Сила Любви

      Спустя пару месяцев уверенности у меня поубавилось. Чертов Квирелл, цербер и тролль в школе. Ополоумели они тут что ли? Ладно цербер, он на привязи и не сможет навредить ученикам, тролля ликвидировал мой декан с непередаваемым выражением удовольствия на лице, но одержимый темным духом профессор, от которого меня, некроманта, мутило до ужаса, он ведь действительно представлял опасность для других детей. Расслабленность и отстраненность от семьи хорошо работала первые несколько недель, но все-таки ответственность в меня вбили основательно и теперь я стала переживать за Гарри. Полагаться на свои воспоминания и прошлый опыт, показалось плохой идеей, поэтому пришлось проводить маленький ритуал для защиты моего близнеца, а Драко я охраняла самостоятельно. Еще одним выбивающим из равновесия моментом оказалось назначение Гарри на роль ловца Гриффиндора в обход всех правил. — Сэр, я прошу не подарить мне роль ловца, а участвовать в отборе наравне со всеми, дать просто шанс, — я почти шипела, упершись двумя руками на стол и умоляюще глядя на декана. — Почему для моего брата исключения сделали, а для нашего факультета не смогут? — Вы так хотите стать ловцом, мисс Поттер и уверенны в своих силах? — черная бровь приподнялась на несколько миллиметров (не вспоминать другие черные глаза и черные брови, не вспоминать!), а лицо стало немного ехидным. — Я студентка факультета Слизерин и хочу кубок для нас. И в конце концов, чего бы мне там не хотелось, во мне и Гарри течет одна и та же кровь, — сухо ответила я, беря себя в руки. Не знаю почему, но мне хотелось как-то досадить Гарри. И даже сложно сказать точную причину — может быть, показать ему, что я чего-то стою, может быть уязвить Джеймса таким образом, но все внутри меня просто приходило в движение. — Что ж, мисс Поттер, можете попробовать, но исключительно на общих условиях. Допуск к отбору в команду в этом году будет для всех, первокурсников в том числе, — в голосе профессор Снейпа появилась какая-то нотка, которую было сложно идентифицировать, но мне было не до высоких материй. — Спасибо, профессор.       Не знаю, как Снейп этого добился, но он выбил такое разрешение для нас — ужасных слизеринцев. Конечно, отбор я выиграла. Да, это тело было не моим привычным, где тренировкам по квиддичу уделялось достаточно времени, но задатки и рефлексы были неплохими, а по опыту я превосходила всех своих конкурентов. Место ловца Слизерина стало моим, в честь чего Сириус подарил мне метлу и на всех матчах я на все сто процентов отыгрывала, вырывая победу буквально из-под носа Гарри. И нет, стыдно мне не было. Еще одним моментом из разряда раздражающих были окружающие. В прошлой жизни все воспринималось в новинку, мне приходилось играть по определенным правилам, и пытаться чуть-чуть изменить условия игры. Там мне, мальчику-который-выжил, создали определенный круг общения, навязали в лучшие друзья Рона Уизли. Приходилось терпеть, исподволь менять рыжего, воспитывать и растить настоящего соратника, который хоть и не стал в действительности моим лучшим другом, но был неплохим товарищем и уже определенно, более спокойным и менее раздражающим, чем его маленькая версия в этом мире. — Эй, Поттер, тебе не противно жить с этими слизнями? — его резкий и звонкий голос, насмешка в котором даже не скрывалась, врезался мне в спину. — А хороводиться с Малфоем — что может быть хуже? Или ты не знаешь, что его отец служил Сама-Знаешь-Кому? — он никогда не звал меня по имени, только по фамилии, а моего брата — наоборот. Самое забавное, что Драко поступал точно также по отношению к ним. Мальчик рядом со мной окаменел спиной, но я еле заметно дотронулась