10 секунд

      — Ну, это лучше, чем ничего, правильно? — спрашивает Владимир, глуша мотор.       Данила выглядывает из окна машины, замечая дохленькую пятиэтажку, которая держится на честном слове. Это строение совсем не внушает ему доверия.       — Как вообще тут могут жить люди? — испуганно спрашивает он, а после переводит взгляд на родителей. — Это ведь временно? — хмурит светлые брови, тяжело выдыхая.       — Конечно временно, — отвечает его мать, складывая зарядное устройство в сумочку, — полгода, не больше…       Эта фраза немного успокаивает юношу, но было бы намного лучше, если бы его отправили в школу за границей, как делали всегда в подобных ситуациях. Только проблемы в том, что они знают, куда любящие родители направят своё любимое чадо в случае опасности. Но именно в этот раз семейство Кашиных продумали все на несколько шагов вперёд.       Выходит из автомобиля и сразу же ловит на себе несколько чужих взглядов. Следом за парнем вылезает большая собака, занимая место рядом с хозяином. Тоже замечает несколько пар глаз, а их обладатели сидят в одной из беседок, держа в руках железные банки с пивом. Среди них есть и девушки, а на вид им всем не больше четырнадцати, но несмотря на это, они «отдыхают» со взрослыми парнями. Да уж. Хороший, «спокойный» городишко.       — Дань, — парень отвлекается от малолетних алкашек, переводя взгляд на маму, — пойдёшь смотреть свою комнату?       — А, — протягивает он, — нет, — оглядывается и видит, что отец уже забирает из машины некоторые вещи, — погуляю с Аресом…       — Сынок, не переживай, — женщина замечает, что Даня переживает, ведь переезд из города на Неве в маленький город - сложно морально. — это правда ненадолго, — поправляет его бомбер, аккуратно разглаживая воротник, — как только все устаканится — мы вернёмся.       — Я не переживаю, все хорошо, — улыбается. Да, врет он действительно очень убедительно. — Ты тоже не волнуйся, да и тем более за меня.       — Ты всегда был золотым ребёнком, — улыбается, а после кратко целует в щеку, отправляя своего ребёнка на прогулку с собакой, — телефон взял?       — Конечно.       Арес, поняв, что наступает время прогулки, немного подаётся вперёд, но не выбегает вперед хозяина. Парень очень ответственно отнёсся к воспитанию своего пса, ведь если этого не делать — он совсем отобьётся от рук, а подобные породы нужно держать в ежовых рукавицах.       Он проходит мимо нескольких подъездов, которые ничем не отличаются от его нового. Кажется, все дома в районе были построены по одному чертежу. Очевидно, убогому чертежу.       Если бы не работа отца, то он сейчас бы сидел в своей большой и уютной комнате, листал новостную ленту, договаривался о встрече с друзьями, ведь они те ещё затейники. Каждые выходные они проводили вместе, собираясь в каких-нибудь небольших кальянных. Там он и познакомился с Евой. Но думать о ней он совсем не хочет. Из-за его внезапного переезда им пришлось расстаться. Да и Кашин довольно болезненно переносит это расстраивание, всё-таки это его первая девушка. Снова ловит себя на мысли о ней, хмурится, старается переключиться на что-то другое, как вдруг слышит какой-то жалобный крик. Даже нет, скорее писк. Следом за ним идёт довольно громкий звук удара о стену дома, грубый мужской голос и плач девушки.       Заворачивает за угол и видит, что рядом со стеной стоит невысокая девушка, закрывая лицо руками. Скорее всего она плачет, но просто не хочет показывать это всем присутствующим. Люди, проходящие мимо них, смотрят, но не предпринимают никаких мер. Как же так? Чувство справедливости бьет через край, и рыжеволосый, выдохнув, уверенно двигается в из сторону.       — Саш, это не правда, честно… — тихо говорит она, всхлипывая. Явно боится его, но ничего не может сделать.       — Не ври мне! — в очередной раз выкрикивает он. — И перестань реветь, не беси меня, сука! — отдергивает её руки от её же лица, а после сжимает кулак прямо рядом с щекой. — Блять, как же мне хочется ебануть тебе, даже не представляешь… — шипит он.       — А мне ебануть слабо будет? — спрашивает Кашин, подходя к ним.       — А ты тут чё вообще забыл? Герой что ли? — поворачивается к нему, и, кажется, этот Саша уже успел забыть о девушке, которая вытирает слезы, стараясь не смотреть на Данилу. — С какого вообще района?       — Герой, — игнорирует вопрос, пока собака начинает рычать, что заметно отпугивает от парня его друзей. — Все нормально? — спрашивает он у девушки, лицо которой закрыто капюшоном. — Тебе нужна помощь?       Она поднимает глаза, но из-за темноты, которая царит в переулке, Кашин не может рассмотреть её лица. Смотрит на своего обидчика, а после переводит взгляд на спасителя, который все ещё ждёт ответа.       — Нет… — слышится снизу. — Все хорошо… — практически выдавливает из себя эти слова, не желая, чтобы из-за неё начиналась драка.       — Слышал? А теперь вали отсюда, — толкает рыжеволосого в грудь, из-за чего тот делает большой шаг назад, а пес сразу же начинает агрессивно гавкать и кидаться на него. — Я разговариваю со своей девушкой, не лезь в наши отношения.       — Мы не… — опять доносится откуда-то снизу, но её сразу же затыкают.       — Это я, блять, буду решать, заткнись, сука! — кричит на неё, а после переводит взгляд на Кашина, который смотрит на девушку.       Он понимает, что ей нужна помощь, её душа кричит об этом, но почему-то она упорно отказывается. Скорее всего, она просто боится своего недо-парня.       — Если не хочешь проблем — съебывай!       Кажется, этот отчаянный парень не боится даже большой собаки, которая уже напряглась и приготовилась нападать, защищая своего хозяина. Кашин кидает последний взгляд на девушку, перед тем как уйти. Мысленно желает ей удачи, ведь она ей точно пригодится.

***

      Не хочет заходить в этот подъезд. Совсем.       — Ну как это вообще?.. — смотрит на железную дверь. — Арес, вот как нас сюда занесло с тобой?       Смотрит на верного друга, а тот смотрит в ответ. Тихо гавкает, немного тянет парня вперед. Рыжеволосый выдыхает и всё-таки идёт, открывая дверь маленьким магнитным ключом. Она протяжно пищит, и парень запускает собаку вперед. Понимает, что в этой пятиэтажке нет лифта.       — Да ладно, нет! — протягивает он, тяжело вздыхая. — Не может быть!       Тихо хнычет, как будто это ему чем-то поможет, понимает, что ему придется подниматься на пятый этаж самостоятельно, и от этого становится ещё сквернее. Из-за прогулки с Аресом его ноги просто отваливаются. Думает, что чем быстрее поднимется — тем быстрее упадет на кровать, заснет. Начинает быстро подниматься по лестнице, благодаря спортивное прошлое, которое подарило ему более-менее хорошую физическую подготовку.       Набирает номер матери, чтобы та открыла ему квартиру, наконец показав, где она находится. Она не заставляет себя долго ждать, и впускает его в одну из четырёх квартир на этаже, забирая поводок.       — Познакомился с кем-нибудь? — спрашивает она, отцепляя поводок от кожаного ошейника. — Там вроде бы сидели ребята какие-то…       — Нет, — снимает обувь и бомбер, — с такими я точно общаться не собираюсь, мам, — оба усмехаются. — И где находится моё убежище?       — Вот дверь, — указывает на белую дверь, которая находится прямо рядом с входной, с левой стороны, — сначала вы оба идёте в ванную, — смотрит на сына и их питомца, — а потом на кухню, там уже ужин готов.       Кивает, идя в рандомную комнату, надеясь на то, что эта комната окажется ванной. Угадывает, вскидывая бровями. Всё-таки их квартира выглядит намного лучше, чем выглядит весь дом снаружи. Современная техника, новый ремонт — вроде бы это похоже на их старое жильё. Пёс самостоятельно запрыгивает в ванную, ведь уже знает — после прогулки нужно мыть лапы. Ну, хозяин же так делает.       Рыжеволосый моет руки, после чего моет лапы своего верного друга. После всех водных процедур они выходят, направляясь на кухню. Там уже сидят родители. Мама раскрывает коробку с пиццей, ведь в первый вечер ей совершенно не хочется готовить. Она тоже переживает из-за переезда. В один момент у них было всё, большой красивый дом, хороший доход, счастливая семья. Что ещё нужно для счастья? Анна могла заниматься любым видом художественной деятельности, а сейчас…       — Как ты, Дань? — спрашивает отец у своего сына, убирая телефон.       — Хорошо, — отвечает он, садясь на стул, — а мне точно надо завтра куда-то идти? Может, это самое?..       — Нет, в школу пойдёшь, — парень цокает. — Не выделывайся давай, — его жена ставит на стол стаканы, усмехаясь над своими мужчинами. — Новая школа, новые друзья, — отваливается назад, — наконец-то у тебя появятся нормальные друзья, а не эти твои смазливые и педиковатые дружки.       — «Нормальные друзья» — это те, кто посасывают пиво за гаражами? — парень поднимает глаза на отца, замечая старую татуировку на пальце, будто бы это перстень. Это напоминание о прошлой жизни, собственно, от которой они и бежали.       — А твои пидроты посасывают родительский вискарь, — припоминает Владимир и также смотрит на своего ребёнка.       — Так, ну-ка перестали оба! — в разговор вмешивается мать, понимая, что сын пошёл в отца и имеет такой же вспыльчивый характер, хоть и из-за воспитания часто сдерживает это. — Во-первых, ты сам разрешил ему немного выпивать в шестнадцать, — как только муж собирается сделать ей замечание, как та поворачивается на своего любимого ребёнка, смотря на него, — а ты идёшь в школу, это не обсуждается.

