Не сегодня. Никогда. Не в этой жизни.

Мне больше не вынести этого, Почему я тогда не сказал? Ведь боль всё равно не прошла. Я не смог её выдержать, Я плачу сейчас, Просто мне было так жаль тебя, Снова плачу, Я не смог защитить тебя

      Что такое смерть? Смерть — прекращение жизни, остановка всех процессов жизнедеятельности человека: физиологических и биологических. После смерти ты уже не ощущаешь ничего: ни боли, ни страха, ни радости, ни грусти, ни обиды, ни тоски, ни тепла родных — ничего, что чувствует любой другой живой человек.       После потери родного или близкого человека люди гаснут, как свеча или костёр; люди вянут, как цветок; люди тонут в своих мыслях и терзаниях. На это больно смотреть. А ещё больнее ощущать это на себе. Боль от утраты близкого разъедает изнутри, глаза от слез болят с каждым разом всё сильнее, а внутри противный ком, который остаётся там, перерастая в пустоту.       Воспоминания об этом человеке делают больно, но перестать думать о нём — невозможно. Хочется забыться. Всё кажется лишь сном, страшным таким, который сразу хочется забыть, но не получается. — Молодой человек, успокойтесь, — медленно, будто играя на нервах парня, говорил врач. — К сожалению мы не смогли спасти плод, да и срок был слишком мал… — его перебили. — Ч-что с папой? — Чимин больше всего волновался за папу, ведь ребенка они ещё успеют зачать. Самым главным для него — это папа, который являлся ему миром. — Мы сделали все, что могли, но его сердце не выдержало нагрузки. По книжке мы увидели, что у него и до этого были проблемы с сердцем, что и повлияло… — Чимин, стоявший до этого на ватных ногах, осел на пол. В голове все смешалось и не хотело распутываться. С глаз ручьём скатывались слезы.       Чимин хотел закричать от разрывающей боли внутри. Все тело трясло от холода. Омега не хотел верить в то, что сказал ему врач. Да, он помнил, что у папы были проблемы с сердцем, но после долгого лечения, все стабилизировалось. — Нет! Нет… Нет… нет… — повторял он себе сквозь слёзы, схватившись за голову.       Бонрю, что сидел чуть позади, винил себя во всём, что произошло, ведь это он не уследил, задумался и не успел. Слезы предательски скатывались по щекам альфы. — Это я виноват! Чимин, прости… — молил альфа, понимая, что никто не в силах ничего исправить.       Юнги, стоявший в стороне, быстро сократил расстояние между ним и омегой и схватил его в объятия. Ещё секунда и омега лежал без сознания. — Помогите ему! — рыкнул он, ведь видеть такого омегу ему было больно. Он понимал и знал, что он чувствует, ведь уже прошёл через это.       Врач позвал мед.сестру, дав указания предоставить палату. Все засуетились, выполняя то, что сказал им врач. Через пару минут Чимин лежал в палате на больничной койке, не приходя в сознание. Спустя минуту зашёл врач, подставляя ватку с едким запахом нашатыря. Омега не пришёл в сознание и даже не дал никакой реакции на действия врача. — Известие о смерти папы так сильно повлияло на его эмоциональное и психическое состояние, произошёл сильный скачок, поэтому ему придется полежать здесь, пока не придёт в сознание, — заключил врач, выходя из палаты и давая указания мед.сестрам. — Чёрт, — альфа очень беспокоился за омегу и решил, что останется здесь, пока не удостоверится, что с Мини все хорошо.