до него, успокаивая. Тут не драка нужна, а кое-что совсем иное. — Уизли, если ты не обратил внимание, на мне тоже галстук Слизерина. И нет, мне нисколько не противно жить с умными, а самое главное спокойными и воспитанными людьми, — моя подколка достигла цели, и мальчишка пошел некрасивыми красными пятнами, но пока промолчал. — А насчет Малфоя…. Ты что, заменяешь весь состав Визенгамота? О, великий, подскажи, что ты тогда делаешь в школе? — смешки вокруг нас стали громче и студенты останавливались, наблюдая за нами со стороны. Трусы несчастные, хоть бы кто заступился. — Да это же все знают, что они первые прислужники Сама-Знаешь-Кого! — обвинительно ткнул он пальцами в грудь блондина. — Уизли, повторюсь еще раз, ты умнее всего Визенгамота? Или обладаешь какими-то доказательствами, не известными широкой общественности? Так что же ты молчишь, поделись с нами, — мой издевательский тон еще больше вогнал его в краску. Резко сократив дистанцию, я посмотрела прямо ему в лицо. — Война закончилась десять лет назад, Рон. Неужели думаешь, что Драко встал на службу в детской люльке? Хватит воевать!       Конечно, одна речь не сыграла значительной роли, но на моем факультете это принесло определенные дивиденды в виде расположения моих однокурсников, которых несколько напрягало распределение сестры Героя на факультет проигравших. Как потом выяснилось, моя личность стала чуть более популярна и на Гриффиндоре, позволив немного сойтись мне и Гермионе на основе любви к книгам и учебе.       Время шло, я налаживала отношения с сокурсниками, воспитывала Драко и ставила на путь истинный. В прошлый раз мы подружились в конце второго курса, когда я помогла замять историю с дневником Темного Лорда, оказав их семье услугу. На третьем курсе мы потихоньку сдружились, и тогда-то меня стали учить традициям и реалиям магического мира. После третьего курса я даже некоторое время гостила в Малфой-мэноре, а на четвертом и пятом, после возрождения Лорда и открытия Блэк-хауса, принимала на Гриммо 12 Драко. Тут же у нас отношения выстраивались на другой базе, и приходилось прилагать больше усилий.       Май и экзамены наступили незаметно, и ожидаемый мною день наступил быстро. Когда Дамблдор ушел в Министерство и Квирелл спустился в подвал, я пошла за ним. Гарри и парочка самоубийц вместе с ним была надежно усыплена, а мантия-невидимка успешно скрывала меня от бдительного ока любых наблюдателей. Тихо усмехнулась наивности Джеймса Поттера — тот отдал мантию Гарри, как своему наследнику, но истинным владельцем кусочка савана Госпожи была я, а не брат. Поэтому мне было достаточно просто позвать артефакт и тонкая серебристая ткань окутывала с ног до головы, скрывая меня от любого взора в этом мире. Обычный маг никогда бы не добился такого, даже Дамблдор, Поттеры, как носители крови Госпожи получали чуть больше возможностей, но я, как истинный ее ребенок и обладатель ее силы, имела намного больше прав и использовала все способности этого артефакта. Поэтому ни одна из ловушек меня не затронула — меня не было в видимости чар, и даже Квирелл и Воландеморт не почувствовали моего прихода.       Небольшой экзорцизм и дух Лорда покинул нашего преподавателя, который свалился трупом у моих ног. Мантия скрыла и следы использования некромантии, поэтому мне оставалось только уйти. Ах да, камень оказался просто красивой пустышкой, совсем без грамма силы. Как только Лорд купился на такую простую ловушку?       Дамблдор никак не показал своего недовольства и бешенства, а что он его испытывал, было однозначно, особенно после записки «Использовать детей для своих игр не самый лучший вариант, оставьте их в покое. Тайный Доброжелатель».

