Реликвия будущего

Внутри шатра Райвен был гораздо больший беспорядок, чем обычно. Её деревянный стол потерял ножку и упал на бок, а один из стульев лежал расщепленными руинами. Ящик в углу, в котором, как он предполагал, хранилась одежда, был треснут и помят, а её кровать и все постельные принадлежности были совершенно новыми. Жон всё это рассмотрел, когда портал закрылся за ним. — Так… — Мне захотелось сменить обстановку, — огрызнулась Райвен. — Ясно. — Что-то в её тоне говорило, что его заколют, если он будет настаивать. — Выглядит мило? Мне нравится, что ты сделала с… э-э… столом. — Он наблюдал, как Роланд поспешно удалился, опустив голову и упорно отказываясь смотреть на Райвен. — И твои люди напуганы. — Когда они не напуганы? Кролики всегда будут бояться волка. — Что-то происходило. Обычно она так не разговаривала и не улыбалась так самодовольно. Он попытался сосредоточиться на её лице, чтобы понять, но она нахмурилась и отвернулась, как только заметила. — Мы будем делать это или нет? Я привела тебя сюда не для того, чтобы ты критиковал мои жилищные условия. — Будем. Озпин и Кроу оба заняты Пиррой и её семьей… — До сих пор не могу поверить, что ты так сильно облажался и сделал её девой. И она тебя ненавидит. Жон поморщился. — Пирра не ненавидит меня. — Ха. Ты говоришь себе это каждую ночь перед сном? — Моя Пирра любила меня. Это два разных человека; я этого не забыл. И так даже лучше. Если бы она достаточно любила меня, чтобы тренироваться со мной, что помешало бы мне случайно вытянуть из неё силу девы? Это было бы так же смертельно для неё, как и для Амбер. Перчатки были очевидным решением, и он всё равно носил их всё время, но ошибки могли случиться, и он не собирался рисковать. Оглядываясь назад, уже одной этой причины было достаточно, чтобы не делать Винтер, Эмеральд или Янг девой. Тем не менее, ему пришлось бы кого-то выбрать, и просто не было хороших вариантов. Мне нужно решить, хочу ли я вмешиваться в дела остальных. Я знаю, кто Зимняя Дева, но она больна и в прошлый раз передала силу Пенни. Хотя это сработало, он нервничал, полагаясь на то же самое. Во-первых, Пенни слишком легко победила Пирра. Что гарантировало, что не найдётся другое Проявление с таким же критическим преимуществом над ней? Во-вторых, история уже изменилась, так что не было гарантии, что всё сложится так же снова. Однако ехать в Атлас без плана было пустой тратой времени. Нет смысла играть с девами, если у него нет чёткого представления о том, что делать с этой силой. — У меня есть книга, — сказал он, поднимая толстый том в руках. — У тебя есть человек, на котором ты хотела, чтобы я попробовал ритуал? — Я могу его привести. Вот. — Райвен бросила ему свёрток ткани. Жон позволил ему повиснуть в руках и развернуться, обнаружив толстые коричневые одежды, которые закрывали его с головы до ног. Совпадение или нет, но это делало его похожим на безумного культиста. — Нет смысла рисковать тем, что они тебя узнают, верно? Райвен была права. Жон натянул одежды как накидку, просто перетащив их через голову и позволив упасть по всей длине тела. Было жарко и зудело, и у него было неприятное подозрение, что их взяли либо с мертвого тела, либо из мусорной кучи. Кто вообще носит такие вещи в наши дни? Он натянул капюшон на голову, затем поднял шарф, закрывая губы и нос. — Как я выгляжу? — Нелепо. — Спасибо. Я имел в виду, можешь ли ты меня узнать. — Я бы не хотела быть узнанной с тобой. — Она откинула голову назад и рассмеялась, когда он нахмурился. — Расслабься, идиот. Никто не узнает, кто ты. А теперь пошли. У меня есть расчищенное место недалеко отсюда. — Я думал, мы собирались попробовать в храме. — Я не смогла найти никого, кто знал бы, где он находится, — сказала она. — А значит, никаких порталов. Справедливо. Жон