***

— Папа… — перед глазами картинки счастливых моментов, которые сменяются один за другим. Все так прекрасно и кажется, что это никогда не закончится, но всему всегда приходит конец. Теперь перед глазами картинки того, что произошло: авария, операция, смерть, врач, паника, темнота. — Папа! — омега резко сел, хватаясь руками за воздух. Резко распахнув глаза, омега поморщился от непривычного яркого света, но после того, как глаза привыкли, то розововолосый стал осматриваться, не понимая того, почему он находится в палате. — Чимин? — альфа, что просидел с ним все это время, немного испугался, того, как вскочил омега. Осознав ситуацию, Юнги обеспокоенно взглянул на Пака. — Сколько я пролежал? — омега был немного удивлен, что за окном светло, ведь когда они приехали сюда, то был вечер. — Полдня, — спокойно сказал альфа, надеясь, что Чимин не будет паниковать, но он вспомнил. — Папа. Где папа? Он же жив? — с некой надеждой и грустью в глазах, спросил Чимин, а после перевел взгляд на руку. Увидев иглу, что была введена в вену, омега опешил, но потом до него дошло, что это просто капельница. — Что произошло? — с волнением спросил юноша. — Чимин-и, успокойся. Все хорошо. Ты просто упал в обморок и… — Нет. Я хочу узнать о папе. С ним все хорошо? — Чимин-и… — альфа не знал, что сказать и как аккуратно донести ему о том, что Хынку уже нет в живых. Но говорить ничего не пришлось, так как омега все понял по глазам и долгому молчанию. — Н-нет… Этого не может быть. Нет! — с глаз скатывались слезы.       Первая стадия — отрицание. Это всегда больно, это всегда непривычно. Не хочется верить во все, не хочется думать обо всем. Человек начинает отрицать то, что на самом деле является правдой. Чимин находился на этой стадии. — Все будет хорошо, Чимин-и. Ты сильный. Ты справишься, — Юнги шептал на ухо омеге, обнимая его и гладя по спине, слушая всхлипы и завывания Пака. Ему было невыносимо больно смотреть на омегу, зная, как ему больно. — Вы уже очнулись, — в палату вошёл врач. — Сегодня можете идти домой. Позже к вам подойдет мед.сестра, снимет капельницу и отдаст вещи погибшего, — после этих слов, врач ушёл, а омега вновь заплакал.       Мин кое-как успокоил розововолосого, боясь, что тот снова упадет в обморок, но этого не произошло, что даже радовало. — Чимин-и, я буду рядом. Не плачь, — альфа все не отпускал омегу.       Розововолосый кивнул и положил голову на плечо альфы, засыпая, но ему помешали. В палату вошла мед.сестра, которая тихонько вытащила иглу от капельницы и передала вещи папы омеги. Чимин не решился взять в руки их, поэтому это сделал альфа. — Вы можете ехать домой. Ваш отец будет лежать здесь точно больше двух недель. Не беспокойтесь, с ним будет все хорошо, и он выйдет отсюда как новенький, — заключила девушка и вышла, оставляя пару. — Ну что, пойдем? — спросил Юнги и, увидев положительный ответ, помог парню встать, а после довел его за руку до машины и усадил на сиденье, пристёгивая ремень.       До дома омеги они ехали молча, лишь только редкие всхлипы разрушали просторы тишины. Подъехав к дому, Юнги перевел взгляд на омегу, который отрешённо смотрел на свой дом, все ещё не веря в произошедшее. Этот дом напоминал ему о любимом и дорогом папочке, который всегда с любовью и трепетом относился к нему. Казалось, что вот сейчас выйдет папа и позовет его домой, ведь уже приготовил вкусный обед и ждёт своего сыночка. Слезы снова скатывались по щекам. От постоянных слёз у омеги сильно болели глаза, но остановить их он не мог. — Чимин-и? — обеспокоенно, но осторожно сказал альфа. — Я не хочу возвращать сюда. Не сегодня, — хриплым голосом, после рыданий и слёз, ответил омега. — Хорошо. Поедем ко мне. Поживешь пока у меня. Хорошо? — Чимин ничего не ответил, ведь сон взял своё, погружая омегу в царство Морфея.       Юнги улыбнулся такой милой картине и снова завел машину, направляясь в сторону своего дома, не замечая, что за ними внимательно наблюдают.