March to the Sea

      Последние лучи летнего солнца освещали тёмные коридоры Хогвартса. Погода — благодать. Грех проводить выходные в стенах замка. Так и подумал Тайлер, когда после обеда Руби тянула его с собой в библиотеку. — Знаешь ли, мы прибыли в другую школу. Наши учебные программы отличаются. Нужно успеть подготовиться к выпускным экзаменам, — сетовала волшебница, когда Тайлер с тоской заглядывал в высокие витражи, мелькавшие по пути к Центральному залу. — Кроме того, ты выбрал новый предмет, который совсем не изучал в Ильверморни. Что ты будешь делать на первом уроке Ухода за магическими существами во вторник? — Тебе разве самой не интересно погулять по окрестностям? — успел спросить Тайлер, пока Руби отвлеклась на расписание. — Ага, у меня в понедельник Магловедение. Нужно успеть изучить программу за все четыре курса в эти выходные, — волшебница устало потёрла виски. — Зачем я только согласилась? Ещё помочь Джошу с рефератом по Зельеварению. — Руби словно говорила мысли в слух, совсем не замечая мечтательный взгляд своего друга на раскинувшуюся опушку с видом на Чёрное озеро, где под солнечными лучами расположились студенты. — Ты справишься. Как и всегда, — лилейным голосом отозвался Тайлер, представляя, как сейчас он вместе с остальными учениками наслаждается отголосками летнего тепла. — Но на твоём бы месте, я бы всё же вышел во двор. Только посмотри какая погода! — Джош уже ждёт нас в библиотеке, — Руби торопливо взглянула на наручные часы и ускорила шаг, оставляя Тайлера плестись позади.       Волшебник обречённо вздохнул, последний раз заглядывая в окно. Подруга права — это первый и выпускной год в новой школе. Сейчас нужно работать не покладая рук. За каникулы Тайлер успел пролистать новые учебники. Казалось, что нового в них ничего не было. Всё те же заклинания, те же факты, те же зелья. Да и разве магия может отличаться? Все учатся одному и тому же — совладать со своей волшебной силой. Не может же магия зависеть от того, в какой стране ты родился или какая у тебя национальность или раса? Все волшебники имеют одну особенность, которую изучают в своих школах. Тогда для чего готовиться, если на экзаменах проверяют лишь твои способности? А Тайлер в них уверен.       Руби скрылась среди толпы студентов в Центральном зале. Здесь всегда собирались ученики, так как это место связывало все коридоры школы. Ещё вчера Тайлер обратил внимание на то, что на какой урок бы он не шёл, то обязательно проходил через Центральный зал — через толпу студентов, которые спешили на свои занятия.       Тайлер не любил места общего скопления. Он легко в них терялся. Без Руби и Джоша подобные места вызывали странное чувство, что охватывало дыхание. Глядя на всех, куда-то спешащих, учеников, ему становилось дурно. Толпа словно перехватывала воздух, не давая ему и попытки вздохнуть. Сердце билось с бешенной скоростью. Оно будто давало сигнал мозгу скорее скрыться из этого места. Но затуманенный мозг отключался в эти моменты, стараясь ухватить последнюю каплю воздуха. Слушались разве что ноги, который несли его в неизвестном направлении. Сердце им велело то, что желало больше всего — оказаться подальше от всех этих людей.       Тайлер считал своим сердцем Джоша. Он всегда вёл его в правильном направлении, когда собственное сердце всегда приказывало странные вещи. Джош давал правильные распоряжения, указывал на свет. Тайлер знал, что он хочет, потому что друг никогда не обманывал и вёл туда, куда велит его сердце. Ему нравилось то, что делает для него Джош. Нравилось подхватывать идеи Джоша. Так он открыл для себя квиддич — стал отличным охотником. Друг помогал ему в Защите от Тёмных искусств. И Тайлеру нравилось учиться. Ему нравилось использовать свои силы ради защиты — защиты себя, защиты близких, защиты родного мира. Джош решил стать мракоборцем, открыв глаза Тайлеру на то, как можно использовать свои знания во благо.       Если Джош был его сердцем, то Руби — мозгом — голосом разума. Волшебница всегда говорила то, что он хочет услышать в тот момент, когда готов натворить глупостей. Тайлеру нравилось думать. Он думал слишком много. А Руби всегда говорила то, о чём он мог размышлять днями и ночами. Она словно была старшей сестрой, которая знает про всё и обо всём — всегда поддержит советом, окажется в нужное время и в нужном месте, всегда подставит плечо — на неё всегда можно положиться. Но в то же время Руби ограничивала его, не давала тянуться за светом. И на это были причины — она боялась необдуманных решений. Так Тайлер часто оказывался под её «крылом».       Джош и Руби селили в Тайлера гармонию. Пока они рядом — сердце слышит разум, а разум — сердце. Когда он один, он не знает, что шепчет ему сердце, что твердит ему сознание. Тонкая грань разрушается, когда друзья оставляют его. Вот причина того, почему «потеря» Джоша так сильно отражается на нём. Тайлер потерял своё сердце, потерял свой свет. Остался лишь разум в лице Руби, который повторяет одно и то же. Но каждому важно слышать и своё сердце. Иногда оно говорит те вещи, которые разум наотрез отказывается воспринимать. На этом и держится гармония — борьба сердца и мозга.       Тайлер бежал, пробивался сквозь толпу, сам не зная куда. Двери узких коридоров с треском захлопывались, с каждым разом оставляя всё более протяжное эхо. Дыхание постепенно восстанавливалось. Сердечный ритм становился спокойнее. Тайлер вбежал в последний коридор. Тот оказался совсем пустой. Ни единой души, лишь он один — в полном одиночестве. Нужно скорее прийти в себя. Привести в порядок свои мысли. Но что приводить в порядок, когда голова совсем пуста? Рядом нет ни Руби, ни Джоша — никто не поможет понять свои чувства. Почему его так напугала эта толпа? Почему он бросился прочь? Что хотело ему сказать его настоящее сердце, ведя его ноги в этот безлюдный проход между Северным выходом и площадкой для Полёта на мётлах?       Тайлер посмотрел на левую дверь — там выход. Может сбежать от сюда прямо сейчас? Только куда он без Джоша и Руби? В одиночку он не справится. А куда бежать-то? Даже бежать некуда. Вновь довериться своему сердцу? Оно приведёт его туда, где он познает себя? Только Тайлеру совсем не хочется понимать себя в одиночку. Джош справляется с этой задачей намного лучше, а Руби всегда расставляет его мысли по полочкам. Без своих друзей он потеряет душевный порядок.       Голос в голове повторяет: «Следуй за мной». Но что это за голос? Если сердце говорит бежать, то разум работает с ним в паре и хочет показать путь?       Тайлер взглянул направо — там площадка для Полётов на мётлах. Вероятно, это есть выбор сердца. Джош любил летать, как любил и Тайлер. Значит выбор, что предстал перед ним — это выбор его сердца и разума? Значит голос, который он слышит — это разум взвывает к себе?       Тайлер совсем запутался. Мысли нескончаемым потоком лезут в голову, и вновь появляется эта мигрень. Пронзительная боль ударила в виски, заставив худое тело спуститься на пол по холодной каменной стене. Вот бы кто-нибудь пришёл сейчас на помощь — помог ему определиться, чтобы эта мигрень пропала. — Эй, Тайлер, — знакомый голос эхом раздался по коридору.       