Финал
7 декабря 2019 г., 12:28
Все были так заняты подготовкой к браку, что Олега оставили в покое. Да он и сам не стремился к общению. Занимался дипломной работой, собой и просто жил. Давно севший телефон лежал в выдвижном ящике стола с тех пор, как он вернулся из больницы. Олег видел на нём пропущенные звонки и сообщения, но ничего не хотел знать. Пожалуй, он сейчас хотел только одного: чтобы это всё поскорее закончилось. И его дурацкая свобода, и подготовка нарядов, залов и столов, и свадьба вообще.
После того, как он подписал отказ от выбора, все приготовления обошли его стороной. Только один предмет оставалось подобрать самому – свадебный наряд. Но до мая было целых три месяца и Олег не торопился.
На середину февраля назначили подписание контракта. Олег специально не спрашивал, кого из женихов выберет ему отец. Выберет и хорошо: не придётся решать самому. Общение с братьями тоже сошло на нет. Только стало теплее. Роман иногда пересекался с ним в коридорах дома, подходил, молча обнимал и целовал в макушку, не говоря не слова. Олег, в зависимости от настроения, либо обнимал брата в ответ, либо отталкивал, фыркая всем этим глупым и неуместным телячьим нежностям. Максим же большую часть времени отсутствовал. Дела съедали львиную долю его времени, а когда удавалось освободить хотя бы один вечер, то он обязательно ужинал вместе с братьями, выбирая место около Олега.
Но стоило братьям заговорить, как омега тут же прекращала любое действие и уходила, пресекая всякое общение. Вечером накануне подписания Максим перебросился с ним парой фраз, узнавая, готова ли омега к завтрашнему мероприятию. В чём придёт? Помнит ли, как себя вести? И прочая подобная чушь. Олег воспринял этот разговор как неизбежное и неотвратимое зло и подробно ответил на все вопросы брата, хоть и сделал это максимально холодно и отстранённо. Потом ночью он долго ворочался, радуясь лишь одному: скоро всем его переживаниям придёт конец!
***
Утром в доме царила непривычная суета. Олег отказался от помощи прислуги и поддержки близнецов, отправив их на все четыре стороны. Не маленький, сам справится! На кровати был разложен его праздничный костюм. Почему праздничный? Так помолвка же. Хоть и путём простого подписания брачного контракта. Наконец, закрепив на лацкане пиджака последнюю деталь – резную серебряную брошь, их фамильный герб, Олег взглянул на себя в зеркале и удовлетворённо кивнул. Тёмно-синий костюм и белая блузка. Классика всегда в моде. Олег подошёл к столу и выдвинул верхний ящик. Среди писчих принадлежностей и давно забытого телефона, здесь лежала маленькая коробочка с ярко-голубым бантом. Олег открыл её и переложил подарок Артура в карман брюк. Маленький брелок в виде армейских ботинок, именно таких, в которых он был, когда произошла их первая встреча. Напоминание о том, что где-то в мире у него есть один настоящий друг. - Я готов! – сказал Олег, выходя за дверь. Один из нанятых для присмотра за ним бет проводил его в кабинет отца. Большой переговорный стол был отставлен в центр. Вокруг него приготовлены стулья. По три с каждой стороны. Обычно от каждой семьи приходят по четыре человека: альфа или омега, их родители и адвокат, ведущий сделку. Лишних свидетелей этот сугубо семейный процесс не терпел. Но в этот раз, видимо, чтобы уравновесить договаривающиеся стороны, родитель с каждой стороны будет только один. Олег нахмурился, чувствуя, как воспоминания о папе вызвали в нём лишнюю грусть. Попробовал переключить себя на другие мысли, и ему это удалось. В кабинет вошёл брат с супругой, и думать о чём-то постороннем стало некогда. Максим сел посередине. Между ним и Кириллом. «Ага. Значит, отец даже на подписание контракта не явился» - подумал Олег, - «интересно, явится ли на свадьбу?» Дверь снова открылась. В кабинет вошёл