С тобой приятно чувствовать боль

      Лучик света ходит по моему веку. Как-то неприятно, но это уж точно лучше, чем слушать «трель» назойливого будильника… Где я? Все тело болит, особенно в районе живота, но… я чувствую там что-то теплое и приятное… Меня кто-то обнимает? Я, немного проморгавшись от «ночной пелены», опускаю взгляд на свой живот… там были две очень знакомые руки, которые обнимали меня, придерживая от падения с дивана… Бля… Я всё вспомнил! Перед глазом начали всплывать картины вчерашней ночи. Кажется, отец меня опять избил, но в этот раз меня… защитили?       Только сейчас я понял, в каком положении нахожусь. Мощные руки, обнимающие меня, теплое дыхание в затылок и темные локоны, скатывающиеся по моей шее… у меня за спиной лежал мой вчерашний спаситель и сладко сопел. Чувствую себя очень неловко, особенно, находясь в таком положении. Хотя… было очень тепло… я приподнял голову и аккуратно выскользнул из рук, которые лишь немного дернулись от моих движений. Ужасное ощущение во всем теле. Я приподнял свой свитер. Как и предполагал. Чуть ниже груди красовался огромный синяк. Как я вообще на ногах стою? Ладно, неважно. Волосы у меня были распущены. Наверное, Ларри позаботился о том, чтобы я не проснулся еще и с опухшей головой. Мило…       Надо привести себя в порядок. Я начал аккуратно пробираться к двери, располагающейся около кухни. План этой квартиры был такой же, как и у моей, так что там должна была располагаться ванная комната. Я осторожно повернул ручку двери. Бинго! Дедукция меня не подвела. Браво, Шерлок! Сняв с себя протез и вытащив муляж в виде глаза из своего правого века, я взгляну в зеркало. Как оно не треснуло в этот момент, остается для меня загадкой. Зрелище отвратительное. На голове гнездо, а на лице… нет лица… хех… во мне проснулся юморист, жаль, что его фишкой, да и всем сценарием были одни сплошные шутки с черным юмором. На остатках от моих губ поблёскивали капельки засохшей… Похоже я еще и кровью успел харкнуть, когда мне прилетело от папы. Черт. Изнутри весь протез был покрыт засохшей кровью. Аргх! Надо его отмыть! Я включил холодную воду и начал яростно тереть внутреннюю часть протеза, покрытую кровавой корочкой. Блин. Не оттирается! Я переключил кран на теплую воду и приложил еще больше усилий. Ура! Поддается! Фух. День только начался, а я уже устал. Надо бы и от… м… я не знаю как назвать то место, где раньше было мое лицо… в общем я начал умывать его, пытаясь оттереть это злосчастное «красное молоко»… кажется я слышал эту фразу от одной маленькой девочки из больницы, которой делали переливание крови. Забавно, но она даже не морщилась, когда смотрела на мое «кровавое месиво». В тот день ее повезли на операцию, потом забрали ее вещи и куда-то унесли. Меня выписали через пару дней, так что я не уверен, была ли она еще жива к тому моменту… Странно, что я ее вспомнил… ну… ладно…

***

      Как же зудит пустая глазница… Если подумать, то я не вынимал протез уже почти 2 дня. Неудивительно. Если я не обработаю ее в ближайшее время, то она начнет гноиться. Моей внешности это вряд ли сильно навредит, но тогда придётся постоянно отмывать мое «лико» от гноя. Мда. Единственное средство для обработки полостей организма, о котором я знал, находилось у меня дома. Сегодня же суббота? Выходной… значит отец дома… какая-то безвыходная ситуация… хм… Потом придумаю, как выкрутиться. На голове всё еще была мочалка… хех, как будто она исчезнет сама. Я попытался «расчесать» эту капну рукой, но после клока выдранных волос, я понял, что это бессмысленно. Без резинок даже пучка не сделаешь. Краем глаза я заметил небольшой пурпурный гребень, лежащий на полке снизу от зеркала. В нем было запутано несколько длинных темных волос. Интересно, они принадлежат Ларри или его матери? Длина и густота их шевелюр примерно одинаковая, хотя у миссис Джонсон она намного более кудрявая, когда как у ее сына волосы были прямыми и, на вид, грязными, но я бы не сказал, что это так. На ощупь они были мягкими, а их запах напоминал аромат мятного шампуня вперемешку с сигаретным дымом… О чем я вообще сейчас думаю? И когда я успел так хорошо его изучить? Это уже не совсем нормально. Хотя меня вряд ли можно назвать нормальным. Нет, серьезно. Голубоволосый парень с хвостиками и без лица, который пытается покончить с собой при любой удобной или неудобной ситуации. Вряд ли меня можно назвать нормальным 15-летним подростком.       Я пытаюсь отогнать от себя такие мысли, то и дело встряхивая головой. Все же возьму расческу. Ее не трудно будет почистить, если в ней застрянут мои волосы. Массирующими движениями я прочесываю ряд за рядом. Так намного лучше. Жаль, конечно, что не сделать сейчас хвостики. Но думаю, что волосы не будут сильно лезть мне в глаз. Я прислонил прохладный протез с еще оставшимися там капельками воды к лицу. Стоит, конечно, его протереть, но я люблю ощущать влажность на своих губах.

