Часть 1
22 июля 2020 г., 00:01
Миа шла домой с работы, в очередной раз ругаясь на своего босса, который задержал ее до самой ночи. Он будто специально ждал, когда погода окончательно испортится. И вот Джонс весенним вечером кутается в пальто, которое абсолютно не спасает от ледяного ветра. Может, это на душе было так холодно, что стучали зубы, а может причиной тому все-таки был дождь. Девушка не могла позволить себе лишний раз потратиться на такси, а до трамвайной станции было еще далеко. И как назло она не посмотрела прогноз погоды, в котором обещали ливень. Вот тебе и весна.
Не о таком мечтала Миа. Она хотела солнце, жару и цветущие деревья. В итоге получала мокрые волосы, холодные капельки воды, которые скатывались по шее и покрасневшие руки, которые завтра же потрескаются. Джонс мечтала о семейной жизни, большой собаке и вкусном ужине, а получала лишь замечания от директора бара, сырое пальто и одиночество.
В очередной раз девушка ругала себя за то, что сделала недостаточно много, чтобы сохранить отношения с Майком. Но и парень был тем еще альфонсом. Но лучше бы брюнетка вернулась в дом к нему, чем в холодную квартиру к своему ноутбуку. Каждый день чертовски напоминал предыдущий. Миа будто попала в день сурка. Ей становилось даже не так обидно, когда босс в очередной раз указывал на неидеальное пение. По крайней мере ей было над чем работать.
Этот город надоедал своей унылостью. Люди вокруг были такие же раздраженные, как и сама брюнетка. Как же ей хотелось кричать. Все сильнее и сильнее кутаясь в промокшее пальто, Джонс спешила к станции. Каждая улочка напоминала о бывшем парне. Когда они были вместе, он старался встречать девушку с работы, но чем дальше заходили их отношения, тем чаще Майк находил отговорки и занятия лишь бы не пересекаться с Мией. В конце концов Миа выяснила, что у него давно уже другая. Теперь у нее проблемы с доверием и счетом времени. Нельсон хотя бы напоминал, чтобы девушка долго не сидела за созданием новой песни или в баре. Но теперь брюнетке просто некуда было спешить. Так она прожигала свою молодость. И если бы кто-то сказал ей несколько лет назад, что в свои двадцать три она будет с разбитым сердцем, подорванным доверием и без друзей — она бы рассмеялась в лицо этому человеку.
Всех своих друзей Джонс оттолкнула самостоятельно. Она была так увлечена своим парнем, что совершенно забыла о друзьях. Как итог у нее не было ни бойфренда, ни друзей. Совсем одна в таком холодном и дождливом городе. Общение с родителями она, кстати, прекратила тоже из-за Майка. Почему-то тогда она считала его своей судьбой и любовью всей своей жизни. Однако родители видели насквозь, каким подлым человеком он был. Впрочем Миа не захотела принимать этот факт и крупно поссорилась с родителями. Иногда она очень сильно жалела об этом поступке своей молодости. Мать наверняка все еще думает, что ребята встречаются, но если бы отец узнал правду, он бы убил Майка собственноручно.
Шум трамваев заставлял отвлекаться от мыслей о прошлом. Джонс старалась жить сегодняшним днем и думать о перспективном будущем. Денег вполне хватало, что не могло не радовать. Девушка бы просто не выдержала, если бы были и с этим проблемы. Вот такими и становятся те самые заучки из школы. Мию не дразнили ботаником или очкариком, но и особым уважением она не пользовалась. Да, в старшей школе она была чуть ли не самой красивой девушкой школы, но ее навыки социализации были на дне. Теперь ее могли бы назвать успешной в пении, но отсутствие личной жизни и хоть кого-то из близких людей заставляли Джонс скрываться от старых знакомых и друзей.