последовал за ней из шатра в племя, заработав более чем достаточно странных взглядов. Никто не осмеливался бросить ему вызов, поскольку он вышел из шатра Райвен и был с ней. На самом деле, все необычно сторонились Райвен, когда она маршировала через племя, и каждый делал всё возможное, чтобы даже не встречаться с ней взглядом, не говоря уже о том, чтобы встать на их пути. Райвен привела его к границе, а затем за её пределы, подальше от палаток и костров. Он думал, что они заберут своего `добровольца` по пути, но она решительно направилась к линии деревьев вместе с ним. Наверное, она собирается использовать портал, чтобы привести его. Надеюсь, этот бедолага согласен, а не просто ему угрожали. Она ведь не станет похищать кого-то для этого, правда? Да. Да, она определённо может, но он надеялся, что она достаточно умна, чтобы понимать, что он никогда этого не допустит. Если она думала, что они собираются украсть какого-нибудь бедного ребёнка из деревни и проводить на нём экспериментальную магию, она сильно ошибалась. — Куда мы… — На поляну. Как я и сказала. — Райвен нетерпеливо откинула волосы назад. — Я приказала притащить несколько каменных плит. Это выглядит достаточно похоже на алтарь, даже если это не он. И там нет любопытных глаз. — А доброволец? — Ждёт моего Проявления. Он знает, чего ожидать. Кризис предотвращён. Жон вздохнул с облегчением и прижал книгу ближе к боку. Через несколько секунд они вышли на небольшую прогалину среди деревьев. Это была не столько поляна, сколько место, где недавно упало одно или два дерева, нарушив полог над ними. Лунный свет проникал сквозь него и падал на грубый кусок сланца, установленный между двумя сложенными камнями и обрубленным пнем. — Свет — это приятный штрих, а? — спросила она. — Конечно. И я уверен, ты планировала это, когда тащила кусок сланца на пень. — Не будь идиотом, — огрызнулась она. — Я ничего не делала. Какой смысл править этими идиотами, если я не могу заставить их делать скучную работу за меня? — Ленивая старая птица… — Что ты сказал? — Ничего. — Жон подошёл ко второму пню, к счастью, чистому, и положил на него книгу. Он вставил закладку в раздел, показывающий человека, лежащего на алтаре, и достал свиток, используя функцию фонарика, чтобы лучше его прочитать. — Не похоже, что нужно какое-то специальное оборудование. Только два человека и жер… доброволец. Только один из этих людей что-то делал во время процедуры. Другой был либо по традиции, для поддержки, либо просто чтобы держать вещи. Или, может быть, они были учеником, изучающим ремесло. Текст, вероятно, раскрыл бы больше, но они работали только с картинками, пытаясь следовать как два идиота, собирающие шкаф по иностранной инструкции. Только мы делаем это на живом человеке с неизвестными результатами. Почему мы вообще это делаем? О да, спасение мира. Эта штука. — Этот человек действительно доброволец? — Мне пришлось его спросить, но, как ни странно, да, он согласен. — Райвен носила саркастическую ухмылку, наблюдая за ним. — Он немного идиот в этом плане. Я виню генетику. Должно быть, это семейное. — И он верен? — Глупо настолько, что было бы лучше не быть. В это он легко мог поверить. Любой, кто верен Райвен и племени, должен быть немного не в себе. Жон мудро решил не упоминать об этом и просто хмыкнул, пролистывая следующие несколько страниц, чтобы увидеть, есть ли там что-то неподобающее. На одном изображении фигура в мантии что-то рисовала на человеке, и он понятия не имел, были ли это какие-то магические чернила, краска или жидкий сок Гримм. Он принёс чернила для татуировок и набор кистей. — Думаю, мы готовы, и было бы лучше сделать это быстро, пока моё отсутствие не заметили. — Очень хорошо. — Райвен всё ещё ухмылялась. — Пойду приведу этого идиота.