***

      Я тихонько вышел из ванной, пытаясь не разбудить спящего, но по-видимому было уже поздно. Джонсон сидел и сладко потягивался, почесывая затылок. Заметив, что меня нет рядом, он активно начал вертеть головой в разные стороны, видимо, пытаясь отыскать пропажу. Я подошел ближе к дивану и оперся на его спинку локтями. — О! Ты тут, Синевласка, выспался? Как самочувствие? — Ларри, заметив, что я тут, развернулся в мою сторону полубоком, не вставая с дивана. — Спасибо… нормально… — Что собираешься делать дальше? — М? Ты об отце? Не знаю… — я опустил глаза и потер заднюю часть своей шеи. — Он был так пьян вчера, что вряд ли вспомнит сегодня что-либо… хотя… ты ему так смачно врезал по лицу, что не заметить такой синяк в зеркале с утра будет трудно… — Эм… прости… в тот момент моя рука сама действовала, я не могу контролировать себя в такие моменты, — он прикрыл глаза и улыбнулся, — у меня частенько проблемы из-за этого, но… ЭТА РУКА НЕСЕТ СПРАВЕДЛИВОСТЬ!       Последнюю фразу Джонсон сказал громко и так, будто он обладает какой-то суперспособностью… как супергерой из моих старых комиксов. Конечно сейчас мою улыбку не было видно из-за протеза, но Ларри это и так понял. Может он еще и телепат? Ой-ой, тогда у меня большие проблемы. — И как называется твоя суперспособность? «Справедливо-надаю-по-щам»? Или «Несправедливые-лишатся-яиц»? — я сделал вид, что держу в руках микрофон, будто беру интервью, но мне так и не удалось сказать это серьезным тоном. — Хех! Скорее: «Справедливо-отпизжу-несправедливых».       Мы оба расхохотались. Я уже давно так громко не смеялся. Но. Это не пошло мне на пользу. Из-за такого смеха, моя грудь и мой живот начали пульсировать и ломить. Я, слегка согнув колени, сел на диван, ибо лучше упасть от болевого шока на мягкую поверхность, чем на холодный и твердый пол. Немного покривившись, я тяжело выдохнул. — Эй, эй! Все норм? — он прислонил свою руку к моей спине. — Д-да… слушай, — продолжал я, — а если, к примеру, некая «метка-несправедливости» распространится по моему телу, то ты меня отпиздишь? — Кто знает, кто знает, — он сделал очень кривую улыбку, при том искусно играя бровями. — А если серьезно, то ты пока можешь пожить здесь. — М… спасибо… — я отвернул голову, — но… я тебе помешаю… лучше просто вернуться, когда отец успокоится, и… — Не помешаешь, — он приобнял мою шею, заставляя повернуться к нему.

***

      Его бездонные карие глаз съедали меня полностью. Я ощущал себя настолько защищенным в этот момент, что даже слова не смог вставить, а только послушно кивнул. Он поглаживал меня большим пальцем в нижней части затылка. Все мое тело покрылось мурашками наслаждения. Надо как-то выкручиваться, а то это уже походит на прелюдию, нежели на обычный дружеский разговор. Я качнул головой. — В любом случае, мне нужно вернуться в квартиру за очень важной вещью… — я ёрзал на диване. Мне было стыдно говорить о таких вещах. — Хм… я пойду с тобой. — он вскочил с дивана. — А то вдруг понадобится мой справедливо-пиздящий кулак.       Я не успел ничего ответить, как он тут же рванул к двери в ванную. Хотя… может, оно и к лучшем. Не уверен, что отец встретит меня радостными объятиями. Повезло, если он еще спит или просто проигнорирует меня. Блин… глазница с протезом чешется всё сильнее. Да и общее состояние у меня, мягко говоря, дерьмовое. Я не посещал врачей уже около года… Как раз в это время участились отцовские побои… Ну вот, сам себе настроение испортил. Мда… из тебя не получится оптимиста, Салли…       В голове начали играть самые разные мысли. О школе, о яблочном соке, о новых друзьях, о том, что у меня с собой только одна зажигалка… Хах, теперь я думаю о том, как бы поскорее затянуться. Если так подумать, то со вчерашнего вечера ни разу. Хотя я люблю делать это еще раз ночью, когда уже все спят, а ты один идешь на лестничную клетку, садишься на подоконник, который не протирался от грязи уже лет сто, приоткрываешь форточку и выдыхаешь облака, которое постепенно сливается с небом, превращаясь в млечный путь… Ну… так было в Нью-Джерси… здесь я даже не удостоверился проверить здание на наличие противопожарной системы. Блин, что можно делать так долго в туалете? Ну серьезно!

