Моё сердце...

Дома никого не было, даже Кларк ещё не вернулась с ночной тусовки.

***

Шатенка прибыла на место через двадцать минут. За их любимым столиком сидела сестра и обнималась с какой-то рыжеволосой. Анья ненавидела рыжих, они все были тварями и предателями. Но всё же она подошла, не присаживаясь. Честно, она была не рада сестре. Ведь та превратила жизнь блондинки в «ад», когда Алекс подарила той «рай». Конечно, она посмотрела всю флешку и знала истинные намерения Алекс, белокурая была ни в чем не виновата. Скорее всего, её даже принудили. — Привет, Анья, — усмехнулась младшая Вудс. — Ты не рада меня видеть? Хоть бы подошла и обняла сестру, всё же несколько месяцев не виделись. И, как видишь, не спилась! — смеялась та, а Анья долго молчала и смотрела на этот цирк. — Знакомься, систер, это моя будущая жена, Костия, — девушка счастливо заулыбалась, протягивая руку старшей сестре. Но шатенка даже на неё не взглянула. — Да, ты права, я совсем не рада тебя видеть,— холодно ответила она. — Не спилась? Мне плевать! У меня теперь другая семья, в которой нет места сукам. И да, знакомиться с очередными твоими шлюхами я не собираюсь. Я была не права тогда, когда сказала, что ты похожа на Алекс. Прости, ты НИКОГДА не будешь на неё похожа, у тебя никогда не будет такого любящего и доброго сердца. Я горжусь ею, а тебя презираю. С этими словами она швырнула флешку сестре. Может, та все-таки досмотрит её. И да, многое, что она сказала было неправдой, но как ей ещё вернуть свою сестру? Которая, может, и была раньше стервой, но жила с ней под одной крышей, а не бегала по всему миру. В какой-то степени брюнетка предала и свою сестру. Анья развернулась и ушла быстрым шагом из ресторана, оставив тем самым «голубков» одних. — Лекса, любимая, что это? — Вудс вообще бесило, когда ее называют любимой. Бесили все, кроме блондинки. — На хуй иди! — выкрикнула та, вскакивая с места, хватая флешку, и испарилась из ресторана, оставляя девушку из другой страны совершенно одну. Младшая Вудс сразу поехала домой, но как только она переступила порог, поняла, что дома никто не жил вот уже несколько месяцев. Повсюду была пыль, а оставшаяся еда в холодильнике сгнила. Брюнетка нашла свой ноут и вставила флешку. Теперь она была готова дослушать сестру. А что ей оставалось? Она потеряла всё, что так любила. Двойняшку, Анью, Кларк... Её жизнь больше не имела никакого смысла. Она так хотела забыться. В спиртном, травке, даже изредка принимала экстази... В шлюхах. Да, это, может, помогало. Всё, кроме последнего. Как только приходил оргазм, на её душу оседала такая тяжесть, что хотелось выть. Всё это помогало, но ненадолго. В следующий раз приходилось делать то же самое, увеличивая дозу алкоголя. Эта была мнимая помощь. И, с одной стороны, она пыталась вылечить себя, а с другой – калечила свое физическое тело. Алекс была бы расстроена, зная, как Лекса поступает с собой. Старшая из двойняшек сидела на мягком кожаном кресле перед камерой. Лекса поняла, что её никто не снимал. Там она была одна. Привет, сестренка, — улыбалась та в камеру, но улыбка была грустной. Понятно, это было видео-прощание. Если ты смотришь это видео, значит, я умерла... Я подарила свое сердце другому человеку, в прямом смысле этого слова. Кларк. Кларк Гриффин. Думаю, ты уже её знаешь, раз эта флешка у тебя. В Кларк бьётся моё сердце, а я там, где и должна быть. Здесь-то и закончила она смотреть в прошлый раз, обвинила блондинку во всем и с горя похоронила себя. Не физически, конечно, хотя... Но не вини в этом милого Ангела. Моё сердце задолго до этого принадлежало ей. Она была тяжело больна в то время: врожденный порок сердца. Не буду тебе о нем рассказывать, можешь поднять её карту в центральной больнице. Думаю, тебя не надо учить, что деньги в нашем мире могут сделать многое, но не всё... Жизнь спасти деньгами мы не можем, как и я, потратив несколько месяцев, пыталась найти, подобрать сердце для Кларк и ускорить её очередь на