***

— Локхарт все-таки лапочка! — Падма Патил мечтательно закатила глаза и уставилась в синее небо. — Дааа, — единодушный вздох Гермионы и Парватти вторил мыслям ревейнкловки. Я только досадливо фыркнула. — Он просто идиот, — в моем голосе отчетливо слышалось пренебрежение. Память у меня хорошая, до сих пор помню ту милую ночь в Больничном крыле, когда отращивала кости. Никогда больше не допущу к себе этого позолоченного засранца с палочкой. — Да ладно тебе, Гарри, не будь столь сурова, — Гермиона едва заметно покачала головой.       Последние дни сентября выдались теплыми, поэтому мы с девочками решили сделать пикник возле Черного Озера, и как это бывает у женщин, все спустилось к обсуждению мальчиков. — Он не так плох. — У него огромное самомнение и он не больше, чем просто самовлюбленный болван. Не могу понять, что вы все в нем нашли, — не согласилась я. — Ну хорошо, Гарри, расскажи тогда о своем идеале мужчины, чтобы мы поняли, — решила сгладить ситуацию Луна. Первокурсница как-то удивительно легко вписалась в наш коллектив и лично мною оценивалась очень высоко. Лучшими друзьями мы никогда не были, но бытие девушкой многое открыло мне. Учитывая, что на несколько недель родители сплавили нас к Уизли, то Луна стала для меня просто лучиком солнца в окошке. — О, хм… Мой идеал мужчины чем-то похож на Снейпа, — послышался дружный кашель и на меня все уставились потрясенно. — На Снейпа? — задушено переспросила Гермиона. — Серьезно? — А что вы так удивляетесь? — я недоуменно подняла бровь и не нашла на их лицах даже отклика понимания. — Нет, правда не понимаете? — Но он же страшный! И старый! И вообще, он тебя терпеть не может и третирует постоянно, — скривилась Падма. — Ууу, как все запущено. Начнем с третирования, — я поудобнее села. Даже в этом мире мне очень много времени уделялось на зельеварении. Началось все с первого занятия и «наша новая знаменитость». Сначала он поднял Гарри и начал его опрашивать, но не добился ни одного ответа. Странно, кстати, этот Гарри имел доступ и к библиотекам, и к малой лаборатории. Да даже если взять во внимание, что Лили была совсем неплоха в этой стезе… В общем, кто ему доктор, что называется. Потом поднял меня, и я на вопросы ответила, с того времени так и пошло. Время от времени декан развлекался тем, что поднимал брата, снимал с Гриффиндора —дцать очков, поднимал меня и Слизерин получал те же очки. Проворачивал он этот трюк неоднократно, но не постоянно, чтобы эффект неожиданности не пропадал. — Профессор Снейп просто требовательный. Если вы не знали, он на каждом потоке выбирает себе «любимчика», причем не просто так, а только с хорошими задатками зельеварения и требует больше, чем с остальных. Даже взять с вашего Гриффиндора, близнецы Уизли — тоже одни из любимчиков, спросите их сами. Плюс он пытается играть на гордости студентов, ведь кто из нас любит казаться идиотом? И только на моем брате система дала сбой, — я досадливо покачала головой. — О, но почему к тебе и к Гарри? — удивилась Гермиона. — Тут все просто — род Поттеров был известен как зельевары уже давно. Да о чем говорить, наш дедушка создал специальное средство «Простоблеск», что позволило ему весьма неплохо разбогатеть, да и сделать ряд открытий поменьше. Наша мама тоже обладает неплохими задатками, поэтому логично, что у нас с Гарри должно было проснуться что-то этакое. Нет, говорю сразу, в зельеварении я полный профан — у меня есть два состояния зелий. Либо я варю жуткую сивуху с диким количеством градусов, либо взрываю все к чертям собачьим. И не смотрите на меня так, я не про тупое следование рецептам говорю, а про какую-то импровизацию, — хмыкнула, вспомнив то зелье, которым заливалась в мире шиноби. Оно спасло