С тобой приятно чувствовать боль

      Автобус не заставил себя долго ждать. Ни секунды не думая, мы рванули в его открытые двери. Черт… только когда автобус двинулся с места, мысли начали распутываться, и в голову пришла ясность. Это мог бы быть конец. Чтобы случилось, если бы я исчез? В смысле… раньше мне было все равно на свою судьбу, здоровье и т.п., но сейчас… слишком много я приобрел смысла, чтобы моя жизнь вот так оборвалась. Мы запрыгнули в первый попавшийся автобус, так что не факт, что он шел в нужном нам направлении. Пока что это не важно. Вдруг те ненормальные последовали бы за нами? Страшно признавать, но тогда я смог убежать только благодаря приливу адреналину в крови, но уже сейчас мои ноги становились ватными, а тело начинало дрожать. Эшли и я сидели у окна, по ней было видно, что ее голова так же трещала.       — Нам нужно сообщить о них в полицию, — тихо пробормотала Эш себе под нос, посмотрев при этом на меня.       — Да… — я тут же попытался вспомнить их лица для дачи показаний, но они будто были вырезаны из моей памяти канцелярским ножиком. А ведь я с самого начала не мог их нормально рассмотреть… Хотя может это из-за шока или чего-то такого. Тогда вся надежда на то, что Эшли запомнила этих гадов. Думаю, я смогу дополнить описание мелкими деталями их одежды…       — Ты помнишь их лица?       — Что? Я не успела их рассмотреть! Баллончик, помнишь? Они сразу закрывали лица руками, — она уставилась на меня с непонимающим лицом, — Хочешь сказать, что ты не запомнил тех ебнутых? Это очень плохо! Что мы будем делать? Даже в полицию не сообщить… А вдруг они будут в другом месте, рядом с нами, а мы их не узнаем???       — Э! Спокойно, не накручивай… Не знаю, это очень странно, но что-нибудь придумаем, — я опустил голову, задумавшись.       — Ты хоть что-то особенного запомнил в них?       — Хм… стремные прически, одежда не по погоде… хм… — на меня снизошло озарение, — ГЛАЗА! — люди в автобусе обернулись на мой возглас, так что я стал говорить тише, — Белки их глаз были кроваво красными, даже не так если бы они были накуренными, а будто они заплыли кровью.       — Бля… это очень стремно… — девушка поежилась, — А мы ведь тебе сегодня сюрприз устроить хотели… походу все накрылось.       — Эм, Эш. Давай не будем об этом говорить ребятам. Не нужно, чтобы Ларри… и Тодд волновались лишний раз, ну, или расскажем им позже, все же вы так готовились, а я своей удачливостью все испорчу…       — Но, — Кэмпбелл хотела возразить, но резко поджала губу и прикрыла глаза, — да, хорошо. Расскажем им после твоего дня рождения.       Она мягко улыбнулась, но затем резко зевнула, ее глаза заслезились, и она аккуратно смахнула слезинку с ресниц. Выглядит очень мило… Я пригляделся к карте автобусов, которая висела рядом со мной.       — Мы едем домой?       — Нет! Кхем… нам нужно в парк, там ждут ребята, — она вновь зевнула, — надеюсь, мы не сильно задержались…       — Хм… вроде мы в нужном автобусе. Может ты вздремнёшь? — я легонько похлопал по своей коленке рукой, — Ехать еще где-то полчаса.       Эш уже ничего не понимала, это было заметно по пелене в ее глазах, она засыпала на ходу, так что тут же устроилась на моих ляшках. Ее пухлые теплые щечки приятно грели, так что меня самого потянуло в сон. Волей, не волей глаза слипались, так что я попросил старушку, сидевшую сзади нас, разбудить меня за одну остановку до нужной. Коса расплеталась, глаза не открывались, скрип кожзама превращался в музыку, а мысли в бесконечный поток рек, складываясь передо мной в красочные картины, которые сейчас уже не отличить от реальности… Кап… Кап… из ключа в бурлящую реку. Камень о камень и блестящая рыбья чешуя. Жемчужинка катается по бархатной подушке. По алым губам. Жар обдает тело, между пальцами бежит ветерок, тело будто проваливается сквозь материю бытия. Перед взором лишь бесконечный космос. Темный, загадочный, неизведанный, но такой пустой и одинокий. Чем он манит? Желанием раскрыть в нем новое или найти себя? Но я и есть космос. Ты есть космос. Бесконечный и глубокий… Кап… Кап…