***

      Машина останавливается рядом с старым зданием, со стен которых уже давно начал сбиваться материал. Это все выглядит весьма расшатанно, но это единственная школа в их районе, как бы это странно ни звучало, ведь город совсем маленький.       — Так, я заеду за тобой в два, — женщина начинает рыться в своей сумочке. Парень же нервно вздыхает.       — Не надо заезжать за мной, я сам, — утверждает он, после чего женщина ухмыляется.       — Держи, — протягивает ему купюру, — мельче нет, извини.       Он убирает пятьсот рублей в рюкзак, и, кратко улыбнувшись, открывает дверь.       — Удачи! — напоследок кричит она.       — Удача нужна только неудачникам! — шутливо отвечает сын, в после закрывает дверь.       Машина отъезжает, после чего он поворачивается, смотря на здание. Невольно вспоминает свою частную школу, где обучался по собственной, специально подобранной программе, где всё было совершенно прекрасно. Теперь он понимает, что тут с ним никто возиться точно не будет, ведь двухэтажное здание советского стиля создаёт какое-то не очень приятное впечатление. Старается не думать сразу плохое, поэтому уверенно ступает на неровный и старый асфальт. Многие родители провожаются своих маленьких детей туда, откуда «многие не возвращаются». Усмехается своим мыслям и заходит на территорию, ограждённую низким забором. Прямо под открытыми окнами стоят ученики, которые вальяжно курят, присев на корточки. Они сначала не замечают его, но, когда он подходит ближе, обращают своё внимание, начиная перешёптываться. Парень обводит их слегка презрительным взглядом, после чего, гордо откинув челку назад, заходит в учебное заведение. Переобувается, и тут же становится предметом обсуждения. Первым делом он замечает двух девушек, которые, завидев его, начинают довольно громко обсуждать его, но Кашин старается не замечать этого. Наконец заходит в «святая святых», где его, буквально с порога, встречает какая-то женщина. Представляется директором данного заведения, старается вести себя дружелюбно, ведь наслышана о том, что это мальчик из приличной семьи, а также сын родителей, которые внесли в бюджет школы кругленькую, для их региона, сумму. Указывает ему на раздевалку, где и будут храниться его верхняя одежда и обувь на протяжении всего учебного дня, а после на дверь, выкрашенную белой краской, напоминая зайти туда.       Благо, в раздевалке никого не было, поэтому он спокойно повесил все свои вещи на один из свободных крючков, и двинулся к кабинету, где его ждут. Открывает ту самую дверь, входит внутрь и осматривается. Светлое помещение выглядит опрятно и чисто, именно поэтому он даже немного радуется.       — Даня, — поворачивается на источник звука, — здравствуй, — он, видимо засмотревшись, даже забыл поздороваться, именно поэтому делает это сейчас. — я твой новый классный руководитель, меня зовут Светлана Николаевна, надеюсь, мы подружимся, — лучезарно улыбается, явно оставляя о себе хорошее мнение. — сегодня у тебя первым уроком будет русский язык, но библиотека сейчас закрыта, поэтому ты сможешь взять учебники после занятий.       Он соглашается и благодарит её, хотя даже сам не знает за что. Классный руководитель, пока ведёт его в сторону кабинета химии, рассказывает ему что-то о его классе, пытается шутить, на что парень лишь нелепо усмехается, кивая головой, будто бы собачка на панели машины. По всему зданию разносился гул звонка, и они заходят. Учительница по русскому языку сразу же осматривает его, и тот здоровается, поправляя лямку пустого рюкзака. Учителя перекидываются парой слов, после чего Светлана встаёт перед классом, который даже не соизволил оторвать задницы от стульев.       — Дети, это Данила Кашин, теперь он будет учиться с вами, — все заинтересованно смотрят на него, обсуждают внешний вид. Да, сейчас он выделяется из толпы, ведь не в «свободной» форме, а в белой рубашке и чёрных джинсах, — надеюсь, что никаких конфликтов не будет, и вы все замечательно поладите. Даня, садись на любое свободное место.       