Навязчивые мысли о суициде лезли в голову, мешая ожидать трамвай. Волосы отвратительно слипались, а холодные капли то и дело стекали по спине, не позволяя хотя бы немного согреться. Поездка до дома была всегда какой-то суматошной и полной мыслей. И так или иначе Миа возвращалась к прошлому. На выходе из транспорта каждый раз казалось, что вот-вот и она встретит старую компанию, которая ради приличия поинтересуется жизнью Джонс. Врать им было бы преступлением, а говорить правду казалось слишком позорным. Не могла она опуститься так, что осталась совершенно одна и была обыкновенной певицей в баре. Но как оказалось — очень даже могла.
По дороге от станции ее внимание привлек скулеж в одном из темных проулков. Останавливаться и тем более заходить туда казалось рискованной затеей для жизни, но чутье подсказывало девушке, что кому-то явно тут нужна помощь не меньше, чем ей самой. И если продолжать жалеть себя, то так она и останется в этой пучине, в которую сама же и влезла. Она включила фонарик на практически разряженном телефоне, чтобы отличить источник звука от многочисленных мешков с мусором. В кучу пакетов забился среднего размера пес, который испуганно глядел на не менее испуганную Мию.
—Какие-то изверги выгнали тебя в такую погоду из дома? — девушка медленно начала подходить к собаке с вытянутой рукой, демонстрируя добрые намерения. Она видела, как пес напрягся и перестал скулить. —Ну же, малыш, давай! — Джонс не хотела нырять в кучу мусора. Она не была уверена, что собака не схватит ее сейчас за протянутую руку. Шум дождя для нее стих. Брюнетка слышала только бешеный стук собственного сердца и гул в ушах.
Собака поняла, что опасность от девушки не исходит, поэтому осторожно вытянула морду к руке девушки. Инстинктивно Миа одернула руку, но потом снова вернула ее на место. Это был чертовски волнительный момент для нее. Пес аккуратно встал и принюхался к девушке.
—Наверняка ты голоден? Вот и что мне с тобой делать? — Джонс понимала, что было бы не рационально идти домой за остатками еды из холодильника, а потом возвращаться сюда. Вести бездомную собаку домой она тоже не особо желала. Но это был не такой уж большой пес. На вид ласковый и с умными глазами. Какое-то время брюнетка еще мялась, наблюдая за поведением животного. Он спокойно сел напротив девушки и преданно смотрел чуть ли не в душу. Капли от дождя продолжали скатываться по гладкой морде, что только добавляло ему жалости.
—Ладно. Ладно! — резко воскликнула Миа. —Мы пойдем домой. Ты будешь меня слушаться, а я обязательно позабочусь о тебе, пока мы не найдем тебе новый дом.
Теперь под холодным дождем и сильным ветром Миа Джонс шла не одна. Она нашла себе компанию не только на ближайший вечер, как она рассчитывала, но и на ближайшие несколько дней.