пересадку. Но позже я придумала отличный план: попасть в смертельную ситуацию так, чтобы сердце осталось невредимым. Кто и как мне помог, это сейчас не важно. Важно, что она жива. Это моя маленькая девочка. Наша девочка. Надеюсь, ты не причинишь ей боль. Она итак достаточно пережила: Кларк всю жизнь жила с этой болью и ощущением скорой смерти, потеряла родителей, потеряла меня... Я заставила, можно сказать, взять моё сердце. Она не знала о моих планах. Узнала лишь тогда, когда меня уже не было в живых, а она перенесла операцию... Ну, это я так думаю, что доверенные мне люди сделали так, как я сейчас и сказала. Наша девочка. Почему? Я надеюсь, что ты будешь с ней мягка. Я уверена, этот чистый и невинный Ангелочек тебе понравится. Лекс, она правда невинна. Прошу, не наделай глупостей. Ты её полюбишь *смех*, она лучше меня, нежнее, ласковее, немного глупая, как мышонок, но это все потому, что за всё свои семнадцать лет она не выходила из дома, не знала жизни. Я успела научить её некоторым хорошим вещам, пока мы были вместе. Не испорти всё, не испорти её, пожалуйста. Не проверяй её, как это любит делать Анья, она может сломаться... Анья узнает об этом раньше, получив от меня видео-письмо на телефон. Не вини и её, особенно в том, что она не рассказала тебе раньше. Так было задумано мной, чтобы ты узнала об этом после встречи с Кларк. Я любила тебя, Лекс, правда... Но это было неправильно, поэтому я и уехала, не дав чему-то начаться. Только инцеста в нашей семье не хватало. А так всё есть: насильницы, эгоисты, изгои, стервы и другие. Но когда я повстречала Кларк и когда ты её повстречаешь, то я уверена, поймешь, что всё то было глупостью. Самая настоящая любовь – это Кларк. Ты поймешь, когда она полюбит тебя и научит любить чувственно, нежно, невинно. Не то, что ты получаешь от шлюх. Прошу об одном: не губи её! Таких очень мало в нашем мире, и они обязаны быть счастливыми. Она особенная, мы должны приложить все силы, чтобы доказать ей это. Я сделала всё, что могла, теперь твоя очередь. Защити её, она нуждается в защите, хотя она уже стала намного сильнее, чем была, когда я её встретила. Обнимаю, целую тебя, сестренка. И помни, что я всегда рядом с вами, моими любимыми людьми. Брюнетка сидела и плакала. Ей так не хватало своей двойни! Но теперь она поняла, почему иногда замечала в присутствии Кларк аромат сестры. Кларк Гриффин как два человека в одном. Два её любимых человека в одном. Но простит ли её блондинка? После всего сказанного даже Лекса бы не простила. Но теперь она была уверена, что должна заслужить прощение белокурой любыми путями, заслужить прощение всех: Аньи, подруг девушки. И вообще пора скинуть эту маску хотя бы для семьи, ей так надоело жить во лжи. Она набрала номер Титуса. Он следил за их компанией, когда все три сестры отсутствовали, и выполнял некоторые поручения. — Здравствуйте, Титус. Девушка, рыжая, последний раз была в ресторане «Аркадия». Думаю, она всё там же или в полицейском участке. Быстро найди её. Оплати счет в ресторане, оплати залог, если понадобится. И отправь её домой, — приказала девушка, исправляя свои ошибки. — Здравствуйте, мисс Вудс. Будет сделано, — проговорил тот и отключился. Брюнетке же нужно было навести порядок в своей голове, рано было ещё встречаться с блондинкой, поэтому девушка начала с уборки дома, выкидывания остатков протухшей еды, и с похода в супермаркет. Затем привела себя в порядок. Душ, макияж, нормальная одежда, не та, в которую она одевалась раньше как подросток. Все это заняло достаточно много времени, она освободилась только к десяти часам вечера, поэтому, не теряя ни одной минуты, села в машину и поехала к Кларк домой. Откуда она узнала адрес? За этот день она подняла и медицинскую карту Кларк, ей прислали её на «мыло». Нет, было не интересно, что там было в прошлом, ей нужно было будущее, в котором она дала себе обещание, что будет наблюдать за её состоянием здоровья и ходить вместе с ней на очередные консультации.