***

Жон сердито смотрел на Райвен, прикусив язык, чтобы не выдать себя, заговорив. Рядом с самодовольно ухмыляющейся женщиной стоял он сам, хотя и более молодая версия. Семнадцатилетний Жон был одет в школьную форму. По крайней мере, это не пижама… — Это будет наш доброволец, — сказала Райвен, положив руку на спину молодого Жона. — Он храбро вызвался принять участие в этом. Не так ли, сопляк? — Да! Жон зарычал. — Райвен… — Я хочу быть феей. — … — З-забудь, что он сказал, — огрызнулась Райвен. — Ты этого не слышал! — Но Райвен, — сказал молодой человек. — Ты действительно в порядке? — Идиот. — Она шлепнула его одной рукой. — Почему бы мне не быть в порядке? — Миссис Роуз сказала тебе несколько обидных вещей. Саммер? Жон оторвался от тома, внезапно проявив гораздо больший интерес. Когда она разговаривала с Саммер? Судя по тому, что говорил его младший я, разговор прошёл не очень хорошо. Райвен заметила его интерес и прошипела сквозь зубы. — Сопляк. Прекрати говорить. — Ты выглядела действительно расстроенной. — Сопляк… — Я думал, ты даже мог плак-аааа! — Жон вскрикнул, когда его потащили вперёд за челюсть, один из указательных пальцев Райвен у него во рту, растягивая его широко и в пародию на улыбку. — Маааа! — захныкал он, тщетно борясь. — Бвааа! Пересааань! — Сколько намёков тебе нужно, чтобы заткнуться?! — прорычала Райвен, растягивая его лицо. — Неудивительно, что ты был таким бесполезным с женщинами. Читай между строк, придурок! Жон, тот, что старше, кашлянул и снова посмотрел в книгу, принимая подразумеваемую критику как в свой адрес, так и в адрес своего младшего я. Райвен не совсем ошибалась в этом отношении. Хотя, справедливости ради, потребовалось около сотни случаев, когда Вайсс говорила «нет», прежде чем он понял, что она, возможно, имеет в виду «нет». Это было не так уж плохо. Наверное. Вроде того. — Райвен, — мягко сказал он, стараясь звучать немного глубже, чем обычно. Неудивительно, что она сказала ему надеть маскировку. — Ты тратишь время. — Никакое время, потраченное на обучение идиота манерам, не потрачено зря, — парировала она, но всё же отпустила пленника. — Сопляк. Сними верх и ложись на этот алтарь. — Мне нужно быть голым для этого? — В твоих самых смелых мечтах. — Райвен скрестила руки. — И я не собираюсь тебя ощупывать, если ты на это надеешься. — Что? Нет. Фууу! Неправильная реакция. Жон знал это ещё до того, как Райвен закричала: — ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ?! — Я-я не имею в виду, что ты недостаточно хороша. Но это. Фу… — Жон высунул язык, но уже расстёгивал рубашку. — Это было бы как если бы моя мама сделала это. Я просто не вижу тебя так. Ты больше похожа на… — Я не твоя мать! — Нет, — согласился он, кладя рубашку на траву. — Ты мать Янг. Райвен вздрогнула. Младшая версия могла это пропустить, но его голова поднялась, как только его другая версия упомянула об этом, заметив реакцию Райвен. Интересно. Для того, чтобы этот секрет был раскрыт — не исключено, что Янг рассказала своей команде, но так как мальчик упомянул Саммер, он предположил, что это ближе к этому. Предупреждения Кроу вернулись в его сознание. Надеюсь, они не подрались. Саммер обычно такая рассудительная, но это улетучивается, когда она думает, что Янг или Руби пострадали. Если Кроу прав, Райвен — самый большой источник этого. — Мне просто лечь сюда? — спросил младший Жон его. Жон кивнул. — У тебя есть место, где бы ты предпочёл татуировку? — Я получу татуировку?! Жон пожал плечами. Он не был уверен, но знал, что их мама убьёт их за то, что они сделали это, не посоветовавшись с ней, поэтому был достаточно сочувствующим, чтобы дать своему младшему я выбор. — Только если сработает. Если нет, она смоется. Я бы предложил где-нибудь в скрытом месте. — Тогда не на моей руке. Как насчёт плеча? Достаточно хорошо. — Спина или перед? — Спина. Жон указал на алтарь, и его младшее я забралось на него, слишком доверчиво, учитывая, что