***
Эрика сидела в своем кабинете, вырисовывая непонятные квадратики в блокноте. Из-за плохой погоды люди совершенно не шли в клинику. Из-за этого страдали больные животные. Девушке всегда было жаль их в какой-то степени. Конечно, при работе с милыми котами или добрыми собаками нужно было сохранять некое хладнокровие, но слабостью Герреро все еще оставались собаки. Друзья Эрики шутили, что это из-за них, будто они похожи на собак. И Герреро часто сравнивала своих друзей с щенками: такие же милые, добрые и чуть ли не хвостом виляли при виде девушки. Постоянная работа мешала друзьям пересекаться и Эрика, честно сказать, скучала за ними. Городская суета давила на нее, и даже подкрадывалась некая апатия. Хоть у шатенки было много знакомых, которые не могли в чем-то отказывать девушке, она этим старалась не пользоваться. Для решения проблем она была предоставлена сама себе. Однако друзья часто приходили к ней на помощь. Ее подруга Руби была той еще задирой. Она постоянно устраивала вечеринки и была тем самым человеком, который из ничего мог сделать незабываемое приключение. Скотт работала на другом конце города, так что девушки виделись крайне редко. Эрика была рада этому в какой-то степени, иначе бы подруга своей энергией разнесла половину больницы, в которой работала Герреро. Хоть ветеринарная клиника и была совершенно новой, для Руби не составило бы большого труда сложить здание как карточный домик. Скотт не была какой-то известной или влиятельной. Скорее она была простушкой на побегушках. Должность медицинской сестры ее вполне устраивала, поэтому девушка предпочитала ничего не менять в своей жизни. Шатенка всегда пыталась затащить подругу в очередную авантюру, не желая сидеть дома сложа руки. Поэтому приводы в полицейский участок стали со временем привычным событием. Работники участка уже знали Руби и с интересом изучали причину очередного ее появления. Но Эрика любила свою подругу. И каждый раз она договаривалась с полицейскими, чтобы мисс Скотт отпустили на свободу. И так повторялось снова и снова. Герреро мечтала найти подруге вторую половинку, чтобы та пустила весь свой энтузиазм и энергию в отношения, но каждый раз Руби успешно избегала этой неприятной для нее темы. А вот Мейвис была полной противоположностью шатенки. Она была сдержанной и всегда руководствовалась логикой. На вечеринках она обычно наблюдала за всем издалека, внимательно следя за своими друзьями, чтобы те не травмировали себя или окружающих. Она заботливо укладывала всех спать, а утром готовила им завтрак. Тернер чертовски любила ребят, но она так ненавидела кучу незнакомых ей людей, которых приглашала Руби, что готова была драться с подругой. Девушки очень часто ругались из-за этого, но инфантильность Руби не позволяла решить этот вопрос раз и навсегда. Эрика любила проводить время рядом с Мейв. Ей часто казалось, что подруга пытается скрывать свои настоящие чувства. Это было видно во взгляде девушки. Тернер и правда частенько теряла нить разговора, задумываясь о чем-то. Она редко могла поддержать веселье на вечеринках, предпочитая оставаться в тени. Ее тоже можно было понять. Девушка сильно уставала на работе, а ее материнские инстинкты не позволяли делать что-то глупое. Мейвис жила вместе с парнем — Райтом. Он был таким же безрассудным, как и Руби. Поэтому Герреро никогда не понимала, как Мейв угораздило влюбиться в того, кто ее может легко вывести из себя энергичностью и любовью к тусовкам. Также Эрика не понимала, как Морган влюбился в Тернер. Они действительно были абсолютно разными, но когда ребята находились вне вечеринок, все становилось на свои места. Эти двое на самом деле обожали друг друга. И для Герреро оставалось загадкой, как они так долго вместе и живут душа в душу. Мейв и Райт были ведущими специалистами в частной клинике. Там они и познакомились. Сказать честно, Эрика ждала, когда ребята наконец объявят