Парень кивает, вновь замечая на себе несколько пар глаз. Кто-то начинает перешептываться, обсуждая стиль парня, кто-то уже в открытую смеётся, а кто-то мечтательно закусывает синий кончик шариковой ручки, слегка царапая его о зубы. Завидев свободное место рядом с каким-то парнем, Кашин сразу же двигается к нему, слегка откидывая челку назад, и когда собирается сесть, на его пути появляется рюкзак, который плюхнулся на свободный стул. Поняв, что этот он точно не хочет, чтобы новенький сидел именно с ним, поэтому следует к ещё одному месту, но и так же происходит также. По классу проходится волна смешков. За последней партой сидит грустная девушка, на которой стильная чёрная толстовка. Подметив, что у неё хороший вкус, рыжеволосый подходит к ней, решив, что тактичнее всего будет спросить разрешения.       — Можно сесть с тобой? — спрашивает уверенно, не сводя взгляд с её профиля. Красивого профиля.       — Мне пофиг…       Отвечает сухо, звучит даже как-то обидно, но Даня, легонько пожав плечами, садится на место рядом с русоволосой девушкой, на дневнике которой написано: «Дневник Елизаветы Неред». Подмечает, что у его новоиспеченной одноклассницы очень красивое имя и фамилия, которые весьма прекрасно сочетаются. Начинается урок, поэтому он открывает тетрадь, быстро записывая сегодняшнее число, а после косится на раскрытый учебник, который лежит рядом с Лизой. Заметив его взгляд, она кладёт на него ладонь и двигает на середину, сразу же получая благодарность. Он принимает его, неловко дотронувшись до её руки, поэтому Лиза сразу же отдергивает её. Он поджимает губы, извиняясь перед ней. Видит, что соседка по парте достала телефон, начиная с кем-то переписываться, но он, как порядочный юноша, поняв, что это не его дело, начинает смотреть на доску, где уже написана тема. Учась в частной школе Петербурга, они уже прошли эту тему, поэтому Даня даже немного радуется.       Учитель объясняет хорошо, очень доходчиво, но пишут от силы человека три. Остальные же или плюют в потолок, играют в морской бой и крестики-нолики, а кто-то, как Лиза, сидит в телефоне.       — Может быть, ты уберешь телефон и начнёшь писать? — спешно спрашивает он, а после видит, как Лиза тяжело вздыхает.       — Может быть, ты нахуй пойдёшь? — пародируя его манеру речи спрашивает Лиза.       Он немного хмурит светлые брови, явно не ожидая такого грубого ответа на требование, которое пойдёт на пользу только ей. Девушка наконец поднимает на него глаза, начиная рассматривать. Каждую впадинку, каждую морщинку, что появились на злобном выражении его лица. Он же замечает большой синяк на нижней линии челюсти, а также совсем маленький на скуле.       — Кабину попроще сделай, — парень усмехается, а после поправляет рыжую чёлку, при этом цокая.       — За такую челку и подвороты у нас получают пизды, — девушка указывает взглядом на подвороты, замечая кроссовки, — педали ничё такие, кстати.       — И что делать? — немного ухмыляется, сталкиваясь со слишком уж красивыми глазами новоиспеченной одноклассницы.       Она смотрит на учительницу, которой, кажется, все равно, как будто рассказывает материал для себя. Подтягивается к его уху, даже не зная зачем. Парень немного напрягается, когда слышит тихие вздохи Лизы.       — Валить, — шепчет прямо на ухо. — Как можно дальше от этого места, сечёшь?       Он, непонимающе посмотрев на неё, только собирается спросить причину, как слышит, что учитель называет его имя. Машинально встаёт, чем вновь вызывает усмешки, и идёт к доске, ведь его вызвали.       — Не к той доске идёшь! — раздаётся с третьего ряда, после чего некая группировка парней заливается смехом, смотря на свою одноклассницу.       — Завались, пока горб тебе не намяла! — выкрикивает какая-то девушка с первой парты. — Жирное чмо…       Учитель сразу же прекращает эту легкую словесную перепалку, а сам Даня для себя подмечает, что одноклассница действительно страдает сильным недостатком в весе.       