мой разум от разрушения, все-таки там шла Четвертая война и отнюдь не милая, и красивая. Да и спеленать, отлегилементить и спереть Учиху Мадару я только из-за него смогла. — Ни один Мастер Зельеваров не стал таким просто варя все правильно, везде нужны изобретения. У меня таланты в другой области лежат, я больше по чарам, и на продвинутый курс по зельям точно записываться не буду, а вот у брата непонятно, поэтому декан с него и не слезает. К тому же, Гарри учится не самым лучшим образом, а Снейп пытается его подстегнуть хотя бы так. Но, думается мне, тут нашла коса на камень. — Ого, я и не знала, — Парвати удивленно покрутила головой и переглянулась с сестрой. Думаю, любопытство и ум быстро приведут их к нужным выводам. — Ладно, я отвлеклась. Теперь касательно страшный, старый и тому подобного, — я лукаво улыбнулась. — Тут еще все проще. Если вспомнить, что он начал преподавать, когда ему едва исполнилось двадцать лет, то многие вещи станут понятны. Он ведь был бывшим Пожирателем и за любую связь со школьницей или школьником его бы опять посадили в Азкабан. А он однозначно должен был привлечь внимание — во-первых, самый молодой преподаватель мужского пола, во-вторых, он не так уж сильно ушел от семикурсников. Думаю, именно поэтому он постарался создать образ, который отталкивал большинство людей, начиная от характера, заканчивая внешностью. Ничего на пустом месте не берется — язвительность, мне кажется, ему и раньше была свойственна, но тут он довел все до очень высокой точки, ведь не все покупаются на внешность, а грубости осаживают не хуже. Еще нужно учитывать то время, когда он появился в Хогвартсе — после проигрыша Того-Самого, слизеринцев травили всей школой и их единственной защитой был их декан — Снейп, поэтому это тоже сыграло свою роль в его характере. Да и внешность — его волосы покрыты специальным составом, ведь он кучу времени тратит на зелья, а там испарения и прочее. Отриньте эти моменты, представьте себе его чуть более спокойным и миролюбивым, с темными густыми волосами, ведь сразу заиграл другими красками, так? А еще вспомните, какой у него голос, глубокий, бархатный и Снейп точно умеет им управлять. У него красивые руки — тонкие запястья, длинные пальцы, у него интересное, запоминающееся лицо, с четкими чертам лица, римским носом, глубокими глазами. И это только внешность! А ведь вы еще забываете, что он самый молодой мастер зельеварения за последние сто лет, ему принадлежит множество разработок и открытий, он до сих пор печатается в «Вестнике Зельеварения». Не думаете же вы, что он получил это звание за красивые глазки и этому никто не сопротивлялся? Теперь еще добавим, что он один из самых молодых преподавателей, при этом вполне успешный профессор и декан. Дисциплина на Слизерине самая высокая, успеваемость тоже, есть спортивные достижения, кубок школы восемь лет подряд принадлежит нашему факультету, и хотя напряженность после войны все еще есть, слизеринцев больше никто не травит. Согласитесь, впечатляет, верно? — Как ты все это узнала? — шоколадные глаза Гермионы широко-широко распахнулись от удивления, впрочем, как и всех остальных. — Все просто, у меня есть мозг и иногда я даже пользуюсь им по назначению, — хмыкнула я. — Но… Но зато Локхарт боевой маг! — не сдавалась Падма, вызывая гомерический смех у меня и скромную улыбку у Луны. — Ахахах, балабол он, а не боевой маг. А вот Снейп — вполне боевой маг. Вот даже смотрите, — я палочкой провела по воздуху и у меня на ладони оказались две фигурки магов. - Вот так двигается Гилдерой Локхарт, так ходит, повороты, движения… А вот так двигается мой декан… Смотрите, как он наступает, как колдует, как охватывает всю аудиторию… Вот из этой позы легко перетечь в боевую стойку номер пятнадцать.