Реабилитация

Небо плакало. Непривычно пустой Попс. Где Бетти, Арчи? Наверняка где-нибудь милуются. Аж тошно. Но почему не здесь? Ах да, это было бы высшей степени неуважением. Почему так сложно? У запотевшего окна сидит она. Вырисовывает пальцем на стекле свои инициалы и инициалы Арчи. Выглядит жалко. Сложно представить, но это действительно грустная Вероника. Несчастная, безутешная, сломленная Вероника. Почему так больно? Джагхеду и самому гадко и паршиво на душе. Он был бы рад закрыться в себе и послать весь этот ужасный мир к черту, но вот перед ним сидит Лодж. Она настолько разбита, что даже не замечает, когда Джонс присаживается рядом. Не переводит на парня взгляда, когда он ее окликает. И он не раздражается, ведь сам бы с удовольствием сделал так же. - Я не настроена сейчас разговаривать, - выдавливает Вероника, когда молчание уже слишком затягивается. Ее голос такой тихий и севший, что Джагхед понимает: у неё совсем недавно была продолжительная истерика. - Ты знаешь, я плохой собеседник, - он даже не старается говорить в тон ее голосу, это происходит непроизвольно. - Но если понадоблюсь, могу побыть слушателем. Лодж наконец смотрит на него. Черная глубина ее глаз сейчас выглядит абсолютно безжизненной, белки красные, а смазанная тушь на мокрых от слез ресницах и веках придаёт ей особенно усталый вид. И все же она красива, безумно. Но она упорно молчит, лишь тяжело вздыхая от волнения. На вопросительный взгляд Джагхеда Вероника лишь слабо качает головой. Она не хочет говорить об Арчи, не может. Он бросил ее. Оставил ее ради Бетти. Ничего не сказал, не объяснился. Такой поступок не в духе Эндрюса, и оттого больнее. Голова будто находится в бочке, очень болит от долгих рыданий. В ушах гудит, когда Джонс набирает воздуха, чтобы что-то сказать, а потом передумывает и опускает глаза. Лодж не обращает внимания на только вошедших посетителей и на сидящего рядом друга, хотя и понимает, что ему тоже плохо. Ему тоже больно, и ему тоже нужна поддержка. И тогда она накрывает его руку своей. Джагхед не смотрит на нее, стараясь игнорировать приятное ощущение тепла. Они долго сидят молча. Им не нужны слова, чтобы понимать друг друга. У них одинаковые проблемы, одинаковый взгляд на неприятности. Они одинаковые, и осознание этого факта буквально вводит в ступор. Лодж и Джонс? Неужели так похожи? Видимо да. Это даже приятно. - Мне нравится с тобой молчать, - Веронике потребовалось много времени, чтобы собраться и произнести вслух давно крутившуюся фразу. - Давай молчать почаще, - Джагхед горько усмехается, но почему-то девушке кажется, что теперь все пойдёт на лад. Чувство, будто грязный нож воткнули в измученно загнанное сердце, не уходило, и боль не притупилась. На это нужно много больше времени, чем один вечер. Но они знают наверняка, как будут залечивать свои раны.