он подвергал себя тому, что должно было выглядеть для него как одетая в мантию и опасная фигура посреди леса. Я всегда слишком легко доверял. Мы все так делали, позволяя Синдер и её союзникам проникнуть в наш круг. К счастью, здесь не должно быть никакой опасности. Жон снял перчатку и осмотрел свою метку. Она не светилась. Взяв книгу, он отнёс её к алтарю и положил у головы Жона, держа её открытой, чтобы он мог читать из неё. Он очистил кожу Жона над левым плечом, рассеянно размышляя, не стоит ли его побрить. Вероятно, не нужно. Это не настоящая татуировка. Это чернила и магия. Или просто чернила, если это не сработает… — Что теперь? — спросила Райвен. — Мы следуем изображениям. — Жон прижал спину своего младшего я, чтобы тот не двигался. — Ты можешь почувствовать… что-то, — предупредил он. — Что-то…? — Молодые глаза поглядывали на него. — Это расплывчато… — Мы не знаем что. — Подождите, вы имеете в виду, что это не проверено? — Разве я когда-нибудь намекала, что это так? — спросила Райвен, наклоняясь на его бёдра. — Не будь такой тряпкой. Я думала, ты большой, сильный, независимый мужчина. А не какой-то ребёнок. — Я не говорил, что боюсь! Просто… нервничаю. — Вполне обоснованно, — пробормотал Жон, открывая чернила. — Что это было? — Ничего. Ничего. Постарайся не двигаться. Это деликатно. — Под нос он пробормотал, — Вероятно. Может быть. Я на самом деле не знаю. — Громче он сказал. — Это не будет больно. — Мы думаем, — поддразнила Райвен. Жон бросил на неё хмурый взгляд и окунул кисть в чернила, стряхнув лишние капли, прежде чем вынуть её и нанести на кожу. Мальчик под ним вздрогнул от ощущения, но другой реакции не было. Может быть, это только когда татуировка закончена. Он не был художником, но изображение было достаточно простым. Или так выглядело. Он был осторожен с краями, стараясь оставить вертикальную линию по центру, как показано на картинке. Он не мог сказать, чем это должно было быть. Крылья, может быть? Лезвия? Чем дольше он смотрел, тем больше образов приходило в голову. Щит с линией посередине и сердцевидным отверстием в центре. Две шпильки рядом. Ему приходилось несколько раз сверяться с исходным материалом, останавливаясь, чтобы протереть палец и привести в порядок край или заострить точку. Хорошо, что это была не настоящая татуировка, иначе получатель был бы в агонии. После примерно тридцати минут он был убеждён, что сделал достаточно хорошую работу. Это выглядело близко к тому, что было на картинке, и чернила не растекались. Горшочек опустился на камень с лёгким звяканьем, чернила внутри были потрачены более чем наполовину. — И это всё? — спросила Райвен. — Я ожидала… большего. Честно говоря, он тоже. Может быть, это не работает? Может, это из-за того, что они не сделали это в храме? Должно быть что-то ещё. Всё, что он сделал, это нарисовал что-то на спине мальчика. В этом не было ничего магического, и не было бы для людей в книге тоже. И снова нечитаемый текст насмехался над ним. Не может быть, чтобы весь этот текст говорил `Нарисуй татуировку`. Вероятно, там была вся информация и детали, которых им не хватало, точно говоря им, как заставить это работать. — Я не чувствую никакой разницы, — сказал младший Жон. — Кроме холода… Было поздно, его кровать была из камня, и он был без рубашки. — Будь мужчиной, — огрызнулась Райвен. Ему она сказала: — Попробуй влить в это ауру. — Нельзя влить ауру в татуировку… Райвен проигнорировала слова младшего и направила на старшего многозначительный взгляд. Он мог сделать именно это благодаря своему Проявлению. Или, точнее, он мог влить ауру в тело Жона в районе татуировки. Стоило попробовать, и у него было достаточно ауры. Он собирался коснуться пальцами правой руки, но затем остановился. Интересно… После секундного размышления он переключился, взял свою левую руку с печатью Салем и положил её плашмя на отметку. Печать на тыльной стороне его руки всё ещё была инертной. Райвен