Мой подарок к Рождеству

Примечания: Мне сделали справедливое замечание что не раскрыт заказчик Шерлока и Эвер (я полагала, что его можно вычислить) и не доведена линия её и Себастьяна. Поэтому был написан этот эпилог. Описание: Крыша Бартса просто создана для подведения итогов. Предупреждение: смерть основного персонажа.

***

      Себастьян Моран вышел на крышу Сент-Бартса. Это было первое послабление (если не считать посещений Джима) в его «отсидке». Потому что приближалось Рождество, и, видимо, Майкрофт рассудил, что даже заключённым полагается подарок. Моран долго думал, что попросить, когда ему задали вопрос о пожелании. «Ночь с Джимом». Но нет… он сам сказал Мориарти, что они только друзья и на его тело он не претендует. Не дело теперь отрывать его от Шерлока. Эти двое нашли друг друга… Им хорошо вместе.       Поднявшись по тёмной лестнице (наверняка и с паутиной по углам), Бастиан встал у самого входа, заново привыкая дышать морозным воздухом улицы. Он ещё не поверил и не принял, что его заключение может быть пожизненным. Никто об этом не говорил, но с Майкрофта станется. И, по большому счёту, Бастиан не мог его винить. Он сжёг, по сути, чуть не «фамильный замок» клана вампиров, едва не погубив этим пожаром Эвер и Шерлока, да и сам Майкрофт должен был умереть…       Но Себу было немного обидно, как легко от него отказались Охотники. А именно их глава — Чарльз Магнуссен. Хотя и его винить было не за что. Моран поручение провалил. Все трое вампиров из клана Холмсов остались в живых, а его напарник Джим умудрился ещё и влюбиться в одного из них и несколько раз спасти от верной гибели.       Бастиан понимал, что они с Мориарти стали разменными монетами при окончательном расчёте между главой Охотников и главой вампиров… И винить в этом некого, кроме себя.       Но было до боли обидно. Особенно за эту неопределённость собственного будущего. Себастьяна, привыкшего к постоянной деятельности, убивало заключение в четырёх стенах. Эта прогулка, на которую глава клана так легко дал согласие… Было ли это очередной пыткой или подарком — возможностью покончить со всем раз и навсегда?       Джим расстроится. Даже больше чем расстроится. Он наверняка не забывает, наверняка пытается как-то выручить друга и напарника… И, наверняка, также наталкивается на стену молчания Холмса-старшего. И, наверняка, переживёт. Шерлок поможет ему в этом…       Себастьян ещё раз вздохнул, понял что голова больше не кружится, и вышел на плоскую, засыпанную снегом поверхность. Обвёл взглядом пейзаж. И сразу увидел её. Невысокую фигурку у самого края. Пышные, пушистые волосы, до безобразия растрёпанные ветром и запорошённые снегом. Отдельные снежинки мерцают в огнях ночного города как редчайшие украшения. Вместо одежды — какая-то хламида, будто девушку завернули в толстое одеяло. А может так и есть… На утопающих в снегу ногах — домашние тапочки. Её след почти замело.       Себастьян осторожно сделал пару шагов по направлению к ней. Замер. Постоял. Ещё три.       Может вампирше и не опасно так стоять. Вроде бы у них равновесие — человеку не снилось. А может, в прыжке она в мышь летучую превратится… Нет, тогда бы её на крышу не отпустили. Самой ей не сбежать. Только не от Майкрофта. Заказчице своего убийства он такой возможности не предоставит.       Себастьян смотрел в спину Эвер и думал, как интересно и странно сложилась их жизнь. Он должен был убить её, а вместо этого собирается сейчас спасти? Удержать от рокового шага?       Он приближался медленно, ничего не говоря, уверенный, что девушка его слышит. И если решила сделать шаг — ему её не удержать. Да он и не решил ещё — стоит ли.       — Приятный морозец, да? — начал он, когда между ними осталось около трёх шагов.       — Не могу с вами согласиться. Замёрзла страшно.       — Тогда… почему бы вам не сойти вниз и не вернуться…       — …в тюрьму? Прожить остаток дней в стеклянно-пластиковой клетке?.. Отец наш Дракула, мы же живём столетия! Я не вынесу. Я там с ума схожу. Живу только когда Шерли приходит… но это так редко…       — Скоро Рождество, — зачем-то напомнил Себастьян, — уверен — он придёт. Может… Майкрофт подарит вам свидание подольше?       — Майкрофт уже сделал мне подарок. Эту вот прогулку одновременно с вами. Себастьян, верно? Красивое имя. Я хочу попросить вас. Закончите ваше задание. Я сама, видимо, не решусь спрыгнуть. Так страшно. Но если меня не станет, всем будет только лучше. Майкрофту будет нечего опасаться. Шерли… может вот только Шерли чуть погрустит… Но его утешит ваш друг.       — Не разыгрывайте драму, — огрызнулся Себастьян, — Хотите прыгать — вперёд. Но меня увольте.       Она обернулась. Странно, но третья из Холмсов не походила ни на Шерлока, ни на Майкрофта.       — Как вы грубы.       — Зачем вы сделали это? Чем вам так насолил глава клана? Даже не так… вы не подумали, что его авторитет и власть держит в узде остальных вампиров, это хрупкое равновесие… не стань его — ваш народ может распоясаться и Охотники получат добро на полное уничтожение?       — Силёнок не хватит. Скорее мы уничтожили бы ваш орден. Давно пора было это сделать.       — Это был ваш план?       — Нет, — она опять отвернулась, — Мой план был проще. Майкрофт гибнет. Мне не грозит навязываемое им замужество, переезд на другой конец земного шара и расставание с Шерли. Он становится во главе клана. Братик умница, мобилизовался бы и справился. Наверняка.       — Ваш Шерлок ещё молод и глуп, идёт на поводу своих желаний, мгновенных импульсов! И вполовину не так силён как Майкрофт. Ни морально ни физически. Только тот в силах держать в узде и людей, и… нелюдей.       — Научился бы. Я нашла для него идеального «партнёра». Джона Ватсона. У них сразу возникла обоюдная симпатия. Но Джон женат, а брат никогда бы не разбил семью… А тот бы никогда не бросил жену с ребёнком, слишком благороден.       — Шерлок бы страдал, и за утешением приходил к вам?       — Вы умница, Себастьян.       — Стараюсь. Джим раскусил, что вы влюблены в брата… вы надеялись, однажды соблазнить его?       — Нет. Я надеялась, что я стану ему нужна. Что он разглядит меня. Хоть чуточку. Как личность.       — Ну да. А что если бы в процессе вашей аферы Джим прикончил вашего возлюбленного?       — В заказе было чётко обговорено только «изобразить покушение» чтобы добраться до Майкрофта.       — Видимо, до исполнителей забыли донести эту оговорку. Мы не играли, Эвер.       — Да, — девушка обхватила себя руками, — Майкрофт доступно мне объяснил, что я запустила лису в курятник. Что мной просто воспользовались.       — Вы только на пожаре поняли, что прикончат и Шерлока и вас?       — Я не хотела верить… Ваш босс решил спровоцировать «зачистку» города от вампиров? Ваши собраться заржавели без работы?       — Со мной это не обсуждали. Просто дали задание. Возможно и так. Думаю, что так. Вы предоставили нужную информацию, он решил воспользоваться ситуацией. А кто не воспользовался бы?       — Интересно, должно быть, — она осторожно вытащила ноги из тапочек, развернулась, переступая практически в одной точке, как балерина, босиком сошла с парапета, — посмотреть в глаза своей жертве. Вы обычно убиваете на расстоянии?       — Если ситуация позволяет.       — А я могу увидеть своего палача, — она сделала шаг. Между ними осталось два. Себастьян не двигался. — Я так давно не пила живой крови… Вы… позволите? Не хочу силой.       — Три глотка?       — Шесть. Я очень… очень давно не пила, — ещё шаг.       — А потом оторвёте мне голову?       — Не думаю, что это будет легко. Может, Майкрофт согласился выпустить нас одновременно, рассчитывая на битву одного из лучших Охотников и вампирши до взаимного уничтожения? О нас бы погоревали наши любимые и утешились в объятиях друг друга. Этот финал устроил бы всех. Экшен, драма, кровь. Люди это любят.       — Кроме меня. Я жить хочу. И уверен — выберусь отсюда, хочет того ваш брат или нет.       Эвер несколько мгновений смотрела ему в глаза.       — Вы мне нравитесь, Себастьян. Вы не хотите сдаваться, потому что не знаете Майкрофта. Я — знаю, и потому сдалась. И знаете ещё что… Шерлок знает, что вы влюблены в Джима. Он говорил мне на одном из свиданий. И что Джим любит вас.       — Он любит Шерлока, — Моран почувствовал как забилось его сердце.       — Он дампир. Дампиры и вампиры по сути своей (за редким исключением) полигамны. Они умеют любить многих и жить не только парами. Думаю, в этой связи я смогу сделать вам всем небольшой подарок к Рождес… — не договорив, она бросилась на него. Вцепилась в артерию зубами.       