать, как фигура Янь Ли исчезает, когда они поплыли к озеру, пытаясь убедить себя, что шицзе благополучно доберётся до Облачных Глубин. По крайней мере, с ней был Не Хуай Сан, и он сильно сомневался, что у этих двоих будут проблемы, учитывая скрытую силу Янь Ли и коварную личность Хуай Сана. Вэй Ин усмехнулся. Беспокоиться было не о чем. Возможно, он должен сделать что-то новое для Янь Ли, что-то, что не подпустит монстров к ней. Что-то вроде колокольчика, который он сделал для празднования Цзинь Лина- и никогда не имел возможности отдать ему. — Так ты практикуешься в целительстве?³* — голос Цзян Чэна отвлёк его от мыслей. Он ухмылялся, глаза его блестели от довольствия и веселья. Вэй Ин плеснул немного воды на брата, который привычно увернулся, самодовольная усмешка всё ещё была на его губах. Он цокнул языком. Как бы он не скучал по брату, не мог не раздражаться. — Кстати, — Цзян Чэн указал на свои волосы, — с каких пор ты такой правильный? Вэй Ин поднял брови. — Не правильный, — ответил он. Ну, отлично, теперь он даже говорил как Лань Чжань. Будущий Лань Ци Жэнь наверняка гордился бы им. Цзян Чэн, казалось, заметил это. — И ты так близок со вторым господином Лань, — заметил он. Его голос был достаточно громким, чтобы Вэй Ин услышал его, не говоря уже о других. Вэй Ин усилил хватку на весле. — И что? — несмотря на то, что он старался говорить резко, его голос оставался таким же мягким, как у Янь Ли. Любопытство Цзян Чэна только росло. — Ты покраснел, — он оглянулся на адептов Лань, плывущих впереди. — Ты... он тебе нравится, не так ли? Это заставило Вэй Ина остановиться. В голосе Цзян Чэна не было отвращения, которое он часто проявлял к его с Лань Чжанем отношениям. Он колебался. — Ты не против? Цзян Чэн фыркнул. — Ты мой брат. Почему я должен быть против? В конце концов, это твоя жизнь, и твоё счастье важнее всего. Вэй Ин уставился на брата широко раскрытыми глазами, не зная, сон это или нет. Принятие, Цзян Чэном из всех людей, было даже более значимым, чем поддержка дяди Цзян. Брат мягко улыбнулся ему. — Я просто рад, что ты больше не прячешься, — Вэй Ин вопросительно посмотрел на него. Цзян Чэн внимательно посмотрел на него. Он задумался, — я всегда удивлялся, но ты действительно не помнишь, да? — он слегка покачал головой, мельком взглянув на адептов, спорящих позади них. — Когда мы начали совершенствоваться, у нас был один приглашённый ученик. Его звали Чан Гуан Юй, если не ошибаюсь. Он очень помогал нам с тренировками и в целом был Прекрасным Принцем.⁴* Он тебе нравился даже слишком сильно. И ты решил рассказать ему о своих чувствах. Вэй Ин внимательно слушал. Он мало что помнил о том времени. Все воспоминания о прошлом были расплывчатыми и далёкими, как и о его семье. Однако пока Цзян Чэн говорил, он начал вспоминать тень улыбки на красивом, угловатом лице, о мозолистых руках и алых одеждах. Но, когда он попытался ухватиться за эту часть памяти, образ исчез. — Меня там не было, так что я не могу сказать точно, но... — Цзян Чэн глубоко вдохнул, как будто воспоминание было болезненным для него. — Ты вернулся с разбитым сердцем и плакал всю ночь. Следующую неделю у тебя была ужасная лихорадка. После этого ты перестал узнавать того парня. Твоя память испортилась, и после этого ты начал бесстыдно со всеми флиртовать. Вэй Ин сглотнул. Он не знал, что делать со словами брата. Он помнил, что Жэнь Ли говорил, что у него полно узлов в ци. Возможно, это был ещё один из них, и он просто не помнил? Цзян Чэн пожал плечами. — Может, ты просто хотел заполнить пустоту, которую он в тебе оставил. Кто знает? — он ухмыльнулся, повысив голос, чтобы все услышали, — Но я вышибу душу из каждого, кто посмеет причинить боль моему брату! Вэй Ин слегка усмехнулся. Голос Лань Си Чэня привлёк внимание каждого к их цели. Узкий ручей, по которому они плыли, входил в озеро Билин. Его воды были темнее под их лодками, чем в озёрах Юнь Мэна. Они расставили сети под водой, пытаясь поймать гулей в пределах досягаемости. Вэй Ин прерывисто вздохнул. Он знал, что это не произойдёт, у них нет сил, чтобы справиться с этим. Он огляделся, пытаясь разглядеть какую-нибудь подозрительную тень. Ничего не было. Его расплывчатая