наклонилась вперёд. — Сейчас я влью в тебя ауру. Скажи нам, если что-нибудь почувствуешь. Ощущение его Проявления было тем, о чём все постоянно говорили, но никогда не могли точно описать ему, поскольку он был единственным человеком в мире, который никогда не мог испытать его. Нора называла это приливом. Рен говорил, что это как волна, обрушивающаяся на тебя. Руби говорила «покалывание», а Янг сказала ему, что это похоже на то, как будто внезапно выпиваешь чистый кофеин. Для младшей версии себя, это, видимо, пришло как толчок, потому что он задохнулся, и всё его тело дёрнулось, почти спрыгнув с алтаря, как будто его подключили к электросети. — Ках! — закашлялся он, напрягая каждую мышцу, а затем застыл. — О-ой… — Было больно? — спросила Райвен. — Немного… — Где? — Внутри меня. Это могла быть его аура, смешивающаяся с аурой Жона. Если подумать, это могла быть плохая идея только по этой причине. Его Проявление обычно помогало усилить Проявление или запасы энергии других людей; трудно сказать, что это могло сделать с кем-то, у кого технически была та же аура — та же душа — что и у него. Слишком поздно беспокоиться об этом сейчас, подумал он, проверяя свою печать. Всё ещё не светится. Значит, это всё-таки неудача…? Чёрт возьми. — Думаю, нам действительно нужен перевод этого текста, — сказала Райвен. — Эй, сопляк. Ты чувствуешь себя сильнее? — Н-нет. Я чувствую себя запыхавшимся… Жон вздохнул. Это был рискованный шанс, так что это не должно было его разочаровывать, но разочаровало. Отступив, он поднял рубашку своего младшего я и бросил ему. Студент воспринял это как разрешение сесть и надеть её. Он потёр плечо через тонкую ткань, видимо, немного болезненное от процедуры. — И это всё? Это закончено? — Похоже, не удалось, — сказала Райвен. — И в кои-то веки не твоя вина. Наш… исходный материал немного неясен. Мы можем попробовать снова позже. — Она посмотрела на него, когда говорила это. Он кивнул в ответ. — Да, если мы сможем разобраться, мы можем попробовать снова. Ты не против? — Конечно. Можем ли мы сделать это в помещении в следующий раз? — Ха. Ребёнок. — Райвен шлёпнула его по голове одной рукой. — Ладно. Думаю, лучше всего доставить тебя обратно в Маяк, пока никто не заметил. Я могу высадить тебя рядом с Янг. Просто скажи ей, что ты ковырялся в темноте. Или что пытался украсть её нижнее бельё. — Я скажу, что споткнулся, — сказал Жон защищаясь, надувшись на Райвен. — Я не собираюсь получать за это побои. Райвен бросила взгляд на него под капюшоном и спросила: — Как остальная часть твоей команды? — Хорошо! Думаю, мы с Эмеральд мирится. Он был рад это слышать. И было мило со стороны Райвен спросить о том, о чём он не мог. Возможно, его маленькая девочка наконец начинала открываться. Или Янг первая добралась до неё. Невозможно сказать, что именно. Жон отвернулся и занялся сбором книги, позволяя Райвен разорвать портал в Маяк, а затем физически толкнуть его младшее я через него. Только когда портал закрылся, он заговорил. — Привести меня. Что это значит? — Нужен был кто-то верный, доверчивый и без здравого смысла, чтобы спросить, почему он должен позволить нам возиться с его душой. Кто ещё настолько глуп? — Ха. Ха. Умора. — Но она не ошибалась. По крайней мере, она дала ему способ замаскироваться, хотя если Жон упомянет об этом Эмеральд, она узнает, что это такое. Хорошо, что он не скрывал этого от неё. — Думаю, ему можно доверять. Я немного разочарован, что всё это не сработало. — Но ты удивлён? — Нет. — Он вздохнул. — Не особо. Мы больше бродим в темноте, чем он. — Верно. Стоило попробовать, и это стоило нам, что, час? Мы выживем. — Хм. — Он закрыл книгу и засунул её под мышку. — Итак, ты хочешь рассказать мне об этой штуке с Саммер, которую он упомянул? — Нет. — Я выслушаю. — Если бы ты слушал, ты бы услышал, как я сказала нет. — Райвен отвернулась, — Оставь это. Такая колючая. Неужели тебя убьёт признать, что что-то не так?

