KARRY. Книга первая. Действительно ли это были ошибки?

вторник, 8 января 2013 — Лен, короче. Я еду. — ЕДЕШЬ???! Я чуть не выронила телефон. — Да, только… не радуйся сильно… Когда вернусь, должна буду ответить родителям хотя бы на три вопроса из списка. — А ну ладно, я уж испугалась… Наблюдая за тем, как Гарри самозабвенно мастерит из картонных коробок домик для Лайта, я расплылась в улыбке: ― Ну-у-у? ― Что? ― Спросила Катя из трубки. ― Ты как? ― Не знаю. Ты такая… ― она сделала паузу, ― восторженная. ― Вдруг Кэт повысила голос: ― НА ОСТАНОВКЕ! Она уже близко! Интересно, о чём она думала те полчаса пути до того, как позвонить мне… ― А ты словно на проводы лучшего друга идёшь. ― Проговорила я в ответ. ― Причём забирают его инопланетяне. На опыты. ― Это ведь… ничего не значит. ― Тут наравне с Катиным голосом приглушённо зазвучали другие. ― Что ничего не значит?! Вслед за моим вопросом в трубке раздался громкий звук захлопнутой двери маршрутки. ― Но я же ему всё ещё никто, по сути. ― Печально отозвалась подруга. ― Он же всё ещё с Тейлор. Ах, она ведь ещё не знает… ― О, Господи! ― Выдохнула Катя мне в трубку. ― Я всеми силами моего внутреннего… не знаю, счастья! желаю… ― на несколько секунд воцарилась тишина. ― …Быть с Гарри. И чтобы ничто не могло помешать этому. ― Через секунду она добавила: ― Я скоро буду. ― С Гарри, конечно, ты будешь, ― нашлась я. ― Дома у вас. У тебя. ― У нас. ― Выбрала я. ― Ждём тебя. Не уверена, кто ждёт сильнее: я или Гарри. Наверное, Гарри. Или я. Нет, я. Я жду тебя очень, ОЧЕНЬ сильно. ― Катя начала что-то говорить, но я не останавливалась: ― Не уточняла у Гарри степень его ожидания: он сегодня строитель, но у него глаза от ожидания тебя стали точно такими же, как твои, представляешь? ― Они и… ― Буквально ТАКИМИ ЖЕ! ― …были, как у… ― Всё-всё. Мы ждём тебя. ― Оке-е-ей. Сегодняшний день начался с того, что после омлета с помидорками на завтрак я была свидетелем того, как Гарри написал ещё несколько строчек песни. Finally I figured it out I saw the mistakes of up and down. Meet in the middle You and I We will never be like them Ошибки... А были ли это ошибки? Я села к расположившемуся в центре комнаты Гарри Строителю. ― How is she? ― Поинтересовался он, вырезая круглое окошечко в коробке. Парень сегодня надел футболку, которая прям-таки кричала: «я русский». ― My mom? ― Я показательно подняла брови и сразу ответила: ― She’s fine. ― Kat.― Стайлс даже ножницы опустил. ― That was her on the phone. ― How did you know? ― Не скрыла я удивления. Мистер Ямочки На Щеках довольно улыбнулся: ― You said my name a few times. Ну вот, спалилась. ― Kat is… thinking of something. ― Ответила я на его вопрос. ― One wish. ― What wish? ― Гарри открыл клей. Не успела я подумать, как ещё пошутить, раздался звонок домофона. ― You’ll get to know. ― Я поднялась на ноги. ― Maybe. ― Стулес закрутил клей обратно, а я, уже из прихожей, загадочно прибавила: ― Or maybe you won’t… Когда Катя вошла в дверь, её встречали как высоченный Стайлс, так и его Little Safer (прозвище звучит ужасно, только если его произносит не тот, кто его выдумал). Гарри сразу поздоровался: ― Привет, Кать. ― По-русски, ого! Привет, ― улыбнулась Зеленоглазая, снимая с плеча сумку. На Стайлсе она критично задержала взгляд: ― Русский? Зачем это? ― Да, ― непринуждённо заговорил Гарри, не совсем поняв девушку, ― я тоже русский. Вручите ему медаль за его русский! Ну же! ― Неспроста же я вас шипперю, а? ― Риторически обратилась я к Кате. Но футболка ей, похоже, не понравилась. ― You better take it off, ― посоветовала она. ― Why-y? ― С недоумением