Тайлер обернулся. Надежда призывала Джоша или Руби. Но нет — это был не брат и не сестра. Со стороны площадки для полётов на мётлах в его сторону направлялся невысоких коренастый волшебник, весь усыпанный веснушками, в спортивной форме своего факультета. Тайлер узнал Чарли. Неужели хоть одно знакомое лицо возникло в этом пустынном коридоре, которое поможет ему выбраться из этих сомнений? Даже Роберт протянул мохнатые лапки из кармана мантии и забрался на холодную ладонь Тайлера, чтобы поздороваться со «спасителем» своего хозяина. — Ты чего на полу расселся? — встревоженно спросил Чарли, когда подошёл к волшебнику ближе. — Захотелось. Удобнее так, — почёсывая паука за брюшко, саркастично отозвался Тайлер, хотя внутри его колотило от странного чувства, что волшебник воспринял, как благодарность. — Я понял, — лучезарно улыбнулся Чарли. — Роберт боится шума, и ты решил найти место, где ему будет спокойнее? — Всё так, — под нос усмехнулся Тайлер, давая паучку взобраться по его рукаву. — Кстати, можем сегодня сходить к Хагриду. Хотя даже сейчас. Только дай мне несколько минут, чтобы переодеться. Я только что с тренировки, — воодушевлённо продолжал Чарли, заставляя Тайлера постепенно заряжаться его приподнятым настроением. — Билл мне рассказал о том, что ты состоял в команде, когда учился в прежней школе. Я хотел бы с тобой кое о чём посоветоваться. Ты не против? Только дай мне несколько минут.       Тайлер впал в ступор. Он не слышал последнего предложения. В его голове эхом проносился вопрос: «ты не против?». А ещё с ним хотят посоветоваться. С ним? С волшебником, который привык только спрашивать и просить советы, но никак их не раздавать. Да и что он может ответить, если сам ничего не понимает. Пару минут назад он сидел в оцепенение. Тайлер сам ждал совета.       Что его сильнее задело: забота о нём в лице вопроса «ты не против?» или же то, что с ним хотят посоветоваться? Впервые кто-то хочет услышать его мнение. Джош и Руби всегда слушали его. Но прислушивались они? Скорее Тайлер следовал их указаниям. Хотел ли он этого? Ему казалось, что хотел. Они открывали для него новые частички его сознания, раскрывали истинные желания.       Но вот совсем недавно у него появилось то, чего явно никогда не предлагали Джош и Руби — это паук. Роберт стал для Тайлера отдушиной. Когда друзей нет рядом, он находил в нём покой. Волшебник отдавал паучку всё своё внимание, что отвлекало от навязчивых мыслей — от странного голоса в голове. И вот сейчас он продолжал сидеть в одиночестве, но с Робертом это одиночество было только в радость. Вероятно, паучок чувствовал, когда Тайлер в нём нуждается. Иначе, почему он появлялся только в те моменты, когда волшебник оставался один?       Ведь Чарли Роберт тоже не боялся. И странно, что Тайлер относился пренебрежительно только к Биллу. Он всё не мог оставить ту сцену его братьев. Они подпали ему бровь, а старший брат вместо того, чтобы поддержать пострадавшего от их проделки, принялся защищать их. Никакой помощи, только оправдание. Никого не волнует смышлёные ли они — важно, что они сотворили пакость, из-за которой Тайлер сейчас ходит с проплешинами на брови. Будь Тайлер и Джош на месте близнецов, а Руби на месте Билла — она бы, не раздумывая, тысячу раз извинилась перед потерпевшим, а братьям бы устроила словесную (и не только) встряску. Это не честно оправдывать свою семью, когда они совершенно не правы.       От этого и негодовал Тайлер. Руби привила ему чувство справедливости. Она вспыхивала от каждого неправильного поступка, который не входил в концепцию её видения. Тайлер считал это хорошей чертой. Он лишь не знал, как ей пользоваться, из-за чего часто поступал необдуманно. И тут его останавливал Джош. Но что делать если ему хотелось так поступить? Хотелось ударить того кичливого однокурсника, который донимал младших. Хотелось высказаться против напыщенного профессора, который поступал нечестно по отношению к студентам. Что его только остановило тогда, на уроке Зельеварения? Джоша не было рядом? Или что-то по истине другое.       И даже сейчас Тайлер думал: хочет ли он идти с Чарли к Хагриду? Правильное это решение? Перси сказал, что Чарли запрещено ходить к лесничему с прошлого года. У них будут неприятности, если кто-то узнает, что он нарушил запрет. В таком случае, Руби посоветовала бы отказаться. А Джош? Джош бы определённо пошёл с ними. Ведь Тайлер, действительно, хочет пойти. Это единственное в чём он сейчас уверен. Но все равно подвергает сомнению…       Роберт активнее начал перебирать лапками, кружить по ладоням Тайлера — это знак. Он уловил мысли хозяина. Даже паучку хотелось встретиться со старым другом, который дал ему жизнь. Для питомца это важно, а для Тайлера важно то, что его любимец желает.       Через несколько минут в коридоре вновь появился Чарли, и уже без сомнений Тайлер пошёл за ним. Они прошли площадку для полётов, прошли школьный стадион. Впереди стали возвышаться хвойные деревья. Сырой запах леса ударил в нос. На небольшой опушке, озарённой палящим солнцем, показалась кособокая хижина. — Пока мы не зашли к Хагриду, — начал Чарли, когда они спускались по оврагу, и домик лесничего вновь пропал из виду. — Сегодня у нашей команды была тренировка. Меня выбрали капитаном, — просиял волшебник, но последние его слова прозвучали досадно. — Руби проговорилась Биллу, что ты был охотником. И при чём очень хорошим. Может расскажешь о каких-нибудь приёмах, которые ты использовал? Если ты не хочешь, я пойму. Всё же у каждого игрока должны быть свои секретные тактики.       И вот ещё одна тема, которую Тайлер готов обсуждать часами, кроме Роберта, — квиддич. Но готов ли он раздавать советы? Обычно этим занимался Джош. Благодаря ему, Тайлер стал хорошим игроком. Хотя можно ли назвать его хорошим игроком, раз он только и нахватался знаний у Джоша? — Я не знаю, что наговорила Руби, — проговорил Тайлер, вспоминая, как подруга хлопотала над ним во времена рассвета его увлечения. — Меня она только ругала за то, что я решил играть в квиддич. Меня и Джоша. Да и знаешь, из меня посредственный игрок. Джош лучше во всём разбирается. Обычно, он учил меня всему. Я могу поделиться тем, чему брат меня научил. Но я не уверен, что это что-то даст. — Почему ты не уверен? Мы же все передаём знания друг другу. В этом нет ничего плохого. Главное то, как ты эти знания используешь, — запыхаясь ответил Чарли, хватаясь за ветку и поднимаясь по резкому спуску из оврага. — Билл, вот, научил меня в шахматы играть. И если нужно, я могу кого-то другого научить. — Ты как-то слишком поверхностно относишься к понятию «делиться знаниями», — Тайлер поднялся за пятикурсником. — В шахматы играть проще простого. А вот повторить приёмы, которые мы разрабатывали совместно с Джошем и нашим капитаном — сложнее. Я не уверен, что смогу их повторить без них. — Ну давай тогда рассмотрим это со стороны квиддича, — в этот момент Чарли сильно напомнил Джоша, тот тоже любил на всё смотреть с разных сторон. — Кто чаще из вас троих охотников вставал в защиту, а кто вёл? — Обычно я вёл, а они вставали в защиту, — задумчиво протянул Тайлер. — Джош всегда говорил, что я намного поворотливее и ловчее. — Так значит все секреты приёмов доставались тебе. Важнее тот, кто ведёт. Защита тоже важна. Но дай им квоффл, с какого раза они заработают очки? Капитан вашей команды видел в тебе те качества, которые не видел в других охотниках, если, конечно, ваш капитан тоже не был охотником. — Он был загонщиком. Ай! За что мне такой рост?! — сухая ветка ударила Тайлера по лицу, заставив остановиться и потереть покрасневшую от лёгкого хлыста щёку. — Я знаю к чему ты клонишь. Видишь, что я не уверен в себе? — сквозь зубы процедил волшебник. — Нет, — простодушно пожал плечами Чарли. — Мне кажется, что ты недооцениваешь себя. Знаешь, я ведь тоже часто об это думаю. Я про то, что тебе кажется, что твои друзья лучше тебя во всём. Судя из того, что мне рассказал про вас Билл: Руби — лучшая ученица Ильверморни, точнее она могла бы ей стать, если бы вы не перевелись; Джош — очень яркий, обаятельный и харизматичный волшебник, который легко притягивает к себе людей, к тому же очень умный. На фоне этих двоих тебе кажется, что ты какой-то не такой. Как и мне на фоне Билла. — А что не так с Биллом? — Понимаешь, он — старший брат, первенец. Он привык быть лучшим во всём, — Чарли устало вздохнул и Тайлер уловил это чувство, которое сейчас пытался передать волшебник. — Мама всегда его хвалит: Билл — то, Билл — сё. А я? Неужели для того, чтобы услышать похвалу от мамы, я должен соперничать с братом? Билл, правда, лучший во всём. Мне его не переплюнуть. И тогда я для себя понял одну вещь. Зачем мне гнаться за братом, когда мы совершенно разные? Ему важно быть первым во всём — так пусть будет первым. Мне нужно понять, что хочу я. Я уже довыскакивался, пытаясь переплюнуть Билла. И вот с этого года я — староста, да ещё и капитаном стал. На мои плечи свалилась гора ответственности. И теперь мне кажется, что я словно пытаюсь угнаться за двумя снитчами и в итоге они оба ускользают от меня. Так, что сейчас мне лучше выбрать тот, который приведёт меня к победе — тот, который откроет мне мои истинные желания.       Знакомое чувство. Тайлер, действительно, считал себя недостойным, неправильным — каким-то не таким. Друзья были в разы лучше него, из-за этого он тянулся за ними. Он постоянно повторял себе: «Джош — моё сердце. Руби — мой разум». А это глубже, чем пытаться стать лучше их. Они стали частью Тайлера. Он хочет не просто услышать похвалу от старших. Да ему и не от кого услышать эту похвалу — его родители погибли. За спинами Руби и Джоша он чувствует себя в безопасности. Тайлер считает своих друзей путеводителями, которые тянут его к свету. В себе он видит только Тьму. Но является ли эта Тьма чем-то опасным? Может она скрывает внутри столько света?       Если Чарли прав, то Тайлеру предстоит огромная работа над собой. Понять свои истинные желания не так-то просто. Стараясь отогнать все нахлынувшие несвязные мысли, Тайлер осмотрелся. Хижина совсем близко. Справа тропинка уводила в глубокую глушь, где деревья росли настолько густо, что солнечный свет совсем не пробирался сквозь их раскидистые ветви. Смотря в эту темноту, Тайлер почувствовал, как его сердце вновь обретает покой. Дышать стало намного легче. Чистый лесной воздух раскрывал его лёгкие, заставляя дыхание сделаться более глубоким и размеренным. И в этот момент Тайлеру показалось, что начал кое-что понимать. — Постой, — волшебник резко остановился и полностью повернулся лицом к лесу. — Что? — Чарли остановился в след за ним и обернулся в ту сторону, куда сейчас был направлен угрюмый взгляд Тайлера. — Посмотри, — слизеринец указал в самую глушь леса, окутанную беспросветной тьмой. — Это так пугает, но это… — Но это так красиво, — на полуслове поймал его Чарли. — Да, — впервые Тайлер почувствовал необычайную лёгкость. Настоящая лучезарная улыбка спустя такое долгое время украсила его замученное лицо. — Представь, что это внутри тебя. Этот лес! — он широко развёл руками и тут же соединил ладони вместе и прижал их к груди. — Прямо здесь! Ты — этот лес. — Подожди, — Чарли уловил мысль своего недавнего знакомого, но даже ему в эту секунду показалось, что они знакомы с ним уже вечность. — Кажется, я понимаю о чём ты. Этот Запретный лес — это ты. На то он и запретный — в нём столько опасных необузданный существ. Но если раскинуть мозгами, то внутри нас столько всего пугающего. И ведь что-то может быть совсем безобидным и даже красивым, как, например, лунтелёнок; что-то настолько прекрасным и волшебным, как единорог. А что-то ужасным и уродливым, как фестрал, но даже это делает из тебя отдельную личность. — Не совсем это я имел в виду, — Тайлер неуверенно почесал затылок. О каких существах говорил Чарли он совсем не понимал. — Но да, в этом лесу столько ужасных вещей, которые пугают нас. Как и в познании себя. Только посмотри в эту тьму. Какой идиот полезет туда копаться, что-то искать? Проще, просто обходить этот лес стороной. А ещё проще увязаться за кем-то и следовать их указаниям, даже не оглядываться в сторону этой тьмы. Но вот сейчас я посмотрел со стороны на то, что я чувствую, когда думаю о себе. Я чувствую Тьму. Я боюсь лезть в эти дебри. Но если представлять то, что мой внутренний мир — это лес — насколько же он красив! И в этой Тьме, как в лесу, есть опушки, которые залиты солнечным светом. И смысл познания себя в том, чтобы найти эти полянки, чтобы насладиться их теплом, зарядиться светом и продолжить путь по извилистой тропе в полумраке. И когда ты откроешь каждую опушку, то их свет разольётся по твоей душе, осветит её и даст сил жить эту жизнь дальше. Хотя знаешь, твоя аллегория с животными мне нравится больше. Моя звучит как-то депрессивно. — Можно просто объединить наши представления. Ведь во тьме ты тоже узнаешь очень много нового о себе, — Чарли выдавил грустную улыбку. — Ты прав, — кивнул Тайлер, делая шаг в сторону хижины Хагрида. — Но есть ещё одна очень важная вещь. Ты бы пошёл в лес один? — Навряд ли. Даже Хагрид туда один не ходит. А ты сам видел какой он. — Вот-вот. Так же и с познанием себя. Соваться в эти дебри опасно. Должен быть кто-то, кто готов пойти с тобой. Я бы взял Джоша и Руби. Джошу вручил бы факел, чтобы он освещал мой путь. А Руби дал бы карту, чтобы она помогала мне не заблудиться. А теперь подумай, кого бы ты взял с собой? Может всё-таки Билл — это не твой соперник, а тот, кто поможет тебе разобраться в себе. Всё же он — твой брат. И ты тянешься к нему. Не нужно пытаться перепрыгнуть его, нужно идти с ним рука об руку, как мы. И не забывай, что у тебя ещё четыре брата и сестра. Посмотри сколько у тебя помощников. — Знаешь, я лучше пойду только с Биллом, — усмехнулся Чарли. — Представь, какой хаус тут устроят близнецы! Они этот лес подожгут. — А может тебе нужно, чтобы твой лес был объят огнём? — Тогда я бы решил заниматься драконами, если бы мне не хватало огонька. — Звучит, как идея, которую нужно хорошенько обдумать. Мы можем говорить об этом ещё долго, пока не начнёт смеркаться. Тогда не успеем заглянуть к Хагриду, — Тайлер не дожидаясь ответа, направился в сторону хижины лесничего.       