- я каждое слово иллюстрировала иллюзией и все задумчиво кивали. - Из этого всего можно сделать вывод, что Локхарт максимум занимался танцами, а вот Снейп настоящий боец. Да и вспомните, что его шагов не слышно, как он контролирует обстановку в классе. — Ха-ха-ха, так ты влюблена в Снейпа? — хитро блеснула глазами Луна, прекрасно понимая ответ. Видящие такие Видящие… Я покачала головой. Влюблена я в человека, в разы сложнее и с более сложным характером. Но, думается мне, если бы не Мадара, в Северуса Снейпа было бы легко влюбиться. Девочки еще немного подкалывали меня, пока задумчивая гриффиндорка не разбила эту атмосферу. — Ты сказала про стойку номер пятнадцать? Откуда ты про нее знаешь? — Гермиона осматривала моего иллюзорного Снейпа, который был сейчас таким, каким видела его я — красивым, статным боевым магом с отличными задатками. — Ну, я же все-таки учусь на факультете, где подавляющее большинство чистокровные и аристократы к тому же, Гермиона. Таких как я там очень мало и почти никогда не бывает маглорожденных, — снисходительно пояснила, а Падма покивала головой. На Рейвенкло тоже было достаточно чистокровных, поэтому она поняла, о чем я говорю. — Да это же просто шовинистические штучки! — вспыхнула девочка, сразу напомнив, что ей всего двенадцать. — Это правда жизни. Ты просто не понимаешь, что значат традиции для чистокровных, на каких законах и постулатах они основаны. Не знаешь, что на нашем факультете есть специальные занятия, обязательные для полукровок, и дуэлинг — только один предмет из многих. Равных в мире нет, всегда будет кто-то равнее. Взять даже тебя — ты имеешь более высокий интеллект, чем многие другие, твои родители имеют возможность покупать тебе книги и заниматься твоим развитием, тебе легко даются логические цепочки… а ведь взять в сравнение того же Уизли, он имеет далеко не такие радужные стартовые возможности. Так почему ты не стараешься учиться как он, покупать меньше книг или хуже одеваться? — Гермиона задумчиво прикусила губу, и мотнула головой, пытаясь как-то сформулировать ответ. — Это не одно и тоже! Почему же у нас на факультете нет ничего такого? Почему никто не рассказывает нам о тех же традициях, если они важны? — упрямо спросила она. — А зачем? На вашем факультете, как и на Хаффлпаффе самый большой процент маглорожденных? - спокойно спросила я, а остальные девочки только сочувствующе кивнули. Шатенка ошарашенно посмотрела на меня, а потом с вызовом посмотрела на меня. — Зачем? Чтобы смеяться над маглорожденными? — с вызовом спросила она, блеснув глазами. — Причем тут смех? Подумай, Гермиона спокойно. Из мира маглов к нам приходят дети, которые ничего не знают о мире магов. При этом, никто не может гарантировать, что они в мире магии и останутся. Чтобы ты знала, маглорожденных всего в Магическом Мире, которые остаются после Хогвартса — двадцать процентов. Двадцать, Гермиона. Остальные уходят в мир маглов, живут там. И никто не может гарантировать, что они не передают свои знания кому-то другому или не работают на МИ-5, например. Если ты не забыла, магов не столь давно сжигали на кострах, и уверяю тебя, совсем не многие могли хорошо сопротивляться инквизиции. И инквизиторами нередко выступали сами маглорожденные, готовые нести очищающий огонь еретикам. Учить врагов или тех, кому это просто не будет необходимо — зачем? Это и лишние ресурсы, потраченные впустую и просто небезопасно. Кто хочет — имеет возможность узнать все это, но никто не собирается раскрывать душу и преподносить все знания на тарелочке. Если интересно — узнавай, но никто просто так горбатиться не собирается. Да и просто посмотри на маглорожденных — как они себя ведут, как преподносят