память не помогала. Вэй Ин повернулся к Лань Чжаню, как будто если бы искал ответа, открыл рот, чтобы позвать адепта Лань... и остановился, прежде чем проронил хоть звук. На его лице появилось хмурое выражение. Он не мог не думать, что это неправильно. В голове возникла идея. Вэй Ин грёб к Лань Чжаню, выкрикивая его имя. Когда тот обернулся и посмотрел на него, Вэй Ин ударил по воде веслом. Лань Чжань ловко увернулся от воды и приземлился рядом с Си Чэнем, ни одна капля не задела его одежд. Вэй Ин перевернул чужую лодку вверх дном, открыв взору трёх водных гулей, цепляющихся за дно. Он был прав. Со всеми Лань Чжань быстро расправился сам. Его губы изогнулись в извиняющейся улыбке. — Прости за это, Лань Чжань! Они бы убежали, если бы я сказал тебе, — объяснил Вэй Ин. Лань Чжань едва моргнул. — Нет необходимости. Улыбка Вэй Ина стала ярче. Тогда всё было хорошо. Лань Си Чэнь заинтересовался. — Вэй У Сянь. Как ты узнал, что они под лодкой Ван Цзи? — На борту был один только Лань Чжань, но осадка была глубже, чем у лодки с двумя пассажирами. Поэтому что-то точно тянуло лодку вниз. Си Чэнь кивнул. — Понятно. Я рад, что ты пошёл с нами, — он слегка поклонился, — молчаливая благодарность за помощь его младшему брату. Цзян Чэн усмехнулся рядом с ним. Вэй Ину хватило увидеть только взгляд брата, чтобы понять, о чём тот думал. Он, не колеблясь, оттолкнул ногой другую лодку, к большому удовольствию Цзян Чэна. Они остановились. В этот момент над ними нависла тень. Вода поднялась, волна в форме рук потянулись к ним, готовые схватить любое живое существо. Братья Лань достали мечи. Шуо Юэ и Би Чэнь сияли в их руках, двигаясь синхронно. Посторонний человек легко мог принять их изящные движения за танец, Вэй Ин ощущал растущую духовную энергию вокруг них. Они напали. Их совместными усилиями часть волны исчезла в никуда. Лань Чжань подпрыгнул, разрезав воздух. Духовная энергия била сама по себе, ни разу не промахнувшись. Он грациозно приземлился на лодку Си Чэня, секундой позже заметив, что волна надвигалась на Вэй Ина. Суй Бянь сиял так же ярко, как и Би Чэнь. Вэй Ин создал печать рукой, повторяя заклинание в голове. Суй Бянь прошёл мимо него, бросаясь навстречу волне. Он едва заметил, что Лань Чжань делает то же самое с Би Чэнем, но, тем не менее, был благодарен за помощь. Лань Чжань мгновение смотрел на него. — Твой меч. Вэй Ин усмехнулся. — Зовут Суй Бянь, — слишком нетерпеливо ответил он на безмолвный вопрос. В этот раз Лань Чжань не стал его расспрашивать. Наверное, уже привык к нему и не сомневался в его словах. Но это не помешало ему нахмуриться. Вэй Ин сжал губы, чтобы сдержать громкий смех. — Когда Дядя Цзян подарил мне меч, я никак не мог придумать подходящее имя. Я хотел, чтобы он помог мне и сказал: «Какая разница!», и был так удивлён, что действительно отчеканили Суй Бянь, — меч вернулся в ножны. Вэй Ин поднял его так, чтобы Лань Чжань мог видеть выбитые на нём символы, — Видишь? Лань Чжань вложил меч в ножны. — Похоже на тебя. Вэй Ин хихикнул. Они подняли сети, как только оказались в центре озера. Единственным, что они поймали, были длинные черные нити, похожие на волосы, и куски одежды. Наступила тишина, не было слышно даже животных и птиц. Воздух вдруг стал горячим и душным, отсутствие ветра в таком открытом месте слишком беспокоило. Что-то было в воде, двигаясь слишком быстро, чтобы кто-то мог понять, что это такое. Цзян Чэн попытался разрезать его, прежде чем предупредить кого-то. Лань Чжань отправил Би Чэнь в воду, но лезвие вернулось только с новыми чёрными прядями. Краем глаза Вэй Ин заметил мелькнувшую тень движения, которое он уже видел раньше. — Не смей! — закричал он. Все заклинатели уставились на него. Су Шэ остановил свой бело-голубой меч — слишком похожий на Би Чэнь, по его мнению — который был ещё в руке. Вэй Ин точно знал, что тот собирается сделать и какие последствия это понесло в первой жизни. Он не хотел повторения этого опыта. Су Шэ заикался: — Но второй господин Лань... — он замолчал на полуслове, покраснев, словно только сейчас заметил, как нелепо это звучит. Это только усугубило шепотки адептов, мать родила его, но не воспитала, говорили эти ядовитые рты. Вэй