Опушка, на которой возвышался хиленький деревянный домик, была усеяна тыквами. Вокруг стоял неприятный запах навоза, который сразу ударил в нос, когда ребята приблизились. Тайлер закрыл лицо рукавом мантии, а Чарли лишь поморщился от душного смрада. Под палящим солнцем вонь только усиливалась. Тайлер даже подумывал развернуться и пойти обратно, но Роберт вылез из кармана мантии и шустро забрался на плечо, воодушевляя и давая волшебнику понять, что он вспомнил место обитания своего прежнего хозяина.       Чарли первым подошёл к двери и постучал. С другой стороны послышались тяжёлые шаги и протяжный лай. А через пару мгновений дверь открылась. Перед ними предстал самый настоящий великан. Как давно его не видел Тайлер. Волшебник расплылся в приветливой улыбке. Роберт тут же вскарабкался ему на голову и потянул передние лапки в сторону косматого великана, словно махая. — А я-то думаю: кого это ко мне занесло? — через пышную чёрную бороду Хагрида проглядывала добродушная улыбка. — Давно не виделись! — Лесничий протянул Чарли огромную ладонь, что в ней широкая ладонь гриффиндорского старосты показалась совсем детской. — Привет, Хагрид. Я тут не один, — волшебник повернулся к Тайлеру, представляя его великану. — Это Тайлер. — Погодь-ка, — крошечные глаза-бусинки, утопающие в густых бровях, великана округлились. Он несколько раз протёр их огромными кулаками, пытаясь понять не мерещиться ему ещё один волшебник, да ещё и с пауком на голове. — Это же ты работал летом в «Дырявом котле»! Ну заходите-заходите!       Хагрид шире распахнул дверь, отгоняя от прохода большого чёрного пса. Что за порода, Тайлер совсем не понимал, но собака была такой же огромной под стать своему хозяину. С таким псом только и бродить по закоулкам Запретного леса.       В доме была только одна комната. По середине стоял круглый дубовый стол, а у окна — массивная кровать, покрытая лоскутным одеялом. Оглядевшись, Тайлер подумал: а удобно ли здесь жить такому великану, как Хагрид? Почти всё пространство шаткой хижины занимала громоздкая мебель. Спинки стульев доходили Тайлеру до плеч — во весь рост Чарли, а столешница упиралась в грудь. С потолка свисали окорока и выпотрошенные фазаны. Заметив их, Тайлер невольно вздрогнул — такое себе зрелище. В камине потрескивал огонь, над которым кипел медный чайник. — Ты… Тайлер… чувствуй себя, как дома, — сказал Хагрид, закрывая дверь и пропуская пса, который галопом бросился к Чарли. — Клык! — радостно воскликнул волшебник, принимая в объятья собаку. — Скучал, а? Пёс принялся облизывать пятикурснику лицо и восторженно гавкать, словно рассказывая ему какую-то историю. Тайлер с умилительной улыбкой разглядывал эту картину, а Роберт вновь спрятался в карман мантии от громкого лая Клыка. Было очевидно, что хозяин хижины, что его пёс выглядели намного опаснее, чем есть на самом деле. — Спасибо вам, — неуверенно начал Тайлер, смотря на то, как Хагрид заваривает чай и выкладывает кексы, которые судя по звуку, издаваемым при соприкосновении с тарелкой, были явно не первой свежести — совсем засохли и превратились в камень. — Разве я не говорил тебе — ещё тогда в пабе — что ты можешь ко мне обращаться на «ты»? — великан внимательно посмотрел на него, словно напоминая тот разговор в «Дырявом котле», когда юноша впервые познакомился с ним. — Ни к чему все эти нормы и приличия. Только взгляни на мою халупу. Я же такой же простой, как и вы, ребята. — Хагрид поставил пол-литровые кружки с чаем на стол и подвинул пару стульев, приглашая студентов присесть. — Хагриду не нравится, когда его называют на «вы», — Чарли наконец оставил Клыка и уселся между великаном и Тайлером. — Хагрид — наш друг. А кто к друзьям на «вы» обращается? — Хорошо, — слизеринец учтиво склонил головой. Ему ещё было не привычно обращаться к взрослым, не используя уважительные формы. — Помните… помнишь, Хагрид, вы… ты этим летом подарил мне паучка? Только посмотри, как он подрос!       Тайлер скоро достал Роберта из кармана, тот резво отбивался, чувствуя поблизости громадного пса. Лесничий протянул ладонь, переманивая паука к себе. На удивление, питомец сразу успокоился и потянул резвые лапки к лохматой бороде великана. На ладони Хагрида он казался совсем крошкой — словно маленькой мушкой. — Ничо се! Я ж помню его совсем малюткой, — великан попытался почесать паучка широким пальцем за брюшко, и в это момент сердце Тайлера забилось с бешенной скоростью — как бы лесничий не раздавил его питомца. — Интересно, как у тебя получилось вывести это семейство? — усмехнулся Чарли, отпивая горячего чая. — Да-к, мы с профессором Кеттелберном вместе всё лето работали над тем, как эту парочку-то скрестить, — ответил Хагрид. — Долго думали. А потом решили применить уменьшающее зелье. Там потомства было больше сотни точно! Сильванус даже хотел их в программу вашу включить. Только вот… это… профессор МакГонагалл узнала и попросила нас избавиться от них. Так мы решили их в лес выпустить вместе с матерью. Их отец за ними присмотрит. Всё-таки акромантулы разумные существа. Живут стаями и заботятся друг и друге. — Но одного ты всё же оставил? — Чарли пытался откусить кекс, но чуть не сломал зуб, и, чтобы не обижать лесничего, спрятал засохшее пирожное в карман. — Так интересно же было посмотреть, что из него вырастит. Только вот и про него потом тоже узнали, — тяжело вздохнул великан. — Я к нему-то привык… привязался… Совсем не хотел отпускать. Хотел тебе предложить поухаживать за ним. Ты же все тонкости ухода за зверьём знаешь. Но Сильванус сказал, что это будет слишком… подозрительно… что у тебя окажется похожий паук. Знаешь же профессора МакГонагалл. Она сразу всё поймёт. Опять запретит тебе ко мне приходить. Так я решил найти кого-нибудь, кто смог бы за ним присмотреть. Хотел Ньюту предложить. Но и его ты знаешь — весь в разъездах. — Тогда почему вы… то есть, ты отдал его мне? — спросил Тайлер, повторив то же, что пару минут назад сделал Чарли — убрал засохший кекс в карман, пока Хагрид не видел, разглядывая паука. — А кто ж меня знает? На пьяну голову отдал. Показался ты мне добросовестным волшебником, — лесничий пустил легкий смешок в косматую бороду. — И видишь, не прогадал! Паучок-то вон как подрос. Только я и не думал, что ты тоже ученик. Не видел тебя здесь раньше. — Тайлер перевёлся к нам из другой школы, — ответил Чарли, пока Тайлер делал глоток чая. — Правда? — удивился Хагрид, выпуская Роберта из рук, и тот сразу побежал к поблизости сидевшему рыжему волшебнику, прячась в рукав его мантии. — Из какой это? — Из Ильверморни. Она находится в Америке.       Чаепитие затянулось до самого вечера. Ребятам было пора на ужин, когда Тайлер закончил свою историю переезда в Хогвартс: рассказал про жизнь в Лондоне в «Дырявом котле», рассказал про Джоша и Руби, рассказал про прежнюю жизнь в старой школе. Хагрид и Чарли часто спрашивали его о фауне в Северной Америке, но в этих вопросах волшебник не нашёл ответа — он всегда увлекался только тем, что было интересно его друзьям, а там только беспросветные будни за учебниками.       К половине шестого Тайлер и Чарли возвращались в замок. Солнце заметно опустилось к горизонту. Золотые лучи били в глаза. Над травой стал опускаться седой туман. Окрестности заметно опустели. Со стадиона доносились возгласы. Как показалось слизеринцу, среди них он услышал высокий картавый голос Томаса, своего соседа по комнате. Видно, команда завершала тренировку и спешила к ужину.