о помолвке, но их работа отнимала огромную часть времени у них. Оставалось только терпеливо ждать чуда. Друзья Эрики были ее ровесниками, но все-таки они были совершенно разными. Иногда они могли часами обсуждать очередные научные открытия или планировать посещение конференций, а потом напиваться в баре, где работал Алан. Утром им обязательно было бы стыдно перед друг другом и, в первую очередь, перед парнем. Батлер был душкой, по мнению Герреро. Он обожал свою работу и души не чаял в своих друзьях. Однако для них было странным, что за долгие годы дружбы, Алан так и не обзавелся подружкой. Он даже никогда не напивался с ними и не играл в «Правда или действие». Когда Логан снова подначивал друга шутками про его ориентацию, Алан просто возвращался к работе. Даже на дружеских посиделках в доме Эрики или Мейв он был на разливе. И это спасало его от черствости и грубости Логана. Хоть они и были друзьями, но некая неприязнь к парню у Батлера сохранялась. Он мог часами после вечеринок сидеть в своей комнатушке и бояться, что все рано или поздно догадаются. И виной тому будет идиотское поведение Прайса, который пытался произвести впечатление на Герреро. Но если бы Логан Прайс не был полным кретином, то он бы давно понял, что своим поведением он только отталкивал Эрику. Девушка как не старалась разглядеть в нем хоть что-то поистине стоящее, так у нее ничего и не выходило. Каждую их встречу Логан сыпал издевками на Алана, а Эрика пыталась его защищать. Именно поэтому скептичный Прайс еще больше ненавидел Алана. Ему казалось, что он нравится его подруге куда больше, чем сам Прайс. Но голубоглазую раздражало такое отношение к окружающим. Она по своей природе была крайне доброжелательной. Эрика и мухи не обидела бы. Таким же был и Алан. Именно поэтому Герреро хорошо общалась с Батлером, раздражая этим Логана. Он ревниво зачесывал кудри назад и снова придумывал колкую шутку про потенциального конкурента. Иногда Эрика порывалась врезать ему, но Алан часто ее останавливал. Он привык к такому отношению со стороны друга, но Батлер не хотел впутывать в это лучшую подругу. Эрика всегда делилась абсолютно всем с Аланом. Они были не разлей вода. Девушка старалась помогать парню в его крохотной комнате, частенько пыталась подбодрить парня, когда у того опускались руки. Все-таки она обожала друга. И русоволосая не понимала, как остальные друзья терпели выходки Логана. Он не всегда был таким. Какое-то время назад Прайс помогал абсолютно всем, начиная друзьями, заканчивая незнакомцами с улицы. Но потом где-то он свернул не туда и превратился в заносчивого парня с манией величия. Герреро чертовски хотела возвращения старого Логана, но это казалось невозможным. Голубоглазая не решалась покидать больницу до поздней ночи. Она покорно ожидала хоть кого-нибудь увидеть в этот день. А потом девушка засиделась за ноутбуком и уже не было смысла возвращаться домой. Так она и заночевала в клинике, что было не впервые. Эрика уже предвкушала, что она сможет поспать на целый час дольше обычного, потому что ей не придется добираться до работы. И все-таки дождь за окном нагонял тоску по родным и друзьям. Молчание с отцом было еще терпеливым, а вот отказывать себе во встречах с Аланом и Руби было затруднительно. Герреро часто вспоминала, как они с отцом застревали в каком-нибудь магазинчике во время ливня. А потом отец нес ее на своих плечах, чтобы девушка не промочила ноги и не заболела впоследствии. Мистер Герреро восхищался дочкой с ее рождения. Дети всегда будут особенными для родителей, но Эрика напоминала отцу умершую жену. Голубоглазая девчонка видела только пару снимков женщины. Вспоминать перед сном в клинике детство казалось чем-то волшебным. Все это происходило будто вчера, но теперь Эрика сама взрослая девушка, занимающаяся любимым делом. Она отчетливо представляла запах родного дома. Отец наверняка приготовил бы панкейки