На мгновенье или в вечность?

— Т-Тэхен? — мято выпаливает Чон, рассматривая лицо парня, который повис на нем. — Красивый… — Ты тоже, Гукки~ — но тут Ким застывает взглядом на устах любимого  — Что ты только что сказал? — Тэхен —  теперь произносит более уверенно. У Чимы вязкая слюна перекрывает горло. Как так? Тэхен оборачивается к нему и улыбается со слезой на бархатной щеке. — Откуда ты знаешь мое имя? Чимин уже говорил обо мне? — косит взгляд на друга, который начал из стороны в сторону матать головой. — Вы знакомы? — Не Чим? Тогда… Откуда? — Прозвучит наверное по-детски, но ты мне снился. Правда, это было крайне странно… Вишенка. Ким молчит, но его выражение лица говорит обо всем. Удивление, счастье, желание, возбуждение — чувства вязались крепким узлом где-то внутри. Состояние было невозможно объяснить. — Что у вас тут за обжималки? — крикнул Намджун, наконец показавшись из окна автомобиля. — Джуууууун-хеен, елки-палки. — Чимин  увидя своего «учителя» просто завыл. Правда сейчас больше интересовала ситуация, происходящая между Тэ и Чоном, не подойти и не попривествовать старшего он не мог. — А ты случаем не тот самый Чимин, который джиновский? — Джиновский? Вы знаете Джина? — подбегает Пак ближе к иномарке. — Он мой личный врач. — Ааа, ну да, он ваш. — ухмыляется блондин от такого присвоения. А Джун только вздыхает: «Они с Тэхеном точно друзья». — Ты тоже идешь в школу искусств? — Да. А вы опять директор? — Да. — сухо ответил. — Я думал, вы удивитесь, откуда я знаю. — вскинул бровь, он ожидал совсем другой реакции. — Я с твоим другом минут тридцать в пути провел. И он знает обо мне столько, сколько я и сам не знал. Так что дохлый номер. Чимин накуксился: «Не получилось, ну и ладно». — Мне Джин звонил, говорил насчет тебя. Подумай пока над направлениями. — Танцы и вокал. — Точно? У тебя есть еще десять часов на раздумья, завтра последний день подачи документов. — Хорошо, но в выборе своем я уверен. — твердо настоял парень. К дому подъезжает еще одна машина, и Намджун заметно напрягается, когда видит, как из нее выходит длиноногий парень в костюме. Чимин узнает в нем своего хена и поклонившись Джуну, держит направление к нему. А старший также завидев лицо, которое виднелось из-под спущенного оконного стекла, слегка покраснел. — Ты почему на улице? — Хен, в доме еды нет. — Конечно нет, я дома почти не живу — усмехается старший — Но вот. — достает с соседнего сиденья два огромных пакета. — Угооо. — Не волнуйся, я о тебе хорошо позабочусь. — улыбка. — Я знаю. Намджун позвал Тэхена, который уже давно слез с Чонгука и расспрашивал того обо всем на свете. Чим повернулся в их сторону и взглядом попращался с каждым. Джин с Намджуном тоже переглянулись, и все разошлись, разъехались. Дома старший состряпал вкуснейшее блюдо, которое Чимин залопал мнгновенно. — Слушай, хен. — М? — издал звук Джин, моя посуду. — А могут люди сниться друг другу? — задумался блондин, качаясь на стуле. Джин дернулся, а после застыл. Тут ножка стула скользит по дереву и Чимин брыкается назад, больно ударяясь лопатками и головой. Слышится характерный стук. — О боже. Ну что ты как маленький? Тебе не говорили, что качаться на стуле нельзя? Живой хоть? — подбежал Джин, приподнимая парня. — Все хорошо, я привык. — смеется Чим и встает, чеша затылок. — Ой, а что это у тебя? — взглянул на палец хена, который кровоточил. — Ах. Видимо ножом порезался, когда мыл. — Или из-за моего падения? — он чувствовал себя опять неудобно. И снова от него одни проблемы. Но темноволосый промолчал. — Или же из-за вопроса? — Чимину было не понятно такое поведение. — Знаешь...видел же тех двух парней возле дома? Одного из них ты уже знаешь — это мой друг Тэхен, а второй Чонгук. Они снились друг другу...а теперь встретились…  — Пак говорил осторожно, наблюдая за реакцией. Как он и думал, у Джина дрожали руки и бегали глаза. — Тебе ведь тоже кто-то снился? — Ч-что... — Намджун например? — К-ак ты узнал? — во взгляде старшего читался интерес и боязнь. — Значит...я прав...