***

      В течении следующей недели для Руби добавилась ещё одна задача по мимо учёбы. Её походы в библиотеку смешались с постоянным сопровождением Тайлера в школьных коридорах. После неожиданного исчезновения брата Руби и Джош дали слово, что больше не оставят его без внимания. Хорошо, что в тот день волшебника нашёл Чарли. Иначе, девушка не простила бы себе ещё одну потерю. Тогда друзья обыскали каждый уголок замка. И конечно, не без помощи. Джош сразу обратился к Двейну, своему старосте, а тот позвал Дебби и Аманду. К концу вечера присоединился Билл. Он сразу предположил, что волшебники сбежали к Хагриду. И оказался прав.       Как же тогда Руби отчитывала своего брата. До момента пока он не сказал о причине своего побега. Как же так? Снова его тревожное состояние вернулось. Руби ведь ещё не успела доделать своё Успокоительное зелье. Она трудилась над ним только по одной причине — уберечь Тайлера. Но он же начал постепенно справляться и без посторонней помощи? Слишком рано волшебница дала ему возможность проявить себя. Он ещё не готов. Сердце теперь болело не только из-за учёбы, но и из-за постоянных переживаний за брата.       На Тайлера было больно смотреть. За последние восемь дней в новой школе он совсем осунулся. Только Джош мог как-то приободрить его, чтобы вымученная улыбка хоть на несколько секунд скрасила его печальный лик. Нужно что-то делать, пока зелье не готово — как-то помочь брату. Куда до налаживания полезных связей со школьным старостой и помощи одинокой студентке с Когтеврана, когда твой брат ходит в подобном состоянии?       Руби всё чаще стала засиживать в библиотеке, чтобы найти более действенные ингредиенты. И она нашла. Но как их достать? Настойку из полыни и лавандовый эликсир можно найти в собственных запасах, но кипрей, который обладает мощными седативными свойствами, где-то необходимо взять. Что-то похожее Руби видела в теплицах школы.       Осталось только придумать, как выудить несколько листочков волшебного растения, пока преподавательница Травологии, профессор Стебель, не видит. Определённо, есть что-то ещё, кроме кипрея, что могло бы помочь усилить эффект Успокоительного зелья. Может можно поменять процесс приготовления, чтобы он изменил свойства напитка? Подсказал бы кто. Но в школе явно никто из учеников так хорошо не разбирался в предмете, чтобы помочь ей. Профессора не поймут, если Руби объяснит причину для чего она так рвётся поскорее разобраться с зельем.       Волшебница какой день пропускает обед. Даже Джош и Тайлер не могли оторвать её от книг. Говорят, что школа — второй дом. Но для Руби первым домом стала библиотека, а вторым — страницы увесистых фолиантов. Она спала по несколько часов. Её белоснежная кожа из-за постоянных дум и подобного режима приняла серый оттенок. Под глазами появились фиолетовые круги. Руби совсем перестала следить за собой, желая успеть всё и сразу. Если днём она таскалась за братом и параллельно искала новые способы улучшить зелье, то вечером волшебница углублялась в изучение маглов. Нагонять программу всё же необходимо, и не важно какие трудности сейчас присутствуют в личной жизни.       Страницы книги «Тысячи волшебных лекарственных трав» сменялись каждую минуту. Глаза быстро пробегали по названиям и свойствам растений. Имбирь помогает вернуть обоняние. Кананга используется в слабо действующих любовных зельях. Что она вообще забыла в сборнике с лекарственными травами? Ах, её аромат помогает от головных болей. Отвар зимолюбки применяют для заживления ран. Пентанема помогает при кашле. Да что же такое? Совсем нет ничего, что могло бы помочь волшебнице с приготовлением Успокоительного зелья, и что не нужно искать на полках аптек и в школьных теплицах профессора Стебель. Вот бы ещё попалось что-то, что могло бы решить проблемы с усталостью и желанием спать. — Нет ничего удивительного — встретить тебя здесь, — над высокой стопкой книг послышался знакомый голос.       Руби наконец подняла взгляд от страниц увесистой книги. В библиотеке не было ни души, кроме неё самой и Билла. Сердце дрогнуло. Неужели волшебница пропустила колокольный звон, и староста поймал её за прогулом? — Билл! Извини, я не хотела. Совсем зачиталась, что прослушала звонок на урок, — начала оправдываться Руби и попутно собирать все книги, часть из них закидывать в рюкзак. — Звонок ты пока не пропустила, но обед… — волшебник подхватил половину из высокой стопки книг, которые вручила ему растерянная слизеринка. — Думаешь, оно того стоит? Голодать ради учёбы? Учебники никуда не убегут. — Ну да, они же не наши братья, — саркастично отозвалась Руби, понимая, что староста напрасно оторвал её от поисков, и усаживаясь обратно за стол. — Кстати, сейчас они снова не сбежали? Может привязали Джоша к стулу и отправились в Запретный лес? — А как твоя голодовка и одержимость учёбой связаны с Тайлером и Чарли? — Билл занял место напротив волшебницы и отставил книги в сторону, которые несколько мгновений назад она вручила ему. — Действительно, как? Кто же искал их по всему замку весь день? — спокойный тон гриффиндорца только раззадоривал нарастающий гнев Руби от негодования. — Я потратила на них столько времени. А ведь вместо этого, могла изучить свойства кипрея и придумать где его достать. — Зачем тебе кипрей? — Для чего будущему лекарю лечебное растение? Мозгами пошевели. Наверно для того, чтобы приготовить целебный отвар? — Всё маешься над Успокоительным зельем? — сквозь мимолётную ухмылку спросил Билл, заглядывая в раскрытую книгу перед Руби. — Мне кажется, что лучшее успокоительное для тебя сейчас — это пообедать и наконец-то выспаться. — Что-то ты слишком спокоен для ученика выпускного класса. Ты вообще готовишься к экзаменам? — с укором ответила волшебница, отрывая взгляд от пергамента. Увидев с каким недоумением на неё смотрит Билл, она тут же осела. — Извини. Ты навряд ли поймёшь ученицу другой школы, на которую навалилось всё и сразу — различие между учебными программами, новый предмет, личные проблемы и привыкание к новой школе и стране. А ещё я иногда совсем не понимаю, что говорят учителя из-за их странного акцента. Странно, что язык один, а говорим мы на нём по-разному. — Так может не стоит столько взваливать на себя? Ты всегда можешь обратиться к кому-нибудь за помощью. И если я не ошибаюсь, то двое из учеников Хогвартса в вашу первую встречу сразу сказали, что вы можете обращаться к ним по любому вопросу. — Ты про себя и Дебби? У вас и без меня полно работы. — Помогать новым ученикам — это основная часть моей работы, как школьного старосты.       