***

Жон съёжился, приземлившись на пол своей комнаты. Это было не потому, что Райвен вытолкнула его через портал — она делала это всё время. Нет. Главной причиной его внезапного желания съёжиться в ковре было то, что его товарищи по команде не спали так крепко, как предполагала Райвен. Эмеральд и Сан спали, но Янг сидела на своей кровати, наблюдая за ним и порталом, через который он пришел, с глубоким хмурым взглядом. — П-привет… — Привет, — ответила она, голос ровный. — Поговорим снаружи? Это было сформулировано как вопрос, но не ощущалось таковым. Жон кивнул и позволил ей подойти к двери. Янг была в паре коротких ночных шорт и майке, таких же, какие она носила перед посвящением, но её это не беспокоило. Когда дверь закрылась за ним в коридоре, он задумался, собирается ли она его ударить. Янг не сказала ему ни слова с тех пор, как он признался, что тренировался у Райвен. Её мамы. Мамы, которая бросила её ребёнком. Жон проглотил свой страх. — Так… — Стоп. — Янг внезапно подняла руку, издавая звук, наполовину вздох, наполовину рычание. — Перестань выглядеть так, будто ожидаешь, что я тебя ударю. — Ты уверена, что не собираешься? — Я хотела бы думать, что я не настолько стерва. Он не мог не подумать, что она не стала бы делать это здесь. Небольшую умопомрачительную ярость при обнаружении, что твой товарищ по команде получает то, чего у тебя никогда не было, можно было бы простить. Это было бы как узнать, что он издевается над Руби или что-то в этом роде. Только хуже, потому что это была её мать. Или должна была быть. Даже он мог признать, что Райвен потерпела неудачу в этом. — Слушай, я не злюсь… Жон не стал указывать на то, что она звучала злой. Даже взбешённой. Янг видела это. — Я, во всяком случае, не злюсь на тебя. Я просто хочу убедиться, что ты не станешь проблемой для меня и моей семьи. — Я?! — Да. Ты. Мне всё равно, воспитывала ли тебя, тренировала или ты прожил всю свою жизнь с этой женщиной. Меня волнует только то, что ты здесь, потому что хочешь быть охотником, а не потому, что пытаешься навредить моей маме или папе. Что? — Нет. Нет. Никогда. Почему я вообще должен этого хотеть? — Ты бы не стал; она могла бы. Ты уже сказал, что мама потеряла голову, когда увидела её. Ты не думаешь, что это причинило ей боль? Миссис Роуз была в ярости, и, вероятно, потому, что ей было больно. Он поморщился. — Я не хотел, чтобы она всё это видела. Она бы не увидела, если бы Эмеральд не пошла за мной. — Я знаю. Это также её вина, но это было случайно. — Янг огляделась, чтобы убедиться, что никто не подслушивает. — Я буду откровенна с тобой, хорошо? Мне всё равно на Райвен. Мне никогда не было дела. Насколько я понимаю, мысль о том, что она вернётся, хуже, чем если она останется в стороне. — А. Я… ну, я понимаю… — Правда? У меня уже есть мама. У меня есть Саммер. Нельзя грустить о том, чего у тебя никогда не было, и если она была таким человеком, который бросил меня, то я рада, что мне не пришлось расти с ней. Я не собираюсь завидовать тебе из-за этого. Если что, я сочувствую тебе. — Меня не совсем воспитывала она… — Тренировка. Неважно. Суть в том, что, держу пари, она была полной стервой по этому поводу. Райвен была суровой, но он чувствовал желание защитить её. Однако перед Янг? Плохая идея. Он прикусил язык, прежде чем смог это сделать. — Так что, да, мне всё равно, тренируешься ли ты с ней или что-то ещё. О чём я действительно беспокоюсь, так это о том, что она приходит и уходит, потому что ты здесь. Я не хочу, чтобы она была где-то рядом со мной, и я определённо не хочу, чтобы она смотрела на мою семью и думала, что может вальсировать обратно и всё испортить. Может быть, это делает меня стервой, — призналась она с пожатием плеч, — но у неё был шанс. — Я не думаю, что это делает тебя стервой. Я имею в виду, твой отец двинулся дальше. Верно? — Верно. Он счастлив сейчас. Мама счастлива. Я счастлива, и Руби никогда не приходилось с этим справляться. Понимаешь, почему я не хотела бы, чтобы всё это теперь выбросили в окно? — Д-да. — Вот что я имею в виду. — Внезапно ухмыльнувшись, хотя и немного неуверенно, она шлёпнула его по руке. — Я не злюсь на тебя, так что извини, если так кажется. Ты