нарисуй на мне ножом

Сложив свои руки с тонкими пальцами где-то на коленях, он пялился на пустую стену. Его взгляд был таким, будто эта стена полностью завешена интересными картинами или записками. Таким взглядом иногда одаривают детективы свою доску с фотографиями. Но нет, перед ним была обычная стена, просто его мозг слишком сильно поражен происходящем. – Так ты даже имени его не знаешь? – клубничный йогурт атаковал комнату своим запахом и испачкал им белую стену. На губах осталась тонкая линия от него и язык скользнул по ним, убирая этот непорядок. И в комнате грозно шагала тишина, которая то и дело вздрагивала от пластиковой ложки, задевающей стенки упаковки. И все были слишком спокойны и незаинтересованы друг другом. Один парень интересовался лишь своей стеной, а второй лишь своим йогуртом. – Ты что-то говорил? – вдруг проснулся первый, стреляя большими зрачками в своего брата, но враг не повержен. – Ага, – Зак покончил с йогуртом, но упаковка осталась в его руках. – Я спрашивал о его имени. Имя, Тайлер. – Имя… – протягивает Тайлер, скользя языком по кончикам зубов. – Нет, видимо, не знаю. – Серьезно? – нахмурился Зак, поджимая под себя ноги на кровати Талера. – Даже не спрашивал? – Не-а, – пожал плечами Тайлер, снова становясь невозмутимым и снова смотря на эту свою стену. Он рисовал на ней силуэты и лица, представляя своего абонента вживую. – Он, кажется, говорил, что не хочет, чтобы о его личности знали. Или не он… – щурил глаза Тайлер, старательно пытаясь вспомнить. – Странно все это. Пару минут назад Зак вошел в его комнату без стука. Именно тогда, когда Тайлер говорил по телефону. И ему пришлось быстро попрощаться, кидая на Зака злобный взгляд. – Привет! – голос этого парня так и надрывался в улыбке, когда же Тайлер тихо смотрел в окно, кутаясь в свой свитер. За окном было пусто, а Тайлер пытался найти в этой пустоте слова, чтобы хоть что-то ответить парню на той стороне трубки. – Мне порекомендовал номер мистер… – Я знаю, – хихикнул голос из трубки Тайлера. Кем нужно быть, чтобы быть таким счастливым? – Ладно…? – Почему ты звонишь мне? – Потому что… – Тайлер споткнулся, закусывая губу, – …обещал? – Неужели тебе не о чем со мной поболтать? – Тайлер слышал, как этот парень шуршал чем-то и как его брови вскидываются в удивлении. – Как тебя зовут? – сквозь тишину все-таки спросил голос в трубке, наконец, найдя себе место спокойствия и кончая со своими шорохами. – Зак. – быстро среагировал Тайлер. Он уже придумал свой план действий. Только вот с выбором имени у него было туговато. – Зак? – звуки телефона Тайлера хмурились. – Тогда я перепутал. Тайлер почти ударил себя по лицу. Этот человек, он, видимо, последняя надежда Тайлера познакомиться с кем-то. А знакомства у Тайлера всегда не выходили. И поэтому он предпочитал говорить максимально мало, но при этом отвечать. – Зак, – повторил его имя парень за телефоном, – тебя беспокоит что-нибудь? – Да, – тут же ответил Тайлер, будто заученный всем этим беседам. – Хочешь, чтобы я рассказал? – Да. Тайлер встал, все так же в упор смотря на стекло окна, будто пытаясь его прожечь. – Почему? Между их словами встала пауза, растрясая и будя тишину. Парень из телефона откашливался, видимо, подбирая слова. – Потому, что если тебя что-то беспокоит, то об этом должен кто-то знать. Тебе станет легче, я обещаю. – Почему я должен тебе доверять? – Потому что я не знаю тебя и не смогу ничего про тебя сказать. – Но мы в одной школе. – Не думаю, что ты там один Зак. И не думаю, что я буду собирать всех Заков школы в туалете и угадывать кто из них ты, – снова эта звуковая улыбка. – Если, ты конечно, вообще Зак. – Не сомневайся, – усмехнулся Тайлер, проводя по замерзшему стеклу пальцем. – А ты же совсем ничего не собираешься мне рассказывать о себе, да? – Ну, скорее всего, да. – О, и при этом я должен тебе довериться? – Так что…? – Я думаю, что это будет очень долго, – с грустной улыбкой Тайлер спиной нырнул в кровать, задыхаясь под одеялами. – Ничего, я не спешу. – Ну, мне кажется, что я… – ТАЙЛЕР, СКОЛЬКО МОЖНО ТЕБЯ ЗВАТЬ? ТЫ ЗАБЫЛ СВОЙ ДЕСЕРТ! – с сдержанным смехом прокричал Зак, врывающийся в комнату Тайлера слишком неожиданно. Тайлер в страхе, смешанным с удивлением округлил глаза, уворачиваясь от упаковки с йогуртом. – Я перезвоню позже, – быстро протараторил Тайлер, сбрасывая трубку. У Тайлера и Зака договор. Они всегда раскрывали все свои секреты, даже самые страшные. И Зак знает, что Тайлер под свои семнадцать лет ни разу не целовался, а Тайлер знает, что Зак преуспел уже в тринадцать. – А если он не такой уж и хорошенький? – А кто говорил, что он хорошенький? – смутился Тайлер, поворачиваясь к Заку. – Ну, вдруг он какой-нибудь… Тролль? – Что? Зак закатил глаза, раскинув руки. – Вдруг он шутит над тобой? Ну, или будет некоторое время общаться, а потом будет бить в слабые места. Ты же помнишь, что было в прошлой школе? – Мне не страшно, – уверенно поставил точку Тайлер. – Переживу. – Нет, Тайлер, нельзя чтобы это повторилось, – медленно качал головой Зак, наконец выпрямляясь и вставая с кровати. – Что думаешь насчет того, чтобы, наконец, разобраться с коробками, м? – Самая ужасная идея среди всех твоих идей, – закатил глаза Тайлер, водой сползая с кровати. – Ну, если тебе нравится их компания, то тебя, конечно, никто не заставляет. Тайлер пульнул в Зака пустой упаковкой от йогурта пока он уходил, а в ответ получил ехидный смех. Еще во время переезда из прошлого дома, Тайлер заметил, что у него полно ненужного хлама. Только вот, всегда находились причины его не выкидывать. И этот хлам мешался либо снаружи, либо пылился в ящиках, доживая там свою долгую жизнь. Что-то еще живое Тайлер, конечно, мог бы продать, а если не продать, то отдать, но это тоже самое, что и выкинуть. Что-то очень старое напоминало о былых временах, а что-то не очень старое тоже о них напоминало. И Тайлер неуверенно смотрел на это сборище вещей. Все самое нужное и важное давно стояло на его рабочем столе, на полках, в шкафу, на шкафу, а за окном уже потемнело, ведь зима любит баловаться с темнотой. Нет, все-таки, выкидывать это он не собирается. Громко пыхтя, Тайлер спускался по лестнице, шумя барахлом в своей коробке. А потом еще одна лестница, с низкими ступенями и белым освещением. Он с трудом нашел выключатель и включил свет, терпеливо смотря на мигающую лампочку, которая так и не могла перестать мигать. По подвалу ходило эхо от топота Тайлера, а он с грохотом поставил коробку на пол. Кругом было пусто, стены и пол в мелу, а чердак их дома гораздо милее этого подвала. Но что-то здесь привлекало. Может даже эта пустота и белизна. Это казалось чушью, но Тайлер не мог от нее увернуться. Но он увернулся от другого. От стены, к другой, поднимая вверх брови, смотря на увиденное. Что-то в углу тихо стояло, будто притаившись при виде Тайлера. Это что-то было закрыто огромной, совсем немного грязной тканью и ростом было, возможно, чуть выше бедер Тайлера. Его с детства приучали не совать нос не в свои дела. А он и не мог это попробовать на себе, так как не было и шанса сделать это, ведь почти не было людей рядом. И он на новый год не пытался узнать, что ему запрятали родители. Он никогда не спрашивал, почему Келли и Крис иногда ругаются. Не узнавал, почему пес их соседей умер, а близкая подруга его мамы развелась со своим супругом. О нем знал только Зак, а Тайлер, из всей семьи, знал все подробности только о Заке. Поэтому он так неуверенно смотрел на этого низкого монстра. Если бы Тайлеру было сейчас шесть лет, то он бы уже давно убежал, но сейчас его руки и щеки жег жуткий интерес, зацепляя его пальцы своими нитями и притягивая к этому силуэту под тканью. Что же там? Неужели что-то от прошлых жильцов? – Тай! – Кричала его мама с кухни. – Нужна твоя помощь, Тайлер! И Тайлер кидал на это нечто последние взгляды, пока его тело уже разворачивалось к лестнице. – Мам? – вдруг подал голос Тайлер, заканчивая двигать шкаф его мамы, ведь ей не понравилось, как его поставили вчера. – Да? – не оборачиваясь к Тайлеру, спросила Келли, расставляя горшочки с цветами на подоконнике и протирая их листочки. – Там в подвале… – закусил губу