***

      Чья-то рука коснулась моего плеча. Это сразу вывело меня из… не скажу, что это был сон. Скорее состояние, когда мозг открыт для создания сновидений. Наша остановка была следующая, а та старушка, улыбнувшись, вышла из автобуса. Приятно знать, что хоть у кого-то сегодня хороший день. Кэмпбелл все так же сопела у меня на коленях. Надеюсь, что недосып не скажется на ее здоровье… Я легонько провел пальцем по ее щеке, из-за чего девушка покривила свое лицо, но посылать меня так же, как и с утра не стала. Это радует.       — Удобно устроилась, хм? — я навис над ее ухом, — Очень жаль, но нам выходить через пару минут. Ты ведь не хочешь опять воспользоваться эпичным будильником, верно?       Со стороны Эшли послышалось не довольное мычание, она поднялась и начала потирать свои заспанные глаза. Что ж, это наша остановка. На улице уже стемнело, хотя у линии горизонта все ещё оставались теплые красно-розовые круги заката. Из-под протеза шел пар: на улице заметно похолодало. Наверно со стороны это выглядело забавно, потому как девушка периодически хихикала, смотря на меня. Из-за сумерек я не особо хорошо понимал, в какую сторону мы двигались, ибо слепота правого глаза, а точнее его полное отсутствие, иногда мешало полноценно жить. Ха-ха, полноценно. Смешно. Под ногами чувствуется подсохшая трава, а от севшего солнца на небе не осталось ни следа. Парк. Ночь. Атмосфера. На темном полотне неба начали высыпаться звёзды, одна за другой. Даже не скажешь, что буквально час назад произошло что-то ужасное, хотя об этом напоминала пульсирующая рана на моем затылке. И все же… красиво… здесь нет фонарей, глаза привыкали к темноте быстро… Эм… А где моя длинноволосая спутница?       — Эш…? — я огляделся… кхем… ну как… вытянул руки вперёд и развернулся, — Эшли? Ты куда делась?       Я дошел до ближайшего дерева. Черт, эта минута тишины меня немного напрягала.       — Если ты сейчас меня напугаешь, то я точно дам тебе по лбу… ну или постараюсь дотянуться до него…       Сзади меня раздался тихий смешок, но я не успел ничего понять, как большие руки обхватили меня и повалили на землю.       — Сюрприз!!!       Резко включился свет, так что я зажмурилась, но, чуть погодя, я… Вау… Гирлянда была намотана на ствол дерева, у выключателя стоял Тодд, а на мне лежал Джонсон, фыркая в мою грудь. Кто-то навеселе или просто настроение хорошее?       — Ха-ха! Ты не ждал, а мы припёрлись! — Ларри встал и помог мне.       — Сук, да скорее свалились с дерева! Напугал, блин… — я закрыл лицо руками, стало немного стыдно…       — Да ладно тебе, Сал, зато кадр отличный вышел! — Кэмпбелл стояла прямо напротив нас с полароидом и фотокарточкой, — Останется на память, как первый ДР в Ноксвиле))       — С Днём Рождения тебя, Салли! — все ребята подошли ближе и крепко сжали мне в объятиях, так что мы все вместе повалились на землю       — Ребят, — хоть под протезом этого не было видно, но я улыбался шире, чем когда-либо, — вы лучшие!       — Спокойно, мы только начали, — Ларри загадочно улыбнулся.       Расцепив свою крепкую хватку, друзья начали расстилать огромный плед. Тут появилась одноразовые тарелки, пакет сока и… О Боже… Пицца со свечкой! Это просто восхитительно!       — Считайте, что это мой лучший день рождения! Тут уже есть две мои любимые вещи!       — Друзья и пицца? — Тодд сел напротив меня и начал поджигать свечу.       — Нет, — фыркнул я, усевшись рядом с Джонсоном, — воск вперемешку с пепперони, обожаю! А если серьезно, то, правда, последний раз я так радовался сюрпризу, когда мне подарили новый медиатор.       — Хо-хо, тогда мне стоит подготовить фотик, чтобы запечатлеть твои глаза, когда ты увидишь, то, что тебе подготовили мы, — девушка прищурилась, пытаясь не раскрыть свой восторг, из-за чего ее улыбка могла продолжать уходить в плюс бесконечность.       — Что, подарок? Вы серьезно?       — Эй, не гони коней. Сначала загадай желание, — Ларри похлопал меня по плечу.       — Да, не забудь закрыть глаза. — Морисон так же широко улыбался.       Желание… но что загадать? У меня есть отличные друзья, с отцом отношения у меня налаживаются, чего ещё желать? Разве что… Я ослабил крепления протеза, приподнял его немного и выдохнул. Ребята начали хлопать и смеяться, были сделаны ещё несколько снимков. В этот момент все плохие мысли просто ушли. Чувство тепла охватило меня.       — Эй, Сал, не открывай пока глаза, — Эш подсела ближе, помогая мне вернуть протез на место.       — Интрига… не могу ждать!       — Все! Открывай! — девушка тут же сделала ещё один снимок.       Чт…?! Да ну, вы серьезно?! Мне хотелось визжать как маленькой девчонке, которой подарили живого пони. Нет. Сильнее. Передо мной лежала акустическая гитара, только без струн. У меня просто нет слов. Я аккуратно взял ее в руки. Она точно не покупная. Темно-синяя покрытая неровным слоем лака гитара, которая просто идеально ложилась в мою руку. Они… они сами её сделали?       — Парни целый месяц ее мастерили, — Эшли осторожно протянула мне тот самый таинственный пакетик из музыкального магазина, это были дорогущие металлические струны и парочка медиаторов.       — Да, это точно, но мы все ее делали. Эш придумала дизайн и раздобыла материалы, я подкорректировал чертеж и немного помог Ларри в вырезке корпуса, склейке и покраске деталей… Эм… там надпись сзади, — Тодд тоже придвинулся в мою сторону.       «В этом подарке смешались древесина, сталь, наша дружба, кровь, пот, слезы и прочие жидкости. С Днём Рождения Салли-Кромсали, мы тебя любим» — это было выгравировано вдоль задней части грифа в длину мелким шрифтом. Это… я прижал гитару к груди, сдерживаясь, чтобы из глаз не потекли слезы. Пожалуй, только ради таких моментов мне стоит жить. Внутри моей груди появилось сладкое чувство, которое своим объемом перекрывало все мое одиночество и гнетущее чувство вины. В голове, будто что-то лопнуло и теплым потоком заполнило каждый сантиметр моего тела. Как же приятно осознавать, что тебе есть ради чего жить. Как же много мне хочется им сказать… Хочу подарить им всем столько же тепла, сколько они отдали мне…       — Я… у меня нет… слов… — мои глаза немного заслезились, но, все же сдержавшись, я выдавил из себя как можно больше благодарностей, сжимая подарок все крепче, — с-спасибо… вы так много сделали для меня… я…       — Блин, Салли, ну ты и плакса, — девушка сразу же обняла меня, прижавшись щекой к протезу, — ты ведь наш друг!       — Да, уж, — Морисон придвинулся ближе, — ты же нам дорог, так что не это удивительно. Пусть и познакомились относительно недавно, мы успели к тебе сильно привязаться, да, Лар?       Я почувствовал объятие его рук со спины, а за тем подбородок на своей голове. Такими темпами меня похоронят под кучей объятий… но это… очень приятно…       — Знаешь, ты даже лично для меня сделал… очень много, здесь одной благодарностью не расплатишься. Я просто рад, что ты есть и что мы друзья.       Я чувствовал дыхание парня прямо на своей макушке. Это щекотно! Я начал ёрзать, пытаясь выбраться из плотного «узла дружбы».       — Ребят, спасибо вам, но вы меня сейчас задушите! Путитееееее!!!