***

      Неожиданно дверь одной из спален медленно открылась. Меня это немного напугало, но через секунду в проеме показалась миссис Джонсон, сладко позевывая после сна. Она была одета в футболку и длинные домашние штаны, а на ее голове был сделан, уже немного растрепавшийся, пучок. Заметив меня на диване, она подошла ближе и взбодрила меня своей улыбкой. — Привет, Салли! Как прошла ваша ночевка? — Ночевка? — странное прикрытие для вчерашних событий. — Да! Ларри сказал, что захотел пригласить тебя на ночевку, как нового соседа и одноклассника. Ты уже спал, когда я вернулась, так что я не стала тебя беспокоить. О! Ты наверное голодный! Садись за стол, я быстро покормлю вас, а то мне уже через час на работу! — она указала пальцем на зеленый стол с желтыми стульями и пошла к холодильнику. — Вы… эм… миссис Джонсон… — Прошу, зови меня просто Лиза! — …Лиза… я не хочу вас… напрягать… — О чем ты? Завтрак это самый важный прием пищи за весь день, его нельзя пропускать. — она не оборачивалась, разбивая яйца над раскаленной сковородой, — вряд ли твоя мама одобрит, что ее сын пропустил обязательную утреннюю трапезу… — …Я был бы рад… если бы… она мне такое сказала… — я опустил взгляд усаживаясь на один из солнечных стульев.       Она перевела взгляд на меня, выключая конфорку. Над нами повисла очень напряженная тишина. — Прости, я не хотела… — она медленно поставило передо мной тарелку с огромным куском омлета. — Угощайся! И вообще, можешь приходить к нам завтракать хоть каждый день! — Спасибо… — я улыбнулся, хотя вряд ли можно было увидеть, как я это сделал.       В этот момент из ванной комнаты наконец-то выполз Ларри. Я уже думал, что он в унитазе захлебнулся. Поняв, что от завтрака не отвертеться, он подошел и сел рядом со мной, пожелав матери доброго утра. Перед ним уже стоял завтрак. Лиза тем временем ушла в свою комнату. Итак. Омлет стоял передо мной. Сказать, что кусок был большой, не сказать ничего. Он был огромным. Я просто пялился на него. В последнее время я ем в день от силы 2 раза, и то, каждый мой прием пиши напоминает мимолётный перекус в виде какого-нибудь фрукта и сока. От части это потому, что мне очень неприятно есть на публике. В такие моменты мне приходится приподнимать свой протез и раз за разом ощущать на себе взгляды отвращения. Так что я часто ем в туалете, дабы не посещать школьные столовые. — Всё, я ушла! — выкрикнула Лиза, закрывая за собой входную дверь. — Удачного вам дня! — Спасибо, и тебе! — выдавил из себя Джонсон, набивая рот омлетом. — До свидания… — тихо промямлил я. — А ты чего не ешь? — спросил Ларри, который сейчас очень походил на хомяка — Я… эм… не очень голоден… — Уверен? Может съешь хоть немного? Если стесняешься, то я могу отвернуться. — Нет… не стоит.       Я немного ослабил нижний ремешок, отрезал вилкой небольшой кусочек от вкусно пахнущего блюда и положил в рот. Мои вкусовые сосочки просто ликовали! Как вкусно! Это божественно! Одновременно сладкое и соленое с тонкими нотками укропа! Невероятно! Я начал есть кусочек за кусочком. Восхитительно! Не думал, что обычный омлет может быть настолько непревзойдённо вкусным! Я не заметил, как съел всё. У меня нет слов, как это было великолепно! Ларри просто сидел и втихаря угорал.