нормальный, Жон, и я рада, что ты доверился мне достаточно, чтобы прийти и рассказать мне об этом. Держу пари, Эм сказала тебе держать это в секрете. — Нет, нет, — солгал он. — Она сказала, что ты справишься. — Да, это чушь. Я знаю Эм. — Она подмигнула ему. — Спасибо, что попытался. Я также не против, если ты отправишься делать с ней что угодно — главное, помни о трёх вещах. Я не буду называть их правилами, потому что ты можешь делать, что хочешь, но считай их просьбами от друга. Хорошо? — Конечно. Давай. — Правило номер один. Я не хочу, чтобы она была где-то рядом со мной или Руби. — Это было справедливо. Жон кивнул. — Правило номер два. Что бы ты ни делал с ней, я не хочу об этом знать. Это значит не приносить сюда никаких её проблем. — Я могу согласиться с этим. — Правило номер три; команда на первом месте. Я знаю, что она может создавать порталы и всё такое, но если мы когда-нибудь окажемся в опасности, и она даст тебе выход… — Я никогда не воспользуюсь им! Я бы протащил вас всех через него или остался бы и сражался. Янг пристально смотрела на него, но Жон отказывался сдаваться. Это было исключено. Даже если бы всё выглядело безнадёжно, он не собирался бежать и оставлять свою команду умирать. Я не она, Янг. Я не брошу команду, если станет трудно. Он понятия не имел, верит ли она ему или нет, но она кивнула ему. — Хорошо. Тогда с этим не должно быть проблем. Последнее правило также простое. Держи её и любые её дела подальше от моей семьи. Это касается порталов. — Янг указала обратно на их комнату. — Я знаю, как они работают, от папы. Если ей кто-то нужен, она может открыть один к… выбери меня. Просто… — Янг закрыла глаза. — Просто убедись, что она знает, что я не заинтересована в разговоре. Насколько я понимаю, она чужая. Я никогда даже не знала её, и мне не интересно начинать сейчас. — Я соглашусь со всем этим. Я также убежусь, что она знает. — Хорошо. Честно говоря, я не знаю, что я чувствую по отношению к ней. — Янг пожала одним плечом. — Никогда не знала её, никогда не встречала и никогда не хотела. Если бы она не бросила меня, у меня бы не было мамы и Рубс, так что, может быть, лучше, что она это сделала. — Ты хочешь знать, почему? Я могу спросить… — Нет. Я не хочу знать. Я бы боялась, что у неё может быть веская причина, тогда всё стало бы ещё более сложным. Или какое другое объяснение, что она ненавидела меня? Это ничуть не лучше. — Вздохнув, она прислонилась к двери. — Всё в порядке, как есть, и с моей семьёй, и с командой. — Улыбаясь криво, она сказала: — Давай не будем это менять. Янг ушла с подмигиванием и вернулась в комнату, дверь за ней закрылась со щелчком. Это было намного легче, чем он ожидал; намного легче, чем мириться с Эмеральд — а это всё ещё было в процессе. Оставить всё как есть, однако. Мог ли он это сделать? Даже если Янг хотела притвориться, что ничего не произошло, он теперь застрял посередине, зная, что его наставница — которую он искренне любил как члена своей семьи — бросила свою дочь по какой-то неизвестной причине. Он видел боль на лице Райвен, когда миссис Роуз высказалась. Он видел это предельно ясно. Даже если Янг не хотела знать правду, он хотел. Продолжать, как будто ничего не случилось, было слишком многого просить. И с чего мне начать спрашивать Эмеральд, почему её отец с Райвен? Этот большой плащ и капюшон не были настолько маскирующими, как думал мужчина, особенно когда он использовал свиток на книге, отражая весь этот искусственный свет обратно в своё лицо. — Это станет запутанным…

***

Это похоже на сердечко. Сама татуировка не выглядела так; это был промежуток между двумя символами, который образовывал сердечко из его кожи. В целом, это выглядело немного женственно. Не то, что он бы выбрал. Однако не это привлекло его внимание. Нахмурившись, он снова потёр её, покрывая место мыльной водой и взяв самую грубую тряпку, какая у него была, скребя по коже, пока она не стала красной. Опустив руку под кран, он набрал немного воды и смыл область дочиста. Чёрная отметка осталась, ясная как день. Ни одна чешуйка не была снята с засохших чернил, ни одного пятна, даже после хороших двух душей и десяти минут оттирания, как старательный уборщик. — Это нехороший знак…