Узник

Марко таскался за мной с самого обеда, жалуясь на скуку и несварение. - Ты дважды проверил караулы, выставил дополнительный дозор, - пыхтел он. - Ожидаешь нападения? - Нет, придурок. Просто выполняю свои обязанности, - я взбежал по лестнице на смотровую площадку. Марко отстал, и я слышал, как он ругается внизу, пытаясь меня догнать. Эта лестница была самой длинной в нашей крепости - сто сорок ступеней, закручивающихся в спираль. - Ты заплывшая жиром свинья, - крикнул я ему и опять подумал об Анри. Что я наделал вчера... Впрочем, мой прекрасный принц сам виноват, не стоило угрожать мне расправой. Той ночью я дал ему возбуждающее зелье, заставил вымыться и поесть, а потом снова заковал. И снял ошейник. Я хотел его настоящего, хотел, чтобы он понимал, кто его трахает. - Пахнет морем, - Марко наконец-то поднялся ко мне. - Тут есть море поблизости? - Идиот, - я прикрыл глаза. Ветер был влажным, возможно, к ночи начнется ливень. Марко заржал и подошел к краю, вынимая член. - Как думаешь, долетит до караульных? - Идиот, - беззлобно повторил я и встал рядом. В первый год своей службы в крепости я часто поднимался на башню только затем, чтобы отлить с высоты. Уж больно прекрасный открывался отсюда вид - рощицы в тумане и далекие горы. - Кто это тебя укусил за хуй, неужели наша сучка? - развеселился Марко. - Надо было позвать меня. Я умею выламывать зубы, не повреждая лицо. Я с трудом удержался, чтобы не столкнуть его вниз. - Он хоть жив после этого? - Марко так и стоял на краю с расстегнутыми штанами. Любил, "когда там гуляет ветерок". - Жив, - процедил я сквозь зубы. Подонок Анри умудрился слегка прикусить мне крайнюю плоть, и теперь каждый раз я чувствовал жжение, когда мочился. За это я едва не вставил кочергу ему в задницу, но вовремя опомнился. Снял с ремня бляху с гербом и сунул ее в огонь, зажав каминными щипцами. А потом перевернул Анри на живот и приложил раскаленный металл к его ягодице. Жаль, что клеймо вышло не очень четким. Анри так сильно дергался и орал, пытаясь вывернуться из цепей. Тогда я понял, что раньше его никто не пытал. Я был у него первым в своем роде. - Тебе повезло, что вовремя выдернул, - примирительно сказал Марко, отсмеявшись. - Он мог бы откусить все. Как это вообще случилось? - Хотел сунуть ему в рот после жопы, - я плюнул вниз, заправляя член в штаны, и внимательно посмотрел на Марко: - Много болтаешь. Ночные дозоры до конца недели все твои. Марко не стал со мной спорить, только тяжко вздохнул. *** Утром лекарь осматривал моего узника. Ягодица вокруг ожога покраснела и опухла, Анри никак не хотел лежать спокойно, ругался и пинался ногами. Мне пришлось воспользоваться ошейником. После я не стал приковывать его руки - оставил в ошейнике, заперев дверь и поставив охрану снаружи. А когда я вернулся, Анри ждал меня, стоя у окна и низко опустив голову - светлые волосы закрывали лицо. Он побрился, как я и велел ему, и надел чистую рубашку, только-только прикрывающую зад. А штаны моей шлюхе ни к чему. - Покажи, что с твоей задницей, - приказал я. Анри нагнулся, подойдя к кровати, и задрал рубашку: - Клеймо плохо видно, господин. Рана подсохла, и покраснение вокруг стало меньше. Надо бы опять привести к нему лекаря. - Увы, мой герб почти не просматривается, - я уселся в кресло. - Сними с меня сапоги. Он подошел и опустился на колени, и от этого зрелища член мой сразу начал крепнуть и наливаться. Я вытянул сперва одну ногу, потом вторую, облегчая Анри задачу. - Желаете еще что-нибудь, господин? - Желаю. Лекарь сказал, что нельзя вставлять никому в зад, пока ранка окончательно не заживет. А было бы так заманчиво отодрать Анри в раненую жопу. Мой герб на этой высокородной заднице... Я чуть не застонал от удовольствия. - Пососи, только осторожно. Анри развязал мои штаны и благоговейно прикоснулся губами к члену. Я откинул голову, наслаждаясь его теплым ртом. - Сколько у тебя было любовников? - спросил я после того, как кончил. - Сколько членов побывало в твоем рту? Анри все еще вылизывал меня, поэтому ответил не сразу. - Не помню, господин, простите. Мысли путаются. Мне кажется, раньше я любил женщин. - А теперь? - я схватил его за волосы, заставляя посмотреть мне в глаза. - А теперь вас, господин, - ответил Анри с заминкой. Мы поужинали (Анри пришлось стоять на коленях возле стола - нормально сидеть он все равно не мог) и уснули, обнявшись. Ошейник снимать с него я так и не стал. Вот бы бежать на юг, к родичам матушки, думал я, засыпая. Укрыться там, пока Анри не поправится, а потом... Я не знал, что потом. Надо еще раз побеседовать с комендантом, решил я, вдруг нашему узнику можно сохранить жизнь.