Тайлер. Снова сомнения. Они всегда наступают, стоит только Тайлеру попытаться. А вдруг это что-то принадлежит его родителям и они не очень хотят об этом рассказывать? Тайлер слишком скован, это знают все. – Впрочем, не важно, – пожал плечами Тайлер, выходя из комнаты и притворяясь, что не слышит вопросы Келли. В утро воскресенья окно Тайлера было открыто нараспашку. И он не боялся, что кто-то из семьи вдруг выйдет на улицу и увидит Тайлера, сидящего на краю своего окна. Он прижимал к себе колени и сковывал их своими руками, утыкаясь носом и следя за проезжающими машинами своими красными глазами, мокроту которых заветрил ветер. Дверь с замком давала много преимуществ. Если кто-то захочет к нему зайти, то сначала постучится, и тогда Тайлер тихо закроет окно, протрет свои глаза и спокойно выглянет из своей двери. Его комната была слишком белой, улица слишком белой и его бледное лицо с таким освещением, конечно же, слишком белое. Все как-то слишком идеально. И Тайлер, в этом идеализме просто теряется. Он привык быть в своей затемненной комнате, даже если с сопящим Заком совсем не далеко. И ему хотелось бы спрятаться где-нибудь. Хотя, казалось бы, он совсем не далеко от того, чтобы просто нырнуть под снег. Один рывок и готово. Точно. Тайлер, в последнее время, держит телефон под своим боком просто постоянно. Ему почти нечего в нем делать, ведь в соц-сетях особо никто не пишет, новостную ленту он просматривает по сто раз в день и все одно и то же, а фотографировать что-то, а уж тем более себя – не его. Но сейчас он постоянно лежал рядом и Тайлер не боялся уронить его вниз. – Мне кажется, что я не в своем месте и мне хочется нырнуть в снег и замерзнуть, – с дрожью пробормотал Тайлер в трубку телефона, свешивая ноги с окна и размахивая ими, уже чувствуя, как они жалобно ноют от холода. Но летом делать такое было бы не интересно. Тайлер чувствовал, как на его лице таяли снежинки, а на ресницах на несколько минут задерживались. – Так, – парень живущий в телефоне Тайлера снова громко шуршал, будто резко вставая со своей кровати. Тайлер улыбнулся с мысли от того, что этот парень, возможно, тоже сейчас подходит к окну. – Где ты сейчас? – Я? – Тайлер ехидно улыбнулся, закидывая одну ногу к себе. – Я стою на краю окна. – Э… Зачем ты там? – с каким-то подозрением спрашивал парень, а Тайлер слышал, как он укутывает свои пальцы в волосы. – Ничего. Просто смотрю на снег. – Хорошо, – выдохнул его телефон. – Продолжай? – Мне снился сон. Примерно час назад. Сейчас же… – Шестой час утра, – запыхтел парень в телефоне и Тайлер замешкался, начиная чувствовать вину. Но ведь этот парень позволил звонить даже ночью, так? – Я весь был… в синяках. Посреди своей темной комнаты. И я… сидел. И видел, как мое окно было разбито мной же. Потому что в руках были осколки, – голос Тайлера вздрогнул. – И я пел песню. Пел ее луне и желал ей спокойно ночи, – смотря на небо за окном, Тайлер не видел ни облачка и не смог найти даже солнце. Он упал спиной на пол, закрывая глаза и вслушиваясь в тишину. На самом деле, он не боялся и не стыдился. Этот человек не знает его настоящего имени, не сможет найти его в школе по одному только голосу и не ворвется в его комнату. Он Тайлера и пальцем не тронет, Тайлер уверен. – Знаешь, Зак, ты первый кто позвонил мне, – вздыхает кто-то через свой телефон. – Ты, типа, единственный кто обратил на это внимание, единственный кто позвонил мне, не спрашивая моего имени и цели всего этого. И тебе снятся сны о балладе для луны с разбитым окном и синяками. Скажи мне, Зак, ты позвонил сюда, потому что тебе больно? – Да, – запоздало ответил Тайлер, переворачиваясь на бок. – Я… Я просто надеялся поболтать с кем-то из школы. О чем-то необычном. – О холодности снега и красоте замерзших пальцев? Тайлер вздернулся, задержав дыхание. Этот парень понимал его. То есть… – То есть это такие обычные вещи, но факт того, что им уделяют мало внимания, делают темы о них… – Необычными, – шумно улыбнулся парень в трубке Тайлера. – Необычными, – в ответ улыбнулся Тайлер. – Мой брат совсем ничего не