с черникой к ее приезду. А в ее комнате пахло бы мятой с подоконника. Это были самые светлые воспоминания. Рано утром в клинику вошла брюнетка с лохматой собакой. Это привлекло внимание женщины за стойкой информации. Девушка выглядела растерянной и абсолютно не выспавшейся. Да и пес не казался домашним питомцем. За долгие годы работы в ветеринарной клинике Симона предполагала, что вошедшая девушка просто обнаружила собаку и ей стало чертовски его жаль. —Доброе утро! Чем могу вам помочь? — однако женщина старалась выглядеть дружелюбно. Мисс Герреро не любила, когда ее клиентам грубили. Да и поводов не было. Женщина восхищалась самоотверженностью девушки, решившей помочь бездомной собаке. —Доброе утро. Мне бы вот этого дружка проверить. У меня не было животных никогда, так что я без понятия, что нужно делать, — Симона подметила, какой изнуренной выглядела девушка. И женщина знала, что такая же утомившаяся Эрика сейчас спала в своем кабинете, ожидая первых пациентов. —Мисс Герреро пока не может вас принять, но я ее уведомлю о вашем приходе, мисс... — женщина вопросительно глянула на хозяйку собаки. Пес выглядел запущено, но он не противился приходу сюда, как делали многие животные. Симона заметила и отсутствие ошейника и поводка на собаке. —Мисс Джонс. Можно просто Миа. Так значит я могу подождать здесь? —Да. Я могу предложить вам выпить чашечку чая или кофе. А также я немедленно отыщу ветеринара. Ожидайте, пожалуйста, — Симона отправилась в кабинет Эрики. Бедная девчонка совершенно себя не жалела и постоянно изводила свой организм на чертовой работе. Сколько бы женщина не кричала ей о вреде, голубоглазая просто отмахивалась. Тихо приоткрыв дверь в кабинет, Симона увидела спящую девушку. Ветеринар даже ухом не повела на вошедшую женщину. Она все так же мирно продолжала сопеть. В помещении было невыносимо душно. Видимо из-за вчерашнего дождя Эрика даже не решилась открыть окно. Симоне было жаль девчонку. Спать на маленьком диванчике было явно не комфортно. Сейчас Герреро будет свирепствовать, если у нее заболит рука или шея. —Мисс... — женщина аккуратно пыталась растолкать русоволосую. Эрика чем-то напоминала ей маленького и беззащитного ребенка, о котором было необходимо заботиться. Ее сердце каждый раз гулко отзывалось, когда ветеринар морщила свой носик и старалась увернуться от вездесущих рук работницы. —Не сейчас, — сквозь сон пробормотала Эрика. Ей снилось море, друзья и любовь всей ее жизни. Вот только это был силуэт, а не четкое изображение человека. —Мисс, там первые посетители пришли. Девушке и собаке требуется ваша крепкая рука... И эти слова подействовали на голубоглазую. Она в один миг подскочила с диванчика, потирая затекшую шею. Глаза все еще были мутными после сна, а разум плохо соображал. Она знала, что кому-то точно нужна ее помощь и времени на сон нет. Поэтому Эрика начала приводить себя в порядок, обещая Симоне выйти через пару минут к девушке. Герреро смотрела на свое отражение в зеркале и понимала, что перед посетительницей она предстанет не в самом лучшем свете. Все-таки были и минусы в ночевке на работе. Огромные синяки под глазами выдавали усталость Эрики. Все вокруг твердили, что ей давно нужен отпуск. Вот только девушка не знала, на кого она могла оставить своих пациентов. Ей нравилось самостоятельно разбираться с проблемами животных и помогать им. Отпуск в один день поставил бы ее на ноги, а мысли о длительном отдыхе где-нибудь на берегу моря вызывали рвотные позывы. Все же Эрика была карьеристкой. И хоть она была сама себе начальницей, русоволосая ни на секунду не могла оставить пост. Люди со всех районов Канберра ехали только ради ее золотых рук. Уйти в долгосрочный отпуск было бы предательством, как считала девушка. Она совершенно не жалела себя и собственное здоровье. Голубоглазая могла легко отпустить Симону пораньше, перенимая часть ее работы на себя. Коллеги