себя. Хотя это на Слизерине достигло такой концентрации, но тут Основатель потоптался. Сама понимаешь, десятый век, магглы в массе своей необразованные крестьяне, которые не то что с письмом, а даже с мылом и водой дружбы не водят, а религиозности наоборот, выше крыши. Вот он и сделал все возможное для безопасности и комфорта своих змеек, с некоторыми нюансами. Так что ты не права, Гермиона. Поразмышляй на эту тему, потом сравни свое поведение и кого-нибудь со Слизерина или Рейвенкло, будет много интересного. — Мне… Мне надо подумать. Всем спасибо за пикник, — девочка с трудом поднялась и пошла по направлению к замку. Ей предстоит еще немало открытий, но я верю в Гермиону, в прошлом она смогла справиться со своей зашоренностью и разбила иллюзии как Магического Мира, так и директора. Давай, подруга, становись собой, пожалуйста. Я скучаю…

***

— Сомнус! — рыжая девочка падает на пол, но подхваченная мною мягко опускается, сладко сопя. Не люблю ковыряться в чужих вещах, но гуляющих просто так василисков и его жертв не люблю еще больше. А вот и нужная мне тетрадь с редкими инициалами, тут даже сложно не порадоваться бедности Уизли: они не могут себе позволить купить артефактные сумки и рюкзаки, которые не дали бы мне так легко заглянуть внутрь или взять что-то, как у почти всех слизеринцев. Давно приготовленная шкатулка принимает в себя осколок чужой души. Так, теперь запитать все руны кровью, подождать пока они засияют мертвенным зеленым светом и вуаля! Теперь кроме меня никто не достанет дневник, шкатулка запечатана моей кровью и силой Госпожи. Ух сколько времени я в прошлом году потратила на правильное составление рунной цепочки, а уж сколько занималась интересной резьбой по дереву, но все оправданно. Мантия еще плотнее окутывает меня, скрывая и я встаю. — Энервейт! Темные артефакты детям не игрушки, — назидательно произношу и ухожу в подземелья. Теперь тетрадь и диадема будут дожидаться своего часа в зачарованных шкатулках на дне моей сумки. К сожалению, всю свою силу я пока не восстановила, и приходится много тренироваться, поэтому Адский Огонь мне не доступен, а альтернативные методы устранения крестражей будут немного излишними.

***

— Гарри, мы с отцом хотим с тобой поговорить, — усталый голос Лили Поттер разрывает тишину библиотеки, а слишком громкие и тяжелые шаги подсказывают мне, что разговор будет не слишком приятный. С самого начала каникул меня не покидает ощущение какой-то приближающейся пакости, и похоже, настало ее время.       Разговор? Даже интересно, о чем он будет, учитывая, что родители предпочитают меня не замечать. На первом курсе мы с братом остались на рождественские каникулы в школе, после приезда домой я опять спряталась в библиотеке, почти не пересекаясь с родителями, а потом они нас сплавили Уизли. В этом году ситуация повторилась, на Рождество еще остался Драко, у них в мэноре до сих пор проходили проверки, закончившиеся всего пару месяцев назад. Дома уже почти месяц и сегодня был наш с Гарри день рождение, и тут родители решили поговорить о чем-то, а ведь празднование только вечером.       Так странно, в прошлой жизни мне хотелось, чтобы Лили и Джеймс Поттер были живы, никогда не жить с тетей Петуньей, жить с самого детства в магическом мире, а тут, где эти желания исполнились, я оказалась разочарована. Они не моя семья, не близкие мне люди, и дело даже не в памяти Гарриет Поттер. Я просто слишком долго могла полагаться исключительно на себя, а после появился Драко, Мадара… Но, я слишком привыкла действовать одна, и долго пришлось учиться доверять. Кроме этих двоих никого в моем ближнем кругу не было, и новый мир это не изменил. А родители — к ним не ощущалось почти ничего, абсолютная пустота. В том мире они даже сделали для меня больше, чем в этом, что удивляло неимоверно.       