Экстрасенс по воле случая

      Следующие пару недель Антону и духу пришлось совмещать тот фарс, который назывался конкурсом и подбираться к тренеру. Парню удалось связаться и договориться со «своими» людьми, и сейчас те активно занимались сбором как можно большей информации о том самом докторе, на которого нацелился Антон.       Договоренность была следующая: за то, что Антон навёл на доктора, они помогают парню с ним «подружиться» через возвращение украденной вещи, в остальном же они друг друга «не знают». В оплату за услуги шло невмешательство в аферу ребят с докторишкой. Примерная дата была назначена довольно быстро — буквально через неделю после первой встречи и обрисовки сложившейся ситуации, естественно, без раскрытия тонкостей. В один из дней во время слежки Антону рассказали о мужчине, в компании которого врач обедал в кафе рядом с катком. По описанию тот очень походил на тренера, к которому Антону и нужно было подобраться. Потому изначальный план был окончательно сформирован и уточнен. Всё должно было пройти идеально.       В определённый день, в указанное время Антон и дух были в нужном месте. В небольшом гей-клубе в подвале одного из зданий во всю гремела музыка, тут и там виднелись обжимающиеся парочки, кто-то танцевал, кто-то пил, кто-то веселился компаниями. Ловко орудующий бутылками и шейкером бармен, по счастливому стечению обстоятельств являющийся «своим», уже указал Антону на их цель, а ребята, которые должны были им заняться, развлекались неподалёку, тем не менее внимательно наблюдая за их доктором. Дух с любопытством наблюдал за тем, как бармен смешивает красивые цветастые коктейли, и несколько жалел, что он не живой. Тем более, что и Антон в падающих на него ярких цветных лучиков ламп был весьма соблазнителен, а поприставать к нему было нельзя.       Вмешиваться в процесс Антону не было резона, а потому он удобно сел с края барной стойки, откуда было хорошо видно нужный столик, при этом не вызывая лишнего подозрения. Поправив бежевый платок в правом кармане узких джинсов, Антон тяжело вздохнул. Бармен понимающе ему улыбнулся и, смешав, придвинул к нему безалкогольный коктейль, чтобы хоть немного поднять настроение парню, который пришёл сюда по делу, а не для развлечения.       Вечер тёк размеренно, народ с каждым часом становился всё развязнее и веселее. Кое-кто уже даже мирно храпел на столе в луже разлившейся из рюмки водки. Доктор в свою очередь никуда не торопился, тем более, что это была суббота, и завтра не предстоял ранний подъем.       В творившемся вокруг шуме, гаме и столпотворении Антон уже потерял счёт тому, сколько раз его зад оказывался «случайно» облапанным, когда бдительный за его честь дух отвлекался.       Один коктейль сменял другой, рябки перебрались за нужный столик, и вечер продолжался в том же духе, все явно шло в нужном ключе. Антон бросал взгляды на нужного ему парня и ждал от него знака, что нужно забрать какой-либо выкраденный предмет, который парень потом вернёт в нужный момент, заведя знакомство с доктором.       В один момент Антон чувствовал у себя на бёдрах чьи-то внушительные лапищи и жаркое дыхание себе в шею. Его заполнил запах дикого перегара и какого-то одеколона, который, может, был и не так плох, но вперемешку со всеми остальными ароматами и ситуацией давал тошнотворный эффект. — Смотрите-ка, какая конфетка тут сидит и скучает в одиночестве, — сказали ему на ухо, при этом изрядно обслюнявив его. — Эй, Вань, как тебе? Такой сладенький, — Антону в очередной раз за вечер с удовольствием сжали такую соблазнительную в узких джинсах ягодицу. — Ну что, конфетка, скрасишь нам вечер? — Ты откуда такой дикий вылез? — полюбопытствовал без страха Антон. Он был на «своей» территории и, в случае чего, получить сильно не успеет — бармен раньше вызовет охрану. — Лапы с филея убрал, я не играшка-антистресс, чтобы ты меня мял. Или о правилах приличия тебе не рассказывали? — Смотрите-ка, какой языкастый, — хмыкнул стоящий позади Антона, убрав руки с зада и бёдер только затем, чтоб крепко обнять и облапать Антона уже в паху. Склонившись ниже, к шее, он с нескрываемым удовольствием к ней прижался, обслюнявив. — И правда, сладенький, как конфетка, — констатировал он, а рядом о стойку упёрся и его дружок, наблюдая за процессом.       Именно в этот момент бармен вздумал отвернуться от него, встав спиной для того, чтоб заигрывать с каким-то парнем с другой стороны стойки, показывая свою ловкость в смешивании коктейлей и явно улыбаясь и подмигивая. Гремящая музыка просто не давала бармену услышать, что творится со стороны Антона. — Убрался от меня по-хорошему. Ты не в моем вкусе, — медленно и с расстановкой произнёс Антон. Он начинал закипать, а вместе с тем и его сила поднималась, собирая вокруг него энергию. — Иначе получится не очень хорошо, — предупредил парень, готовый в случае очередного лобызания дать в морду. Ибо это было не просто отвратительно и мерзко, он давно не помнил настолько отвратительного заигрывания. Если не сказать, что настолько тупые имбецилы ему попадались впервые. — Ой, какие мы дерзкие. Ну как я могу тебя отпустить, такого нежного, — умело и крепко прижимая Антону руки к туловищу, жарко спросил мужчина. — Руки от парня убрал, быстро, — услышал Антон холодный, но очень решительный голос позади. — Это кто тут ещё нарисовался? — с неприязнью спросил держащий Антона, а его дружок только оторвался от стойки, демонстративно поигрывая бицепсами.       