давно привыкли к этим чертам ее характера. Всегда первая, готовая помочь и с улыбкой на лице. Именно так и встретила Эрика первых посетителей клиники — с улыбкой на лице. Помятый вид выдавал ее загруженность и любовь к работе. И в какой-то момент Герреро пожалела, что спала так мало и выглядела столь ужасно. Она столкнулась с обеспокоенным взглядом брюнетки, ожидающей в коридорчике. На секунду она впала в ступор, нахально разглядывая девушку. —Доброе утро, я Эрика. Буду осматривать вашего любимца, — Герреро протянула руку хозяйке собаки, не переставая лучезарно улыбаться и смотреть прямо в глаза. Ее чертовски привлекали карие глаза клиентки. Взгляд был столь пронзительный, что казалось, будто от него невозможно спрятаться. И все-таки голубоглазая подметила уставший вид новой знакомой. Она была еще молода, но вот морщинки в уголках глаз выдавали в девушке любительницу поработать до глубокой ночи. Девушки могли даже устроить негласный конкурс мешков под глазами. —Здравствуйте, я Миа. А это не то что бы мой любимец... Я нашла его ночью, когда шла с работы. Вы наверняка были свидетелем вчерашней погоды. Мне было его невероятно жаль, поэтому сейчас мы здесь, — Джонс глянула на пса, который преданно смотрел на нее и ожидал команды. В темноте Миа не заметила, в каком плачевном состоянии была собака. Но придя домой, она обнаружила многочисленные колтуны, от которых побоялась избавляться самостоятельно. Да и если она хотела оставить его у себя, то нужно было сделать прививки. Всю ночь ее волновало состояние нового дружка. Она не раз вставала с постели, наблюдая со стороны за спящим малышом. Он выглядел таким умиротворенным, что именно в этот момент Джонс решилась оставить его в своей небольшой квартире. К тому же ей было бы не так одиноко жить. Брюнетка поставила ему тару с водой, подмечая необходимость купить после ветеринарной клиники корм, игрушки и поводки. —Так и что беспокоит вас, мисс? — Эрика нехотя отпустила руку Мии. Все-таки ей было необходимо найти кого-то для долгосрочных отношений. Или хотя бы ради секса. Голубоглазая впервые не могла сосредоточиться на проблеме. Она постоянно отвлекалась на гладкую кожу рук брюнетки, на небольшое скопление веснушек на носу и ее прекрасные карие глаза. Герреро мучила жажда прямо во время разговора. В горле сохло то ли от духоты в клинике, то ли от пронзительного и обеспокоенного взгляда девушки. —Меня беспокоит его состояние. Вам, как доктору, виднее же, что нужно делать с бездомными животными? — Джонс не могла четко формулировать свои мысли. Она обращала внимание на нескрываемый интерес со стороны девушки. Но даже во время рукопожатия она заметила кольцо на безымянном пальце. Разочарованно глянув на руку еще раз, Миа усмехнулась. В какой момент она вообще стала обращать внимание на девушек? На самом деле Джонс постоянно ловила себя на мысли, что в их бар приходят симпатичные девушки и парни. Миа будто теряла голову от одиночества. Она погружалась в пучину создания новой музыки, забывая про свою личную жизнь напрочь. Майк будто бы разбил ее сердце на такие мелкие части, что его было невозможно собрать обратно. Брюнетка видела, как свободно бармен в их заведении заводил знакомых и как спокойно он мог общаться с новыми людьми. Мие было не дано. —Вы собираетесь его отдавать в приют? — разочарованно выдохнула Эрика. В какой-то степени она рассчитывала встретиться с девушкой еще хотя бы раз, чтобы четко отпечатать черты ее лица в своей памяти. Даже то, как Миа произносила «доктор» заставляло одинокое сердце Эрики сжиматься. Так к ней обращались только давние знакомые, с которыми Герреро была чуть ли не близкими друзьями. —Нет, что вы! Согласна, он теперь не бездомный, но я не хочу, чтобы он мучился от болячек или колтунов. Все-таки это теперь мой друг... — Джонс до сих пор не придумала кличку малышу. Она хотела спросить у ветеринара ее любимую кличку, но сердце