В кабинете насторожилась еще больше. Там сидел сам Джеймс Поттер за рабочим столом и встретивший меня ласковой улыбкой, статный старик с сурово поджатыми губами и мужчина лет под тридцать, полноватый, с большими губами, будто намазанными блеском, прилизанными волосами и блеклыми голубыми глазами, которые смотрели на меня с изрядной долей скептицизма и презрения. — Гарри, моя милая, позволь тебе представить лорда Себастьяна Селвина и его сына, Джастина Селвина, — я присела в идеальном реверансе (Поттер, у тебя отличная координация и реакция, так почему ты двигаешься с грацией слона?! Исправлять!) и заняла свободный стул слева от Джастина. Интуиция вопила благим матом, но я старалась удержать лицо. — Добрый вечер, приятно познакомиться, — да-да, интонации девочки-колокольчика тоже пришлось долго отрабатывать, не допуская ехидства и язвительности.       Пока я задумчиво осматривала кабинет отца, искоса поглядывая на всех вокруг, отец со старым лордом перебросились парой фраз, а потом Джеймс посмотрел прямо на меня. — Гарри, лорд Селвин решил оказать нам честь и породниться с нашей семьей. Тебе скоро тринадцать, и мы можем подписать контракт о намерениях и заключить предварительную помолвку, — с улыбкой на лице сообщил отец. — Мы с твоей мамой уже дали согласие, поэтому осталась пустая формальность, подпиши вот здесь и здесь, — мне подали стопку документов и перо, не замечая ни внезапной бледности, ни закушенной до крови губы, ни расширяющихся зрачков. Одна мысль, что этот зализанный, лоснящийся слизняк, который ничего тяжелее палочки не поднимал, будет иметь право меня касаться и называть своей, выморозила меня изнутри. — Отец, но… мне нравится другой человек! Я не хочу выходить замуж, вдруг я найду свою истинную пару? — задушено спросила, с надеждой вглядываясь в карие глаза за круглыми очками. Но надежда потухла, будто ее и не было, увидев ответ в выражении лица. — Гарриет, не говори глупостей. Этот брак будет выгоден всем, и тебе в том числе. Довольно вопросов, подписывай, — пока еще с улыбкой проговорил этот олень и подтолкнул документ. — Нет, я никогда не подпишу эти документы и не соглашусь на помолвку, — глухим и безжизненным тоном сообщила я, ломая в пальцах перо и ставя жирную кляксу на контракт. Да, моя подпись действительно была больше формальностью, чем необходимостью, но она была нужна, так как мне исполнилось тринадцать. Если бы родители озаботились этим вопросом раньше, мало что бы мне помогло, но сейчас они упустили свой шанс. — Гарри, немедленно прекрати это и перестань нас позорить! — повысил голос отец, начиная краснеть от ярости. Лили сидела ни жива, ни мертва, старик еще более презрительно сморщился и лишь его сынок выглядел недоуменным. — Я никогда не выйду за этого слизняка, или я не Гарри Поттер, — отчеканила я и резким движением встала, опрокидывая кресло.       Не став дожидаться реакции родителей и слушать гневные вопли, быстро проскочила в свою комнату и схватила сумку. Благослови Небо мои привычки иметь все важное под рукой и не расслабляться нигде, где нет рунных кругов защиты и мощных чар моего производства. В гостинную, где стоял камин, мы пришли все вместе: отец, который пытался умаслить разгневанных Селвинов, побелевшая мать и я, стоящая с летучим порохом в руках. — Гарри! Ты наказана! Вернись в свою комнату! — тоненько приказала Лили, но я только хмыкнула. — Хрен вам всем. Гриммо, 12! — ярко вспыхнул зеленый огонь, выжигая картину на дне моего разума: Джеймса с перекошенным лицом, Лили с изумлением и испугом, и брата, с непониманием на лицах. В этот дом я больше не вернусь, только не добровольно.

