Кит

2.12.2018 «привет. извини за беспокойство, но можешь, пожалуйста, немного помочь с алгеброй? а то у кого ни спрошу, никто не знает». «привет. подскажи, пожалуйста. в #203 по геометрии нужно найти расстояние от точки, не лежащей в плоскости, до сторон равнобедренного треугольника…» «привет. помоги немного с физикой, пожалуйста…» Катя в который раз листала их переписку. Перечитывала, впитывала в себя каждый его ответ и объяснение. Мама как-то сказала Кате, что мужчина должен чувствовать себя сильным и нужным, и чтобы его «завоевать», надо дать ему ощутить необходимость в его помощи. Но Катя была пацифисткой даже в любви. И как вообще нужно воевать не понимала, но честно пыталась следовать маминому совету. Иногда ей казалось, что у неё что-то получается. И с той же частотой какой-то противный голос внутри неё твердил, что это желаемое, а не действительное. В такие моменты Катя устало и немного обречённо закрывала глаза и медленно выдыхала. Она отчётливо понимала, что совершенно безразлична ему, но сердце не переставало бешено стучать при его появлении в противоположном конце школьного коридора. Катя не видела ни намёка на интерес в его глазах, очень редко и почти случайно обращённых к ней. Катя не верила во взаимную любовь. В её голове просто не укладывалось, как два совершенно разных человека могут одновременно полюбить друг друга? Катя была уверена, что без подвоха здесь никак, но всё же очень хотела испытать это чувство, когда любят оба, а не как всегда. Но в случае с ним Катя проверила и убедилась, что была права. Взаимной любви не существует. *** Катя любила фотографировать. А ещё Катя любила людей. Она не была альтруисткой и понимала всю жестокость нашего мира, но верила, что в каждом человеке есть что-то хорошее. Катю считали творческой личностью, и она с этим никогда не спорила. В её понимании творческие люди должны смотреть на мир под другим углом и выделяться из серой массы. И Катя старалась держать марку. Некоторые называли её странной, вот только для неё это было чем-то вроде комплимента. Но помимо всего этого Катя писала стихи про любовь, играла на гитаре этюды и прелюдии и хотела фотографировать людей. Каждый прохожий казался Кате каким-то Богом, созданным природой и воплощённым в человеческом обличье. На катином столе красовалась фотокамера с недавно почищенной памятью, а катины пальцы бестолково зависали над клавиатурой. На катином телефоне была открыта всё та же переписка. Катя пыталась сформулировать свою мысль в адекватный текст. Получалось плохо. Её сбивало с толку последнее сообщение собеседника, но Катя ни за что на свете не удалила бы его. Наконец текст стал получаться вразумительным.

«Привет. Извини за беспокойство. Можно маленькую просьбу? Дело в том, что я люблю фотографировать людей и очень хочу сфотографировать тебя. Если позволишь, приходи по адресу «***», когда тебе будет удобно».

Коротко, ёмко и, вроде бы, ясно. Катя резко выдохнула и нажала «отправить». Дождавшись, когда напротив его имени и фамилии статус изменится на «онлайн», Катя сразу же выключила телефон. Её сердце колотилось с огромной скоростью, как и когда-то. После последней переписки писать ему что-то снова казалось бредом, но себе, как творческому человеку, Катя позволяла такие странные поступки. Долго терпеть Катя не смогла и трясущимися руками открыла переписку. Синим подсвечивалось одно непрочитанное сообщение. «Хорошо. Во что мне одеться?» Катя улыбнулась, закусила губу и еле-еле сдержала шутку, — ему можно вообще не одеваться.

«Надень что-нибудь трикотажное и тёплое, желательно с капюшоном. Так когда ты сможешь?»

Катя не стала прятать телефон и улыбку. «Сегодня. Часов в 18:00».

«Жду».

