задолбавшиеся (ПАНДЕМОНИУМ)

Иногда Тсу думает, что ему повезло родиться в канун Рождества – по крайней мере, никто не забывает о его дне рождения. Некоторые даже дарят двойные подарки. Это удобно, это здорово и замечательно, потому что тогда нет необходимости принимать гостей дважды. Да, Рождество они чаще всего отмечали именно у него из-за дня рождения. Так повелось с тех самых пор, когда задолбавшиеся разъехались. Ну, это должно было произойти рано или поздно. Теперь они все взрослые люди и, как бы тоскливо не звучало, сейчас каждому и каждой требовалось чуть больше личного пространства – потому большинство и вылетело из общего «гнезда». Не то чтобы Тсу достаточно насладился одинокой холостяцкой жизнью в своей берлоге. На самом деле, нет, он совершенно не успел вкусить «свободу», потому что, спустя три месяца с его переезда в новую уютную маленькую студию, Тви нарисовалась на пороге со своим вырвиглазно розовым чемоданом, сумкой через плечо и словами: «Я заебалась туда-сюда ездить». Так и началась совместная жизнь. Поначалу Тсу совершенно не знал, куда деваться и что делать. Казалось, что Тви везде, куда ни глянь – её длинные волосы (теперь пылесос был задействован в доме чаще), что-то по мелочи из вещей, какая-то косметика (что вообще такое «консилер»?). Всё это окружало Тсу и первое время он немного сходил с ума от осознания. Они. Живут вместе. Было ли это хорошей идеей? Пожалуй, особых минусов Тсу не находил. Зато плюсы были куда заметнее. Например, ночью стало куда теплее спать и даже не пришлось больше вытаскивать пуховое одеяло («Сейчас май месяц, Ленский, какого хрена?» – и оное полетело в шкаф, сменяясь обычным, с подачи Тви). А ещё было несомненно приятно питаться чем-то более существенным, чем полуфабрикаты (себе-то одному он готовить ленился, а тут, вот, целый ещё один человек). Но самыми главными преимуществами жизни с Тви стали другие вещи. Тсу никогда бы не подумал, что станет таким сентиментальным и сопливым, но однажды он просто поймал себя на том, как умилённо разглядывает Тви, пускающую слюни во сне. Серотонин и окситоцин в его организме, кажется, выплескивались на максимуме, задавая настроение с самого утра, ведь можно было обнять Тви, притянуть к себе, уткнуться в её волосы и долго-долго трогать-нюхать-слышать-сонное-мурлыканье… Возможно это было что-то животное, что-то инстинктивное (если бы у людей были инстинкты, а не рефлексы), Тсу точно не знал, но присутствие Тви в его жизни на таком постоянном уровне придавало ему чуть больше энергии и мотивировало самосовершенствоваться. Ну, то есть, раньше Тсу бы точно по своей воле не лепил патчи на синяки под глазами и не смотрел документалки про китов по Дискавери. Не то чтобы это могло называться прямо-таки «саморазвитием», но Тсу почему-то знал, что с Тви он становится… лучше, что ли? Потому и, спустя три года, которые пролетели слишком быстро, оглядываясь назад, он точно мог сказать, что не жалеет ни о чём. Тви, несмотря на свои шум и энергию, всегда отличалась чуткой эмпатией и умением определить чужую зону комфорта. Она никогда не лезла чрезмерно, не была навязчивой, и это, наверное, одна из тех причин, почему Тсу чувствовал себя с ней комфортно. Честно говоря, он вообще сомневался, что сможет с кем-либо так тесно сойтись. Но опыт показал – фраза «никогда не говори “никогда”» работает более чем правдиво. Так вот, о Рождестве. Это было третье их Рождество и, просыпаясь двадцать четвёртого декабря, Тсу уже морально готовился к предстоящей праздничной суете. Но в данный момент, в половину десятого утра, хотелось лишь одного – остаться лежать амёбой под одеялком. Тви, сопящая рядом, совсем не помогала. — Интересно, — пробубнил Тсу, подтягивая девушку за талию к себе и утыкаясь носом в её загривок, — насколько громко мне нужно ставить будильник, чтобы сигнал разбудил и тебя? — он выгнул бровь, оставляя несколько поцелуев на оголённом плече Тви. Та, не открывая глаз, усмехнулась и что-то невнятно промурчала. — Однажды Ханг свистнул мне на ухо, когда пытался