Незабудка сердца

      Вы не думали, что просыпаться- отстойно, а оптимисты врут сами себе.       Рома с трудом разлепил свои глаза, днем, потому что вчера долго не мог уснуть. Знаете, когда мудак, которого вы ненавидите вдруг делает для вас что-то хорошее и вы не можете понять, что должны чувствовать. То ли он хочет измениться, то ли ищет выгоду. Вот и Рома лежал, смотрел в потолок, пытаясь уснуть, но мысли пожирали его. Незнание лишь усиливало поток. Словно плотину прорвало и вода затопила городок.       Но где-то в час ночи Роме все осточертело и он разбил светильник от злости, а после пошел спать.       Утром же он поплатился, потому что поцарапался о осколки лампочки. Не самое удачное пробуждение, но бывало хуже.       Рома на самом деле не хотел вставать. Вчера он оставил записку, что хотел пойти на эти курсы помощи, аля, "У нас рак", про которые ему сказал Джонни. Сам он не особо верил в это, но почему-то все равно решил пойти.       Собравшись, он поправил кофту, слыша, как звенят ключи с мелочью в кармане. Глубоко вздохнув, Рома открыл дверь и вышел из дома. Этот небольшой шаг для него на самом деле очень важный.

***

      Рома очень не привык быть в местах, где будут люди по собственному желанию. Он хотел сидеть дома или ходить в школу, потому что времени с ней оставалось меньше.       Собрание представляло собой круг стульев в маленьком помещении.       - Больше на секту похоже. - Сравнил у себя в голове Рома, оглядывая немногочисленных людей. Его пока не заметили. До начала еще 15 минут, людей немного: кто-то сидел, некоторые болтали. Работники ставили стулья. Было ничего необычного, пока Рома краем глаза не заметил одну знакомую макушку.       - Блять! Вездесущий пидр. - Голубоглазый сверлил взглядом Джонни, который неспеша ставил стулья. Тот, видимо, заметив замершую фигуру, повернулся и, увидев парня, тепло улыбнулся ему.       Рома внутри мысленно боролся между "Давай не будем устраивать скандал в людном месте" и "Хули он тут забыл? Врежь ему!", склоняясь больше ко второму, но он решил выбрать оба варианта.       Грозно подойдя к Джонни, Рома, переполненный негодованием, уже хотел схватить его кофту, но:       - Рад, что ты пришел. - Вместо приветствия сказал хулиган, опуская стул. На его лице сияла радостная улыбка, что Рома на секунду замешкался. Почему-то сердце пропустило удар, а вся злость улетучилась. Что ему делать?       - Так! Надо держать себя в руках! - Пронеслось в голове Ромы напутствие, пока он пытался прийти в себя. Ему надо припереть хулигана к стенке, а не разбираться в себе.       - Все хорошо? - Обеспокоенно спросил Джонни, видя просто колоссальную гамму эмоций на лице голубоглазого. Пощелкав пальцами перед его лицом, призывая в этот мир, хулиган легонько потряс Рому за плечи. Тот встрепенулся, как воробушек, хлопая глазами. Он вылетел из мира, от множества мыслей в его голове. - Садись, собрание скоро начнется.       Джонни посадил все еще не понимающего и не до конца пришедшего в себя Рому на стул, который ставил в начале. Голубоглазый все еще буквально чувствовал сотни мыслей у себя в голове, противоречий кружила там, но он хотя бы слышал окружающий его мир.       За всем этим он пропустил все свободное время и началось собрание. Рому немного отпустило, поэтому он сел, нахохлившись, как воробей.       - Всем, привет, добро пожаловать на еженедельные собрания. - Начала свою речь, женщина, вышедшая в центр из стульев. Видимо, она всех приветствует. - Сегодня все с нами.       После оглашения небольших правил, организаторы начали собрание, которое представляло собой много, примерно одинаковых, рассказов от пришедших сюда. Все друг друга поддерживали, кроме Ромы, ибо он не очень хорош в речах, а желание говорить что-либо отпало, когда он увидел хулигана. Некоторые из больных начинали плакать и приходилось их успокаивать. А чаще всего это делал Джонни. И из-за этого в Роме бушевало все больше эмоций, в основном ревность, природу которой он не мог объяснить. Он ревнует? Нет, нет, нет! Пусть этот идиот делает все, что хочет, ему все равно. Рома выше этой банальной ревности.       - А вы? - Неуверенно спросил организаторша голубоглазого, до которого дошла очередь. Тот лишь помотал головой, в знак отрицания. Девушка ему ничего не сказала, собираясь продолжить, но ее нагло прервали.       - А почему он не рассказывает? - Грубо спросил какой-то незнакомец, сидящий слева от голубоглазого. Выглядел он чуть лучше, чем Рома: цветов меньше, лёгкая футболка без рукавов, светлые волосы, голубые глаза, полосатая кофта, повязанная вокруг пояса.       - Потому что хочу! - Немного зло, отстранённо ответил голубоглазый, презрительно смотря на "противника". Не лучше время выбрал незнакомец. - А что?       - Знаешь, здесь все делятся своими проблемами, а-       - Главная моя проблема в данный момент, это ты! - Громко прокричал Рома, выплескивая свое раздражения, прерывая незнакомца.       - Это мне говорит ходячий труп!       - А сам-то живой прямо!       - Я поживее тебя выгляжу. - Зло ответил незнакомец, не замечая попытки организаторши сказать ему что-то. - И она меня полюбит       Он знал, на что давить, чтобы было больнее. Рома действительно выглядел, как отчаявшийся, которого никогда не полюбят и он скоро умрёт. Это была горькая правда.       Последняя фраза буквально вывела Рому из себя. Да, он тоже хотел быть любимым, не болеть этой чёртовой болезнью, не терять себя. И пусть это немного эгоистично, все мы эгоисты. Рома просто желал собственной смерти, забытия от всего произошедшего, что словно куча обломков придавила его, перекрывая путь кислороду, медленно убивая.       На глазах выступили слезы, губы сжались в плотную полоску.       - ЗАТКНИСЬ! - Разъяренно прокричал Рома, вскакивая с места, намереваясь врезать незнакомцу, но Джонни остановил его, схватив и оттащив за дверь, не обращая внимание на сопротивление. - ОТПУСТИ МЕНЯ!       - Нет! Все, спокойно! - Резко отказал хулиган, сдавливая тело Ромы сильнее, пока тот вырвался, не слушая его. Голубоглазый брыкался, бил, пинал, оттаптывая чужие ноги. Джонни это надоело, поэтому, ухватив руки Ромы, он прижал его к стене.       Первое время голубоглазый все также пылко пытался выбраться, хулиган только прижимал его еще сильнее. Но чуть погодя, Рома сдался, прекращая дергаться, тяжело дыша.       - Успокоился? - Серьезно спросил Джонни, чуть ослабив хватку, чтобы было не так больно.       - Отпусти меня! - Кое-как, но громко, выговорил голубоглазый, пытаясь стоять ровно на ногах. Он совсем выдохся. Чувствуя, что его не отпустили, Рома, дернув руками, повторил приказ. - Отпусти меня!       - Все хорошо, спокойно, я отпускаю.       Рома сполз по стене, закрыв рукой глаза, из которых потекли слезы от осознания. Он ведёт себя, как истеричка, хочет жить, ненавидит все вокруг. Сорвался, как в самом начале своего пути. Он был зол на Джонни, на глупую ревность, а этот парень просто попал под горячую руку.       Эти неприятные воспоминания вспоминались с глухой болью в сердце. Самое начало. Тогда он ещё не верил в то, что болен, считал это плохим сном. Кошмар, от которого до сих пор не проснулся.       Джонни присел рядом, на корточки, и обнял его, успокаивающе гладя голубоглазого по капюшону, тихо напевая что-то. Такую лёгкую, спокойную мелодию, вроде, Рома даже знал её.       Голубоглазый прижался к Джонни, крепко держа того за кофту свободной рукой. Вроде, он даже что-то бормотал, но хулиган не расслышал, да и не пытался.       - Все хорошо, пойдем что покажу. - Ободряюще сказал Джонни, когда Рома чуть успокоился и перестал плакать. Последний как-то недоверчиво посмотрел на хулигана, но все же кивнул.