Катя рассмеялась немного нервно, но всё-таки счастливо. *** Когда в дверь позвонили ровно в 18:00, Катя не особо удивилась, ведь она никогда не сомневалась в его пунктуальности. Кате было страшно открывать дверь. Катя не боялась человека, пришедшего по её просьбе и сейчас вдавливающего дверной звонок в плоскость стены. Катя боялась, что весь его образ может разрушиться его же реальностью. Наверное, она надеялась, что он не ответит на её просьбу. Катя была творческим человеком и совершала безрассудные поступки. Именно так она привыкла оправдывать свою противоречивость. В дверном проёме появилась высокая фигура, у которой нельзя было ничего разглядеть подробнее, ведь Катя не спешила включать свет в коридоре. — Привет. Ему было неловко и неуютно. Ей было неловко и уютно, и её сердце колотилось и в глотке, и в пятках сразу, отбивая разный ритм. Катя диагностировала у себя аритмию, выраженную в синкопе и триолях. — Тихого вечера. Он немного улыбнулся в ответ и стянул с себя куртку и ботинки. Его глаза понемногу привыкали к полумраку, и он без лишних вопросов нашёл крючок, на который определил свою верхнюю одежду. Катя увидела на нём тёмно-красную толстовку с капюшоном и привычные школьные джинсы. Катя увидела взъерошенные чёрные волосы и глаза, устремлённые на неё. Катя вернулась в реальность, опустила восхищённый взгляд в пол и сделала шаг назад, как бы приглашая гостя вглубь квартиры. Нехотя, Катя включила ночник, осветивший комнату бледно-оранжевым светом. — Что мне делать? — нарушил тишину его вопрос. — Снимать штаны и бегать, — он немного нервно улыбнулся в ответ и перевёл взгляд на малиновые шторы, которые из-за ночника будто светились. — Ладно, так себе шутка. — Катя нервно ощупывала камеру в своих руках, но внутри была совершенно спокойна, — Слушай, я не сплю? Услышанный в ответ тихий и немного хриплый смех убедил Катю в реальности происходящего. — Так, подойди к стене. — На расстрел? — он нервно усмехнулся. — Обязательно, но немного позже. Он прислонился к стене, выжидающе и настороженно смотря на Катю. А Катя крепко взяла камеру в руки и приблизилась к нему. — Ты будешь снимать портрет? — настороженно спросил он. — Ну, да, — смутившись и немного отступив, сказала Катя. — А ты против? — Да нет, просто… Ему было неловко. Катя не прислонялась к нему и не нарушала личное пространство, но стояла так близко, как никогда раньше. Возможно, ему из-за этого было не по себе. Возможно, из-за того, что он находился в чужой в квартире. Тем более у Кати. Их что-то связывало, но не один научный прибор не смог бы этого засечь. — Ладно, так дело не пойдёт. Присаживайся на пол. Он посмотрел на Катю опешившим взглядом, но осторожно принял сидячее положение, ожидая дальнейших катиных действий. — Что ты думаешь о китах? — Катя задала вопрос почти наобум, чтобы немного разрядить атмосферу, и присела напротив него, обняв свои колени руками. — Ну-у, киты — это крупные животные… Катя перебила: — Нет, ты слышал историю о китах? Ты знаешь, почему киты выпрыгивают из воды? Они хотят взлететь. И вновь и вновь ударяясь о воду, киты не перестают пытаться. Киты стремятся к своей мечте, хоть она и невозможна. Немного помолчав, Катя добавила: — Кит — это почти как ты. — Ты хочешь сказать, что у меня постоянно что-то не получается? — он усмехнулся и вопросительно приподнял брови. — Нет же. Ты очень целеустремлённый. Сильный. И ты добьёшься всех поставленных целей. — Почему ты в этом так уверена? — Я просто знаю. В комнате стало тихо. Ночник мягко освещал комнату и двух молчавших людей. Катя рассматривала его. Наконец-то у неё появилась такая возможность. Рядом не было никого, кто мог бы им помешать. Осудить или посмеяться. Катя так и решила его называть. Кит. Кит чувствовал катин взгляд на себе и потому рассматривал обстановку комнаты. Вопрос так и крутился у Кати на языке. — Кит, — произнесла медленно Катя, будто пробуя такое обращение на вкус, — скажи, ты всё ещё помнишь?.. Он усмехнулся такому имени, но не стал что-либо говорить на этот счёт. Кит внимательно вгляделся в лицо Кати. Кит всё помнил. — Я… — немного виновато начал он. — Нет, ты всё сделал правильно. Я ведь так и просила тебя ответить, помнишь? Я наоборот тебе очень благодарна именно за такой ответ, — тараторила Катя, будто боялась, что больше не будет