разбудить после вписки, — голос Тви был хриплым ото сна и Тсу невольно заслушался, перебирая розовые пряди длинными пальцами. — Так вот, я вывихнула ему нос с очень точного удара. — Мне стоит опасаться о своём здоровье? Тви тихо засмеялась и повернулась, поглядывая на Тсу с сонной улыбкой. — Пока ты будишь меня поцелуями – точно нет. Она была такой тёплой, мягкой и родной, что Тсу ощутил острое желание всю Тви просто сожрать. По-другому это вряд ли описывалось. Уже спустя несколько часов и некоторое количество мата (Тви каждый год испытывала сложности с запаковыванием некоторых подарков в последний момент) они готовились встречать гостей. Что Тсу настораживало, так это её молчание. Нет, то есть, она была достаточно разговорчивой. Просто о подарке даже не заикнулась, а ведь обычно пользовалась случаем и дарила его сразу же после пробуждения. Что-то внутри подсказывало Тсу о возможном сюрпризе. Стоит сказать, что сюрпризы от Тви он ненавидел. Нет, дело не в качестве подарка, а именно в преподнесении. И тот был скорее пранком, чем сюрпризом. Стоит сказать, что пранки от Тви Тсу ненавидел ещё больше. * — Вы в порядке? — Тви мягко улыбнулась, проскальзывая в комнату, где уединилась Стеф, дабы покормить сына вдали от посторонних глаз и общего шума. — Я сделала тебе безалкогольный глинтвейн. Стеф благодарно кивнула, чуть смущаясь от такого внимания к себе, но в этом была вся Тви. — Спасибо, милая, я обязательно попробую. Уверена, он получился замечательно. В спальне царили тишина и уют, нарушаемые лишь разговором двух девушек и едва слышимым причмокиванием губ ребёнка. Тви находила в этом что-то умиротворяющее и множество мыслей приходило к ней в голову в такие моменты. — И Славик отказался от алкогольного. Тоже кормит грудью? — посмеялась Тви. Стеф на это смущённо хихикнула и погладила сына по голове. — Нет-нет, он просто за рулём. Ну и, может, в солидарность со мной. — Вот как. Дети точно меняют жизнь, да? На пару секунд стало совсем тихо. Стеф моргнула и окинула Тви любопытным взглядом. — Тсу сказал, что ты всё ещё не сделала подарок ему ко дню рождения и к Рождеству. Наш разговор-... Тви моргнула. Стеф всегда была слишком проницательной. — Нет. Нет, ничего такого, — мягко хохотнула Рикольт, облокачиваясь поясницей о подоконник. — Я не думаю, что новость о моей беременности была бы для него подарком. Стеф чуть улыбнулась, заправляя отросшие светлые волосы за ухо. — Вы вместе уже… пять лет? Почему нет? На лице Тви промелькнула тень ностальгии. Она прекрасно помнила, с чего вообще начались их отношения, и куда они дошли теперь. Стеф, выглядящая так мило и сладко с ребёнком на руках, совсем не помогала. — Мы иногда говорим об этом, но не знаю, готовы ли, — Тви повела плечом, обнимая себя руками. — У Тсу работа, а я не то чтобы сойду за мать года, знаешь ли. Сын Стеф плавно оторвался от её груди и девушка, совсем миниатюрная и не походящая на молодую мать, осторожно поправила на себе одежду, беря ребёнка поудобнее. — Ты сомневаешься, — спустя некоторую паузу мягко изрекла блондинка. — Только даже не в себе. Тви, ты же знаешь, как сильно Тсу любит тебя, — она поднялась и, покачивая своего малыша, подошла поближе. — Не стоит слишком оберегать его. Он и сам в состоянии беречь себя и тебя. И… вполне возможно, что кого-то ещё в вашей семье. И эти слова засели в голове Тви достаточно надолго. В тот вечер она прокручивала их столько раз, что уже смогла примерно разложить все свои мысли по полочкам. * — Я не буду его снимать, — Хэл шмыгнул носом, — никогда в жизни. Кокося, присев рядышком, начала перебирать кисточки шарфа, в который замотался парень, пальцами. — Лягушатки лягушачатся! — глубоко по-философски изрекла она, кивая. Сидящий у неё на руках сын Славы и Стеф повторил кивок, что-то по-детски булькая. — Рад, что тебе понравилось, — Тсу чуть неловко поправил очки на переносице, поглядывая на Хэла, которому он выпал Тайным Сантой. Кажется, подарками обменяться успели уже все. Оставалась лишь одна Тви, которая, помимо Тайного