Антону пришлось обернуться вместе со своим соблазнителем, ибо лапища того держала парня за шею и подбородок, так соблазнительно их открывая. — Ему не нравится твоё внимание. А потому — отойди от него, по-хорошему, — сказал неожиданный голос спасителя.       А посмотрев на него, Антон понял, что это их доктор, которого он успел, как-то не заметив того, потерять из виду. Парень видел, как у него руки сжимались в кулаки и явно чесались зарядить по наглой роже.       Непонятливый тип только ещё раз склонился и облобзал парню шею, мерзко посмеиваясь. Врач больше разбираться не стал, с размаху зарядив ему в челюсть и увернувшись от кулаков второго, пытавшегося его достать. Мужчина тут же выпустил Антона, чтоб согнуться пополам, держась за морду, и заскулить, а второй проскочил мимо, влетев в гущу танцующих и раскидав их. Названный Ваней зарычал и хотел было кинуться в ответ, но толпа парней его задержала, а к тому моменту и бармен к ним подскочил с вопросом — что же тут происходит? — Эти двое меня домогались, по-хорошему не поняли — вызови охрану, пожалуйста, — быстро проговорил Антон, беря салфетки, что стояли на стоке, и оттирая шею от слюней урода. — Спасибо, большое. Вы меня весьма выручили, — произнёс Антон, смотря в глаза своего «спасителя», попутно пытаясь успокоиться и перестать давить силой на стоящего рядом духа, которого чутка пришибло. — Я могу Вас как-то отблагодарить? — спросил парень, вежливо наблюдая за тем, как подскочившие охранники бодро и жестко выводят дебоширов вон из клуба. — Составишь мне компанию на остаток вечера? — врач весело улыбнулся Антону, очень напомнив в этот момент Диму, и присел на стул рядом. — Я весь вечер за тобой наблюдаю, а ты тут всё один. Нарвался же ты, парень — не привлеки ты моё внимание ещё раньше, наверное, и внимания бы не обратил, далеко друг от друга сидели. Мне сначала казалось, что ты кого-то ждёшь, но приличный мужчина наверняка пришел бы вовремя, а женщины это место не посещают. — «Что это было?» — спросил в свою очередь несколько пришибленный дух, потерявший на пару минут ориентацию в пространстве. — Мой партнер оказался на удивление необязательным типом, потому отменил встречу в последний момент, я решил не отказывать себе в удовольствии выбраться из холодной пустой квартиры в душный и многолюдный клуб развлечься, — улыбнулся в ответ Антон, игнорируя вопрос духа — тот как всегда начинал говорить весьма не вовремя, а потому всё что мог, парень сделал — положил руку ладонью вверх на колено и перекрыл другой рукой, чтобы собеседник не принял этот жест на свой счет. Энергия что бурлила вокруг Антона ещё не улеглась, но перестала давить прессом, давая духу вздохнуть. — Раз уж я один, а вы, очевидно, очень не против моего общества, то, думаю, мы вполне можем скрасить вечер друг для друга, — парень опустил глаза вниз и чуть в сторону, а после снова поднял обратно на врача. — Я Антон, — он протянул руку для рукопожатия — в клубе они или нет, но знакомиться нужно как приличные люди. — Владимир, — представился в ответ врач, руку крепко пожав.       В этот момент Антону из-за спины врача сигналили его парни, указывая на доктора и не понимая, что им теперь делать — план был несколько испорчен, цель и заказчик как-то неожиданно встретились.       Парень наклонил голову в бок и прикрыл глаза как бы говоря, что сам без понятия. Пожав протянутую руку, Антон вроде бы кокетливо поправил волосы, заправив их за ухо, давая понять своим людям, что пока что отбой — дальше он сам, но прикосновением к носу, когда убирал руку, указал чтобы те, были на чеку. Похвалив себя, что в прошлом выучил язык жестов, парень полностью посвятил себя вечеру обработки объекта. — Очень рад знакомству, — Антон как бы невзначай обвёл клуб за спиной мужчины ищущим взглядом, а после чуть склонившись к нему спросил: — А Ваши спутники будут не против, что Вы уделили время мне, покинув их общество? Они выглядят не очень довольными таким раскладом. — Переживут, — качнул головой врач, глянув на свою компанию. — Они недовольны тем, что я полез не в своё дело. Снова, — хмыкнул он. — А ты, я вижу, не слишком-то опечален свинским поведением своего непришедшего партнёра. Выпьешь что-нибудь? — поинтересовался он. — Предпочитаю знакомится на трезвую голову, — отказался от алкоголя парень, — но от чего-нибудь не спиртосодержащего не откажусь, — милостиво согласился он на предложение доктора. После того, как тот сделал заказ, Антон продолжил внеплановое знакомство. — Мне показалось, или вы сказали «снова»? Часто влезаете в чужие дела? — Бармен! — подозвал врач. — Сделай для парня что-нибудь красивое и безалкогольное, — распорядился он, и снова повернулся к Антону. — А чужие дела… не совсем. Но не могу пройти мимо кого-то, попавшего в беду. Люблю спасать людей, знаешь ли. Тем более, что профессия обязывает. — О, так вы спасатель? — полюбопытствовал Антон, облокотившись на барную стойку, откуда ему было лучше видно зал и ещё не до конца пришедшего в себя духа. По-хорошему, его надо было привести в чувства, но всё, что тут делается, делается для него и его скорейшего возвращения в родное тело, потому отвлекаться было нельзя — доктор мог сорваться с крючка. — МЧС? Пожарная служба?       