Улыбка Преисподней

Впервые за несколько месяцев я просыпаюсь от вкусного запаха, в тепле и… Объятиях. Конечно, я помню, в каком положении засыпала, да и вообще отлично помню всё, что было вечером. Или не вечером? Не суть. Не думала, что Фрост останется. Всё-таки мне это кажется странным. Но его рука лежит поперёк моего тела, не давая пошевелиться. Не люблю диваны, особенно в сложенном виде. На них так тесно. Бок, на котором уснула, уже занемел. Повошкавшись, чтобы сдвинуть Джека хоть немного, переворачиваюсь на спину. Так-то лучше. Кажется, парень и не просыпался. Но тогда… Иккинг готовит? Хотя, глупые мысли, больше некому ведь хозяйничать на кухне. Честно, я больше не хочу ни о чем думать. Но не выходит. Я мастер напридумывать лишнего, строю неправильные догадки и мне постоянно стыдно за свои слова и мысли, когда все оказывается совсем не так. Только поведения Джека смущает меня и настораживает. Хоть и можно всё списать на опьянение. Опять же… Чёрт, я не представляю, как объяснить это даже самой себе. Но моё долбанное сердце с некоторых пор ведёт себя ой как странно. Хотела бы я разобраться. Вот только есть другие, более крупные проблемы. И выливать в свет свое самочувствие сейчас не к месту. Я должна помочь в борьбе за жизнь, а не ныть и слушать сердце. Позабыв о том, что лежу закутанная в одеяло, да ещё и с тяжёлой конечностью, что крепко держит, я рванулась вперёд, желая сесть. — Погоди… — тихо и сонно пробормотал парень, борясь с хрипотой. — Побудь ещё… Дай поспать… Кхм… Он во сне бормочет или притворяется спящим? — Я устала спать, — жалуюсь детским голосом, не сразу осознавая, как говорю. — Невозможно устать спать, — поучительно растягивает Фрост, не открывая глаз. — Если я встану сейчас, то тебе придётся лечить моё похмелье, а если встанешь ты, то я замёрзну. Возможно насмерть. В любом случае я умру в мучениях. И как ты дальше будешь одна? Не сдержавшись, я тихо засмеялась. Каким тоном он это говорит. Боже. Не думала, что Джексон ещё умеет шутить. Его слова… Никогда мне не говорили такого. — Ты забавный, — говорю, сделав совершенно серьёзное лицо. — А ты маленький ребёнок, — в ответ парирует парень, повторяя моё выражение. — Что поделать. Может, именно этого не хватает тебе и мне. — Ч… Чего? Нет, я прекрасно услышала его слова. Только не совсем поняла. На что это был намёк? — А… Нет, ничего. Вот видишь, из-за тебя похмельный бред не обошёл меня. Фрост нахмурился, зажмурился и медленно открыл глаза. Всё это время я полусидела, прижавшись к спинке дивана, и наблюдала за его лицом, слушала голос. Он изменился? Или всегда был таким, но не открывался? Или я не замечала? Если бы Джек всегда был такой. — Эй! Почему это из-за меня? — вскрикиваю запоздало, зло уставившись в смеющиеся глаза. Красивые… Такие… Тёмные, как ночь, но похожи на речной лёд. Пепельная чёлка упала на лицо, закрывая брови, мешая взгляду парня. — Ты так изучающе смотришь, как будто инопланетянина увидела, — хмыкает парень. В синеве очей мелькает вопрос. Тут же отворачиваюсь, чувствуя, как жарко становится лицу. Ну-у Эльза, вот ты и скатилась. До рассматривания парней. И когда тебя вот это все начало интересовать? Со стороны Фроста происходит копошение, а следом он садится на краю, потягиваясь. — Не думал, что в моей жизни ещё будет доброе утро, — сладко тянет парень. А сейчас он больше на котёнка похож. А я на сопливую героиню сопливого романа. Похлопаем мне. За такое банальное сравнение. — Похмелье ты называешь добрым утром? — фыркаю, принимая попытку распутаться. У меня ощущение, будто это одеяло издевается надо мной. Или это Фрост? Иначе бы он не сотрясался от коварного смеха на манер мультяшных злодеев. Бросив на него уничтожающий взгляд, подтягиваю ноги к груди увидев там несколько