Санты, определённо готовила ему отдельный подарок. Тсу слегка напрягся, ловя взглядом свою донельзя довольную девушку и мысленно взывая к небесам в одном лишь «за что?!». — Милый, сегодня тебе исполняется три года до тридцати, — начала Тви свой фирменный отсчёт «до тридцатки». — Так как ты у меня уже взрослый мальчик… то я решила подарить тебе кое-что очень полезное для человека такого солидного возраста, — и, сощурившись, вытащила из-за спины нечто из плотной бумаги. — Это твой сертификат на посещение ортопеда, психолога, невролога, офтальмолога и дантиста, а также общий анализ крови, МРТ и! — Тви торжественно вскинула палец, — и даже сеанс электрофореза! Оторвись по полной, заюш, — хитро промурлыкала она и подмигнула. Воцарила тишина. И только спустя пару секунд комнату наполнил дикий ржач буквально отовсюду. Больше всех угорали, конечно же, Илл и Макс, поочерёдно прося «а можно и мне такой?», вместе с ними впал в истерику Хэл, Ханг согнулся пополам, а Тви, довольно хохоча, обняла Тсу за шею, прильнув поближе. Сам Тсу облегчённо выдохнул и, поддавшись общей волне веселья, посмеялся тоже, обнимая свою зазнобу за талию. — Спасибо, что не домино и таблетки от импотенции, — шепнул он ей на ушко. Тви, усмехнувшись, ответила в тон: — Разубедишь меня сегодня ночью насчёт последнего. Её шёпот опалил ушную раковину и Тсу хмыкнул. — Слушайте, это всё, конечно, очень здорово, но я знаю, что на столе должны быть фирменные рулетики Тви, — Ханг отлип от стены, ухмыляясь и облизываясь. На него тут же устремили взгляды Илл, Кота и Бо, у которых явно загорелась лампочка над головой (и где-то в желудке) после этих слов. Славик коротко фыркнул, теснясь из прохода в спальню, откуда забирал Стеф с сыном, и слегка пихнул Ханга плечом. — Тебе лишь бы пожрать. — Но это рулетики Тви! — азиат драматично прижал ладонь к сердцу. — Ай, ладно, раз ты к ним равнодушен, то так даже лучше. Мне больше достанется. — А я вот помню, что Тсу обещал приготовить синнабоны, — встряла Кокося, крутя в руках игрушку-осьминожку – один из подарков от её Тайного Санты. — Тви как-то приносила их мне на работу. Пальчики оближешь! — она мечтательно заулыбалась, предвкушая. Где-то с кресла застонал Илл. — Всё, прекращайте, я сейчас захлебнусь слюной. Требую еды. Макс слегка пихнул его локтем, ухмыляясь. — Конечно. Растущему организму нужно много кушать. — Мне двадцать девять! — зашипел Илл, пиная Макса в голень. — Какой, нахрен, растущий организм?! — Видишь, — спокойно отозвался тот, посмеиваясь, — ты сам признал, что уже не вырастешь и останешься таким гномом на всю жизнь. Пока это всё не переросло в потасовку, Тсу поспешил нехотя отлипнуть от Тви и начать приглашать всех к столу. Там уже было накрыто, а ребят требовалось чем-то увлечь, ибо раз уж они так ведут себя на трезвую голову, то Тсу вздрагивал, думая о том, что начнётся после того, как все выпьют. * Непьющими оказались только Слава со Стеф и Илл (ну, он в принципе не переносил алкоголь, так что неудивительно). Буквально спустя два часа Тсу флегматично наблюдал за тем, как Ханг пытается подкатить к Бо, рассказывая о своих спорткарах, Мэй и Кокося завязывают Хэлу малюсенькие хвостики, а Илл записывает на видео то, как Макс дрыгается под «Jingle Bell Rock». Да-да, Макс, в своей чёрной рубашке и стильных брюках, буквально мистер-секс, пьяненько улыбался и мурлыкал себе под нос, подпевая Бобби Хелмсу, звучащему из телевизора. Тви в их доме отвечала за уют и общую атмосферу, потому и нашла на ютубе камин в разрешении 4К с рождественскими песенками, запуская оной на экран плазмы в гостиной. Тсу поражался тому, как Тви смогла обжить даже столь скромные две комнаты его небольшой студии. Не то чтобы он сам не заботился о квартире – нет, конечно же, Тсу поддерживал чистоту и порядок, но Тви… она делала нечто другое. Помогала поддерживать в доме… жизнь, что ли? — Наслаждаешься праздником? — вспомни солнце – вот и лучик. Тви плюхнулась к нему на колени, одной рукой обнимая за шею, а во второй держа бокал с, кажется, шампанским. — Знаешь, у