Руби в сомнении увела взгляд в сторону. Она никогда не могла принимать безвозмездную помощь. Что волшебница может дать старосте, когда у неё даже на себя нет времени? Хотя это его работа. Он сам об этом сказал, сам предложил. Ей бы действительно не помешала помощь в освоении нового материала, который они не проходили в Ильверморни. Да и её задумка завести выгодный союз между собой и школьным старостой быстрее осуществится, если она согласится принять его предложение. — Хорошо, — просияла Руби, хотя из-за её измученного вида улыбка вышла болезненной и жалкой. — Только я совсем не понимаю, чем могу помочь тебе взамен. — Это не обязательно. Хотя… — Билл задумчиво увёл взгляд, но через секунду лукаво улыбнулся. — Ты перестанешь пропускать обед, нормально спать и чаще выходить из замка. — Обед и сон — ладно. Но когда мне гулять? Только посмотри на эту стопку учебников. — Я тебе помогу, если ты будешь выполнять все эти условия. Но раз тебе так важно заниматься, то почему бы не учиться на свежем воздухе? Я договорюсь с мадам Пинс о том, чтобы она разрешила тебе выносить книги из библиотеки. — Всё-таки мне кажется, что этого не достаточно. У меня есть более выгодное предложение для обеих сторон, — Руби, выслушав условия, которые выставил Билл, поймала себя на мысли, что подходящего момента для заключения важного союза возможно и не будет, поэтому, оставив сомнения позади, решила попытать удачу. — Я заметила, что ты не особо силён в Зельеварении. Давай сделаем так: ты помогаешь мне подтянуть школьную программу Хогвартса, а я в свою очередь помогаю тебе с Зельями. — Значит, ты следуешь принципу «око за око». Справедливо. Хорошо. Где договор подписывать? — Билл подобрал перо, которое лежало рядом с волшебницей и иронично усмехнулся. — Только могу я всё-таки вписать туда пункты о твоём питании, сне и регулярных прогулках на свежем воздухе? И о том, что наш договор начинает действовать с этой же минуты. — Да. Но нет необходимости что-то подписывать. Пусть этот уговор останется в нашей памяти, — Руби подхватила шутливый настрой волшебника и улыбнулась в ответ. — Тогда чего ждём? До конца обеденного перерыва осталось пятнадцать минут. Тайлер и Джош тебя ждут.       Руби уложила необходимые учебники в рюкзак и, подхватив вслед за Биллом оставшуюся стопку книг, оставила её на столе библиотекарши, мадам Пинс, которая, судя по тому, что её высокая остроконечная шляпа, так и не показалась среди книжных полок, ушла на обед. За несколько минут волшебники добрались до Большого зала. Тайлер и Джош обрадовались появлению сестры. Наконец-то хоть кто-то смог повлиять на её упрямый характер и смог заставить поесть. Руби только успела дожевать последний кусок жаренной рыбы, как еда исчезла со столов и по всей школе раздался колокольный перезвон, зазывавший учеников на урок. Джош поспешил на Нуммерологию, которая осталась в учебной программе со времён Ильверморни. А Руби, Тайлер и Билл отправились в класс Магловедения.       Предмет преподавал, как показалось Тайлеру, очень странный и застенчивый профессор Квирелл, который ко всему ещё и заикался. Учитель со всеми учениками вёл себя приветливо и учтиво. Руби было жалко его. Ведь из-за своей рассеянности молодой преподаватель часто подвергался насмешкам со стороны школьников.       Весь кабинет Магловедения был заставлен изобретениями не магов. Каким-то образом в небольшой класс даже сумели уместить настоящий экземпляр бомбарды — магловской пушки с ядрами. Руби с укором смотрела на каждого, кто смеялся с названия орудия, которое созвучно с взрывающим заклинанием. Бедный профессор Квирелл от беспрерывного гогота студентов только сильнее начинал заикаться. Он пытался на сегодняшнем уроке рассказать про стационарный телефон. И ведь интересная вещь, которая помогает простецам связывается между собой через сотни километров. Вот бы такая была у Руби, Тайлера и Джоша. Тогда бы они никогда не терялись и были на связи. Это ведь намного удобнее, чем гонять Вильгельма, ворона Джоша, от одного к другому. Может есть какие-нибудь чары, которые помогают связываться волшебникам на расстоянии, кроме сов? Руби серьёзно озадачил этот вопрос. Только времени искать на него ответы совсем нет. После Магловедения шёл урок Трансфигурации, а после него снова нужно бежать в библиотеку к верным друзьям — книгам и фолиантам.       В конце занятия в отместку за шумное поведение профессор Квирелл задал к следующему понедельнику подготовить реферат длинной в полутораметровый свиток про виды магловской связи. Профессор МакГонагалл после практики исчезающих чар добавила к куче домашнего задания ещё один доклад о их применении в быту. И как с такой загруженностью только успевать нормально спать, не говоря уже о прогулках? Руби и Тайлер обречённо шагали в библиотеку. — Вы всё никак не можете открыть для себя новый маршрут? — на повороте в Центральный зал, волшебников догнал Билл. — Ты сам знаешь сколько нам задали, — устало ответила Руби, поправляя спадшую лямку тяжёлого рюкзака. — Хоть обычно я противник просиживать штаны в библиотеке, но сегодня без этого никак, — сквозь зубы проговорил Тайлер, глядя на сияющую улыбку школьного старосты. — Нам задали домашнее задание к следующему понедельнику. Не поверю, если вы не сделали реферат по Зельеварению ещё в выходные. И, Руби, я видел, как ты в субботу работала над переводом скрижали для Древних рун. — Нужно помочь Тайлеру с Уходом за магическими существами. Они проходили демимасок. Я обещала помочь с рисунком. — Рисовать можно и на природе. И читать тоже. — Слушай, — прыснул Тайлер, не стерпев своей неприязни к Биллу. Он старался ответить мягко, но оказавшись снова в толпе учеников, которая всегда образовывалась в Центральном зале, сдерживать себя стало трудно. — Что тебе надо, а? Спасибо, что помог замять ситуацию с Хагридом и мне в субботу пришлось только тереть книжные полки в библиотеки. Но сейчас нам твоя помощь не нужна. — Тайлер! — Руби одёрнула волшебника за рукав мантии, — Билл прав. Можем ведь вдвоём посидеть в Мощёном дворе и доделать домашнее задание. Библиотечные стены на меня уже давят. Сегодня даже показалось, что книжные стеллажи движутся — идут прямо на меня. — Ты имела в виду, втроём? — Тайлер окинул волшебницу и старосту суровым взглядом. — Или ты пойдёшь только с Биллом? — Нет, ребята. Я бы с вами пошёл, но у меня дела. Нужно найти Чарли. Его сегодня тоже ждёт отработка. Пинс сказала, что подготовила для него очень ответственное задание — перебрать все читательские билеты учеников в поиске задолжников. — Билл на прощание подмигнул Руби и тут же скрылся в потоке учеников. — Да тебя никто и не звал, — успел пробормотать под нос Тайлер.       