***

— *смешок* А говорил, что не голодный. Это ты еще маминого особого стейка не пробовал. — Я объелся… Ща сдохну! — Давай, пошли! Тебе же нужно было взять что-то важное. — Оставь меня тут, мне не жить… — произнес это так, будто я дряхлый старик, лежащий в окружении своих многочисленных родственников, выдавая свои последние вздохи, — Брось меня! — Я не собираюсь нести тебя до твоей же квартиры, — это звучало как-то жестоко. — Значит я найду покой на этом желтом стуле. — Ну ладно, сам напросился! — Джонсон подошел ближе и ловким движением просто сунул меня к себе в подмышку! — Ларри! Я же пошутил! — А я нет! — он посмотрел на меня таким довольным своими действиями взглядом, при том так едко улыбаясь… вот же засранец! — Вау, а отсюда классный вид на волосы в твоем носу, — сказал я саркастически, пытаясь как-то выкрутиться из сложившейся ситуации. — Я думал, что ты ими всегда любуешься, с твоим-то «положением в обществе»! — угорал он, закрывая за собой входную дверь… дважды засранец! — Ого, чувак, не думал, что ты опустишься так низко! — Что, даже ниже твоего уровня? — Ой, всё! Пошёл в жопу! — Обиделся? — Нет. Я выше этого! — в этот момент мы ехали в лифре, так, что когда двери открылись на 4 этаже, весь коридор был залит нашим громогласным смехом.

***

      Итак. Дверь в мою квартиру. Тихо. Я застыл положив одну руку на ручку. — Если хочешь, я могу пойти с тобой, — Ларри коснулся моего плеча, из-за чего я будто вышел из транса. — Нет… думаю я сам… справлюсь… — мой голос заметно дрожал. — Уверен? — Д-да… — я повернул ручку и приоткрыл дверь. — Я буду тут, если что, подай сигнал. — Какой? — Бля… я думаю, если ты закричишь, то я и так пойму, что что-то не так! — Х-хорошо… — я медленно зашел в квартиру.       Тут тихо. В ванной слышится шум льющейся воды. Кажется, он там. Я быстро забежал в комнату. Так, где же эта мазь? Я подошёл и открыл тумбочку. На глаза попалась запечатанная пачка сигарет. Это удачно. Я сунул их в задний карман и продолжил шариться в своих вещах. Блин, где же он? Рука задела железный тюбик. О! Ура, вот он! Я потянул его. Блин, кажется он застрял. Надо сильнее! Тюбик выскочил, а вместе с ним еще пара вещей. Среди них была пачка из пяти лезвий… заманчиво. Прям игра в русскую рулетку. Я вытащил все 5 конвертиков и распределил их, по всей пачке с сигаретами. Возьму с собой. А вдруг пригодятся? Я снял протез, вытащил глаз и начал аккуратно втирать дезинфицирующий гель себе в веко. Это стоило делать перед зеркалом, ватными палочками, но сейчас у меня не было возможности сделать всё по инструкции. Оно ужасно щиплет! Ненавижу это процедуру, но без нее никак… Ладно, думаю, не буду долго возиться, просто возьму средство с собой. Глаз невольно заметил гитару, стоящую на подставке в углу. Эх… мой лучший друг! Она кричала и ревела вместе со мной, когда мне было больно, выдавала нотки умиротворения, когда мне было хорошо… Как ни странно это вспоминать, но ее подарил мне отец на 12-летие… прошло 4 года… многое успело измениться. Жаль, что гитару не взять с собой, засунув ее в карман. Я тихо вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, и уже хотел покинуть это место…

