О грехе невежества

Следующий вопрос прозвучал уже в гостиной, куда все трое перебрались из кухни: – Вы, кажется говорили что читаете через блоки? – Да, мистер Риддл, именно. Такова моя природа. – А ещё Вы говорили, что в курсе планов Дамблдора. – И это тоже. Но что конкретно Вас интересует? – Больше всего меня, мисс Грэйнджер, интересует один вопрос: что этому старику вообще надо? – слова пролились практически криком души. Достал дедушка Волдеморта, и сильно. – А он и сам толком не знает, – сильфида безмятежно пожала плечами и наткнулась на два абсолютно одинаково охреневших взгляда, – Он, с одной стороны, хочет славы и известности, уважения и почитания, а с другой – страстно желает оставаться в тени. Он искренне желает Магическому Миру блага, но, прекрасно понимая к чему приведут его действия, продолжает его разрушать. Он подталкивает Тира к смерти, но при этом, время от времени, думает о нём как о любимом внуке. Любит Грин-де-Вальда, но презирает и ненавидит его. И ладно бы у него было смешение эмоций – так иногда бывает, когда чувства сложны, глубоки и многогранны. Но у него это ощущается как шизофрения. Тир считает, и я склонна согласиться, что это последствия смерти сестры. Он так стремился убедить себя что ни в чём не виноват, что сознание как бы разделилось на, как бы смешно это не звучало, светлую и тёмную части. Тёмная часть знает что заклинание, убившее Ариану, вылетело из его палочки. Светлая уверена, что нельзя сказать кто именно виноват и думать об этом не хочет. Тёмная – опасна, она рассматривает живых вокруг только как подопытный материал. Светлая – достаточно неплохой человек, хоть и не без тараканов. Только вот каждая сделка с совестью усиливает тёмную сторону и загоняет всё глубже светлую. А сделок таких было ой, как много! Маги погрузились в раздумья. Снова. Действительно, в таком разрезе многое становилось понятным. Многие считают Дамблдора слегка чокнутым, но мало кто говорил подобное всерьёз. – А что собирается с ним делать Гартиэр? – подал голос до этого молчавший Северус. – Пока не решил, – ответил неизвестно когда появившийся Поттер. – Проще всего было бы сдать его в Мунго, в палату с мягкими стенами. Можно его просто прикончить по тихому. В общем, я над этим работаю. – он слегка передёрнул плечами и собирался сказать ещё что-то, но был перебит вскинувшейся Гермионой: – Что там такое случилось у вампиров, что я тебя сейчас прочитать не могу? – Хм? А, это. Там одни придурки решили демона вызвать. – И? – Вызвать-то они вызвали. А вот подчинить не смогли. Представь картинку: два полуживых от страха идиота, беснующийся в гексе демон и напитавшиеся остаточной магией ритуала трупаки, дружно вставшие в виде вурдалаков и разворачивающаяся воронка магического смерча. Демонология, сама знаешь, мне не по профилю, вот и пришлось… выкручиваться. – Ага… Ладно, мне пора. Чао! – и растворилась, как и не было. Мужчины многозначительно переглянулись и уставились на Гартиэра. Тот только вздохнул. Всё, голова у них уже не болит, совесть снова уснула мертвецким сном и сейчас они распотрошат его в поисках ответов. Ну, попытаются. – Итак, ты некромант. Что ещё? – Мастер Артефактор. И Глава Белой Дюжины – круга некромантов Англии. – Какой у меня… разносторонне развитый сын. – ехидно и чуть удивлённо протянул Снэйп. – Весь в Вас, отец, весь в Вас. – не остался в долгу Поттер. – Сразу видно, что родственники – привычка плеваться ядом явно семейная. – слегка нервно хохотнул Том и резко посерьёзнел, – Давай ближе к делу. Я согласен выйти за тебя замуж. Какие ритуалы нужно пройти, и успеем ли мы всё это до 31 числа? Тир посмотрел на него с лёгким недоумением и явным любопытством. Как-то не ожидал он столь быстрого согласия. Ни одной попытки переломить ситуацию в свою пользу, как-то отвертеться, освободиться. Только попойка в компании Снэйпа и принятое между рюмками решение. И всё. – А… почему? Не пойми меня не правильно, способа