нас со Стеф сегодня был любопытный разговор. Она сказала, что мне стоит перестать чрезмерно тебя опекать. Тсу, приобняв девушку за талию, лишь хмыкнул. — И она права. — Ты так считаешь? — выгнула бровь Тви и сделала очередной маленький глоток из своего бокала. — Я буквально старше тебя на четыре года. Думаю, это я, скорее, должен тебя опекать. Ты тот ещё ребёнок, Тви. Та весело сверкнула глазами и приблизилась к его уху – и, да, следовало это предугадать. — Повтори это в следующий раз, когда будешь во мне. Прозвучит сомнительно, не находишь? Тсу, двадцатисемилетний молодой мужчина, почувствовал, как краснеют кончики его ушей, словно у школьника. Тви была просто невыносимой. — Прекрати. — Прекратить что? — хитро прищурившись, она слегка куснула его за мочку уха. Не стоило пить – на трезвую голову Тсу удавалось не поддаваться её «чарам» намного лучше, чем после алкоголя. — Ёрзать. Ты пользуешься одними и теми же методами уже пять лет. — Мм, как здорово, что они работают. Тсу тяжело вздохнул. Гости наверняка пробудут ещё пару часов, но, если Тви внезапно захотела его соблазнить, то эти пару часов окажутся адом, потому что Рикольт – та ещё хорни-катастрофа. * — Знаешь, я подумала… — Правда? Всё забываю, что ты умеешь. — Пошёл в жопу, — Тви усмехнулась, легонько пиная его коленкой в бедро. — Так вот. — Так вот, — кивнул Тсу, немного щурясь – Тви повернула голову к нему и теперь ночник с тумбочки слегка бил в глаза с непривычки. Ноготки с ярким маникюром прошлись по его груди, спускаясь к торсу, там и останавливаясь. Тви частенько так делала, когда задумывалась, лёжа в постели. — Ты говорил мне, что думал о семье. Тсу моргнул. — Я? — Ты, — фыркнула она и продолжила. — Типа, три года назад, когда я провтыкала твой день рождения. Ну, только ты тогда уже вырубался, вроде. Так что неудивительно, если не помнишь. — Нет, погоди. Я помню, — Тсу повёл плечом, находя пальцами талию девушки под одеялом и притягивая чуть ближе к себе. — И это была не мысль одной секунды, знаешь ли. Тви чуть замялась. Он видел, что её явно что-то беспокоит, но вытащить из Тви слова, если она не хочет их говорить – нечто из разряда «анриал». Потому оставалось лишь терпеливо ждать и мягко подталкивать к сути, что Тсу и делал. — Мм, — Тви поджала губы, отводя взгляд. И использовала одну из своих вредных привычек, отчего Тсу поднял руку и слегка оттянул большим пальцем её нижнюю губу. — Не грызи. Тви моргнула, поднимая взгляд, и он поймал её изумрудные глаза своими, не разрывая зрительного контакта. — Как бы ты отреагировал, если бы я сказала тебе, что беременна? — наконец, выдавила из себя девушка. Казалось, будто в ушах зазвенело, ибо в комнате стало слишком тихо. Только спустя несколько секунд Тсу понял, что просто перестал дышать. — А ты...? — Нет, — Тви фыркнула, дёргая плечами. — Нет, просто… что, если? Что ж. Те несколько секунд непонятного приятного спазма в солнечном сплетении теперь чувствовались каким-то маленьким разочарованием. Тсу выдохнул – скорее устало, нежели облегчённо. — Полагаю, сначала я бы охренел, — вполне спокойно пробормотал он, задумываясь. — Потом охренел бы ещё раз. Но не то чтобы это прям огромный шок, знаешь, — он слегка сощурился, усмехаясь уголком губ. — С учётом того, как часто я просыпаюсь и наблюдаю тебя, бессовестно пользующуюся аспектами моей мужской физиологии по утрам. Тви фыркнула, коротко усмехаясь. Вид у неё был человека, совершенно не испытывающего вины. А затем на губах растянулась более широкая и явно искренняя улыбка. — Дурак. — Я тоже тебя люблю, чудовище. Напряжение в воздухе мгновенно испарилось. Тсу буквально чувствовал всем собой, что его ответ явно удовлетворил Тви. Хотя он, в общем-то, ничего такого не сказал. И кем она его считает, сухарём каким-то совсем? Ничему за пять лет не научилась, глупая. — Тви, — позвал блондин, цепляя чужой подбородок длинными пальцами и поворачивая лицо девушки к себе, — я в любом случае буду рад. Не так самому факту, может, — зато честно, — как, скорее, тому, что это… наш