Записывает предложение, мастерски проставляет знаки препинания, указывает на вид предложения, определяет деепричастный оборот — в общем, делает всё, что нужно, и даже немного больше. Учитель диктует более сложное, по её мнению, предложение, но и с ним он справляется, после чего кладёт мелок в чашку с ними, и смотрит на неё.       — Молодец, Даня, пять! — восторженно отвечает она, а он гордо следует к своей парте.       Садится на место, ловя на себе взгляд Лизы.       — Умный что ли?       Парень усмехается, после чего, одарив её милой улыбкой, отворачивается, продолжая записывать.       Раздаётся верещание звонка, и ученики подрываются со своих мест. Естественно, это не обошло и Лизу.       — Следующим алгебра, удачи, — говорит она и быстро уходит.       Кашин сидит на месте, стараясь хоть как-то отойди. Все как-то слишком быстро испаряются, и он оглядывается, стараясь найти хотя бы одного одноклассника, ведь даже не имеет представления о том, куда ему нужно идти. Понимает, что все уже давно ушли. Тяжело выдыхает, понимая, что ему придётся идти на первый этаж, чтобы узнать о расписании.       — Эй! — доносится откуда-то сзади. — Ты новенький? — он кивает, после чего наконец видит перед собой юношу. — Я Илья, — протягивает ему руку, и как-то очень уж дружелюбно улыбаясь. Кашина же ждёт подвох.       — Даня, — пожимает его ладонь в знак приветствия, и, чтобы не показаться грубым, добавляет, — приятно познакомиться.       — Взаимно, — убирает руки в карманы, смотря на него, — потерялся?       — Немного, — вновь осматривается, понимая, что одноклассников действительно нигде нет. — В каком кабинете алгебра?       — Тут недалеко, пойдём, провожу тебя, — он указывает рукой на крыло, в котором и находится кабинет, поэтому оба направляются в ту сторону. — Кстати, почему «А»?       — Ну, хуй знает… — пожимает плечами. — В старой школе тоже был в «А», как-то сложилось.       — Зря, — будто бы устало выдыхает Илья, — у нас в «А» учатся одно быдло и долбоебы, ты уже, наверное, заметил.       — Местами, — усмехается. — Почему такое разделение? Почему не один класс?       — Изначально планировалось, что все те, кто плохо учатся, да и вообще какие-то «странные», уйдут в ПТУ, каблуху там, ну, ты понял, — Кашин кивает, пока некоторые ученики сверлят его взглядом. Тихо перешёптываются, а когда узнают, в какой класс попал новенький — сочувствуют ему. — А получилось так, что из них половина не поступили, — заворачивают за угол, — даже на коммерцию не поступили, — вскидывает бровями, вспоминая ситуацию. — Ну и куда им? Правильно! В родную школу! А ты с кем сидишь? Или пока не посадили?       — Ну, пока вроде бы ни с кем не посадили, — поправляет лямку рюкзака, — пока что сел с Лизой Неред, — Илья вскидывает бровями, хмурясь.       — Ой, — протягивает он. — Понятно все!       — Что понятно? — заинтересованно спрашивает он.       — Да так, ничего, — пожимает плечами. — Кстати, вот и кабинет математики, — указывает рукой на дверь. — Если что, сгруппируйся.       — Что? — хмурится, после чего чувствует толчок в спину, а за ним захлопывается дверь.       — Прости меня, Дань… — тихо говорит он, прижимаясь спиной к двери, чтобы никто не смог выйти. — Прости…       Он оглядывается, не понимая, что вообще происходит. Перед ним стоят парни из той самой «группировки», которая так нагло насмехалась из-за телосложения невинной девушки, слегка разминая кулаки.       — Кажется, у нас завёлся новый петушок в классе! — каждый из них нагло улыбается, даже несмотря на то, что парень слегка превосходит их в росте. — Загадку отгадаешь, так уж и быть, бить будем не сильно, — перед ним встает довольно низкий, по представлению Кашина, после чего, усмехаясь, спрашивает. — Вилкой в глаз или в жопу раз?       Парень, слегка нахмурившись, ведь подобным он никогда не занимался. Никогда ещё ему такого не задавали, но несмотря на это, он, на удивление, знает правильный ответ.       — Что-то я среди вас одноглазых не вижу, — решает съязвить.       