воскликнул Гарри. ― It’s just a joke! ― I don’t like such jokes. ― Катя повесила дублёнку на вешалку. Она в таком мягком, на первый взгляд, снежно белом свитере, что захотелось её обнять. ― Sorry, I think it doesn’t make sense to wear T-shorts like this. If you’re Russian and if you’re not Russian too. Пока подруга намыливала руки, Стайлс втиснулся между ней и ванной. Когда Кэт выключила воду и повернулась за полотенцем, она на пару мгновений оказалась прямо перед Кудрявым. В эти мгновения он взял её за плечи: ― Катя! ― Она медленно подняла на него глаза. ― Let’s sing! ― Sing? ― Еле промолвила она. ― Yeah. ― Он выпустил её и, присев на край ванной, ловко вытащил душ. ― We’re in the shower! Держа душ над их головами, Стулес стал с закрытыми глазами натираться воображаемой мочалкой и петь: ― I’m better, so much better now… I see the light, touch the light, ― здесь он дотронулся своей невидимой мочалкой до Кати и продолжение пропел ей в лицо: ― We're together now. Он нашёл ещё одну бутылку вина? ― О-о-о! ― Девушка узнала песню. ― O-o-oh, ― повторил Гарри за ней и вернулся к мотиву: ― Oh-oh-oh-oh-oh-oh, oh-oh-oh-oh-oh-oh, oh-oh-oh-oh-oh-oh. You'll find us chasing the sun. — Вместе они спели это ещё раз, и Гарри изобразил эхо, повторяя последние слова всё тише и тише: ― …The sun, the sun, the sun. Тот момент, когда Гарри Стайлс захотел спеть с тобой в душе. Катя, ты выиграла эту жизнь. Надеюсь, ты сейчас в порядке. Оказавшись в прихожей, Катя по-стайлосовски поправила каштановые волосы и сказала: ― А у тебя есть еда? Я просто пообедать не успела. ― Тебе повезло. ― Сообщила я и заметила, что Гарри куда-то исчез. ― Есть суп. С фасолью в томатах, ветчиной, зеленью и кукурузой. И с макаронами-буковками. Английскими, конечно. Пока я это говорила, подруга взяла из своей сумки что-то белое и, как только я закончила, бросила таинственное «я сейчас…» и скрылась за дверью ванной. Я положила суп в две тарелки, когда Гарри вернулся. — Feel cold? — Спросила я, когда поняла, что он сменил ту чёрную футболку с надписью на того же цвета худи. — No. Was it a bear there? — Yes. — Я отдала британцу тарелку с медвежатами и земляничками где-то под супом. — It’s Russia, Harry. — Под моим взором он расселся за широкой частью прямоугольного стола. — You might see bears painted on our dishes, but won’t find them in our streets. — С водкой, ха-ха. — Посмеялась появившаяся на кухне Катя. — И в шапке-ушанке, — добавила я и вручила подруге её тарелку. Надо было поступить умнее и наполнить их уже на столе. Ну ладно, мне семнадцать; я первый год живу одна. ― You know, I’ve been thinking about… you. — Жующие друзья обратили ко мне свои зелёные глаза. — I mean you. Kat and Harry. — И-и? — Протянула Катя. — You can be like… Karry. — You told me, — сказала Катя. — Да. — Кивнула я. — Но Гарри — нет. — Oh, I got it! — Возликовал брюнет. — I’ve got what you’ve said! Не улыбнуться этому Оладушку было нельзя. ― I like it, ― отозвался он и повторил, словно пробуя слово на вкус: ― Karry. Yeah, I like it. Он посмотрел на Катю. ― Me too, ― проговорила она. Я опустила взгляд в полную буковок тарелку: ― And written with these letters, it would look… perfect. ― Who collects “KARRY” is a winner!!! ― Объявил Гарри и принялся, как безумный, искать в своей тарелке буквы. ― And what the winner will have? ― Поинтересовалась Кэт, меланхолично вытаскивая ложкой «A». ― Is there a prize? Гарь поднял кудрявую голову. На Катином лице отражалось любопытное ожидание. ― A wish. ― мяукнул парень. — Окей, — сказала я, прекрасно понимая, что с моей жизненной скоростью можно даже не