Дух, приходя в себя, уже успел понять, что тут творится, и благоразумно молчал, только наблюдая. — М-м-м, не совсем, — покачал головой Владимир. — Врач. На данный момент слежу за здоровьем нашей российской хоккейной гордости и надежды. А ты, позволь полюбопытствовать в ответ, кто? — По странному стечению обстоятельств тоже врач, — хмыкнул Антон. — Но я больше по уже отбывшим в мир иной, правда, сейчас пытаюсь переквалифицироваться обратно в доктора для живых. Я не смог найти моральных сил закончить интернатуру в детском отделении — это слишком тяжело, — парень принял заказанный у бармена коктейль и, постучав указательным пальцем по бокалу, давая понять, чтоб не вмешивался, вернулся обратно к разговору с врачом. — Составите компанию? — отсалютовав мужчине перед собой бокалом, поинтересовался Антон.       Врач кивнул, повторив заказ уже для себя. — Понимаю тебя. Медицинский во все времена был жестью. А работать с детьми — и вовсе кошмар, можешь верить мне. Приходилось, и не мало, — вздохнул не очень радостно Владимир. — Впрочем, для работы с трупами ведь тоже нужна выдержка. Уважаю. — Они хотя бы молчат и не пишут жалоб, — хмыкнул уверено Антон. — Значит, вы спортивный врач, — парень уважительно кивнул. — Интересная работа? Сложная? — Они-то молчат, а вот их родственники вполне могут и любят катать. Да и вообще, за всю мою врачебную практику, я наблюдал, что катать предпочитают именно родственники и лезть в твою работу. Наверное, поэтому я и остановился на спортивной медицине — сюда родня моих пациентов лезет куда меньше. Касательно твоего вопроса — то отвечу «да». Работа интересная и не самая простая. Фактически, приходится быть спортсменом и самому, по крайней мере, в области теории. А парни иногда — сущие дети. К тому же, во время их тренировок и соревнований частенько полностью вышибает инстинкт самосохранения, — Владимир рассмеялся. — Отсутствие этого инстинкта — один из ключей к победе команды, — улыбнулся Антон. — А чем вне работы, занимаетесь? Хобби? Ну, кроме цепляния мальчиков в клубе? — намекая на свою скромную персону, поинтересовался парень. Ему нужно было вести разговор о работе врача, точнее, навести справки о тренере, но если интересоваться этим так открыто, то можно было оттолкнуть или навлечь подозрения. — К сожалению, особо ничем. Не так много времени вне работы, — сказал мужчина. Он пододвинулся немного ближе к парню, а рука врача легла на спинку стула парня. — Только и остаётся, чтоб позволить себе изредка куда-то выбраться за город: порыбачить, или сюда, в клуб, в надежде найти приятную компанию. — Я больше предпочитаю охоту, но рыбалка тоже звучит весьма неплохо. Палатка, костер, кваканье лягушек, романтика, — уверено кивнул парень, легко, едва заметно подаваясь на встречу, отвечая на интерес. Владимир определено был интересным мужчиной, но всё же не во вкусе Антона. Слишком жилистый, высокий и, пожалуй, через чур интеллигентный. Определено птица не его полета. — Охоту тоже весьма одобряю, — кивнул Владимир. — А сам? Увлекаешься чем-то? — спросил он с интересом. — Эзотерикой балуюсь, — серьёзно произнес Антон, а после весело рассмеялся, увидев недоумение на лице Владимира. — Шучу, а может, и не совсем, — произнёс он и похлопал мужчину по руке, но ладонь после этого не убрал. — Хотя, пожалуй, самые верующие в приметы и Бога люди — это именно врачи. Я увлекаюсь боксом, езжу в зал к тренеру, привожу тело и мысли в порядок. Это успокаивает. — Спортсмен, значит, — хмыкнул Владимир. — Правильно. Как говорит наш Константин Николаевич — в здоровом теле здоровый дух. А почему именно бокс? По тебе же и не заподозришь о таком увлечении. — Так исторически сложилось, — пожал плечами Антон, не вдаваясь в подробности. — А кто это Константин Николаевич? — как бы между делом интересуясь спросил парень. Мужчина, сам того не зная, навёл его на нужную тему, что было весьма с руки. — Тренер наш, — сказал Владимир. — Стёпин. Может, слышал о нём? Он уже давно тренирует. Суровый мужик, — казалось, даже сам врач относится к этому человеку с благоговейным ужасом. — Я довольно далёк от хоккея, если честно, — парень развел руками. — Но вот с высказыванием этого Стёпина согласен. Классный, наверное, мужик, люблю строгих, — игриво улыбнувшись, отметил Антон. — Не только ты. На него весь спорт молится, не зря ж к нему столько иностранцев приезжает тренироваться, — одобрительно кивнул Владимир. А рука его со спинки стула как-то переместилась на спину Антона. Дух, тихо наблюдавшись в стороне, был полон злости и ревности. Но молчал, понимая, что это надо для дела. — М, как интересно, — улыбнулся Антон чуть шире, заглядывая в глаза напротив. — Жаль познакомиться не выйдет, я явно птица не того полёта, а вот вам повезло, — парень откинулся на спинку, плотнее прижимаясь к руке, позволяя другому мужчине касаться себя, бросив короткий извиняющийся взгляд в сторону духа. Но это же для него, ради него. — А кто его знает, вдруг выйдет? Ты же молодой и перспективный. Тем более, ты говорил что-то о том, что хочешь переквалифицироваться на живых? Так что всё впереди, — сказал мужчина.       