Казарян-старший, за ним альфа, жених и будущий супруг омеги, и их адвокат. С первым из них Олег был уже знаком, а адвоката рассмотреть не успел, потому что следом за будущим свёкром шёл Артур. Он прошёл в кабинет и сел напротив Олега. - Итак, все собрались, - начал было Максим, когда все расселись. - Что он здесь делает? – перебил его Олег. - Позволь представить тебе, брат, - ничуть не смутившись, как будто всё идёт именно так, как и должно было, ответил Максим, - младший сын господина Казаряна, Артур Казарян, по папе Давыдов. – Брат сделал паузу, ожидая дальнейших вопросов, а сам нахмурился, всем своим видом напоминая омеге о приличиях. – Могу я продолжить? Олег заставил себя кивнуть. Пальцы до боли сжались на подаренном брелоке. Вот тебе и друг. Омега побледнела, а вдруг это был заранее продуманный план? Войти к нему в доверие, подружиться, изображая понимание и участие. Он стиснул зубы и с ненавистью смотрел на хорошо знакомого ему альфу. Артур не поднимал взгляда. Когда требовалось, отвечал на вопросы Максима. Олег вспомнил, зачем они здесь и внутренне похолодел. Сейчас они подпишут контракт, и его бывший друг станет его супругом. Навсегда. Он отбросил посторонние мысли и прислушался к словам брата. - А сейчас, если больше у обеих сторон не осталось нерешённых вопросов и предложений, перейдём к подписанию контракта. - Я против! – громко сказал Олег. Брат в его сторону даже не повернулся. - Ты подписал отказ и не можешь больше принимать решения, брат, - Максим опустил голову, но в последний момент сдержался и не посмотрел на него. – Прости! – тише добавил он. - Нам требуется минута для урегулирования разногласий, - официозно объявил Кирилл. Он повернулся к Олегу и сказал: - Я предупреждал. После подписания отказа, ты не можешь вернуть всё обратно. Максим прав, решение зависит не от тебя. Но это всё сделано для твоего же блага. Чтобы никакие эмоции не помешали. - Решает Максим? – спросил Олег. - Да. - И он? – раздражённо бросил Олег, кивая в сторону Артура. - Да. Омега встретилась взглядом с молчавшим до сих пор альфой. И тот ответил на его невысказанный вопрос: - Я не скажу «Нет»! Олег вскочил. Он понимал, что назад дороги нет. Что всё давно решено за него. Но так просто смириться с этим не мог. Он почтительно поклонился, отбрасывая в сторону эмоции, и сказал: - Не на основании закона, но основываясь на традициях. Могу ли я просить альфу пройти церемонию сватовства? - У меня нет возражений, - ответил Максим почти сразу же. Ответа Артура пришлось подождать. - Да. Олег, не глядя больше ни на кого, вышел из кабинета и пошёл к себе. Через пару минут в его комнату постучал Артур. - Войдите! – недовольно прокричал Олег, подскакивая к двери. И первое, что ожидало альфу в его комнате – звонкая пощёчина. – Всё это время ты притворялся! – закричал Олег, - строил из себя понимающего, заботливого… корчил из себя друга, а сам… – Олег не смог подобрать нужного слова, замахнулся для очередного удара, но потом махнул на альфу рукой. - Я не знал, Олег! – сказал Артур, - правда! Мне сказали в январе. - Что же ты молчал? - Я говорил! И писал! И даже пробовал встретиться! – ответил альфа, повышая тон голоса, - но ты не брал трубку. А когда вся эта махина завертелась, Максим убедил меня, что так будет лучше. - Максим, значит? – омега еле сдержалась, чтобы не плюнуть себе под ноги, - похотливый ублюдок! Я с ним ещё поговорю! А ты – он ткнул альфу в грудь, - должен отказаться! - Я не могу. - Всё ты можешь, альфа! – заорал на него Олег, - откажешься и свалишь из моей жизни навсегда, понял? Он залез в карман, достал оттуда брелок, который пару минут назад приносил ему успокоение, и швырнул в Артура. - Понял, - спокойно ответил альфа, - но отказываться не буду! - Что, альфа? – язвительно поинтересовался Олег, - так хочешь залезть на