пытаться победить. ― I found only “KAY”, ― сообщила Кэт через какое-то время. ― And many “Y”. Эм-м. ― Она подумала и исправилась: ― “Y”s. ― Can’t find one more “R”, ― озвучил свой прогресс Гарри. ― I need “Y”, ― пожаловалась я. ― I can give you one of my “Y”, ― щедро предложила Катя и снова поправила себя: — “Y”s. ― No! NO! ― Взбунтовался вдруг Судья Гарольд Эдвард Стайлс. ― Wha-at?! You are the rivals! ― Who? ― Я внимательно следила за его зелёными глазами. ― Competitors, opponents. ― А-а, оппоненты! ― Догадалась Катя. ― Соперники, — подхватила я и тут же высказала: ― We’re friends, Harry! — No transgression. — Строго приказал брюнет. Я приставила ладонь ко рту и шепнула Кате: — Не трансгрессируем здесь! Люблю так или иначе быть причиной её улыбки. ― YES! ― Внезапно вскрикнул Гарь, держа на ложке макаронину, словно драгоценность. ― YES, I HAVE WON! Парень выложил буковку на тарелку, получив полноценное «KARRY». Из-под задравшегося рукава его чёрной толстовки виднелась сиреневая резинка. ― So, ― я в предвкушении уставилась на Стайлса, — waiting for your wish. ― My wish… ― он отвёл взгляд в окно напротив. ― Um-m… ― Тут Гарри выпрямился. — I wish I had an answer. ― And? ― Вопросила я. ― What is the question? ― Question. ― Гарри повернулся к Кате. ― Kat… Катя. Пауза. ― Что? ― Катя неотрывно смотрела на него. ― What? Со своей черепашьей скоростью речи Стайлс довольно отметил: ― I do know the word “что.” ― What’s the question, Harry? ― Повторила я вопрос. ― What, what… ― задумчиво повторял Кудрявый. Он издевается?! — what… what do you want, Kat? Катя обратила взгляд на меня. А я-то чем помогу здесь? Могу ляпнуть ему: «you». ― I, ― наконец заговорила она, ― want to be with you. ― But you… ― начал Гарри. ― I want to be someone for you. Really someone. — So let’s make it happen. — But… как же… — Катя поморщилась. — Тейлор? — What? — Гарри явно не понял середину вопроса. — Taylor is… fine. I guess. — Он почесал нос и изменил показания: — But I’m not sure. — Cool…— вяло откликнулась девушка. Минуту. Она имела в виду «круто» или «прохладно»? — Kat, we’re not together. — Not?! — Катя оживилась. — Эм… Вау! — Пауза. — And… — I’m glad you’re here, — продолжил Стулес, взяв её за руку. Я почувствовала себя лишней; хотела встать тихо, но табуретка с шумом подвинулась — Катя встала со своего места, и Гарри тоже медленно поднялся на ноги. Что ещё за? Всем оставаться на своих местах! — Now I can be someone? — Спросила Катя. — Да? Я открыла ящик и достала себе чашку. Почему у меня дрожат руки? — Да! — Бойко ответил Гарь. — What about a favourite fan? Воцарилась мёртвая тишина. — I’m kidding. — Выдал Шутарри и рассмеялся. — It’s taken by my mom. Катя улыбнулась: — Nice. Итак, важное заявление. Моя подруга вновь превращается в КатюЛуи. Сообщите всем, кого знаете. — You could be the biggest fan. — Не останавливался Гарри. — No, wait, it’s Niall, speaking about the band. — Harry… Приём! На руке Стайлса, которую ты держишь, твоя резинка, Кать. Повторяю: твоя резинка! Вдруг Гарь выдал: — Be yourself. ‘Cause I like you. Крышка, что я откручивала от бутылки с водой, отскочила и, прокатившись по столу, остановилась у плиты. — Probably, the vacancy of my girlfriend may be good for you, miss. — Продолжал Почитатель Чёрного. — But I need some time to think it over. Can you send me your CV? — Styles! — С лёгким упрёком произнесла Катя. Гарри вполголоса рассмеялся. Я сделала глоток воды и когда, ничего не подозревая, повернула голову, я увидела, почему эти двое вдруг затихли. Вода попала не в то горло, и сквозь слёзы я смотрела, как Катя