ребёнок. Твой и мой, понимаешь? Я это и имел в виду, когда говорил, что думаю о семье. Не о своей далёкой гипотетической семье в целом, а о семье, которая у нас уже есть. Я и ты – уже семья. И если в ней появится кто-то ещё… здорово. Не думай, что я испугаюсь. Я просто… не особо хорош в контакте с детьми, вот и всё. Тви уставилась на него так, будто среди светлых волос сейчас начали расти рога. — Что? — выгнул бровь Тсу. И получил в ответ заглушённый смех. Тви уткнулась в его плечо, хихикая. — П-прости, просто это, кажется, самое длинное, что ты сказал мне за эти пять лет. Какая же она придурочная. Как же сильно он её любит. — Ладно, кхм, — Тви кашлянула, отсмеявшись, и снова глянула на Тсу. — Что ж, я… честно говоря, я думала, что ты более категоричен в этом вопросе. Он вскинул светлые брови, поглядывая на девушку. Что заставило её так думать – непонятно. — Почему? — наконец, изрёк Тсу. Тви попросту пожала плечами. — Как минимум, мы не женаты. Не то чтобы меня это волнует, но… Тсу слегка вжал голову в плечи и поморщился. Этот вопрос… тоже посещал его мысли. И единственной причиной, по которой они всё ещё не состояли в браке, была простая человеческая… — Мне, мм… лень? — собственный голос показался Тсу слабым писком. Повисла пауза. Тви повернула к нему голову, медленно начиная: — То есть, — проговорила она, а Тсу с каждым слогом всё больше чувствовал себя котом, который охотно бы прижал уши к голове, — ты хочешь сказать… Ленский, блять, тебе тупо впадлу жениться? Ну, когда она так говорила, это звучало действительно абсурдно. Тсу совершенно не нравилось. — Ты же знаешь, — выдохнул он, пытаясь обосновать свои соображения более логично, — там куча мороки, бумажки, регистрации, сама свадьба… У Тви дёрнулось нижнее веко. — Звучишь как Шикамару. — Шикамару – кладезь мудрости деревни Скрытого Листа, — попытался слабо запротестовать Тсу. — Слушай сюда, кладезь мудрости... — возмутилась девушка, привставая и слегка нависая над ним. Её розовые волосы спали с плеча и Тсу невольно проследил взглядом за волнистой прядкой. Между кончиков волос был заметен сосок на пару оттенков темнее цвета локонов. Не любоваться Тви было невозможно, даже учитывая, что он уже успел изучить всё её тело вдоль и поперёк. — Да? — Твоя ленивая задница не помешает мне заполучить мужа. Так что даю срок в месяц – иначе я сделаю тебе предложение сама. Или же, — Тви сощурилась, приблизившись совсем вплотную, — стану без пяти минут вдовой. Понял? Тсу едва сдержал смешок. Подобные угрозы были достаточно убедительны – он слишком хорошо знал Тви. Но, почему-то, безумно умиляло, что эта бестия, со своей возможностью заполучить буквально любого, выбрала именно его. — Понял. В ЗАГСе так и скажу, что меня туда добровольно-принудительно притащили. Угрозами. В ответ на это Тви зафыркала, пихая его в плечо, и завозилась под одеялом, забираясь полностью сверху. Тсу покрылся мурашками, чувствуя пышущее жаром здоровое женское тело, мягкие упругие ягодицы и бёдра Тви на собственных бёдрах. Безумно приятные ощущения. — Да, угрозами, — она самодовольно усмехнулась и лизнула его куда-то в шею, сбоку от кадыка. — Я ведь всегда говорила, что ты – моя добыча, — и, рыкнув, прикусила нежную кожу, отчего Тсу издал низкий мягкий звук, обозначающий удовольствие. Ладони сами накрыли полюбившуюся задницу, слегка сжимая её. А спустя около часа, уже в полудрёме, он прокручивал в мыслях весь прошедший день, и сквозь сон услышал мягкий шёпот. — Я тебя люблю. Улыбнувшись, Тсу слегка сжал девушку в объятиях. — Я тебя тоже. — Но фамилию я оставлю свою. В крайнем случае – двойную. Тсу моргнул и рассмеялся, целуя Тви в макушку. Та заулыбалась, прильнув поближе. — С днём рождения, Тсу. — Мхм. Спасибо. В груди потеплело. Он прикрыл глаза и расслабился, постепенно погружаясь в сон – Тви слишком приятно пригрела своим теплом, будто портативная грелка. Пуховое одеяло спокойно лежало в шкафу и вытаскивалось лишь в самую лютую зиму уже третий год. На душе Тсу тоже было спокойно и тепло. И очень-очень хорошо.