Это решение, кажется, было самый худшим в его жизни. В следующий момент на него просто налетели толпой, а все остальные одноклассники просто смотрят на эту довольно неприятную сцену. Парню просто ничего не остаётся, кроме как прикрыть голову руками и надеяться на лучшее. Из-за количества нападающих, рыжеволосый не может дать отпор, да даже если бы постарался сделать это — получил бы в три раза сильнее. Остальные одноклассники делают вид, что ничего не происходит, кто-то, особо «умный», достал потрепанный телефон с разбитым экраном и принялся записывать происходящее. Это могло продолжаться, и неизвестно, до чего бы дошло, если бы в кабинете не раздался резкий возглас, полный обиды.       — Эй, хватит! — слышит уже знакомый голос, после чего удары наконец прекращаются. — Прекрати!       Лиза кое-как оттаскивает своего одноклассника, дабы хоть как-то помочь новенькому, и отталкивает. Смотрят друг на друга с ненавистью, после чего парень начинает решительно двигаться к Лизе, но та вновь отталкивает его.       — И чё ты мне сделаешь?! — на этот раз разгоряченный парень не идёт на девушку, а лишь замахивается, но все же не бьет. — Ширяева позовёшь?!       — Я тебе сама въебу! — вновь отталкивает его, держа его на расстоянии.       Слышат резкий стук в дверь, и все разбегаются по своим местам, после чего видят на пороге учителя математики, в кабинете которой все это и происходит.       — Так! Что тут происходит? — громко спрашивает математичка, оглядывая всех участников драки.       — Ничего, мы просто играем, Наталья Олеговна! — парни садятся на свои места, делая вид, что не понимают, о чем идёт речь.       — Играете?! — смотрит на Кашина, который запрокидывает голову назад, закрывая кровоточащий нос. — Вы ему нос разбили!       По шее стекает тонкая струйка крови, а вся ладонь уже полностью покрыта кровью.       — У меня давление просто… — отвечает Данила, делая вид, якобы его никто не бил, дабы не сдавать своих одноклассников, даже несмотря на то, что они сделали.       Далее всё как в тумане. Сознание просто начало устраивать что-то непонятное, резко замутилось, из-за чего ему даже пришлось опереться о стену, чтобы не упасть, но тут же почувствовал, как его придерживает две пары рук.

***

      Трещит звонок с третьего урока, а парень всё ещё сидит в медицинском пункте, стараясь отойти от знакомства. Рядом с ним сидит Лиза, как-то слишком уж взволнованно оглядывая его.       — А у тебя что с щекой? — спрашивает медсестра, заменяя грелку, чтобы избавить молодого парня от будущего синяка, хотя, скорее лишь облегчить заживление. Русоволосая хмурится, после чего отмахивается.       — Да так, — поджимает губы, после чего продолжает, — кошка поцарапала…       Женщина кивает, а после уходит, вновь оставляя подростков наедине.       — Это что за дерзкая кошка, которая царапается, да ещё и с синяками? — немного гундосо спрашивает он из-за двух тампонов, которые уже наполнились кровью. — Ладно, можешь не отвечать, — говорит Данила. — Вижу, что не хочешь.       — Спасибо, что попытался остановить его вчера, — тихо говорит она, опуская голову и поправляя наручные часы, — но тебе бы сильнее влетело, чем мне.       Он резко поднимает глаза, не веря в правдивость ситуации.       — Это была ты?! — спрашивает он, смотря на одноклассницу, пока та лишь отвечает кивков. — Блин, Лиз, прости меня, — теперь молодой человек действительно чувствует невероятный стыд за то, что бросил её вчера вечером, когда гулял с собакой, позволил избить, — тебе очень больно?       Подсаживается ближе и проводит кончиками пальцев свободной руки по поврежденной девичьей скуле. Она же, не ожидая таких действий со стороны Кашина, резко уворачивается, не позволяя дотронуться до лица.       — Не борзей, — не менее борзо отвечает она, а после встаёт, закидывая на плечо портфель. — Сейчас английский, в соседнем кабинете.       Хлопок дверью, и он остаётся один в медпункте. В животе предательски ломит, его явно зацепила эта девушка, скорее, даже не зацепила, а прямо поймала в женские сети, даже не используя чар. Кажется, что сегодня он уже точно не сможет продолжить обучение в нормальном темпе, хотя бы из-за того, что, похоже, ему начинает нравиться его соседка по парте. Только этого не хватало…