Руби сильнее дёрнула брата за рукав, что мантия послушно сползла с левого плеча и паучок из капюшона волшебника быстро перебрался в карман белой рубашки.       Выйдя из Центрального зала в Мощённый двор, Тайлер и Руби поплелись поближе к желтеющим кустам возле школьных теплиц. Заходящее солнце било в глаза, а под тенью ветвистых молодых дубов, веяло осенней прохладой. Лёгкий ветерок ласкал лицо, играл с волосами. Руби то и дело поправляла выбивающуюся прядь, которая постоянно падала на белый альбомный лист. Наконец-то волшебнице удалось покинуть стены замка. И хоть она боялась, что слишком многое упускает, находясь под тёплыми осенними лучами, но оказаться на свежем воздухе, ей действительно, было необходимо. Дышать стало легче и торопиться никуда не хотелось. Казалось, что мир вокруг остановился. Времени хватит на всё. И ведь даже в ту субботу его бы хватило.       Почему она тогда, как одержимая, мчалась в библиотеку? Могла бы провести день со своими братьями. Тогда бы и Тайлер не сбежал, и не пришлось бы искать его по всей школе. Но почему он сбежал? Неужели он так хотел провести день, шатаясь по окрестностям замка? Безусловно, Хогвартс прекрасен. Особенно со стороны. С улицы он кажется таким огромным. Высокие гранитовые стены, которые так напоминают Ильверморни. Только американская школа совсем не сравниться с Хогвартсом. Он в разы больше. А пришкольные дворы ещё зеленее и имеют сладкий аромат цветущих роз. Вдали виднеются белоснежные верхушки гор. Даже пейзаж напоминает окрестности Ильверморни. Она тоже скрыта в горных лесах.       Вот бы снова почувствовать её запах — аромат хвои, лёгкого морозца и чистейший горный воздух, раскрывающий дыхание. Снова услышать шум ледяной речки. Бежать по зелёной траве под раскаты Птицы-грома, раздающиеся из леса, предвещающие проливной дождь. Резвиться с братьями под ливнем. А после валяться в высокой траве под палящим солнцем. — Демимаски вообще-то живут в тени, — презрительный тон Тайлера резко вернул Руби в настоящее. — Ой. Сейчас всё переделаю, — она взглянула на альбомный лист, где вместо белоснежного лохматого существа, похожего на ленивца, был изображён пейзаж из сладких воспоминаний. — Можешь оставить. Поставлю в рамочку и повешу над кроватью, — усмехнулся волшебник и, отложив учебник про магических существ, подвинулся ближе к подруге, чтобы лучше рассмотреть рисунок. — Я тоже скучаю. Ильверморни стала для нас домом. — Я хочу снова оказаться там, — Руби тяжело вздохнула и, проводя ладонью по пергаменту, обратила свой усталый взгляд в сторону Тайлера. — Вот почему свечи пахнут только огнём и плавящимся воском? Почему они не могут пахнуть как-то иначе? Я бы тогда больше обращала внимание на то, что у меня в подсвечнике, а не на то, что помогает мне разглядеть в учебнике оранжевый свет. Тогда бы и пламя грело не только тело, но и сердце. Может я бы тогда не была такой занудой. — Кажется, я знаю, что тебе может помочь, — просиял Тайлер и поднялся, потянув за собой сестру. — Только обещай, что не будешь ругаться. Ну или как ты сейчас сама признала, — нудеть. — Ладно, — неуверенно протянула Руби, давая брату только крепче вжаться в её ладонь.       Мощёный двор сменился на извилистую тропинку, ведущую в сторону школьного стадиона. Небо постепенно заливалось багрянцем и седые облака золотом переливались в свете уходящего солнца. Из леса веяло приятной прохладой. Ветер стал усиливаться, что даже русая копна непослушных волос Тайлера развивалась под его легкими порывами, а Руби спрятала свои жемчужные пряди в капюшон мантии. С каждым шагом сердце волшебницы замирало. Они всё ближе подходили к Запретному лесу.       Беспросветная тьма, которая окутывала лесную чащу, пугала. Из темноты доносились устрашающие звуки. Под порывами ветра стройные стволы деревьев издавали протяжный скрип. Руби послушно следовала за Тайлером в глубины леса, ведь она обещала не возражать. Волшебник резко остановился на опушке залитой уходящими лучами сентябрьского солнца. Вблизи показалась кособокая хижина лесничего. Тыквы в его огороде заметно подросли и теперь оранжевым светом поблёскивали среди синеватой зелени леса. — Я долго не мог понять почему всю неделю меня так тянет к этому месту, — спустя долгое и тревожное молчание начал Тайлер. — Посмотри туда, — он указал Руби во тьму, как в тот субботний вечер указал Чарли. — Это очень жуткое и пугающее место, Тайлер, — проскулила волшебница, глядя в темноту, из которой исходили странные звуки шуршания и протяжные потрескивание верхушек хвойных деревьев. — Хоть я обещала не занудничать, но нам правда нельзя здесь находиться. — Хорошо, — Тайлер приблизился к Руби и положил руки ей на плечи. — Я знаю, это сложно. Но ты всегда понимаешь меня, как никто другой. Я тебе доверяю. Поэтому, прошу, сегодня доверься и ты мне.       Волшебница нервно сглотнула и, сквозь страх, неуверенно кивнула брату. — Пожалуйста, закрой глаза, — убедившись, что сестра послушалась его, Тайлер развернул её лицом к лесной чаще. — Теперь глубоко вздохни. Вот так. Что-нибудь чувствуешь? — Прости, но совсем ничего. — Вот и я. Я тоже ничего здесь не чувствую, — Тайлер тяжело вздохнул, выдерживая небольшую паузу. — А ведь это прекрасно… ничего не чувствовать. Кажется, что, теряя все эмоции, ты обретаешь свободу. Смотря вглубь этого леса, я вижу себя со стороны. Ничего, кроме всепоглощающей тьмы. Словно моё тело отделилось от сознания, и та неизведанная часть меня погрузила этот лес в мрак. Последний раз я себя так чувствовал только в Ильверморни. — Но Ильверморни не пугала меня. А это место… Это место наполнено ужасом. Только посмотри туда. Поглубже в эту тьму. Думаешь там безопасно? Ты ведь это хотел мне сказать? От того, что тебе спокойно не значит, что тут безопасно, Тайлер.       Руби схватила брата за руку и потянула на себя. Время уходить. Не дай Мерлин, кто-то узнает, что они были в Запретном лесу. Тут точно не отделаться одной отработкой. Тайлера ведь предупреждали о том, что нельзя отходить от замка настолько далеко. Так почему он вновь хочет нарушить это правило? — Вот видишь, ты поняла, что я хотел тебе сказать!       Волшебник отдёрнул руку Руби и резко остановился. Он явно не хотел никуда уходить. Тайлер начал шагать взад-вперёд, наворачивать небольшие круги по желтеющей опушке в лучах красного заката. Казалось, что его силуэт начал медленно размываться в опускающейся темноте сине-зелёного леса. — Ты всегда понимаешь, что я хочу тебе донести, Руби.       