Порадовавшись такой отзывчивости парня, он обнял его посильнее и крепче, уже не постеснявшись даже немного прижать парня к себе. — О да, я такой молодой, — Антон рассмеялся. — К тому же, сомневаюсь, что со своими принципами о здоровье и возможностями он попадёт ко мне на лечение. А вот уж в платную клинику меня без опыта фактически и без рекомендаций не возьмут. Единенный мой шанс, это если его только под простынкой привезут — тогда у меня действительно получится шанс с ним пообщаться, — парень качнул головой. — Ну пусть лучше этого не случиться. Что-то мы о грустном. Как-то печально разговор идёт. Может, потанцуем или переместимся в другое место? Раз уж ведем беседу? Туда, где потише? — Предлагаю сделать перерыв в нашей беседе на один танец, а после него — убраться из этого места и немного прогуляться. Как ты на это смотришь? — спросил Владимир уже почти в самые губы Антона. Он был очень близко и, казалось, что вполне естественно, что он склониться ещё чуть ниже и поцелует, но Владимир ждал реакции самого Антона. — Может, сразу пойдем гулять? — поинтересовался Антон, тем не менее чуть отклонившись и накрыв губы мужчины кончиками пальцев. — Я приличный мальчик и целуюсь только после второго свидания — мы знакомы пару часов, — парень не отталкивал, но и приблизиться не позволял. Ему нельзя было становиться любовником на ночь. Это грозило гневом духа, да и неприятностями в будущем. — Вот как? — Владимир вздёрнул бровь. — Ладно, так даже интереснее. Пойдём? — спросил он, первым вставая со стула. Но рука со спины Антона никуда не делась. — Конечно, — парень обернулся к бармену. — Запиши на мой счёт, оплачу картой, — попросил Антон парня. Тот кивнул и, показав большой палец в знак одобрения, переключился на других клиентов.       Соскочив со стула, парень прижался к боку мужчины ровно настолько, чтобы это было близко, но не походило на «висение» — всё же он был «приличным мальчиком».       Выйти из тесного душного клуба на прохладу было даже приятно. Шёл мелкий редкий снег, улица пустовала, так что Владимир не отказал себе в удовольствии снова приобнять Антона, заставив духа едва ли не рычать от ревности, но всё ещё молчать. — Есть предложения, куда мы можем отправиться? — спросил Антон, поднимая взгляд на доктора. Парень адекватно понимал, что сейчас этого мужчину ему было просто необходимо заинтересовать как можно сильнее, чтобы он согласился на встречи, дал свой номер телефона и не избегал. Тогда у парня появится шанс пересечься с тренером, и позже переключится на него. — Пройдёмся немного? — предложил Владимир. — Не мешало бы немного проветриться, — сказал он, оценив, что парень одет достаточно тепло, чтоб не замёрзнуть быстро. — Ты говорил, что собираешься переучиваться. Можно узнать — на кого? — Думал уйти в спортивную медпрактику. Или спортивный травматолог или спортивный физиотерапевт, — произнёс задумчиво парень. — Вообще, в своё время я учился на хирурга в направлении общей хирургии, но интернатура не заладилась, и я спешно ушёл в патологоанатомы. Можно сказать, не дошёл до финишной черты пару шагов, — меньше лжи, больше правды — это меньшая возможность запутаться после. — Спортивную? Коллегами будем, — хмыкнул Владимир. — А хирургия — это я понимаю. Хирургия — вообще ад, немногие выдерживают. А потом ещё и всю жизнь адски пахать же. Антош, а давай-ка номерами обменяемся, что ли? Я тебе и помощь в учёбе смогу оказать и с нужными людьми познакомить. И сами познакомимся поближе, — предложил мужчина, на последней фразе, склонившись к парню пониже и улыбнувшись, подмигивая. — На счёт телефона запросто, а остальное, — парень достал телефон, — без обид, но тащить кого-то чужого в свою жизнь довольно недальновидно. Хотя не мне жаловаться, полезные знакомства мне сейчас нужны как воздух, — Антон ответил томным взглядом из-под ресниц. — Кажется, я начинаю понимать тех пьяных обалдуев из клуба, — вздохнул печально Владимир, оценив жест парнишки. — Ты слишком симпатичный, чтоб просто так устоять и не поцеловать тебя, — сказал мужчина, огладив парня по волосам и скинув со лба чёлку. — Не волнуйся, я же обещал этого не делать, — покачал головой он, убрав руку от головы Антона. Становилось ощутимо холодно, а снег уже тонко покрывал улицу. — Ты не замёрз? У тебя щёки красные. И холодные, — проверив тыльной стороной ладони, сказал врач. — Я вижу кафешку вон там. Можем зайти. — Думаю, кофе лишним определено не будет, — произнёс парень, легко улыбнувшись. Им повезло, что на улице в такой час и погоду никого не было, иначе им могло нехило достаться — всё же «пидоров» в этой стране обойти стороной не могут ну никак! — И с теми обалдуями я не флиртовал, так что они ко мне пристали без причины весьма неприятно. — Вот именно, хватит ему глазки строить, — пробурчал дух, не выдержав. — Он уже и так весь слюнями скоро по тебе изойдётся. — Ты очень выделялся, — сказал в свою очередь Владимир. — Среди всей этой развесёлой и развязной толпы один, такой грустный и задумчивый. И такой красивый. Сложно было не обратить на тебя внимание.       