***

      - Почему ты здесь? Помогаешь им...? - Тихо, словно что-то не договаривая, слегка упрекая, спросил Рома, смотря вперед, сжав губы в сплошную полоску. Это придурок вытащил его на крышу, проветриться, а сейчас спокойно попивает газировку. Даже ему купил. Но его сердце сейчас отдавало глухой болью, нечувствительной. Будто что-то отяжелеет душу его.       - Это личное. - Отстранено ответил Джонни, сложив руки вокруг открытой газировки. Почему-то от этого боль не прошла, а усилилась. Оба смотрели вперед, чувствуя нарастающее напряжения. - Хочешь вечер откровений, тогда говори первый.       - Да, я твой соулмейт. - Неловко признался Рома, чуть насупившись, уткнувшись лицом в свои колени. Этот вопрос давно витал в воздухе. Пусть Джонни давно это подозревал и был почти уверен в этом, он засчитает это за откровение. - Ненавидишь меня за это?       -Я тебя не знаю, - Спокойно и рассудительно начал хулиган, с легкой теплотой во взгляде смотря на макушку Ромы, который сейчас сидел тихо. - Но ты мой соулмейт, это решила судьба, а-       - Почему ты веришь в эту ебанную судьбу? - Раздражённо, зло выплюнул голубоглазый, смотря парню в глаза, ожидая отыскать там что-то.       -Не любишь ее? - С легкой усмешкой спросил Джонни, глядя на Рому, который выглядел слишком мило и смешно. Улыбнувшись от собственного наблюдения, парень отпил глоток газировки.       -Ненавижу, она лишила меня права выбирать себе пару. Выбирает мне истинную любовь. Чушь это. - Серьезно начал Рома, смотря вперед. На языке чувствовался лишь вкус обиды. Это была болезненная тема для него, но почему-то он все равно рассказывает это. - Я презираю тебя всем своим сердцем, но почему-то она выбрала тебя. . .       -Судя по тому, что ты заразился Ханахаки, ты не только меня ненавидишь. - Четко заметил Джонни, чем чуть задел Рому, который не всегда успешно сам "не обращал" на этот факт внимание. Последний замолчал. Джонни, вздохнув, решил выполнить свою часть "сделки".       -Эти собрания создал мой друг. Он тоже болел Ханахаки. Последнее, что он сделал перед смертью, это помогал людям, они не виноваты в болезни. Это было то, что я мог сделать и то, что могло искупить несколько лет травли с моей стороны.       -Хуевый из тебя друг. - Без задней мысли выдал Рома, думая совершенно о другом, даже не пытаясь это скрыть. До него не сразу дошел смысл сказанных слов, но когда голубоглазый понял, что ляпнул, уже хотел извиниться, как:       - Хуевый из тебя соулмейт. - Ответил тем же Джонни, беззлобно улыбаясь, всем своим видом показывая, что шутка Ромы его не задела.