Тайлер резко остановился. Он бегло обратил свой хмурый взгляд на волшебницу. В его карих глазах заиграли огоньки. Ох, если бы это были блики уходящего солнца. Его взгляд стал больше походить на одержимый. — Может если я скажу тебе то, что сказал Чарли в субботу, ты снова поймёшь меня и объяснишь почему мне не следует следовать своему голосу в голове, который тянет меня в это место, — он заговорил чуть тише, словно фанатик. — Ты представь, что этот лес — это внутри тебя. Я ведь уже сказал, что эта тьма похоже на то, что я чувствую, когда пытаюсь понять себя. Это место, как наглядный пример того, что представляет моё нутро. Ты загляни туда снова. Это ведь и в тебе есть. Но знаешь, что ещё есть внутри каждого из нас? Кроме темноты, как и в лесу, есть залитые солнечным светом опушки. Это ведь то, что греет каждого из нас. Я устал бояться, Руби. Я устал сидеть на месте. Голос в голове постоянно зовёт меня куда-то. И знаешь… он утихает только здесь. Возможно, это то место, в котором я найду ответы. — Тайлер тяжело вздохнул и снова начал расхаживать по траве. — Но я не хочу отправляться на поиски один. Да и какой глупец полезет в эту тьму в одиночку! Я понял, что без тебя и Джоша мне не справиться. Я тогда назвал вас моими картой и факелом. Ты — карта. Джош — факел. Мне кажется, что это даже объяснять не надо. Я хочу, чтобы вы помогли мне разобраться с этой тьмой. — Эх… почему ты так любишь этот символизм? — с грустной улыбкой протянула Руби, делая несколько шагов в сторону своего брата. — Конечно, мы тебе поможем. Мы всегда помогали тебе в поиске себя. — В этот раз я хочу, чтобы мы помогли друг другу. Я стану вашим компасом, — Тайлер взял ладонь сестры. Он еле сдерживал слёзы. Его глаза покраснели. — Мы больше не сможем вернуться в Ильверморни. По твоим словам, мы больше не сможем вернуться в безопасное место. Но безопасно не в стенах здания, а там где люди, на которых можно положиться. Рядом с тобой и Джошем я чувствую себя в безопасности, поэтому хочу, чтобы мы вместе прошли этот путь. — Хорошо, Тайлер, — Руби притянула брата в свои объятия.       Волшебница была готова на всё, лишь бы помочь Тайлеру избавится от подобного состояния. Она знала, что он боится себя. Руби не допустит того, чтобы её брат вновь заблудился в глубинах своего сознания. Как бы красиво и абстрактно он не говорил, она всегда понимала его. Даже то, что он хотел сейчас ей передать, она поняла — Тайлер снова просит о помощи. Он снова потерялся. Снова стоит на развилке двух дорог, пытается сделать выбор. Нужно помочь ему выбрать правильный путь. И этот голос в голове — Руби знакома с ним. Он тоже мучал её когда-то.       Это был голос выбора. Каждый сталкивается с ним в определённый момент своей жизни. Руби точно знала, что он никогда не укажет на верный путь. Этот голос только пытается запутать — хочет, чтобы все погрязли в постоянном чувстве неопределённости.       Тайлер правильно сказал, что у каждого внутри находится лес. В нём столько тропинок, столько развилок. Никто не знает, кроме самого человека, на какую ступить, чтобы не заблудиться. Здесь без карты не обойдёшься. Но на карте указано столько целей. Можно ли получить каждую? Нужно выбрать что-то одно.       Руби сразу представила, что могло бы быть изображено на карте. Вероятно, самые важные вещи в её жизни. Она хотела помогать людям — поэтому выбрала профессию лекаря. Она хотела всегда быть с Тайлером и Джошем. Она хотела бы обрести дом, после долгих лет прожитых в стенах школьных общежитий. Жить там вместе со своими братьями. Это был бы их спокойный райский уголок, в котором было бы огромное количество книг. Около дома протекала бы речка. В саду росли бы гвоздики. А недалеко от дома возвышались горные леса. Каждый вечер она бы проводила в саду, наслаждаясь чистым воздухом, чей аромат так походил на то, что она слышала в Ильверморни.       Ещё Тайлер сказал, что Руби убегает от проблем при помощи книг. Но правда ли это? Руби всегда казалось, что она ищет решение своих проблем в книгах. Даже сейчас её походы в библиотеку имели цель найти ингредиенты для Успокоительного зелья, над которым трудилась волшебница только для того, чтобы решить проблему Тайлера. Неужели он видит всё иначе? У Руби всё продумано на столько, что о погрешности не может идти и речи. Каждое её действие имеет смысл. Её походы в библиотеку имеют смысл. Кто ж виноват, что учёба занимает столько времени? Она ведь важна не только для того, чтобы иметь хорошие оценки. Знания — это трезвый взгляд на жизнь. Они помогают ориентироваться везде. Они помогают добиться своих целей. Если бы Руби была глупой, обращался бы Тайлер к ней за советом? Навряд ли. А интересно было бы Джошу с ней? Хоть иногда она доставала его своей начитанностью, но не понимая бы тех вещей, которыми обычно интересовался второй брат, она была бы для него скучной.       Руби всё делала для чего-то. Помогая кому-то, она просила что-то взамен. Поэтому волшебница не любила принимать помощь. Так она оставалась кому-то должна. Чтобы такого не случалось, Руби продумывала планы общения. Когда она поняла, что может получить выгоду от школьного старосты, она сразу начала думать, как привлечь его внимание, как привести его к тому, чтобы он сам обратился к ней за помощью. Тогда Руби в праве что-то потребовать взамен. Только с Биллом всё пошло не по плану. Он слишком рано выполнил то, что хотела потребовать Руби — а именно, защиту Тайлера.       Тайлер легко попадал в неприятности. Казалось, что они его преследовали. Одна из таких неприятностей произошла в Ильверморни, и из-за которой их отчислили. Это последний учебный год. Нельзя допустить, чтобы и в этот раз брат всё испортил. Никакая другая школа больше их не примет. Так что нужно следить за Тайлером в оба. Прикрывать его порывы к неприятностям. Без помощи школьного старосты здесь никак. Он так-то уже помог Тайлеру, когда нашёл их с Чарли у окраин Запретного леса. Но что было бы, если их нашёл кто-то из учителей? Не отчислили бы, но наказание точно было бы намного суровее. Рассказали бы директору школу, а подводить Дамблдора не хочется. Он ведь дал им второй шанс.       Солнце спустилось к самому горизонту. Сквозь серые облака виднелась ещё прозрачная неполная луна. Небо постепенно заливалось синевой, как ладони Руби. Вечера становились холоднее. Волшебница терпеть не могла холод. Хоть объятия брата грели, но лицо и руки не спасались от резких порывов ветра. На щеках приступил лёгкий румянец, а губы приняли фиолетовый оттенок. Нужно скорее возвращаться в замок.       Лес больше не пугал настолько, как в тот момент, когда они только зашли туда. От темноты, которая таилась среди тонких стволов деревьев, веяло теплом, точно так же, как от Тайлера. Когда он показал Руби, что поистине ощущает, обличие леса приняло другой вид. Теперь он выглядел, как повод для долгой и усердной работы.       Ведь Тайлер прав, Запретный лес — это то, что внутри. Они друг для друга очень близкие люди и их судьбы сплетены в один огромный лес. Ребята должны помочь каждому из них определиться. Сначала пусть это будет Тайлер. Ведь его опушка пока ещё не залита светом. Следующим будет Джош. Но кажется, что как только он окажется в этом месте, всё засияет ярче прежнего. И только в самом конце пойдёт Руби. Наверно, на её опушке окажется тот самый дом с собственной библиотекой.