узлов. Вот засранец. Рассыпаешься тут в искренностях… Не буду больше. С позитивно-саркастическими мыслями я пытаюсь выбраться из плена, но кто-то очень умный и хитрый завязал такой узел, который не хочет мне поддаваться. Прибить бы его. Да только он мне ещё нужен. — Если сейчас же не развяжешь, я возьму нож и разрежу, — угрожаю, чуть ли не пыхтя. — Чух-чух, паровозик Эльза прибыл на станцию «Ярость и угрозы», — звонко рассмеявшись, Джексон вскочил на ноги и отбежал к окну, что как раз параллельно дивану. Сжав губы в одну полоску, сверлю его взглядом, стараясь не выдать ответного смеха, рукой же потащила к себе подушку. Улучив момент, швыряю мягкий предмет прямо в голову парню, пока тот выглядывал на улицу. Фрост пошатнулся и чуть не треснул я лбом о стекло, потому что бросок был сильным, а он сам расслабленным. — Это был удар в спину! Хочешь войны? Так получай же! Выкрикивая это, Джек с ещё большей силой вернул мне подушку, которая прибила меня к дивану. Пока я не видела его действий, но слышала скрип шкафчиков, Фрост что-то достал. А в следующий миг на меня вывалился, кажется, целый грузовик мягких игрушек средних размеров. Но черт. Некоторое из них прилично весят. Особенно для слабой меня. Кряхтя под завалом, мне хотелось и смеяться и кричать от раздражения. Что это за ребячество? — Я запрещаю тебе пить. Такими темпами даже я тебя от дурки не отмажу. Где-то со стороны двери строго пригрозил Иккинг. Вот тут-то я и подумала о всей комичности ситуации. Поняла, что мы с Джеком больше похожи на детей, что устроили войнушку в доме. А Хэддок ведёт себя как истинная мамочка, защищая слабых. То бишь меня. Может, совсем не к месту, не то положение, но я чувствую себя прекрасно. Следом за этой мыслью возникает и факт того, что чем лучше мне сейчас, тем больше страдать буду потом. Но ведь это будет потом. Из-за того, что задумалась, не заметила, как мою руку схватили. Джек резко дёрнул меня на себя. От неожиданности я взвизгнула и зажмурилась, впечатавшись носом в грудь парня. На автомате глубоко вздохнула, втягивая с воздухом какой-то особенный запах.

РОV Автор

Не желая отпускать прохладную тонкую руку, Джексон с нескрываемой радостью в глазах и мальчишеской улыбкой посмотрел на недовольного брата. Тот лишь закатил глаза и поджал губы, мол, делай, что хочешь. Иккинг впервые видел Фроста таким счастливым и озорным. Обычно от него никакого энтузиазма, полуулыбки не добьёшься. В душе Хэддок искренне порадовался и поблагодарил Эльзу, заодно извинившись за вот такое поведение младшего брата. — Как закончите со своими играми, будьте добры посетить кухню, — со вздохом скептически оповестил шатен и поспешил удалиться. Возможно, Джек отменит свое решение, если ещё немного побудет наедине с этой девушкой. Она влияет на него чудесным образом.       После завтрака, а если быть совсем точным, ужина, так как пробуждение состоялось в шесть вечера, пепельноволосый парень потихонечку выскользнул из кухни, пока Иккинг и Эльза были заняты мытьем посуды и уборкой со стола. Дико хотелось уже покурить. Да и выпить не помешало бы. Но карьеру алкоголика пора заканчивать. Иначе долгая жизнь даже пяткой не посетит его. Хотя и от сигарет пользы никакой абсолютно. Они даже успокаивать перестали. Усевшись на подоконнике в своей комнате, Джексон повернул ногу под другую, прислонился затылком к боковой стенке окна, посмотрел на улицу. Такое тёмное небо. Ночь является его любимым временем. В темноте ты никогда не увидишь лживых лицемерных глаз и улыбок. Но почувствуешь настоящее. То, что долгими годами скрывают люди друг от друга. Вспомнились успокоительные таблетки, которые когда-то выступали альтернативой табаку и спиртному. Но возвращение к этому варианту уже даже на горизонте не маячило. Если уж