***

— Салли? — за спиной послышался отцовский голос.       Я рванул со всей скоростью к двери из квартиры. Не хочу, чтобы вчерашняя ситуация повторилась. Я уже у выхода, схватился за ручку… меня удерживают за край локтя… Что мне делать? В голову приходят только молитвы… — Сынок… прошу подожди… — его голос дрожал, будто… он плачет?       Мое сердце буквально упало. Руки окоченели. Я не знал, как реагировать… мне не было больно… но все внутри сжалось до такой степени, что я был готов упасть прямо тут… — Я… мне о-очень жаль… я причинил тебе ужасную боль… я не мог смириться с тем… что… она у-ушла… — его голос было еле слышно, но каждое слово отдавалось эхом у меня в голове, — Мне так жаль!       Я развернулся и просто застыл. Передо мной стоял папа с левым опухшим глазом, с которого медленно стекала слеза. Что я должен сейчас делать? — В-вчера ночью мне приснилась… твоя мать… Она стояла неподвижно… было холодно… ты… твой образ был с ней… еле видный… но… — он упал на колени передо мной и расплакался, я еще никогда его таким не видел, — Сал, ты единственный, кто остался у меня! Я виноват в ее смерти! Я хотел к-купить вино… Потом… я… прости… прости… прости…       Все внутри горит и выплескивается в горячие слезы. Я не мог стоять спокойно. Ноги меня уже не держали. Я сполз на колени перед отцом, который всхлипывал, держась руками за свое лицо. — Я не мог поверить… смириться… Диана… прости… прости… я не достоин быть твоим отцом… — Ш-ш-ш… это был несчастный случай… т-ты не виноват… никто не виноват… — не могу поверить, что я это говорю! Мои губы шевелятся сами. — Салли… я обещаю, что брошу пить! Я схожу к доктору… мы… мы сходим! Я больше не позволю тебе страдать! Я… — он поднял на меня взгляд и крепко меня обнял, продолжая что-то бубнить.       Я тихонько всхлипывал… папа… ему больно тоже… мне… мне хочется плакать и смеяться… Я обнял его в ответ… — Не плачь… я… я тебя прощаю… — *всхлип* с-спасибо… сынок…       Мы сидели на полу еще минут 10. Он правда кается. Я не могу перестать плакать… слезы льются сами… — Пап… мне нужно идти… — прошептал я, немного отстранившись. — Ты… ты же вернешься, Сал? — он не хотел меня отпускать и смотрел мне прямо в глаза. — Да, я ненадолго… приложи еще льда к глазу, — я приподнялся и помог отцу встать с колен. — Д-да спасибо… — его голос все еще дрожал, но он говорил более уверенно. — Хочешь, чтобы я приготовил ужин сегодня? — Это было бы замечательно.       Мы еще раз обнялись, и я вышел из квартиры. Что только что было? Мое сердце бешено колотится. Он извинился… он сказал, что ему жаль… ему правда больно… Вау. Просто взрыв мозга. Я просто не знаю, что я сейчас должен чувствовать. Радоваться? Винить отца? Чувствовать облегчение? Или просто забыть про то, что произошло? Почему я дрожу? Мне же не страшно… Так. Вдох. Выдох. Если ему правда жаль и он извинился, значит… все должно наладиться? Ведь так? Так хочется в это верить…