подсказывало не лезть к, очевидно, замужней девушке. —Я сделаю все в лучшем виде, обещаю, — Эрика не могла себя заставить перестать улыбаться. От Мии исходила особая энергетика, которая делала русоволосую готовой на безрассудные поступки. И вот сейчас Герреро понимала, что сегодня она уйдет пораньше и найдет себе развлечение с кем-нибудь на вечер. Она обязательно попросит помощи у Алана, который всегда был готов помочь. Тем более в таком деликатном вопросе. У голубоглазой уже голова шла кругом от одиночества. Она понимала, как бесстыдно она изучает девушку, будто вот-вот набросится на нее. —У меня вот только вопрос насчет денег. Можно как-то растянуть лечение, чтобы я успела заработать немного? — Джонс было чертовски неловко за подобный вопрос. Но она не могла ничего с собой поделать. Холодильник был пуст, а новому жильцу были необходимы и корм, и ошейник и множество других вещей. —Я вас поняла. Сделаю все, что в моих силах. Скажите мне ваше имя и фамилию еще раз, кличку питомца и ваш контактный телефон. И можете пройти в дальний кабинет, я скоро подойду. —У меня появился еще один нелепый вопрос к вам. Вы уж простите за мою бестактность, но какая ваша любимая кличка у питомца? — Джонс не переставала одновременно и краснеть, и поражаться своей безмозглости. Это же как нужно отчаяться, чтобы флиртовать с девушкой таким образом? Миа мысленно била себя по лбу за идиотские вопросы ветеринару. Она правда не хотела выглядеть в ее глазах маленьким ребенком, но ничего не могла поделать. Сейчас ее двадцать три года превратились в пятнадцать. Джонс вернулась в среднюю школу, где она надеялась, что кто-нибудь пригласит ее на дискотеку. —Все в полном порядке, — поспешила заверить Герреро. Она видела, как смущалась девушка и как тяжело давался ей этот разговор. Вот только Эрика не могла понять: это был флирт или так выглядит светский разговор двух уставших девушек? Сейчас голубоглазая пыталась вспомнить клички, которые ей когда-то нравились, но она была так сбита с толку вопросом и красотой брюнетки, что теряла мысль каждые две секунды. —Вы же нашли его ночью? Он может быть Лучиком, который осветит дальнейший путь вашей жизни! —Вы такая...поразительно умная. Не то что бы это нечто удивительное. Я бы в жизни не додумалась, а главное, какой смысл вложен в эту кличку! — Эрика знала, что девушка не раз прокрутит их диалог в голове и будет жалеть о сказанных словах. —Тебе нравится, Лучик? — уже обращаясь к своему псу, спросила Джонс. Он завилял хвостом, радуясь новой кличке. Миа смущенно улыбнулась. —Вопросы! Я Миа Джонс, это мой пес Лучик и контактный телефон здесь, — девушка выудила из сумочки подобие визитки. —Хорошо, ожидайте в кабинете! — Эрика проводила взглядом девушку и убедилась, что та вряд ли услышит их разговор с Симоной. —Я ее сама вечером занесу в базу. Если тебе будет не трудно, сделай два кофе, пожалуйста. —Но, мисс Герреро, а как же она оплатит? — удивилась женщина. Она не особо следила за разговором девушек, чтобы понимать, почему врач впервые за долгое время решается заняться новой клиенткой самостоятельно. —Я с ней сама договорюсь обо всем. Жду кофе. Спасибо, — Симона удалилась в небольшую кухню готовить напитки, пока Эрика крутила в руках помятую визитку. «Миа Джонс. Певица. Организатор праздников. Ведущая. Контактный телефон: +61-4-1450-8742.». Эрика ухмыльнулась. Теперь ей еще больше хотелось помочь девушке. Она уже приняла решение, что денег с Мии не возьмет, но обязательно назначит следующую встречу через пару дней. Да и Лучику не будет от этого хуже. Теперь Герреро знала чуть больше о брюнетке, что несомненно грело душу. Будь она менее стеснительной, то попросила бы девушку что-нибудь исполнить. Но тогда Миа поймет, что доктор изучала визитку слишком тщательно. Нельзя было показывать все свои карты. Эрика собиралась что-нибудь придумать с имеющейся информацией и подружиться с Джонс.