покачнулась назад, а Гарри удержал её за плечо перед тем, как отстраниться. Лишь тогда я закашлялась. Карри отвлеклись на меня, и я жестом показала им, что всё супер. Больше, чемсупер. — It all used to be so wired. — Проговорил Гарри. — The moments I saw you were kind of… forbidden pleasure that I hated after. But I couldn’t stop thinking about it. It seemed like torture… It was actually! — Стайлс провёл пальцем по её шее. — Now it’s changed. Жаль, я не вижу эмоций на его лице. Зато Катю мой обзор охватывает прекрасно: она будто смотрит на звездопад, который ждала всю свою жизнь. В зависимости от основания возникновения обязательства подразделяются на договорные и внедоговорные. Договорные обязательства возникают из двух- или многосторонних сделок (договоров), основания возникновения внедоговорных обязательств более разнообразны. К ним относятся односторонние сделки (например, обязательства могут возникать из действий в чужом интересе без поручения, из публичного обещания награды или из объявления публичного конкурса); из административных актов (например, административный акт о государственной регистрации юридического лица порождает обязательство коммерческого банка заключить с данным юридическим лицом договор банковского счета); из судебного решения; из причинения вреда; вследствие неосновательного обогащения. — Hey, Light. — Позвал Гарри. — How are you, man? Угольный пушистик, подняв кверху хвост толщиной со шнурок, потопал к британцу. — I build you this little house, — приговаривал тот, — what do you think about it? — Мя! Мя! Катя блестящими глазами смотрела на парня с котёнком. Я-то уже привыкла сосредотачиваться на подготовке, пока рядом Стайлс, а вот Кате с её бонусным чувственным пунктом, держу пари, нелегко. Подруга встретилась со мной взглядом, вздохнула и вернулась к основам права. — Look, Light. — Гарри подсел к Кате на матрас. — This is Kat. — Мя! — Yeah. — Он глядел то на Лайта, то на Катю. — She’s preparing for an exam now. She’s very nice. Are we all gonna be friends? Когтистый издал короткий писк. Невероятно! Катя пыталась читать, но её сопротивление спало; она отклонилась назад, но тут же вернулась в прежнее положение. Гарри, прижимая к своей толстовке угольного котёнка, положил ей за спину подушку. — Thank you, — поблагодарила она. — You’re welcome! — Кудрявый по-хозяйски опёрся рукой о шуршащий матрас и взглянул на листы у девушки в руках. — Is it hard to learn? — Sometimes. Надо же быть настолько похожими! — Купни, — с трудом произнёс Стайлс. — Купли! — Исправила Катя. — Что за слово ты выбрал? «Купли-продажи». Гарри старался дальше: — О… бя… з… — Тут он спросил Кэт: — Is it “з”? — Зэ. — Подтвердила она. — How did you know? — Подруга подняла на меня изумлённые глаза: — Он узнал букву «з». — Мы учили русский алфавит, — ответила я. — О-бя… за…тель-ст… ва. — Усердствовал ученик Стайлс. — Обя-за-тель-ст-ва! Obviously, it’s hard to learn. Да. Однако он по-прежнему иногда воспринимает некоторые русские буквы как английские. — Мипа, — произнёс Гарри. — Что? — Вопросили мы с Катей. Британец ткнул пальцем в бумагу. — Это «мера», Гарри! — Воскликнула Кэт. — Мера! — Повторил Гарри. — Oh, God, — он провёл рукой по волосам и опустил лохматую голову на торчащий из-за Катиной спины угол подушки. Думаю, прошло не больше получаса, когда Катя шепнула: — Лен… Мне пора идти. Я оторвалась от покрытого буквами экрана. Почти полностью съехав с подушки, Стайлс с закрытыми глазами лежал рядом с Кэт. Одна его рука свесилась с матраса, а на лице отражалось спокойствие и безмятежность всего мира. Ангел Гарри что-то неразборчиво