***

— Сал, ты нашел ту штуку, за которой пришел? — голос Джонсона опять пронзил все мои мысли. — А! Д-да… — Ты плачешь? Он опять тебя избил?!       Я дотронулся до своего протеза. По нему стекала тонкая струйка соленых слез. Ого… я и сам этого не заметил… — Я ему сейчас врежу! — его пронзительный голос отдавался эхом во всем коридоре.       Ларри уже направился к двери, но… он не успел ничего сделать. Я тюкнулся в его грудь носом. Он остановился в недоумении. Я обнял его. Это благодаря ему моя жизнь меняется. Это он тот, кто помог мне выбраться из пучины боли… — Сал, ты че? — С-спасибо тебе… если бы не ты, я бы… я… бы…       Он ничего не говорил… просто гладил меня по голове, прижимая к себе сильнее. Этот запах, как снотворное. Так успокаивает. Я чувствовал его даже через протез. Приятно. — Знаешь, а у тебя и вправду волшебный кулак, — я поднял на него глаза, хихикая. — Ну, обращайся, если понадобится кого-то справедливо отпиздить! — он с улыбкой стирал слезы с «лика».       Наверное мы бы стояли так еще долго, но нас прервал звон уведомлений. Ларри отстранился и с тревожным взглядом посмотрел на экран телефона. — Что-то случилось? — я занервничал. — У тебя все еще есть желание потусить в нашей компашке? — он странно ухмыльнулся. — Эм… да, наверное… — слишком резкая смена темы меня пугает. — Пойдем спасать Эш от нудной субботней математики! — Чего?       Я не успел осознать им сказанное, как меня схватили за руку и потащили в лифт. 2 этаж. Черт. Почему все происходит так резко? 202 квартира. Тут же живет Тодд, тогда причем тут Эшли? Блин в голове каша! Или я опять что-то путаю? Джонсон яростно колотил в дверь с какой-то подозрительной улыбкой. Послышались шаги и звук открывающегося замка. Из небольшой щелки показался зеленый свитер и рыжие волосы. — Да, кто та… — Го играть в бутылку откровений! — Ларри буквально заорал, распахнув дверь. Моя руку все еще была в его ладони, так что он придвинул меня к себе. — Черт! Ларри! Каждую субботу! Ты серьезно? Я тут вообще-то репетиторством занимаюсь! — Тодд очень зло жестикулировал руками прямо перед моим «носом», кажется он меня не заметил, ведь его глаза были обращены на темноволосого. — Так что, играем? — Лично я только за! — из глубины квартиры послышался знакомый, нежный голос, кажется там Эшли… они с Тоддом встречаются? — *вздох* Входи уже. — Тодд отошел от двери и дал нам возможность пройти, поправив свои очки. — Круто! Чел, ты лучший! — Ларри потащил меня за собой. — О, привет, Сал, я тебя не заметил, — сказал Тодд, когда мы уже дошли, до его комнаты. — Привет, — я, наконец, отнял свою руку у Джонсона. — О! И Салли тут! Классно! Больше народа — больше веселья! — Эшли сидела на кровати в «позе лотоса» и радостно сложила ладоши, — Так во что играем сегодня? — В бутылку откровений, — Ларри плюхнулся прямо на пол возле меня. — Ого! Удачно, что у меня с собой пустая бутылка, — Эш полезла в свой рюкзак. — Удачно, говоришь? — Тодд тоже плюхнулся на пол, положив перед собой нарезанную по маленьким прямоугольничкам бумагу, карандаш и кепку. — Ехехех… — девушка неловко посмеялась, — Эй, Сал, а ты знаешь правила этой игры? — Нет… — Они простые, правда, Тодд? — снова эта странная улыбка, Ларри меня пугает. — Боже, ты достал… Ладно, смотри. В этой кепке будут лежать действия и вопросы, которые мы придумываем сами. От одного игрока должно быть не меньше 10 вопросов и 10 действий. В общей сложности по 20 бумажек с игрока. В центре лежит бутылка, которую раскручивает последний ответивший игрок. Если на тебя попадет горлышко бутылки, то ты выполняешь то, что тебе вытянет из шляпы игрок, на которого указывает донышко. После каждых 3-х ходов все играющие меняются местами. Так же есть типы действий и вопросов, которые должны выполнять все игроки. Их должно быть не больше 3-х с играющего. — почти на одном дыхании сказал рыжеволосый. — Всё понял? — А! Д-да. — Ну, если не понял, то разберется походу, — Ларри потянул меня за рукав, показывая, что мне тоже нужно сесть.