убиваться, то чем-то одним. Не стоит торопить процесс. Потянувшись к форточке, Фрост вздрогнул. В комнату попала полоска света из коридора. Вместе с ним проскользнула и девичья тень. Маленькая, тонкая, хрупкая. Если бы Джек не знал, сколько ей лет, то дал бы пятнадцать. На женщину она ну никак не похожа. Парень встретил Эльзу вопросительно приподнятой тёмной бровью и странным блеском в глазах. Об этом огоньке в очах ему говорил каждый, кто видел его в темноте. Он отражает интерес, желание поговорить. Свидетельствует о том, что жизнь в нем не иссякла. Дверь тихо закрылась. Эльза прислонилась к деревяшке, подпирая её. Кажется, на этом её решимость испарилась или же она пришла просто так. — Иккинг ушёл? Не ожидав услышать хриплый голос, Разенграффе вздрогнула. Подняв голову от рассматриванию пола, девушка кивнула и добавила: — Спать. Сказал, что нужно отсыпаться, пока есть возможность. Лицо, цветом кожи похожее на лёд, озарила ухмылка. — Какой же он всё-таки правильный, — хмыкнул Джек. Посмотрев на Эльзу, он отвернулся, затем вновь вернул взгляд. — Присаживайся, коли зашла. Всё равно вряд ли мы сейчас уснём. Икк сказал, что мы сутки провалялись. Глаза Разенграффе расширились в удивлении, она даже остановилась на месте, не веря в услышанное. Сутки… Двадцать четыре часа. Сна. Да ей никогда столько спать не разрешали. Фрост тихо рассмеялся, но тут же закашлялся и поспешил закрыть рот ладонью. — Что бы ты сделала, если бы узнала, что тебя хотят убить? — дождавшись, когда Эльза устроиться напротив, подвинув колени к груди и прислонившись лбом к холодном стеклу, отстраненно заговорил парень. Он не получил в ответ удивления или изумление. Никаких эмоций. Конечно, Элизабет умная девочка, она прекрасно поняла всё из того короткого сообщения. — Ничего. Я ведь ничего не могу, так есть ли смысл дёргаться? — пожав плечами, безразлично выдала белокурая. Её лицо… Не выражает ничего и в это же мгновение многое. Она серьёзна, но равнодушна. Точно боится, но в то же время не чувствует страха. Эти чувства возникают у тех, кто прошёл муки жизни и не подумал оборвать её. Кто не потерял свой путь, а лишь остановился передохнуть. — Я знаю план Кромешника, — поджав губы, решительно ответил Джек. Уже нет смысла скрывать. Они сидят на подоконнике в закрытой тёмной комнате. Их позы одинаковы. Взгляды выражают одно и то же и устремлены на одни и те же звёзды. — Кого ещё ты должен будешь убить? — подумав с минуту, Эльза задаёт вопрос. — Иккинга, Тима, Астрид и Алекса. Всю семью. Всех, кто знает обо мне. А потом… — Тебя тоже убьют, — закончила девушка, Джек согласно кивнул. Смышленая. — Угон был подставкой, чтобы появился повод для твоего убийства. Чтобы твой отец не смог ничего предъявить. Таков их уговор. С недавних пор я перестал быть наемником, Блэк взял меня на постоянную работу киллером. У меня нет права увильнуть от своих обязанностей, но убивать свою семью я не собираюсь. — И что тогда? — Мы выступим против него, будем обороняться. У нас есть оружие, деньги на некоторое время, проверенные связи. Возможно, мы успеем подготовиться. — У Кромешника или моего отца есть человек, равный тебе? — Не думаю, нет. Если только в ближнем бою. С ножом я плохо справляюсь. Да ты и сама видела, как позорно я чуть не проиграл в клубе. Эльза не удержалась от смешка. Джексон непонимающе посмотрел на неё. Девушка лишь пожала плечами. — Что поделать, такова судьба. Она как будто создала нас себе на потеху. — А разве жизнь не смеётся над нами? — поджимая тонкие губы в еле заметную полоску, спросил парень. Уже зная, что с ним согласятся. — Возможно, мы сами виноваты в этом. Как думаешь, сможем ли мы… — По крайней мере постараемся. Светлые макушки вновь приснились к окну. На небо вылезло ещё больше маленьких звёздочек.