Просто, предположил. — вздохнул — Я вижу, что тебе неловко говорить об этом. Поэтому забили… — блондин встает, идет берет аптечку, достает пластырь и перекись, обрабатывает и заклеивает порез хена, целует туда, грустно улыбается и идет в свою комнату. Прийдя Пак садится на пол и скрещивает ноги. Звонит телефон. / — Хэээй, Чимми! — Приветули. — Чего ты такой понурый? — Да так. — Слушааай, мне кажется, что те люди, который были истинными, приснились друг другу. — торжественно произнес Тэ. — Это я уже понял. — Тогда что случилось? Совсем не весело звучит твой голос. — Перед тем как встретиться с Чонгуком, я наткнулся на Юнги. — Оооо, вау. И как оно? Воссоединение. — тон стал действительно азартный. — Он не знал кто я. — Что? КАК? ПОЧЕМУ? Ты уверен? Может он просто уставший был? — После поцелуя он бросил меня на землю и ушел. Тэ... я почувствовал себя такой блядью. — Чимми, не накручивай себя. Он же продюсерЧонгука, еще будет возможность встретиться и поговорить. — Будет, но нужна ли мне эта возможность. Что в том мире я бракованный, что в этом. — ТАК, ПЕРЕСТАНЬ! — Ладно, ладно. Ой, Джин зашел. Давай, до связи. — Пока, держись Чимми, я с тобой. И не думаю о глупостях!! / — Чимин, нужно поговорить. — Да? — Насчет... похорон. — последнее слово старший произнес очень тихо. -… — Пак  не хотел слышать это. — Я понимаю, тебе тяжело. Но впредь, я обещаю, что буду приглядывать за тобой.  Ты не останешься один. — присел рядом и приобнял. — Давай скорее покончим с этим. Завтра. — Хорошо. Кого приглашать? — Извини, я бы хотел побыть там с Тэхеном. — уткнулся в широкое плечо. — Нечего тебе извиняться. Я все понимаю. — погладил по волосам и покинул комнату Допоздна были слышны разговоры Сокджина по телефону. Он договаривался насчет завтрашнего дня. Чимин в свою очередь валялся на кровати и залипал в потолок. И кажется кто-то сегодня не сможет заснуть, потому что мысли о Юнги сменялись мыслями о родителях. Пак действительно не смог заснуть. Вот уже и время собираться. Джин подвез его до места. И там они встретились с Тэхеном и Намджуном. В воздухе опять появилось напряжение: секундные переглядки старших были слишком заметны. — Вы можете пойти уединиться. — несдержался Тэхен. — ТЭХЕН! — грозно глянул на того Намджун. — Все все…молчу. Пошли, Чим. Все прошло очень быстро, Тэхен все это время находился рядом с другом и держал того за руку. Он чувствовал немалую дрожь, но сжав ладонь сильнее, она прекращалась. Парни не застали возле выхода старших, ну конечно же они сообразили чем те заняты. Они пошли уже в всем знакомую кафешку, которая даже тут пахла уютом. Уселись в угловой столик и так заболтались, что не заметили, как накатил вечер. — Ой, Тэ... уже поздновато. — глянул в окно Чим. — Уго, целый день прогуляли. Круто! — Да чего ж крутого. Джин меня убьет, а тебя Джун. Не страшно? —  Неа, у меня есть Чонгук. — гордо выдал Тэхен, а потом притих. — Ой. Чимми... извини. — Что такое? — Ну. Я начал про Чонгука. А у тебя...Ю... — Все хорошо, Тэ. Не парся. Появилась легкая неловкость, которая после плавно испарилась. Парни распрощались напротив кафе. Чимин сам не свой. Казалось бы, что он уже все отпустил, но сердце, как-будто сжали в гигантских сильных руках, причиняя сильную боль. Идя по пустынной дороге, он замечает, как кто-то начал следовать за ним. Человек шел с ним шаг в шаг, и было трудно определить на каком именно он был расстоянии. Капля пота стекает по бледному лбу блондина, и он срывается на бешеный бег. Бежит куда глаза глядят, сворачивает за угол. Тупик. Просто стена. Сзади него слышится тяжелое дыхание. Человек приближается, подходит со спины и его руки ныряют под толстовку Пака. Чимина начинает трясти. — ЭЙ! ЧТО ВЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ?! — кричит, пытаясь высвободиться и оттолкнуть нахала. — Ты мне еще в кафе понравился. — голос был действительно грубым — Такое личико милое, а тело красивое. Ммм, сейчас я тебя отымею. — НЕТ, ОТПУСТИТЕ! — лицо парня выражало нереальный страх и ужас. День и так выдался не из лучших. Сегодня он похоронил своих родителей. А теперь его зажали в каком-то переулке и хотят изнасиловать. Шершавые пальцы тянутся к соскам. Об удовольствии и речи идти не может. Чимин разворачивает голову, чтобы хотяб лицо увидеть своего насильника. Им оказался не очень-то и молодой мужчина, лет так тридцати пяти. Он похабно лыбится, закусывая губу, берет Пака за подбородок и притягивает к себе. Жертва закрывает глаза, а тот его целует. Так противно, омерзительный привкус чего-то странного, грязная слюна с кусочками, видимо, еды. Чим морщится толкая руками в грудь. В голове кавардак, хочется реально подохнуть. Чужие ладони оказываются на чиминовских ягодицах, тот дергается, случайно кусает язык преступника, и он отстраняется. " Надо было так раньше сделать " — пронеслось в голове Пака. Он ловко проскакивает меж стеной и мужчиной и бежит, опять бежит, но сил никаких уже нет. Однако, спустя время, он понимает, что за ним никто не следует. Парень не замечает как оказывается на мосту. Тот самый мост, который раньше так манил к себе. Кажется, ситуация повторяется. Губы кровятся, тело горит и обдает холодным потом, глаза в слезах. Кажется, у него температура. А важно ли это сейчас?