***

      Я думал, что написать на бумажках. Да уж, с фантазией у меня плохо. Кроме дебильных вопросов про дату рождения, ничего не приходило. Я написал несколько вопросов и кинул их в кепку. Игра началась. Сначала было неловко, но неловкость быстро превратилась в интерес. Было правда весело. Тодд и я уже успели нарисовать пару членов на лбу у Ларри. Эш выпало сделать мне маникюр, но у меня уже был черный лак, так что она подрисовала мне несколько милых черепушек и костей. Получилось очень прикольно! У нее просто талант. В один момент выпал вопрос для Ларри. Вопрос про ориентацию. — Хм… я би, — он сказал это уверенно, что, после этого, повисла неловкая тишина. — Короче говоря, ни с одним из них мне не светит. — Эш пихнула меня в плечо, широко улыбнувшись. — Но, я думал, ты и Тодд вместе.       Со стороны Ларри послышался истерический смех. Девушка тоже не смогла сдержаться. Только Тодд был спокоен, хотя и он не скрывал улыбки. — На то, что мы не вместе, есть 3 причины, — продолжала Эшли, еле сдерживаясь, чтобы не упасть с кровати, — первая — он не в моем вкусе; вторая — он занят; а третья — … — Он наиголубейший парень из всех, кого я либо знаю! — в Ларри тут же прилетела игральная бутылка от Тодда. — Можно подумать, ты знаешь много геев. — как ни в чем не бывало, спокойно произнёс рыжеволосый. — Ладно, теперь я, — Джонсон раскрутил бутылку, которая прилетела ему в лоб две секунды назад.       Горлышко бутылки попало на меня, а другой ее конец на Эш. Она потянулась за бумажкой. — Ооо! Тебе нужно поцеловать игрока сидящего напротив тебя в заднюю часть шеи. — То есть… тебя? — я сглотнул. — Ну да. — Эшли убрала свои волосы на плечи, освободив место для поцелуя.       Чего? Поцеловать девушку в шею? Это же… буквально прелюдия! Если бы у меня были щеки, то они бы сейчас пылали. Мало того, что я за эти 2 дня успел столько всего сделать, чего просто не мог представить, а теперь это! А вдруг они увидят моё «лицо» и начнут издеваться или вообще прогонят? Что мне делать? Ладно, сделаю это быстро. Никто ничего не поймет. Я подошел к девушке сзади. Ослабил ремешки креплений протеза. Приподнял его. У нее такие густые волосы, они пахнут так сладко, будто чай с малиной. Ее белая шея была как маленький островок в темном море. Из-за такой длинны волос моего лица не было видно. Хоть какой-то плюс. Я взял ее на плечи. Мои губы прикоснулись к её коже… такая теплая. Мне в этот момент, почему-то, было приятно. Она немного дрогнула. Я почувствовал, как по ее телу пошли мурашки. Это все из-за того, что ей неприятно! Блять! Я отвратителен! Сквозь ее волосы буквально на секунду я заметил взгляд Ларри. Он был готов сожрать девушку взглядом, такой страшный! Быстро закрепив протез, я сел на свое место. Стыдно! Но… когда я поднял глаз, Эшли улыбалась и, даже, немного покраснела, а Джонсон, который, буквально секунду назад был готов убивать, сидел со спокойным взглядом, смотрящим в пустоту. — Давай, Сал, крути «барабан», — сказал позевывая Тодд. — А? Хорошо.       Я крутанул ее со всей силы так, что она чуть не улетела в другую сторону. В этот раз бутылка показала задним концом на рыжеволосого. Горлышко бутылки указало на Ларри. Тодд достал бумажку. — Ларри, ты должен в губы поцеловать игрока, сидящего слева от тебя.       Слева… но… слева сижу я! Какого хрена? Я что проклят на притягивание к себе неудачи? Я не буду снимать свой протез! Я лучше убегу! Хотя меня хватило только на то, чтобы закрыть протез лодонями и ждать дальнейших действий со стороны Джонсона. — Эй, Синевласка, ты чего? Я тебя не съем, — Ларри медленно убрал мою руку. Его ладони очень горячие. — Я… я не буду снимать протез. Прошу… — его рука обхватила мой затылок, мурашки побежали по телу. — Тогда, — темноволосый приблизился к лицу, — могу я поцеловать тебя в протез? — Я… — что мне делать? Сердце сейчас просто вырвется из груди, — я… — Не бойся… Он прислонился своими губами к «лику»… Так странно. Почему я чувствую жар его губ на моих? Это так приятно. Его ладонь нежно гладит мои волосы. Почему мое сердце так сильно стучит? Как в тот раз, когда мы были в туалете. Мне так хорошо. Я прикрыл глаза. Мои руки слегка подрагивали. Это ведь мой… первый поцелуй? Мне казалось, что время остановилось… но темноволосый все же отстранился через некоторое время… я просто упал на спину и начал пялиться в потолок.

***

— Эй, Сал, все ок? — ребята склонились надо мной. — Хехе… не знаю, считается ли поцелуй протеза человека без лица… но считай, что ты украл мой первый поцелуй, — я закрыл глаза. — Я… эм… я отойду ненадолго… — Ларри резко вскочил и вышел из комнаты.       Эшли начала что-то шептать Тодду на ухо. Я приподнялся и сел на кровать. Какое у меня странное ощущение в груди. Хочется просто кричать и одновременно лечь и уснуть. — Эй, Салли, а ты заметил? — Эш придвинулась ко мне поближе. — Что заметил? — Ты заставил его краснеть! Ларри никто и никогда не мог заставить краснеть! — Ну только один раз, когда к нему в шутку подкатил Нил… это было в классе пятом. — Тодд сел с другой стороны от меня. — Вы это к чему? — иногда я даже рад, что у меня есть протез… никто не увидит, как я краснею. — Кто знает, — девушка загадочно улыбнулась и спустилась на пол, — Ладно, пока Ларри нет, мы можем поменяться местами.       Послышался щелчок двери. Джонсон вернулся в комнату. С его лица стекали капелька воды, как если бы он умывался. — О чем болтаете, девчонки? — он насмешливо улыбнулся. — О тебе, красавчик! — Эшли саркастически улыбалась, выдав небольшой смешок. — Такс… — кряхтел темноволосый, доставая бумажку из кепки и плюхая свою задницу на пол. — Общий вопрос: когда вы первый раз крупно напакостили? Хм… бля… мне так и не вспомнить. Наверное лет в 9. Я тогда что-то из магазина стырил, но уже не помню что. — Я лет в 10. Мой брат как раз родился, и я боялась, что меня забудут, так что сбежала из дома, но… оказалось, что из меня никудышный беглец, ибо меня нашли и наказали на месяц. — Эшли рассмеялась. — Я… сделал стрижку отцу… если проще, то просто отрубил усы, почти с носом. — замялся Тодд. — Серьезно? Как ты так умудрился? А главное чем? — Ларри заерзал на месте. — …тесак… для мяса… — Пхахахаха, — Джонсон просто упал на пол, — зачеееееем??? — Мне просто был интересен его принцип работы! — рыжеволосы направил на меня взгляд, — А ты, Салли? Что можешь сказать? — Я… поджег своего кролика. — я закрыл лицо руками, как же стыдно! — Ого, как это произошло? — на меня уставились любопытные глаза девушки. — Ну, технически это был еще не мой кролик… он был в подарочной коробке. Это был… подарок мне на день рождения, — я только сейчас понял, насколько это странно звучит. — Фигасе, Синевласка, а ты, оказывается, садист! — Ларри легонько пихнул меня в плечо. — Я был очень проблемным ребенком… — я попытался превратить это в шутку, но что-то мои слова не были особо оптимистичными. — Хехе, проблемная принцесска! — Джонсон опять заржал, но тут уже его подхватили все, было и вправду смешно, — Кстати, Синевласка, раз уж зашла тема о празднике, то когда у тебя др?