прохрипел, и вдруг я поняла, что его живот шевелится. ПОЮЩИЕ КИТЫ! ЕГО ЖИВОТ ШЕВЕЛИТСЯ! ― Wha-at? ― Заговорил парень отчётливее и разлепил веки. В следующую секунду раздался сонный крик, а сразу после из кармана-кенгуру его толстовки высунулась маленькая пушистая синеглазая голова. Лайт! ― Эй, моя резинка! ― Воскликнула Катя. ― Я везде её искала. Англичанин сел: ― What? ― You left it here. ― Сказала я Кэт. ― At the night of New Year. Получилось в рифму. ― Но зачем…, ― издала Катя и обвела нас со Стулесом вопросительным взором. ― То есть… Гарри стянул резинку со своего запястья и вручил девушке. Мне показалось, ему не хочется её возвращать. ― Did you… ― Недоумевала Кэт, ― …all this time?.. What?.. Брюнет перевёл глаза с неё на меня. ― I want a banana, ― заявил он. Гарри Неразоблачимый. Он с наслаждением жевал банан, глядя, как Катя надевает сапог, а я смотрела на него. ― Нет-нет-нет! ― Взмолилась вдруг подруга. ― What? ― Гарри серьёзно откусил от банана. ― What’s wrong? ― Молния! ― Кэт в который раз с силой дёрнула за застёжку, и та послушалась. ― О-О-О, ВСЁ. ― Она выпрямилась. ― Всё круто. Где-то рядом зажужжал телефон. В кармане у Стайлса, где ж ещё. Кудряш потянулся к гаджету, потеряв бдительность, и я выхватила у него банан. ― Hey! ― Откликнулся он. ― Банан, ― возвестила я знаменательно, ― откусанный самим Гарольдом Эдвардом Стайлсом! ― Театрально понизив голос, я обратилась к Кате: ― Пошли, продадим, пока не испортился! Она засмеялась. ― Sorry… ― извинилась я, отдавая Стулесу банан, и хотела продолжить, но внимание Гарри переключилось на экран такого же чёрного, как его одежда, Айфона. ― Harry! — Как только Гарь поднял на меня свои зелёные глаза, я приложила руку к сердцу: ― It’s my fan’s heart. Вернувшись к чтению, Гарри нахмурил брови, и я мысленно перенеслась в день, когда увидела того рыжеватого парня-повара в пиццерии; он хмурился, даже когда улыбался. Сколько раз я уже его вспомнила? Кто-нибудь должен остановить меня. ― Problems? ― Спросила Катя у британца. Тот не спешил отвечать: ― Um-m-m… ― Honestly, ― начала я (Гарри уже скривился), ― yes. Когда-нибудь, парень, пришлось бы рассказать ей о том, что происходит в твоём мире без тебя. ― Don’t say you want him to leave! ― Умоляюще обратилась я к Кате, когда она всё узнала: про Modest!, прошлые и грядущие трудности у Зейна, Лиама, Луи и Найла и другое. ― Please! Don’t say… that you want him to leave. ― Молчание. ― Кать! ― Ладно. ― Разрядила она моё напряжение. ― I will not say it. ― Because you want. ― Плутовато проговорила я. ― Without “to leave”. Две секунды, и взгляд Кэт стал испепеляющим. Видели зелёный огонь? Я — только что. Однако этот взгляд сменился лёгкой улыбкой. Но и та быстро исчезла. ― Где мой… шарф? ― Катя подняла мою сумку и посмотрела на тумбочку у зеркала, затем оглянулась на другую — позади неё. — Я вообще была с ним, когда пришла? Я отрицательно помотала головой и махнула рукой на кухню: ― Вы поцеловались там, и дальше у меня всё как в тумане. И то, что до, ― тоже. ― What’s wrong? ― Снова спросил Стулес, доев второй банан. ― Kat can’t find her scarf. ― You could take mine, ― сказал Гарри. Он снял с вешалки свой тёмно-серый шарф; Катя издала несколько неразборчивых звуков, но те не были приняты как знак протеста. У них не было шанса: через секунду Гарь уже повязывал свой шарф на её шее. ― Smi-i-ile, ― протянул Гарри, почти касаясь своим носом Катиного и улыбаясь точь-в-точь как она. ― What “smile”? ― Переспросила его брюнетка. Гарри пожал плечами: ― Smile is important. Он чмокнул её в губы. Шишки сушёные! К этому надо привыкать.