Ин заколебался, вспомнив, как однажды он сказал эти слова последнему человеку, которого хотел бы обидеть. Взгляд Су Шэ, так похожий на взгляд Цзинь Лина, только усилил его чувство вины, — то, что он никогда не думал, что почувствует к этому человеку. Лодки яростно раскачивались. Вэй Ин не мог не вздрогнуть, когда увидел водоворот. Обеспокоенный голос Лань Си Чэня был едва слышен из-за шума воды. Он сказал только то, что Вэй Ин знал с самого начала: бездонный омут. Они послали свои мечи на монстра, Шуо Юэ, Суй Хуа и Сань Ду присоединились к ним в этот раз. Это только разозлило бездну. Лодки подверглись атаке, и им пришлось прыгнуть на мечи. Вэй Ин чуть не упал. Он не летал с тех пор, как он с Янь Ли посетили лавку старика Ли, и даже тогда он не торопился, привыкая к ощущением снова. Время — то, чего у него сейчас не было. Вэй Ин делал всё возможное, чтобы уворачиваться от щупалец, нацеленных на него. Впервые за много лет он был рад, что Суй Бянь больше сосредоточен на ловкости, а не на силе, что значительно упрощало ему задачу. Он заметил, что другие адепты улетели, среди них был и Су Шэ. Цзян Чэн, Цзинь Цзы Сюань и братья Лань последовали за ними, убедившись, что никто не остался. Вэй Ин хотел дотянуться до них. Дыхание стало тяжелим, грудь горела от напряжения. Он должен был догадаться. Его тело ещё не вернулось в боевое состояние, и это всплыло на поверхность в самый неподходящий момент. Щупальце обвилось вокруг его правой ноги. Он потерял последние крохи равновесия. Он снова падал. Обеспокоенный голос Цзян Чэна выкрикивал его имя. Он задыхался, когда его спина коснулась холодной темной воды. Вэй Ин ничего не видел. Всё тело болело, как будто Цзы Дянь прошёлся по нему снова. Бездонный омут всё глубже и глубже затягивал его, обволакивая его странными объятьями. Чья-то рука погладила его по щеке. Она была тёплая и нежная, но казалась слишком большой для девичьей руки. Он открыл глаза и увидел зелёную поляну. Солнце было высоко в небе, освещая всё, что было в пределах его досягаемости. Женщина в белом стояла перед ним. Всё, что он мог видеть, это её ослепительную улыбку и длинные каштановые волосы. Пойдём, Сяо Ин, сказала она мягко. Она взяла его на руки и подняла его маленькое тельце с земли. Он удовлетворённо уткнулся в её шею, заработав лёгкий смешок. Папа и У Сянь ждут нас. Его губы дрожали. Мама, с тоской подумал он. Образ исчез в темноте, хотя её слова продолжали звучать в голове. Внезапно он снова мог дышать, большое количество кислорода проникало в его горящие лёгкие. Его голова покоилась на чьём-то плече, сильные руки обхватили его за талию и колени, крепко прижимая к себе. От этого человека пахло домом и теплом. Вэй Ин не хотел их отпускать. Вэй Ин открыл глаза, мир медленно становился чётким. У него перехватило дыхание. Это Лань Чжань держал его, его лицо было так близко, что он видел различные оттенки золотого в его глазах. — Лань Чжань, — прошептал он. Рука на его талии слегка сжалась, показывая, что тот слушает. — Ты чувствуешь себя хорошо, неся меня вот так? Даже в такой ситуации Вэй Ин не хотел, чтобы Лань Чжань чувствовал себя некомфортно. Он предпочёл бы, чтобы его снова тащили за воротник, чем создавать тому неудобства. Лань Чжань промычал. Затем добавил успокаивающим тоном: — Мы близки. Вэй Ин чувствовал, как появились слезы. Лань Чжань отпустил его только тогда, когда они благополучно приземлились на одну из лодок. Цзян Чэн бросился к нему, неоднократно спрашивая, в порядке ли он. Его обеспокоенный хмурый взгляд исчез только тогда, когда Вэй Ин согласился укутаться мантией, — без понятия, откуда она взялась. Он смотрел, как адепты Лань запечатывают озеро, в надежде, что бездонный омут останется там. Вэй Ин вздохнул. Он понятия не имел, что произошло в озере. Это был сон? Воспоминания? Он не был уверен. У Сянь ждёт нас, что это должно значить? Его мать не может знать его имя, которое он выбрал после её смерти, верно? Он прикусил нижнюю губу... Вэй Ин был истощён. Он был почти благодарен небесам, когда остальные ученики заняли четыре оставшиеся лодки, и, наконец, они отправились в Облачные Глубины. Братья Лань молча стояли в нескольких шагах от него. Они вчетвером делили лодку с тремя адептами Гу Су Лань. Присутствие Су Шэ так близко заставило его вздрогнуть. В свете заката город Цайи казался совершенно другим. Вэй Ин нахмурился, глядя на разрушения, оставленные речными гулями. Эти люди не заслужили этого. Если он и желал чего, так это силу, чтобы уберечь их от этого кошмара. Лань Чжань сказал что-то Си Чэню. По выражению его лица он понял, чего тот хочет, — имя тех, кто в этом виноват. Вэй Ин сказал ему. Его голос был едва слышнее, шёпота: — Ци Шань Вэнь. Беспомощное выражение лица Лань Си Чэня было всем, что нужно, чтобы Вэй Ин понял, что он прав. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шорохом чего-то летящего в их направлении. Цзян Чэн был тем, кто поймал корзину полную локв. Продавщица стояла на своей маленькой лодке, низко кланяясь Вэй Ину. — За то, что спасли меня раньше. Спасибо вам, молодой господин. Он улыбнулся, забирая сладкие фрукты из рук брата. — Пустяки! Вэй Ин не флиртовал с ней, как в своей первой жизни. История, которую Цзян Чэн рассказал ему ранее, и тот факт, что человек, которого он любил больше всего, стоял так близко, подавляли эту потребность. Он протянул несколько локв брату, Си Чэню и Лань Чжаню. Теперь он мог сказать, как сильно Лань Чжань хотел их, что было слишком мило для его бедного сердца. Он протянул четвертую локву. — Су Шэ, — позвал он. Ученик вздрогнул, глядя на него с нескрываем удивлением. Он осторожно подошёл к нему и сел рядом, когда Вэй Ин немного подвинулся. Он медленно прихватил локву зубами. Послышался негромкий одобряющий звук, и его карие глаза немного расширились. Что-то в выражении его лица напоминает Вэй Ину ребёнка, получившего то, чего он действительно хотел. — Мне жаль, что я накричал на тебя раньше, — честно признался он. Взгляд Су Шэ упал на колени. Выражение его лица сменилось смирением, тень разочарования и самобичевания были в его глазах, с которыми Вэй Ин был слишком хорошо знаком — это было то же самое выражение, которое он видел на лице Цзян Чэна, когда его брат думал, что никто не смотрит. Су Шэ колебался. — Не за что извиняться. Я просто вёл себя неразумно и подверг опасности остальных, — прошептал он. В его голосе прозвучал намёк на беспомощность, напомнивший Вэй Ину А-Юаня, когда его сын был назначен новым лидером секты. Вэй Ин напрягался. Су Шэ был ответственен за инциденты, которые привели к смерти Цзинь Цзы Сюаня и его шицзе. Даже Вэй Ин умер из-за необоснованной преданности этого человека Цзинь Гуан Яо. Он, правда, хотел ненавидеть его, правда. Но это было так трудно, когда все, что он видел перед собой, это потерянного ребёнка без крови на руках. Он вздохнул. Ничего не поделаешь. — Ты знаешь, что это нормально, быть собой, верно? — глаза Су Шэ расширились. Его рот открывался и закрывался, как у рыбы, будучи неспособным что-то придумать. Вэй Ин усмехнулся и нежно погладил его по волосам. — Глупый ребёнок. Никто не говорил, что ты должен быть лучше, чем кто-либо другой. Особенно, если этот человек ненормально силен, как Лань Чжань! — Но мама сказала... я должен быть лучшим, — прошептал Су Шэ. — И всё же, — упрекнул его Вэй Ин, — это не значит, что ты должен следовать безумным стандартам, которые только заставят тебя ненавидеть себя! Как насчёт того, чтобы остановиться на чём-то более реальном? Ветер, пробегающий был около них, был тёплым, но не невыносимым. Вэй Ин пропустил пальцы через свои волосы, распутывая. Причёска, которую он сделал ранее, была полностью разрушена падением в озеро, так что он оставил свои непослушные пряди на спине. Он прошептал: — Ты можешь быть лучшим - лучшей версией самого себя. Разве этого недостаточно? Тишина была ему ответом. Он посмотрел в лицо собеседника... и застыл. Он никак не был готов к плачущему Су Шэ. Ученик Гу Су накинулся на совершенно потерянного Вэй Ина. Он крепко обнял плачущего мальчика, чувствуя, как тот содрогается от рыданий. — Ну, ну, — прошептал он, легонько похлопывая Су Шэ по спине. Какой неожиданный исход. Он не обращал внимания на взгляды, обращённые на них. Сейчас они были не важны — он разберётся с этим позже. У Вэй Ина было чувство, что что-то важное изменилось в тот маленький момент. В лучшую сторону.