Это была даже не боль, в шею как будто раскалённые гвозди воткнули. А ещё говорят — укус вампира вызывает экстаз. Видимо — не каждый.       Бастиан сам не понял что сделал. Тело Охотника среагировало само. Резко крутанулось и с силой ударило. Удар, поставленный на тяжеленного мужика, просто подбросил лёгонькую девушку. Одеяло, в которое она куталась, полетело в сторону и упало на крышу позади Морана, а Эвер… Эвер перелетела через парапет.       Бастиан одну секунду видел её лицо, освещённое луной и огнями города. Распахнутые глаза, в которых не было ужаса, а какое-то бесконечное… освобождение что ли. И губы… губы что едва шепнули: — Шерли…       С трудом переступая ногами, и зажимая рану на шее, он подошел к краю крыши. Перегнулся. Он ожидал увидеть что угодно: летучую мышь, летящую прочь; саму Эвер, бьющую большими кожистыми крыльями. Не ожидал только того, что увидел: маленькую, скрючившуюся фигурку, так далеко внизу. И тёмное пятно на светлом снегу под ней.       Но и это он видел недолго. Тело стало быстро распадаться, истаивать, обращаться в прах, который исчезал в метели, уносился прочь со снегом, что ещё несколько минут назад блестел у неё в волосах.       Себастьян отшатнулся. Кровь продолжала хлестать из прокушенной артерии — вампирша то ли не успела остановить её, то ли не собиралась этого делать. Морана качало и кружило. По лицу и телу бил снег, но Бастиана охватил сильнейший жар. Тупо так умереть в нескольких шагах от кучи врачей, он же на крыше больницы! Нужно всего лишь дойти до двери. И там позвать. Его услышат. Нужно пройти несколько шагов… Но эти шаги уже невозможно было сделать.       Моран упал. Пытаясь подняться, шаря руками вокруг себя, он наткнулся на одеяло Эвер. Подтянул его к себе. Завернулся как мог.       Он уже не пытался унимать кровь. Снег так приятно холодил пылающую кожу, таял, растекался. Одеяло так уютно укрыло его от ветра и света, что принялся беспощадно резать глаза.       Стало так хорошо и спокойно. Приятно и комфортно. Он провалился во тьму, уверенный, что это конец.       Но это оказалось только началом.       Себастьян не смог бы сказать, через какое время его разбудил шум. Шаги, скрип снега и человеческие голоса. Он сел. Осторожно стянул с головы одеяло.       На крыше Бартса собралось столько народу: глава клана Майкрофт, инспектор полиции Грегори Лестрейд, и разумеется, Шерлок с Джимом. Все ходили по крыше, жестикулировали и что-то обсуждали. Заметив, что он очнулся, все постепенно замерли и воззрились на него.       — Эвер? — едва слышно произнёс Шерлок.       — Её больше нет, — проговорил Бастиан, ощупывая шею. Раны не было. Ничего не болело.       Холмс-младший чуть согнулся, зажмурив глаза. Мориарти мгновенно оказался рядом, обнял его, не сводя глаз с Себастьяна. Шерлок уткнулся Джиму в плечо.       Бастиан поднялся. Его слегка качало и дневной свет как-то странно дробился в ресницах, но самочувствие было превосходным.       — Почему вы так странно на меня смотрите? — спросил он у Майкрофта, — Если считаете меня убийцей вашей сестры… да так и есть, не отрицаю, но я защищался! Она сама кинулась и укусила… Я не хотел… оттолкнул рефлекторно… Казните теперь?       — Нет, Себастьян, — проговорил Майкрофт, — с вас снимается арест.       — По… почему?       — Потому что вы больше не Охотник. Вы даже больше не человек.       — Ты теперь вампир, Басти, — проговорил Джим, когда пауза слишком уж затянулась.       — Она…       Моран развернулся к краю крыши, где каким-то чудом ещё держались припорошённые снегом тапочки.       — Хотите или нет, но вы теперь часть нашего клана, — всё тем же ровным голосом продолжил Майкрофт, — Надеюсь, вы будете благоразумнее Эвер. И достойно распорядитесь её подарком. Свободой. Жизнью. Всем.       Шерлок, наконец, оторвался от плеча Джима.       — Должен предупредить… «обращенный», не то же что и «рождённый». Такие как ты, верой и правдой служат семье обратившего, потому как если только задумают предательство — рассыпаются пеплом.       — Благодарю за предупреждение. — Себастьян еле заметно кивнул, — Просьба о совместной прогулке. Крыша. Снег. Одеяло. Укус. Обращение. Освобождение. Есть хоть что-то, что она не рассчитала?       Отвечать никто не стал. Да это и не требовалось.