Мужчина открыл перед парнем дверь, пропустив внутрь тёплой кафешки. Она сейчас пустовала, а персонал лениво сидел в уголочке. На них посмотрели, с тоской переглянулись. Одна из официанток печально вздохнула и пошла обслуживать, в то время, как Владимир забрал у Антона куртку, чтоб повесить. — Ты мне определено безбожно льстишь, — ответил Антон, отдавая пальто. — Сделаешь заказ? Я отойду в уборную, — заметив идущую к ним официантку произнёс парень. Ему надо было остудить голову, помыть руки и шею — он до сих пор чувствовал противный слой слюны одного из пьяных придурков. — Ты не проголодался? — спросил Владимир, пока ещё Антон не ушёл. — Может, тебе и поесть что-то заказать? — Что угодно. Салат пойдет, — кивнул Антон и отправился в сторону туалета, указатель на который висел в другом конце зала. Оказавшись внутри, парень выдохнул. — Прекрати сверлить меня взглядом, я для тебя же стараюсь, — произнёс негромко парень духу, что стоял за его спиной. Включив воду, он намочил руки и взял большое бумажное полотенце, намочив его, он принялся тереть шею. — «Это всё равно несколько нервирует. Ты так на него смотришь… — пробурчал дух. — А его шаловливые ручишки на тебе хочется обломать. Уж прости, ничего не могу поделать с этим ощущением». — Я уже говорил, он не в моём вкусе, — тихо проговорил Антон. — Но от него и возможных через него знакомств, возможно, зависит твоя жизнь. Так что я выберу меньшее из зол и предпочту спасти тебя и захомутать себя, чем дать тебе погибнуть и жить с твоим духом. Тело мне наверняка придётся более по душе. — «Понимаю. Но от осознания этот мерзкий докторишка не бесит меньше, — сказал дух. — Ладно, я молчу. Но и ты не заходи слишком далеко. И не давай ему распускать ручонки!» — Ты меня ещё поучи, как мужиков соблазнять, — буркнул Антон, а после зачесал волосы назад влажной ладонью. Уткнувшись в своё отражение в зеркале, он прискорбно фыркнул. — Да уж, красавец, каких свет не видывал, — сарказма в голосе было хоть отбавляй. Яд разве что только не капал с языка. — «А по-моему, очень даже ничего, — сказал ему дух, критично оглядев. — Да и вон твой ухажер со мной, кажись, согласился. Видел, как он на тебя смотрит? Как будто от прям сейчас сожрёт». — Приятного ему, — ответил Антон и, вытерев руки, пошёл на выход — время продолжать спектакль.       К тому моменту, как он вышел, Владимир уже сделал заказ, и его скоро должны были поднести — парень сел на стул напротив мужчины, теперь их разделяла столешница.       Духа, благополучно устроившегося между ними, такой расклад порадовал. Сейчас врач не мог Антона ни обнять, ни даже взять за руку. Они с Антоном разговаривали на отвлеченные темы, перейдя к обсуждению любимой музыки и кино, и к тренеру больше не возвращались.       Вечер прошёл относительно приятно, если не учитывать бурчащего на фоне духа. Антона напоили кофе и вкусно накормили. А в конце Владимир вызвал Антону такси до дома, оплатив и его, и кафе.       Парень был весьма благодарен и на прощание кроме крепкого рукопожатия позволил себя обнять и обнял в ответ. Обменявшись номерами телефонов, они разошлись каждый в свою сторону.       На такси Антон ехал почти час до дома и успел обдумать сегодняшний день, а после отписаться ребятам, поблагодарив за помощь и извинившись, что дело не выгорело. Тем не менее, он пообещал потом дать контакты врача, если им это ещё будет интересно.       Воскресенье было для Антона долгожданным выходным, где он мог насладиться блаженным ничегонеделанием в компании своего духа. Тогда же ему начал писать Владимир, сначала пожелав доброго утра, а после как-то завязав беседу.       А вот в понедельник Антону и духу пришлось ехать на очередное испытание, уже почти традиционно к чёрту на куличики.       Они приехали к какой-то старой усадьбе, в лесочке рядом с которой съёмочная группа разбила лагерь. Антон лениво прогуливался по округе, куда пускали статисты, не боясь раскрыть суть испытания. Согласно последней жеребьёвки Антон вновь шёл последним, как и все испытания до этого, что наводило на мысль, что жеребьевка какая-то нечестная. Слоняясь без дела, Антон вёл активную переписку с Владимиром, который, очевидно, скучал на работе или у него было неоправданно много свободного времени.       