***

— То есть ты сбежала из дома, — хмуро уточнил Сириус, крутя в руках бокал с огневиски. Вернулся он не так давно с работы и теперь выслушивал меня, задавая уточняющие вопросы. Рядом, на подлокотнике его кресла сидела невысокая и хрупкая блондинка, которая успокаивающе гладила крестного по плечу и ласково мне улыбалась, не встревая, впрочем, в разговор. — Да. Мне пока негде жить, поэтому я прошу возможности пожить здесь какое-то время, пока я не придумаю, что делать. Я не буду вас стеснять, а на форму и прочее заработаю за лето… — в моей голове крутились планы, где достать жилье и деньги, принимая порой причудливые формы. — Прекрати сейчас же! — резко окрикнул Сириус, вырывая из мыслей. — Никуда я тебя не пущу, успокойся. Дом большой, а я вполне богат, чтобы купить для своей крестницы такие мелочи. И не надо выдумывать всяких глупостей. Прости, Гарри, если не всегда был там, где тебе нужен, но сейчас я вижу, что все зашло слишком далеко. Когда-то я сам сбежал из отчего дома, поэтому понимаю тебя хорошо, — он мне ласково улыбнулся и взъерошил волосы. — Ты действительно так серьезно настроена против Джейми? — Сириус, я хочу провести ритуал отказа, — тихо, но твердо сообщила я, смотря прямо в лицо. Селена тихо вскрикнула от ужаса, а мужчина побледнел. — Все настолько плохо? — он потер висок и откинулся на спинку своего кресла. — Все еще хуже. Ладно, когда меня игнорировали и притесняли, это легко пережить. Ладно, когда я не получала ни внимания, ни заботы, опять же, не столь важно. Но они собираются выдать меня замуж за какого-то напыщенного лордика и даже не спросили моего мнения. Я не позволю управлять своей жизнью. — Ты не хочешь замуж просто так или есть еще какая-то причина? — проницательно спросил крестный. Прикрыв глаза, вспомнились мозолистые грубые пальцы, привыкшие к оружию, сухие жесткие губы, выжигающие клеймо на моей душе, огонь в глазах, имеющий мало сходство с Шаринганом, скупую и редкую улыбку, его тело, состоящее будто из одних углов и резких черт. В Мадаре не было место мягкости и нежности, сентиментальности. Он никогда не говорил, что любит, никогда не говорил сладких глупостей, только бескомпромиссное «Ты принадлежишь мне, душой и телом, Гарри». — Да, у меня есть еще одна причина, — киваю, слабо улыбаясь. Я дождусь тебя, Мадара, обязательно. — Хорошо. Тогда ты с этого дня будешь жить со мной. Чтобы не было никаких вопросов… Селена, ты не против, если мы немного ускорим свадьбу? — Сириус ласково улыбается блондинке. — Конечно не против, дорогой, — такая же любящая улыбка в ответ. Мужчина поцеловал кончики пальцев и повернулся ко мне. — Мы со всем справимся, Гарри, — почему, почему мне неожиданно так трудно дышать, почему глаза потеряли резкость? Первые соленые капли падают на сложенные руки и это будто прорывает плотину. — Простите, простите, я сейчас перестану… - меня утешают в четыре руки и взрослые переглядываются поверх моей головы.       Сириус и Селена сдержали обещание. На следующий день они заключили брак в Министерстве, не делая пышного торжества, очередь которого придет чуть позже. Сириус начал делать документы упрощенной опеки «по желанию ребенка», беря на себя только обязательства по моему воспитанию и проживанию, в конце недели мы провели обряд отказа от родителей, но не выход из рода и обряд поддержки рода Блэк. Фактически, я стала приемной дочерью Блэков, не выходя из рода Поттер. Но самое главное — изменение моей магической подписи и лишение права решать за меня у биологических родителей, а также лишили возможности выгнать меня из рода до моего совершеннолетия. Есть плюсы в ритуалах, определенно есть.