отвертеться всё равно нет, но ты ведь даже не попытался. – Считай это интуицией. – пожал плечами Тёмный Лорд. – Я просто ЗНАЮ что сейчас мне лучше не рыпаться. Тир кивнул, принимая ответ. Он его вполне устраивал. Пока. – Ритуалы, если уж ты согласен, проведём завтра, к полуночи. Здесь вам обоим нужно быть в 23:00. И лучше бы не опаздывать. Текст там простейший, его и нет как такового. Тебе достаточно будет отвечать согласием. От Вас, отец, требуются более осмысленные действия. Вам, в конце, нужно сказать: «Правом Старшей Крови – свидетельствую законности союза. Да будет Магия к связанным отныне и вовек благосклонна.» Всё. – Так просто? – Том с подозрением провёл рукой по лысому черепу и почесал кожу на затылке. – Ну, а что, в сущности, такое магия? Движение души, а всё остальное, по большому счёту, не более чем бутафория, созданная исключительно для антуража. Чем больше объём задействованной магии – тем проще ритуал. Простенький пример: стихийная магия, детское желание сделать пакость, и беспалочковая магия, которой безуспешно пытаются обучить на 6 шестом курсе, это, по сути, одно и тоже. Только вот если из шестикурсников без палочки применить… ну, хотя бы Люмос… может один на дюжину, то маленькие дети колдуют без проблем – им же никто не удосужился сказать, что это «невероятно сложно и возможно только для очень сильных магов». – Мы сами ставим себе рамки, за которые не можем выйти… – Некоторые рамки становятся ступеньками, – пожал плечами юноша, – Главное: вовремя суметь за них заглянуть. На этой, весьма философской, ноте посиделки и завершились. Гартиэр, сумевший донести до магов что им пора бы и… пора, проводил их до двери, откуда они, как ВОСПИТАННЫЕ маги и аппарировали. Гартиэр вздохнул и потёр глаза. Ну и денёк! А какой же будет совместная жизнь? Нет, сейчас он об этом думать не хочет. Потом, всё потом. *** Сутки до ритуала прошли относительно спокойно и почти по плану. Ну вызвал Снэйпа директор – подумаешь, ерунда какая! Ну поцапались, в очередной раз, Петтигрю с Беллой – тю, фигня! И даже то, что Поттера утащили в Нору раньше времени – не особенная проблема. В конце-концов Гарри Поттер всегда был рад провести лишнее время у Уизли. А у Гартиэра есть Альд, который всегда его прикроет. И дело было не только в клятвах. – Значит он согласился. – Будто у него выбор был! – Был. И он его сделал. И его выбор – ты. – В качестве альтернативы неизбежному сквибству. Знаешь же, НАСКОЛЬКО он ценит магию. – И, тем не менее, ныне – он почти твой. Как ты и хотел… «Гарри». – Именно… «Рон», именно. *** Маги, прибывшие в одиннадцать, с удивлением узнали что в маленьком, на вид, коттедже наличествует отнюдь не маленький ритуальный зал отделанный каким-то странным тёмно-зелёным камнем. Тир, указав магам их места в начертанной на полу сложной фигуре, достал ритуальный кинжал и чашу и заговорил: – Ты, названный Томом Марволо Риддлом, вызывал ли, вольно или не вольно, меня, названного Гартиэром Джеймсом Северусом Поттер-Принц-Эвансом, на брачный поединок? – Да. – Ты, названный Томом Марволо Риддлом, проиграл ли мне, названному Гартиэром Джеймсом Северусом Поттер-Принц-Эвансом, этот поединок? – Да. – Ты, названный Томом Марволо Риддлом, согласен ли по правилам поединка стать младшим мужем мне, названному Гартиэром Джеймсом Северусом Поттер-Принц-Эвансом, перейдя под руку мою? – Да. – Ты, названный Томом Марволо Риддлом, обязуешься ли почитать сердцем, телом и магией меня, названного Гартиэром Джеймсом Северусом Поттер-Принц-Эвансом, как и я почитать тебя буду? – Да. – Правом Старшей Крови – свидетельствую законности союза. Да будет Магия к связанным отныне и вовек благосклонна. – Еле заметный кивок понят правильно. Вспышка магии, идущая казалось прямо из зелёных стен, подтвердила сказанное и сконцентрировалась на правых запястьях Тома и Гартиэра, превратившись в брачные браслеты из тёмного, почти чёрного, металла. Ритуал завершился. Брак заключён.