Дух и Антон действовали по уже проверенной схеме и проверили место настолько, насколько дух мог уйти от парня. Когда очередь дошла до парня, то его завели в одну из комнат усадьбы. Единственное, что он там мог увидеть — это шикарный, но несколько потрепавшийся ковёр на полу, а всё остальное же было скрыто под плотной чёрной ширмой. Антона просили описать, что именно ещё находится в этой комнате и где. В этот раз парень решил использовать те навыки, что развивал по «учебникам» семьи, а именно — видение сквозь стены. У каждого предмета есть своя энергетика, по которой можно определить, как минимум форму. А потому парень, получив задание и указание, что отсчёт пошёл, начал готовиться. Привычно потерев ладони друг об друга, он закрыл глаза и сосредоточился. Медленно поворачиваясь вокруг себя, он сканировал комнату — медленно, сантиметр за сантиметром из дальнего угла к ближнему. Он был максимально сосредоточен, и медленно стала проступать картинка того, что находится за ширмой, какие-то неясные и пока еще смутные очертания, с каждой минутой становившиеся все более четкими.       Дух же, никакими правилами конкурса не удерживаемый, ходил вокруг и рассматривал дорогие вазы на изящных столиках и искусной резьбой, картины на стенах, старый подкопчённый камин, кресла напротив него, огромный книжный шкаф, наполненный доверху, настолько же внушительный дубовый письменный стол со стоящей на нём серебряной чернильницей и другие предметы, здесь имеющиеся, впрочем, после вернувшись к вазе. Та была из тончайшего фарфора, расписанная всякой растительностью и цветами.       Закончить свой транс Антон не успел. Сквозь закрытые глаза и плотную ширму он видел, как светящаяся фигурка духа протянула любопытные руки к проявляющейся в его сознании вазы — то всех её подробностях так, как видел её сейчас дух, чтоб тут же соскочить со столика и грохнуться на деревянный пол с оглушительным характерным звуком бьющегося фарфора.       Антон вздрогнул и видение пропало. В сердцах он воскликнул: — Din mor! Jeg skyver hendene dine i rumpa slik at de stikker ut hvor de vokser fra! — лишь договорив фразу, он понял, что ни черта не понял из сказанного. Точнее. в голове он прокрутил мысль нормально, но вот в слух вылетела какая тарабарщина. — Антон? — вежливо и осторожно спросила ведущая испытания.       Парень вздохнул и выдохнул. — Там антикварное барахло за ширмой. Мебель, какая-то. Лишняя ваза, у неё другая энергетика. И да, вам повезло, что я был последний. Эта самая ваза только что разбилась. Надеюсь, она была не очень ценной, а просто старой? — «Это не я! — в свою очередь в ужасе воскликнул дух, отскочив в сторону. — И не трогай мою мать, она ни в чём не виновата, — обиженно обернувшись к парню, пробурчал он. На странность выражения он, казалось бы, и внимания не обратил, словно всё было как обычно. — Пусть получше укрепляют свои вазы».       В это время статисты вовсю крутились вокруг того места, в ужасе переглядываясь и хватаясь за головы. Кто-то даже пытался сладывать осколки и считать их.       Перекинувшись парой фраз с ведущей, Антон покинул комнату, чтобы продолжить диалог с духом. — Я угрожал тебе не на русском, а на какой-то тарабарщине. Это не язык призрачного мира, а какой-то другой. Может быть твой родной? Мы ведь с тобой сейчас связаны через чур тесно, — заметил потеряно Антон. — «Да? Странно, я ничего не заметил, — удивился дух, причем неподдельно. — А повторить сможешь?» — спросил он. — Нет, это было на эмоциях, — ответил парень. — Возможно, это связано с тем, что продумал эту фразу я как положено на русском? Мы же общаемся больше мысленно, чем действительно вербально, я просто тебя так воспринимаю, хотя мы вполне можем молча прекрасно слышать мысли друг друга. В конце концов, ты почти что мой фамильяр. — «Думаешь? — спросил дух задумчиво. — А если это так, то почему мы не слышим все мысли друг друга, а только направленную речь? В конце концов, думаем же мы о чём-то, когда не общаемся друг с другом». — Тут или посыл, или моё восприятие, как ведущего, — заметил Антон, покидая здание усадьбы.       Тамару сегодня забрал Дима, а он сам приехал на общественном транспорте — у машины перетёрся тормозной шланг, и ещё немного, и дело могло закончиться трагедией — к счастью, он заметил подтекающую жидкость и успел вовремя отогнать машину в сервис, при этом оставшись без колес. Общий автобус должен был отбывать отсюда только через три часа, когда съемочная группа соберёт реквизит и загрузится, и быстрее было ехать самостоятельно.       К счастью, ещё до того, как зайти на задание, Антон успел нажаловаться на такую ужасную судьбу Владимиру. Тот, назвав его бедным и несчастным, не смог оставить в такой ситуации и уже ехал. И как раз сейчас он отписался, что уже на полпути, и парню предстоит ещё немного подождать, ибо путь не близкий, за что он извиняется.       