честно, мне смешно

Матвиенко иногда спрашивает, мол, — как думаешь, а что было бы, — как думаешь, если бы Поз забил на тебя с твоим несчастным КВН школьным, если бы ты Стаса не встретил, если бы на Баттл не поехал, если бы, если бы, — Сереженька-старая-бабка и вопросы у него как у бабки, застарелые, слегка грустные и слегка тупорылые. Антон так и говорит: бабуль, отвали; это как вопрос про высшее образование, или «ну, а жениться когда?», такой же бессмысленный и к жизни Антона не относящийся. Антон про такое не думает. Оборжаться, что такое спрашивает не Арс, который рефлексирует обычно в пространство — «пацаны, а если я курс по пластике пройду?» — или в одиночестве; не Поз, которому на лице написано быть доёбистым; нет, только у Серёжи это желание выяснить, что Антон думает про неслучившееся прошлое. Арс вот даже про неслучившееся будущее больше не выясняет. (Антон ему благодарен; Антон ему не благодарен) Антон весь в настоящем, все на самом деле это понимают, и у него нет рефлексии о прошлом, нет неотвеченных вопросов, сожалений-то толком нет, — времени на них нет, — Антон немножко марионеточный в последнее время, голова гудит от дохуища работы или блаженно (Арсений так говорит) пустая, два варианта. (Стас что-то пытается ему впарить в курилке перед Командами, потому что у Стаса башка гудит ещё похлеще; Серый в шутку кидается реквизитом с шокеров, потому что хочет подбодрить; Поз зовёт опять к себе на канал, потому что не хочет заморачиваться с гостем; Арс орёт какие-то ебланские песни, потому что ему очень похуй на то, что Премьер пропихивает в партнёрские фильмы тех своих комиков, которые не актёры, вместо актёров, которые комики; Антон засыпает под голос Стаса, гоняется за Серым, отмахивается от Димы, пялится на Арсения, голова пустая) — Они все ездят на тебе, как на лошади, — Арс тянет грустно, вздыхает картинно, как еблан, так же еблански красиво поправляет чёлку; тон у него — как будто решает, чё пожрать заказать, пиццу или пасту. — А мог бы я. — Поехали, — говорит Антон; зря они оба в Москве, что ли, сколько дней уже в одном городе и ни разу. — Только я прям ничё не хочу делать. Это норм? — Ты прям мечта идиотки, — ржёт Арс; Антон стонет в мучении, и Арс зажимает ему рот ладонью, стреляя взглядом в Стаса. Стреляет он — как снайпер по мишени, за что-то опять на Стаса обиделся, Антон даже не хочет лезть. — И идиота, и идиота. Норм. Расслабься. Вот уж чего Антон не может. Разучился. А об этом Серый не спрашивает; а вот это Антон — разучился, и на прошлое ему похуй, когда в настоящем он опять нервничает на сцене, и даже когда съемки, и зал пустой — просто нереально, если один. Никак. Вот чего никто не отдупляет. Или — отдупляют все, просто потакают Антону, типа он крутой и все с этим согласны, а на самом деле — он не может один, пиздец, Дима может, и Серёжа, и Арс может, Антон боится этого; однажды они все разбегутся, а те, кто останутся — поймут, что раньше Антон был хуёвый стендапер, а теперь хуёвый ведущий и ещё более хуёвый член жюри, и он останется в памяти вчерашних студентов кем-то типа призрачного Макса Перлова или постаревшего Галыгина, — несмешной шуткой. Типа тех, что выдаёт Арс, когда слишком старается. Антон тоже слишком старается. Или старается недостаточно, ещё не понял. Не у кого спросить. Арса и спрашивать не надо: — Везде себя не запихнёшь, — говорит он. Антон бы раньше ляпнул: завидуешь? Антон сейчас знает: не, не завидует. Не считает для себя возможным, гандон нарциссичный, просто; слишком хорош и слишком плох, слишком обо всём и слишком не о том, так Арс про себя думает, ему другое с трудом докажешь, хотя Антон пытается. Начал пытаться с тех пор, как поумнел; поумнел, как будто, не так давно. Антон сейчас отвечает: — Есть пара мест… — и Арсений смеётся радостно, как будто это реально охуенная шутка, и вот из-за этого смеха все думают, что у Антона всё получается, от этого смеха у него самодовольство выползает на рожу, и Арсений, конечно, не человек, а какой-то центр поддержки пользователей. Даже когда обидеть пытается. (Он давно не пытается) Антон весь в настоящем, в снятых секунду назад сторис Матвиенко, отражении фальшивых очков Поза; на заднем сиденье такси с Арсом, не помня даже, с хуя ли в этот раз они на такси, как будто прячутся, Антон хочет иногда — спрятаться. Часто.