***

      Весь вечер, как ни крути, складывался удачно. Оказалось, что на день была запланирована целая программа развлечений, но так как мы умудрились опоздать (да и ещё очень, блять, удачно), то парням пришлось импровизировать с освещением. Но по мне так вышло куда лучше, чем планировалось. Остаток вечера мы провели весело: настолка, ещё 2 коробки пиццы, душевные разговоры, фото, частично удачный эксперимент с постройкой крепости из картонок, пахнущих сыром и специями. Всё это время я не выпускал гитару из рук и, в попытке натянуть струны, заметил в самой нижней части корпуса маленькое, еле заметное сердечко лилового цвета. Оно было нарисовано немного криво, будто кто-то делал это в спешке. Ну, или это просто засохшая капля краски, которая приняла удачную (или неудачную) форму… хотя… А если это не случайность? Кто его нарисовал? Тодд? Ха-ха, смешно Салли. Эшли? Я взглянул на девушку. Она как всегда о чем-то азартно спорила с Морисоном, попутно доставая карту из штрафной колоды. За ней интересно наблюдать в такие моменты. Понимая, что ей не переспорить всезнайку, она начинала бегать своими большими ярко-изумрудными глазами по сторонам и придумывать факты и аргументы буквально из воздуха, но ни за что не отступится от своей точки зрения. Хм… а если не Эш? Тогда… Ларри? Я повернул голову в его сторону. Он сидел в позе лотоса и пытался вытащить пару муляжных банкнот из-под носа у банкира, пока тот снимал штраф с провинившегося игрока. Жулик, не воруй. Его волосы были свободны от оков пучка, а челка, которую он обычно зачесывал назад, сейчас немного закрывала ему глаза. Парень то и дело поправлял ее. Хотя… в таком образе он выглядит довольно… мило… Похоже, что его волосы ещё выросли и уже доходили до поясницы. Такие темные и густые… В сочетании с его излюбленной красной толстовской, весь образ выглядел очень гармонично… Не знаю. Мои глаза опустились ниже… Что за хуйня? Его… кхем… его джинсы, в районе паха имели… огромную и странную выпуклость… Оно… так ведь не должно быть, верно? Или это его.? Кажется, Джонсон заметил, что я буквально пробурил его взглядом. Он немного склонился надо мной и почти по слогам прошептал на ухо, при этом с каким-то уж очень азартным блеском в глазах.       — Я знаю, о чем ты думаешь~ — он начал медленно приподнимать толстовку…       — Что? Стой, погоди, это же не…       — Та-дам!       — …это… — я со всей силы заехал себе в «лицо» ладонью.       Какой же я идиот! О чем я думаю? Да и вообще, зачем он прятал флягу у себя в штанах??? Пфффф… Нужно на все спокойней реагировать. Я так напрягся, что рана на макушке вновь запульсировала.       — Это бухло! Вискарик!       Я зажмурился и прикрыл протез руками, пытаясь отогнать от себя странные мысли, которые не должно вообще возникать в моей голове.       — Что, тебе не понравился сюрприз? Я думал отпраздновать твое шестнадцатилетние грандиозно (нажраться в говно)! Али вашей душеньке угоден другой, более аристократический напиток? ~       — Боже, иди ты… он у тебя хоть немного разбавлен, — немного успокоившись, спросил я, — или это будут игры на выживание? Хотя, Монополии точно не хватает азарта, Эш точно жулит! (Заметки от автора: эта фляжка была объемом 15 oz (450 мл, да, такие есть), не удивительно, что Сал так «распереживался»)       — Не правда! У меня просто очень удачная рука сегодня! — Кэмпбелл надула щеки и отвернулась в сторону.       — Эй, чел, ты упускаешь одну очень важную вещь, — протянул Ларри, откупорив железную крышку, — у меня есть сыворотка правды.       — Я сразу пасс, — Тодд откинул руки за голову и плюхнулся на плед, сладко зевнув, — продолжайте без меня, я вздремну чуток.       — Блин, ты слишком правильный для этой компашки. Давай с нами! — Эшли тут же переменилась в лице.       — В каждой компании должен быть ботаник, который в конце истории будет разводить пьяных друзей по домам, — он хитро взглянул на девушку, — к тому же у меня нет преград в доступе к подобным вещам, захочу дунуть или выпить, то просто дойду до кухни. Спорим, что когда я съеду, родители в моей комнате сделают плантации? Хех…       — Мда, весело тебе о таком говорить, — промычал патлатый, подсунув мне флягу, — давай, Сал, именинник первый.       Мне пришлось отложить гитару в сторону, хоть и очень не хотелось этого делать, приподнять протез и сделать почетный первый глоток. Бля, он и вправду неразбавленный… таким образом, меня быстро может разнести… не скажу, что я пятикапельный, но и виски не низкоградусный. Хотя… похуй. Сегодня мой день, сегодня можно. Блин, сейчас даже закурить не лишним будет. В говно, так в говно! Я передал напиток обратно Джонсону, который резво хлебнул его, и достал сегодняшнюю пачку сигарет с зажигалку.       — Культурный отдых на природе? — послышались еле доносившиеся до меня слова Морисона.       — Мой день почти кончился, так что я отдыхаю по полной! — сказал я, выдохнул дым в стороны, дабы не затуманить игровое поле.       — Ха-ха, отличная позиция, — шмыгнув в кулак, пробормотал Ларри, — хей, Эш, будешь? — парень протянул фляжку девушке.       Эшли взяла ее уверенно, но в ее глазах была какая-то тревога. Она поднесла железное горлышко к губам, но тут же остановилась.       — Ребят, я думаю, вы и сами знаете что я… немного не устойчива к алкоголю, так что…       — Расслабься, тут же все свои, — Джонсон показал одобрительный жест.       — Не в этом дело, я же…       — Успокойся, я доведу тебя до дома, — немного приподнявшись, промурлыкал Морисон.       — Да, так что давай! Пей! Пей! Пей! — в два голоса начали нагнетать мы с Ларри. Кажется, девушка хотела сказать что-то ещё, но не смогла и слово вставить, видя, как мы разошлись. Эш сделала глоток и сразу закусила свой кулак, поморщившись.       — Черт, какой он крепкий. Чую, завтра я ничего не вспомню…       — Вспомнишь хорошие ощущение от происходящего, а потом встанешь с кровати и получишь кару небесную, — рассмеялся патлатый, забирая напиток у Кэмпбелл, — пс, Сал, одолжишь сижку? Я свои в домике оставил.       — Хо-хо, а дойти-то потом сможешь? — я полез в карман за пачкой.       — Ха, я крепкий орешек, меня не так просто уложить, — улыбнувшись, выпил парень, — кстати, сейчас твой ход.

***

      Прошло… эм… я перестал следить за временем после 4 глотка, ибо настроение начало подниматься выше крыши, игра потихоньку перерастала в попытку не смеяться над каждым выпавшим числом на кубике, а фляжка опустела больше чем наполовину. Меня разнесло больше, чем я планировал, но мне было абсолютно все равно. Я кайфовал. Ларри смеялся над каждой глупой шуткой, не упуская возможности и самому поострить. А вот Эшли… ей было веселее всех. Она пошатывалась, даже сидя на земле, а когда пробовала встать, сразу падала и смеялась со своей пьяной неуклюжести. Но даже в таком состоянии ей везло!       — Мухахахаха, я же говорила, что у меня сегодня ооооооочень удачная рука!!! — зловеще, хоть и немного запинаясь, произнесла она.       — Я не собираюсь проигрывать, только потому, что банкир повелся на твои изумрудные глазки! — мычал я сквозь протез.       — Банкир спит! И он гей! А ты, льстец, не отнимешь у меня победу своими васильковыми локонами! — возмущалась Эшли, кидая кубик, на котором уже в 2-й раз выпадала шестерка, — Да! Счастливая рука! Так что не бубни там! Ты обязан жизнью этой руке, за спасение твоей задницы!       — Эш, лучше не…       — О чем она все время говорит? — Джонсон затянулся очередной сигаретой.       — Это… эм…       — Черт, я надеюсь, тех уебков, уже арестовали и отправили в тюрьму! — девушка уже не совсем понимала, о чем она говорит, — Страшно подумать, если бы я не успела достать баллончик!       — И что было бы, если бы ты не успела? — парень будто немного протрезвел, а на его лице виднелось напряжение от того, что он мог бы услышать в ответ.       — Ничего бы не было, просто там бы… — я попытался отшутиться, но меня перебили.       — Ни хуя себе, не было! Те ублюдки тебя изнасиловать хотели или ещё что… У тебя же до сих пор кровь на затылке! — Эшли размахивала руками.       Это заставило меня порядком протрезветь. Эш была настолько пьяна, что не помнила о том, что пообещала молчать об этом… Совсем не вовремя… Боковым зрением я заметил приближающуюся к моему затылку руку Джонсона, из-за чего машинально прикрыл его ладонью. Черт… Он все ещё болит… Все было скрыто волосами, никто бы не заметил…       — Думаю, пора сворачиваться… Тодд, — я запульнул в него мелким камешком, из-за чего тот поморщился и поднялся, — доведешь Эшли домой?       — Мм.? — все ещё немного сонно промычал Морисон, — а, да… сейчас, дай минутку…       — Что??? Но до конца игры всего ничего! — негодовала Кэмпбелл, видя как я складываю игру.       Но ей трудно было сопротивляться. Недосып бил ее по голове, и они с Тоддом и коробкой Монополии удалились в сторону шоссе. Я сложил плед, взял гитару и уже хотел позвать Ларри за собой, но наткнулся на его немой вопрос в глазах. Тревога, волнение, злость, страх, — все эти эмоции смешались на его лице. Я не знал что ему говорить, как оправдываться, так что просто кивнул головой в сторону апартаментов и двинулся к дому.       — Что за хрень? — услышал я голос прямо над собой.       — Забудь. Ко мне просто пристали какие-то отморозки, вот и все.       — И пытались тебя изнасиловать?! Почему не позвонил?! — его голос звучал громче с каждым словом.       — Успокойся! Я жив, мы целы. Я бы потом все рассказал. Не хотел портить веселье…       — Своей смертью? Ты, блять, серьезно? Сал!       Мы уже подходили ко входу в квартиру Ларри. Я не хотел отвечать на его вопросы. В голове пробегали эти страшные сцены, когда все могло закончиться…       — Покажи затылок.       — … — я ускорил шаг, чтобы быстрее дойти до двери.       — Эй!       Джонсон схватил меня за плечо и резко подтянул к себя, так что я чуть не упал. Что он делает? Парень развернул меня спиной и попытался расстегнуть нижний ремешок протеза. Я резко оттолкнул его.       — Что ты творишь?! — поддерживая протез, крикнул я ему прямо с лицо.       Видимо он понял, что только что чуть не натворил ужасное… Гнев на его лице сменился переживанием, и он быстро шагнул в дверной проем, куда затем вошёл и я. Квартиру осветила тусклая лампа. Кинув плед у входа, я опер гитару о спинку дивана и сам плюхнулся в него. Алкоголь в крови ещё был, так что координация меня подводила, мир немного плыл, а мысли в голове путались. Но, увидев на столике рядом с собой флягу, рука сама потянулась к ней. Отстегнул нижний ремешок. Глоток. Ещё глоток. Так лучше. Начинаю понимать своего отца. Забиваешь на все, что тревожит твой разум. Глоток.

***

      — Повернись.       Я поднял глаза и увидел Джонсона, в руке которого была ватка с йодом. Вздохнув, я сел полубоком и сдвинул волосы с затылка, предварительно сделав ещё глоток. Жжется… Я сжал зубы. Глоток.       — У Лизы сегодня ночная смена?       — Нет, она сказала, что на свиданку пойдет, — Ларри аккуратно прикасался ваткой к ранке.       — Ясно… Слушай… эм… — глоток, — прости. Вы так готовили этот праздник, а я бы все опять испортил… — глоток, — Мне было страшно. И даже так… первое о чем я подумал, это… о вчерашней ночи, о тебе… Что было бы, если я сегодня умер?       Ларри перестал обрабатывать мне рану. Затем застегнул нижний ремешок и забрал у меня флягу. В ней почти ничего не осталось, так что парень допил содержимое за 3 глотка разом.       — Я бы… нашел каждого из тех, кто это сделал, и каждому бы вырезал сердце и заставил его сожрать.       — …а потом.?       — А потом… вышиб бы себе мозги.       — Почему?       — Как мне жить, если человек, который мне дороже всего убит? Хе-хе… хотя я даже и лица твоего толком не видел… — он вытянул ноги вдоль дивана и лег, закинув руки за голову, я чувствовал усталость в его голосе, — ты в порядке?       — Нет…       Парень протянул мне одну руку, и наши пальцы спелись между собой. Он пронзительно смотрел в потолок, размышляя о чем-то. Я подсел немного ближе к его голове.       — Можешь закрыть глаза?       Ларри, повинуясь, тут же опустил веки. До сих пор могу чувствовать его тревогу в напряжении руки. Дальше я не контролировал свои действия. Защёлки на ремешках были аккуратно расстегнуты, протез кинут на столик у дивана. Моя свободная рука легла на его глаза. Он продолжал лежать неподвижно. Я склонился над ним. Мои волосы скатились по его щеке… Я приблизился к его губам… ни шороха… ни звука… только медленный стук живого сердца. Я аккуратно прикоснулся к теплым губам, и запах алкоголя ударил мне в нос… его сладковатый вкус… его теплая рука… Ни мое, ни его сердце не останавливались. Они бились в едином ритме… Я медленно отстранился от лица и погладил его щеку тыльной стороной ладони. Глаза, такие темные, смотрели только на меня. Что он скажет? Что он чувствует? Его рука сжимала мою крепче… Я посмотрел на свой протез… все повторяется…       — Знаешь… Я ведь впервые так спокойно сижу без него… я хотел только… хах… надеюсь тебе не противно…       — Сал, — Ларри резко приподнялся и зарылся пальцами в мои волосы, — Сал… я люблю тебя…       Его губы слились с моими в теплом и нежном поцелуе, он прижал меня к себе так сильно, что я мог чувствовать каждый толчок сердечной мышцы, я обнял его за шею… Запах сигарет и мяты наполнял мое сознание… его тело… Не хочу отпускать… не хочу уходить…

***

      Мы постепенно перемещались в его комнату, попутно стягивая футболки друг с друга. Его губы медленно спускались по моей шее, переходя на плечи, грудь, живот… Он нежно гладил мои запястья, проводя пальцами по загрубевшим рубцам. Я целовал его лицо и шею, закапываясь своими тонкими пальцами в густые волосы… кожа такая теплая… С каждым новым прикосновением мое тело вновь и вновь наполнялось жаром. Я чувствовал его дыхание, его запах сливался с моим… Парень аккуратно повали меня на кровать и начал опускаться ниже. Я ощутил, как руки Ларри медленно спускались по моей спине, а мои штаны сползали с меня. Невероятно приятное ощущение мгновенно пронзило все мое тело. Его теплые ладони обхватили худые бедра. Я закрыл глаза и прикрыл рот, чтобы не издавать лишних звуков, хоть в данной ситуации это было почти невозможно… Я чувствовал пирсинг в его языке, аккуратно изучающий каждый сантиметр меня…       — Сал… могу я продолжить? — тихо спросил Ларри, нависнув надо мной.       Продолжить.? Его лицо было в паре сантиметров от моего, постеры с изображениями эмблем групп на фоне медленно расплывались. Если я соглашусь, то пути назад уже не будет… От него веяло теплом, которого я никогда еще раньше не ощущал. Бездонные карие глаза съедали меня полностью, мне просто хотелось смотреть в них вечно и тонуть… тонуть в нем… в его бездонном космосе… Я кивнул. Парень приподнялся с кровати, не отводя от меня взгляд, и достал из шкафчика тумбочки маленький тюбик. Странное ощущение внизу живота… это больно… но боль приятна… Массирующее движения его пальцев заставляли меня невольно изгибать спину, так что его вторая рука легла на мои лопатки, нежно поглаживая позвоночник. Голос мне не поддавался, и, периодически, сквозь тишину проскальзывали стоны наслаждения… Что-то нечто большее, в один момент пронзило меня, из-за чего я схватился руками за перекладину кровати.       — … б-больно… — мой шепот, похожий на дрожащий хрип, заставил Джонсона немного притормозить, но он не остановился.       Последовали медленные толчки, ритм которых постепенно нарастал… Это все еще было больно, но я не хотел, чтобы он останавливался. В один момент парень приподнял меня с кровати и сделал глубокое движение вперед. В тут секунду я почувствовал эйфорию. Моя промежность начала пульсировать, и я издал громкий возглас… Наши губы вновь слились в страстном поцелуе…       — Я-я люблю… люблю тебя! — произнес я дрожащим голосом, обняв его шею, — п-пожалуйста… не останавливайся…       Я люблю тебя…