возможности всё сказать. — Вот… ты признавался кому-нибудь в своих чувствах? Если ты не хочешь отвечать на этот вопрос, то я пойму… — Честно? Нет. Я просто боялся. — Знаешь… я не могу сказать, как поступать правильно. Но я рада, что тогда написала тебе всё. Помню это дико колотящееся сердце и дрожь в руках. — Катя усмехнулась немного горько. — Знаешь… всё же попробуй когда-нибудь сказать человеку о симпатии. Это такое интересное и непередаваемое ощущение… Хотя бы раз, но его должен испытать каждый. — Катя… Катя прикрыла глаза, стараясь запомнить этот момент и этот тихий голос, произносящий её имя впервые. — Всё хорошо, Кит. Спасибо тебе. Кит мягко улыбнулся. — Понимаешь, твоё сообщение было для меня неожиданностью. — Ты считал меня дурой. — Нет, то есть… Катя улыбнулась воспоминаниям. — Это было чертовски… — Странно? — Да, странно. Ты шипперила меня с лучшим другом… — И ты говорил, что я девочка-дурочка, у которой нет личной жизни. — Дима рассказал? — Кит вопросительно взглянул на Катю, но ответ был ясен. — Я не знаю, я никогда не сталкивался с такими людьми. Да и как можно меня… как там это… шипперить с Димой? Катя тихо засмеялась, а он продолжил: — А потом ты пишешь мне то сообщение… я был немного потрясён. Кит замолчал, а Катя улыбалась. Она попыталась объяснить свою странность: — Я творческий человек. И это порождает трудности. Например, зависимость от некоторых людей. Ты вот даже не догадывался об этом, а мне было необходимо смотреть на тебя. Даже не общаться, а просто смотреть. Мне это приносило эстетическое удовольствие. Вообще, я люблю смотреть на людей. Ведь каждый человек красив по-своему. И я хочу запечатлеть эту красоту. — Ты учишься в физмате и любишь фотографировать? — после некоторого молчания спросил Кит. — Я ещё пишу стихи и играю на гитаре. Тебя что-то смущает? — Нет. Ты… разносторонняя. — Спасибо, если это комплимент. Лучше расскажи о себе, а то два года в одном классе, а знаем друг о друге только имя. — Что ты хочешь услышать? — Говори то, что ты хочешь сказать. Кит смотрел на ярко-малиновые шторы и молчал. Свет от ночника просачивался сквозь его тёмные волосы, подсвечивая их. Обрамлял лицо, бросая причудливую тень на стену. Кит заговорил почти шёпотом, будто боялся спугнуть свои мысли: — Когда родился мой брат, я очень сильно ревновал родителей к нему. Вся семья как-то резко переключила внимание на блондинистого Славку, точь-в-точь похожего на отца. Были даже случаи, когда я пытался его запереть в шкафу, чтобы родители отдавали всё своё внимание мне. — Кит улыбнулся, опустив голову, и потёр переносицу, придаваясь воспоминаниям. — Но когда я немного подрос, то понял, что раньше был неправ, и родители одинаково любили обоих. — Ты хочешь уехать из этого города. — внимательно всматриваясь в лицо Кита, уверенно заявила Катя. — Откуда ты знаешь? — с интересом спросил он. — Несложно догадаться. Я терпеть не могу слово «умный», поэтому скажу, что ты очень грамотный. Меня просто поражает, как ты можешь разбираться и в физике, и в информатике, и в обществознании, и сочинения писать лучшие в классе. — Катя восхищённо смотрела на Кита. — Я сам не знаю, как у меня это получается, — серьёзно ответил Кит. Катин взгляд наткнулся на камеру, лежащую на полу неподалёку, и она вспомнила о цели встречи. Катя хотела говорить и говорить с ним, но Кит тоже вспомнил об обещанный фотосъёмке. — Давай? — Кит кивнул головой на камеру и чуть улыбнулся. — Да, конечно. Катя взяла камеру в руки приблизилась к Киту. Она не чувствовала его напряжения или нервности. Кит был расслаблен. Катя смотрела на него через объектив и не переставала восхищаться его мужественной красотой. Густые тёмные брови, немного выступающие над зелеными глазами, высокие скулы и аккуратный нос, мощная шея и спина и когда-то причёсанные, но взлохмаченные из-за шапки, чёрные волосы. У неё была причина в него влюбиться. Кит не был красавцем для других, но был идеалом для неё. Щелчок фотокамеры, взгляд на снимок, и недовольные лицо Кати. Кит всё-таки напряжен. — Представляешь, — начала Катя, — в садике я заболела ветрянкой. Помнишь же такие противные точки по всему телу, которые ещё чесать запрещают? И мама мне их мазала зелёнкой, каждую точку. А как-то раз мама была на работе, и «лечить» меня пришлось бабушке. Она честно пыталась тыкать