Антон назвал его благородным спасителем и принялся ждать. За то время что он простоял, он успел насладиться беготней съемочной группы и позлорадствовать тому, что, похоже, та ваза была каким-то дорогим экспонатом, и народ влетел на круглую сумму. Позлорадствовал он не долго, задумавшись о другом. Как дух её свалил? Он поначалу обратил больше внимания на язык, чем на факт того что ваза упала. — Скажи мне, дорогой, — обратился парень к духу. — А ваза сама упала, или ты её трогал и уронил? — «Странно как-то вышло, — сказал дух, пожав плечами. — Вроде я уже привык, что всё прохожу насквозь. и тут даже и не думал, что выйдет как-то по другому. А она взяла и свалилась», — ответил ему дух, припомнив, что он делал. — Доберёмся домой — попробуешь ещё раз. Меня беспокоит то, как ты начинаешь влиять на внешний мир — нужно ускорится в поиске твоего тела, — парень всерьёз переживал, что с другом может что-то случится. Антон не хотел, чтобы тот навсегда остался в бестелесной оболочке. — «Думаешь, это плохой знак?» — спросил его дух несколько обеспокоенно.       Но ответить Антон не успел, так как именно сейчас к нему вырулил Владимир, быстро приметив одинокую фигурку парня и остановившись перед ним. — Заждался? Запрыгивай, — сказал Владимир, улыбнувшись Антону. — «А этот что тут делает?!» — взбеленился дух в свою очередь. — Привет, — улыбнулся мужчине Антон, бодро запрыгивая в машину. — Спасибо большое, что предложил забрать, ты прямо мой спаситель, — заметил парень, обнимая потянувшегося за объятьем мужчину. — Прости, что в такую даль пришлось тащиться, но у продюсеров какая-то любовь к съемкам вне города, — парень развёл руками, как бы говоря, что не одобряет подобную любовь к области. — А ты тут что делаешь? — спросил в свою очередь Владимир. — Место и правда неожиданное. — Ну почему же, для съемок вполне. Живописно, одиноко, красота, — пожал плечами Антон. — Я понимаю, почему они выбрали это место. Но можно было что-то и поближе к городу. А то без личного транспорта добираться весьма проблематично. Особенно, когда всех уже распустили, а я вечно остаюсь на до съёмки или пересъемки. — Что снимаете-то? — продолжил спрашивать Владимир, выруливая в сторону трассы. В зеркале заднего виде Антон видел крайне злого и разобиженного духа, уткнувшегося в окно. Дух такой подставы в виде докторишки явно не ожидал. — Что снимаем? — задумчиво переспросил Антон, а после выдал, по его мнению, самый логичный ответ. — Порно, что же ещё? — и взглянул на мужчину рядом с собой честным-честными глазами, хлопая совсем даже не пушистыми ресницами. — В морге нынче мало платят, кручусь, как могу.       Владимир на это громко рассмеялся. — Ну-ну. Смотри, не перетрудись. Куда тебя подвезти? — спросил мужчина. — Если ты не слишком сильно устал, то может поехать где-то погулять. — Если ты пригласишь меня куда-нибудь, где вкусно и сытно кормят, то я буду весьма признателен, — заметил парень. — А ты сегодня разве не должен быть на работе? — поинтересовался Антон. Каток, на котором тренирует Константин Николаевич, пересечься с ним и порасспрашивать было просто необходимо. Время уже словно бы поджимало, и на расшаркивания оставалось не так много возможности. — Закончил как раз, когда понадобилось тебя выручать, — сказал мужчина. — Голодный? Хорошо. Отвезу тебя в своё любимое кафе, — кивнул он. — О, какие для скромного меня почести, — улыбнулся парень и удобнее устроился на сидении. Набрав в телефоне смс с вопросом о том, как добралась до дома Тамара, Антон перевёл взгляд в окно, наблюдая за мелькающим за стеклом пейзажем. — Много было работы? Или обошлось простым ушибом? — Да… хватает. У парней сейчас медосмотры — анализы, проверки, приходится с ними возиться. Куча бумажной работы. На моём столе сейчас чёрт ногу сломит, — пожаловался Владимир. — Но, к счастью, тренируются они сейчас поаккуратнее — никто не хочет быть недопущенным к сезону по медицинским показаниям. — Вы про бумажки мне рассказывать будете, — рассмеялся Антон. — Я в муниципальной больнице работаю — у меня на каждый чих бумага с десять приложений к ней, — заметил парень. — Я вас настолько хорошо понимаю, что вы себе даже не представляете. А потому могу только посочувствовать. В следующем году олимпиада. Команда сдавала на допинги? Их допустила Еврокомиссия? — Ещё всё рассматривают, — вздохнул Владимир. — Ебут мозги и парням, и Констрантину Николаевичу, и мне — они там это любят, — в голосе мужчины было мало приязни. — И…обращайся ко мне, может лучше, на ты, а? Я не такой уж и старый, — сказал он, улыбнувшись парню. — Действительно, десять лет — не разница, — кивнул головой Антон. — На ты, так на ты, — подтвердил парень. — Скорее они это не любят, а их вынуждает — ты же знаешь, какая сейчас идет политика, а спорт напрямую от неё зависит. — Да уж. Да страдают от этого спортсмены, тренеры и врачи, — вздохнул Владимир. — И снова мы о грустном. Давай лучше о весёлом. Лучше скажи, могу я рассчитывать на то, что наш поход в кафе будет расценен, как свидание?       