***

      Смешно, но такого вопроса мне не задавали уже очень давно. Да и последнее празднество, которое было устроено ради этого, было несколько лет назад. Даже странно, что тогда отец еще был в норме. После того года его накрыло огромным количеством долгов, и он покатился по наклонной. Если так подумать, то я и совсем завыл, что мне скоро исполнится 16. Хотя я не ощущаю себя на этот возраст. — Эм… вроде через 2 месяца должно быть, — я сам не ожидал, что этот день придёт так скоро. — Круто! Как будешь отмечать? Вечеринка? — Эшли просто начала скакать на кровать после моих слов. — Я не планировал устраивать праздник, да и вообще… не праздновать… — Ты чего! Это же самый классный день в году! Подарки, музыка, друзья… — Бухло! — Ларри поднял руки в верх, как будто ждал, что после этого слова перед ним появится бутылка вискаря. — Ну в чем-то Эш права, — Тодд оперся локтем на свое колено, — тебе же исполняется 16? — Да… — Чел, 16 лет исполняется лишь раз! Сейчас нужно брать от жизни все! — Джонсон буквально напрыгнул на меня, неловко. — Например… бухло? — я выдал небольшой смешок. — Именно! — он снова засмеялся. — Я же только переехал, так что мало с кем знаком. Было бы странно, если бы новенький начал подходить к людям и умолять их прийти на его день рождения, — я саркастически сложил руки на груди. — Блин, из твоих уст это звучит и правда глупо, но так даже лучше! Ты же подружился с нами! Устроим вечеринку с ночными гулянками! Будет весело! — Неплохая идея. Можно будет устроить что-то вроде ночного пикника, — рыжеволосый потянулся за своим телефоном. — Точно! У меня как раз припасена парочка салютов, будет повод устроить шоу! Как тебе идея, Сал? — Ларри вскочил с пола, чуть не задев меня своим карамыслом. — Как-то неожиданно… Вы уверенны, что хотите потратить целый день на это? — мне было очень не по себе; странно, что люди с которыми я знаком всего 2 дня, так рвутся устроить мне праздник. — Да ладно, Салли, соглашайся, будет круто! — Эшли тоже соскочила на пол и подняла руки. — Хотя… почему бы и нет… — я сказал это тихо, ибо была надежда, что они шутят и сейчас скажут, что отказались. — Ура! Ночной пикник! Классно! Громкая музыка в пустом парке, салют! Я жду не дождусь этого дня! — девушка обняла меня сзади, присев на корточки.       Ребята еще долго обсуждали, что можно будет сделать в этот день. Но сошлись на том, что устроят мне некий сюрприз. Ого, они и вправду относятся к этому серьёзно. В какой-то степени мне даже приятно, что они так копошатся из-за меня. Мы поиграли еще немного в бутылку откровений. Было весело, все смеялись. У меня даже появились две забавные косички. Блин. С ними я похож на ту девочку с логотипа кафешек «Wendy's». Что ж. Фоток было не избежать. Надеюсь, что так будет еще очень долго…