смыслит в стаях солнечных зайчиков. – Это тех, которые бегают от неровных осколков бутылок из моря? – Да. Он говорит, что в этом ничего необычного, но это так кра-си-во. – Они красивее с колокольчиками. – С бубенчиками, – исправил Тайлер. Он сейчас, кажется, сходил с ума. Из него кусками вырывалось хихиканье, потому что он был в восторге. Потому что, боже мой, этот парень понимает то, о чем говорит Тайлер. Они говорят на одном языке. И он красивее языков огня. – Чем тебя не устраивают колокольчики? – с хмурой улыбкой спросил голос из телефона. – Они слишком звонкие. Открытые. А бубенчики заглушенные и тихие. Как тонкая речка. – У нас в парке есть озеро. – Да? – в его прошлом городе не было и речек, а если и хотелось их увидеть, то надо было ездить в лес. А парк самый обычный из всех обычных. Но не смотря на это Тайлер любил его. – Ты не знал? – Я… – неуверенно начал Тайлер. Стоит ли доверять ему такую информацию? А хотя, плевать. – …переехал только позавчера. – Воу. Тебе нужно найти кого-нибудь кто покажет тебе город. Если хорошо поискать, тут много интересного. Я знаю место, где все рисуют граффити, там полно красивых рисунков. – Ты до самого конца хочешь прятаться от меня? – Вполне возможно. Валяясь на холодном полу, Тайлер нахмурился от того, что его глаза сами по себе начинали закрываться и слипаться между собой. Он изо всех сил пытался их расцепить, но ничего не выходило. – Не хочешь вернуться в кровать? – будто прочитав его мысли, после не долгого молчания подал голос парень в телефоне Тайлера. И как по команде Тайлер зевнул, на что этот парень тихо хихикнул. – Хочу, – согласился Тайлер, вставая, опираясь на руки. – Только окно закрой. – Закрыл, – щелкая замком от окна, Тайлер лениво поплелся к кровати. Он упал на подушку и поджал под себя холодное одеяло, все-таки давая своим глазам волю и закрывая их. – Не бойся, если тебе захочется позвонить мне поздней или ранней ночью. Это важнее сна. – Ладно, – медленно и сонно, с капелькой меда протянул Тайлер, уже проваливаясь в свои сны. – Спасибо… – напоследок шепнул Тайлер, а парень на другом конце провода еще несколько минут слушал эту мирную и сладкую тишину Джозефа. – Ты уверен? – шумно дышал Даллон. Брендон затаскал его по лестницам в поисках своей цели. – На все сто! – мистер-всегда-на-высоте чуть ли не в припрыжку сокращал расстояние между собой и парнем с каштановыми волосами. – Брендон, ты его напугаешь, – уже хороня того хрупкого парня, к которому они стремились, Даллон встретил его взгляд и с сожалением поджал брови. – Зануда, – уже почти подойдя к своей цели, шепнул Брендон, тут же широко улыбаясь парню, к которому эти двоя подошли. – Ты новенький, да? – Э… – Тайлер только-только пришел, и он успел лишь закрыть шкафчик, а потом сразу увидел два незнакомых лица. – Да? – Ха! – победно взмахнул бровями Брендон. – А я говорил, – Даллон закатил глаза, скрещивая руки на груди и отдавая Брендону владение над этой ситуацией. Бедного паренька уже ничего не спасет. Тайлер остолбенел, так и оставаясь с выгнутыми бровями. Один парень просто улыбался ему, а второй так и говорил взглядом, что Тайлеру конец. И он просто не мог ничего сказать, дожидаясь действия от этих двоих. Потому что фраза «что вам надо?», крутящаяся на языке, была слишком грубой. – Я Брендон, – протянул руку Ури. – А это Даллон. Он зануда, – взглядом махнул назад. Когда-нибудь глаза Даллона смогут увидеть внутренности своей головы. – Тайлер, – закусывая губу, пожал руку Брендона Джозеф. – Ага, а Брендон, типа, долбоеб, – вырвалось у Даллона, а Ури в свою очередь нахмурился на него. – Чего? – Коротко и ясно, – пожал плечами Уикс и коротко улыбнулся. – Ладно, – выдохнул Брендон. – Тайлер, тебя нужно со всеми познакомить. – Да, готовься к самому сложному дню в своей жизни, ведь тебя будет знакомить со всеми Брендон. Ури, уже проигнорировав парня за своей спиной, взял Тайлера под локоть, увел куда-то в сторону лестницы. А Джозеф просто не мог сопротивляться, сгорая от смущения и страха. Сзади них остался стоять Зак, смотрящий в спину Тайлера с недоумением.