Антон задумчиво уставился в потолок и, поднеся руку к лицу, постучал указательным пальцем по губам, раздумывая, после перевёл хитрый взгляд на мужчину. — Если мне понравится заведение, то определено можно, — решил Антон. — Но только при таком условии, — назидательно качнув пальцем, подвёл итог парень. — «Если он тебя поцелует — то его ждёт история вазы», — сказал дух, зло глянув на докторишку. — Справедливо, — заметил в свою очередь Владимир, духа не слыша. — На том и порешим, — подвёл итог Антон, хлопнув в ладоши отвечая сразу всем собравшимся с машины. Неожиданно ему пришла в голову мысль о том, что Владимир может знать духа в миру. Взвесив все за и против, парень решил прощупать почву. — Владимир, скажи, а врач переходящий или постоянный именно у данной команды? — М-м-м… я чуть больше месяца пока с ними работаю. Раньше в другой команде был. Пришлось уйти по личным причинам, — ответил мужчина. — А что такое? Тебя интересует что-то о команде? — Мне интересно, как строится рабочий процесс. Вот и всё, — пожал плечами Антон. Раз доктор оказался новичком здесь, значит мало что знал, и не мог снабдить его нужной информацией. — В какое место поедем обедать? — Есть у меня на примере одно хорошее местечко, недалеко от катка. Туда и поедем, — сказал мужчина. — Надеюсь, тебе понравится.       Антон приятно улыбнулся и кивнул. От катка так от катка, если это будет то самое кафе, о котором ему говорили ребята из эскорта, то вполне вероятно, что в будущем он сможет неожиданно нагрянуть к доктору на обед и познакомиться лично с тренером. А там уже правдами и неправдами он выманит информацию. Главное было подождать момента, но и стоило учитывать, что время духа уже могло подходить к концу — кто знает, чем грозит столь долгое разделение души и тела.       Они и вправду приехали к тому самому кафе. Владимир Антона накормил и развлекал милой беседой о всяком, но уже не о работе. Духу явно не нравилось, как мужчина эдак невзначай касался его экстрасенса, как улыбался ему и ворковал, точно голубок, но дух молчал, понимая, что Антон ему в ответ улыбается для дела.       Они просидели в кафе около часа, а потом Антон попытался напроситься к Владимиру на работу, указывая на то, что пока не поздно, нужно изучить профессию изнури, а то вдруг не придется по вкусу, а время и деньги на переквалификацию будут уже отданы. Врал парень самозабвенно, придумывая всё новые и новые поводы, но в конечном итоге финальным выстрелом в голову мужчине стал томный и просящий взгляд из-под ресниц. На самом деле Антон никогда не любил и не признавал такого жеманичества, но сейчас оно было определено на руку, а самобичивать себя и ругаться, уповая на отсутствующую гордость успеет. Отчего-то ему было неспокойно, он переживал и чувствовал беду.       Владимир несколько удивился такой просьбе, но отказывать не стал, даже предложив стать его ассистентом на какое-то время — дабы полностью окунуться в профессию. И проводить больше времени вместе, дабы узнать друг друга получше — сказал он томно, склонившись к Антону ближе и улыбнувшись.       Антон удивлённо улыбнулся и кивнул. Это было идеальным. В итоге они договорились, что парень будет неофициально помогать Владимиру несколько раз в неделю между своими сменами в больнице, так как его отпуск уже закончился, и он был обязан работать, чтобы не сдохнуть с голоду.       Владимир не возражал, хотя всё ещё был удивлён таким стремлением работать, и именно у него. Но, как он сам Антону сказал, не содействовать таким благородным намерениям просто не мог. Дух отпустил на этот счет комментарий, что дело тут явно не в намерениях Антона, судя по взгляду, которым докторишка буквально облизывал Антона. Парень на комментарий духа лишь улыбнулся, что Владимир принял на свой счёт. После обеда в кафе, который Антон таки признал свиданием, они неспешно прогулялись до места работы доктора, оставив машину на стоянке кафе, так как парковка катка к тому моменту уже была закрыта.       Владимир предложил зайти внутрь, посчитав, что судя по горящим глазам Антона, ему интересно взглянуть на то, как тренируются хоккеисты. Им вновь повезло. На катке был сам Стёпин, которого они услышали уже на подходе — он отдавал парням распоряжения, смотрел на ошибки и ругал. Периодически слышался громкий свисток. А парни выкладывались на полную. — Хорошо играют, — произнёс Антон, разглядывая скользящих по льду хоккеистов. А после он устремил взгляд на тренера, буквально впиваясь в его лицо. Это точно был нужный мужчина — именно тот самый, которого он видел по телевизору в спорт-баре. — А это Константин Николаевич? — поинтересовался парень, кивая в сторону тренера. Тот обернулся на них, словно почувствовав взгляд молодого экстрасенса, и после махнул рукой, подзывая к себе. Антон на автомате пошёл за припустившимся в сторону тренера духом, почти потеряв по пути не очень расторопного Владимира.       Владимир кинулся за ними, догоняя. Его удивило поведение Антона — тот был будто зомбирован и его словно кто-то вёл вперёд, держа за руку. Впрочем, дух, обнаружив этот неосторожный жест со своей стороны, тут же отпустил парня. — «Ахринеть, Антон, это он, — сказал он парню. — Да и каток знакомый — точно тебе говорю».