ватной палочкой в каждую воспалённую точку, но потом ей это надоело, и бабушка налила зелёнку на ватный диск и смазала меня зелёнкой с головы до пят. А теперь представь маму, которая, придя домой, увидела здесь маленького зелёного человечека. Тихий хриплый смех Кита, пара неожиданных щелчков камеры, и Катя довольно смотрит на получившиеся снимки. Кит тоже с интересом вглядывается в экран. — Знаешь, — заговорила Катя, глядя поверх камеры, — я никогда не видела, как ты улыбаешься. Ты столько раз шутил и смеялся, но я никогда не замечала твою улыбку. — Но теперь она сохранена у тебя на снимке, — Кит не переставал улыбаться, и Катя улыбалась ему в ответ. *** Кате было хорошо, и в её глазах светились озорные огоньки. Катя любила и упивалась этим чувством сполна. Смотря на Кита, Катя понимала, что выглядит как дурочка. Как влюблённая дурочка. Но Катя чётко осознавала: влюблённость прекрасна сама по себе, но ещё прекраснее, когда человек, стоящий напротив тебя, знает и принимает твои чувства. Вот же он, её личный Бог и Дьявол — стоит прямо перед ней, натягивает шапку на голову. — Ну, пока. Катя и не думает что-то отвечать. Катя уверена, что её улыбка говорит всё за себя. — Спасибо, — Кит, не отрываясь, смотрит в катины серые, словно металл, глаза, и всем своим видом излучает тепло: — Было… хорошо. Их лица освещает лишь мягкий тёплый свет ночника из соседней комнаты, а тени молчащих живут собственной жизнью, будто хотят познакомиться друг с другом в тайне от хозяев. Тени отображают тайные желания людей. Из-за недостатка света всё вокруг было расплывчатым и ненастоящим. Совсем рядом с Катей и Китом была реалистичная сказка, насквозь пропитавшаяся душевной атмосферой её героев. В той же прихожей стоял уже не тот парень, пришедший на обещанную фотосъёмку. Рядом с Катей стояла совершенно другая личность. Катя не могла как-то назвать их отношения, но она была уверена, что они между ними есть. Не какая-то примитивная любовь, нет. Что-то другое. Всеобъемлющее и поглощающее. И Кате это нравилось. Катя, наконец, ответила, не переставая улыбаться: — И всё же, ты прекрасен. Кит молчал. Кит не знал, что ответить. Кит понимал, что ответ здесь попросту не нужен. Нужна лишь обволакивающая темнота, мягко струящийся свет и взгляд глаза в глаза. В этом было что-то личное, и каждый из них это понимал. Катя открыла Киту дверь, он пошёл по лестнице вниз. В темноте подъезда Катя произнесла, не надеясь, что адресат услышит: — Тихого вечера. — Или всё-таки привет, — ответил тихий голос, который Катя узнала бы из тысячи. Катя была уверена, что он улыбается. Вернувшись в квартиру, Катя осознала: ничего не станет прежним. «Спасибо за приятный вечер, надеюсь вскоре увидеть свои фото,» — гласило пришедшее смс с известного, но так и не записанного номера. Катя поняла, что пришло время увековечить одинадцать заветных цифр в памяти телефона. Катя обновила список контактов. Где-то в середине затерялся дорогой ей человек — «Кит». *** 28.07.2018 [21:38] Катя: «тихого вечера. или всё-таки привет. ох, чёрт. хочется накатать огромное сообщение, написать все мысли, чтобы немного спрятать саму суть., но мысли как назло в голову не лезут. хорошо. погнали. ты мне нравишься. (господи, почему так глупо звучит?) краткость — сестра таланта, конечно же. теперь самое интересное. к чему, думаешь, я это написала. просто для того, чтобы узнать твой ответ. «нет, не взаимно» — и можешь больше ничего не писать. мы как бы и так никогда не разговаривали, терять нечего. если ты вдруг побоишься ранить чувства, то успокойся, вдохни-выдохни (если, конечно, это признание вызвало у тебя хоть каплю эмоций) и просто скопируй «нет, не взаимно». ничего не изменится, потому что изменяться, вообще-то, нечему. ну, это я так, для галочки. (что я несу?) чуть не забыла. пользуясь случаем, передаю привет всем одноклассникам, которым ты это перешлёшь. если честно, I want to believe, что ты этого не сделаешь, а ещё пользуясь случаем, хочу сказать, что тебе чертовски идёт чёрный». [2:20] Никита: «Привет Поддерживая изречение Антона Павловича, «Je n'ai pas de sentiments» (на французском все что угодно звучит мягче) Рассылка — подлость, поэтому don't worry. (конец сообщения, редакция #5258, «вдохи-выдохи» так себе работают)» *** 28.12.2018 Кит: «Привет. Не хочешь прогуляться?»