меня? - Не хочу, чтобы на тебя залез Тимур, - альфа смотрел ему прямо в глаза, - ни за что! - Да уж лучше он, чем ты! – разгневанно зашипела омега, - его я хотя бы продолжу ненавидеть, как и раньше. А тебя… - он запнулся, но сумел взять себя в руки и продолжить, - возненавижу тебя за это! Ты этого хочешь? Артур поднял брелок с пола и протянул омеге. - Я хочу остаться твоим другом. - Как ты себе это представляешь? – зло спросил Олег, - как в тот момент, когда почуял меня? В машине, помнишь? Или у нас будет какая-то особая дружба? С твоим членом в моей заднице, а, друг? – он усмехнулся и забрал брелок из рук альфы. Артур не ответил. Олег прошёл к двери, открыл её и остановился. Взвесил в руке чужой подарок и ощутил ненависть к нему. Ту же самую, что и к человеку, который его подарил. Бросил брелок в мусорное ведро и, выходя, сказал: - Нет у меня больше друга. Забудь! Они вернулись в кабинет и больше Олег ни против чего не возражал. Надо сказать «Да!», скажет. Надо поставить подпись, поставит везде, где требуется. И лишь на мгновение в нём появилась надежда, когда Артур замешкался перед своим ответом. Но прозвучало его глухое «Да!», бухнувшее у омеги внутри тяжёлым камнем, и надежда исчезла. Распалась, как дым, будто её и не было. Без эмоций и споров Олег делал всё, что нужно. - Бракосочетание назначено на 22 мая. Через день после дня рождения омеги, когда ей исполнится двадцать один год, - монотонно перечислял Кирилл последние детали. – Дата может быть сдвинута только по инициативе омеги и только в случае начавшейся у неё накануне течки. В остальных случаях брак должен будет состояться вне зависимости от присутствия на нём всех заинтересованных лиц, кроме альфы. Вопросы? Представители обеих сторон сделки промолчали. - Официальная часть завершена. Полагаю, все могут быть свободны, - объявил Максим. Омега мысленно скривилась от последней фразы. Встала из-за стола и, вежливо поклонившись, ушла к себе. И только когда заперла дверь на ключ, медленно сползла по косяку на пол и расплакалась.***
Свадьба. В конце мая было жарко, как будто лето уже наступило. Артур в который раз взглянул на часы. Время от этого быстрее не пошло и грядущее событие не приблизилось ни на минуту. До свадьбы оставался час. Альфа стоял у дверей в часовню. В чёрном костюме, как будто в трауре. За прошедшие три месяца они с Олегом ни разу не увиделись. Омега, по словам близнецов, абсолютно прекратила всякое общение. Даже с ними. Выходила из дома только по учёбе и, по возвращении домой, запиралась у себя в комнате. Помимо учёбы ей пришлось выйти из дома лишь дважды: снять мерки у портного и на примерку готового свадебного наряда. Артур услышал шум за спиной и обернулся. В его сторону шли родители. - Дорогой, ты так хорошо выглядишь, - проворковал папа, зачем-то поправляя ему галстук. Артур плавно отстранил от себя его руки. - Не надо, пап, всё в порядке. Отец молча пожал ему руку. Общение между ними теплее не стало. Особенно после того, как Казаряну-старшему пришлось переписать завещание и отдать семейное предприятие в руки младшего сына. Артур отлично себе представлял все те проклятья, которыми родня отца его покрывала. Теперь уже вместе с отцом. Ведь он нарушил многолетние традиции. «Если бы не Тимур» - подумалось Артуру. Вспомнив брата, он огляделся: того нигде не было видно. - Он придёт? – спросил Артур у папы. Объяснять ничего не надо было. Родитель прекрасно понял, кого он имеет в виду. - Не знаю, - папа пожал плечами и опустил взгляд, - я не знаю. - Жаль, что нельзя запретить его пускать сюда! – проворчал Артур. Отец покачал головой, но сдержался, промолчал. Взял папу под руку, и родители ушли в часовню. Артур постоял ещё какое-то время на крыльце, ожидая кортеж омеги, но, так и не дождавшись, ушёл. Стоя у алтаря, Артур понял, как сильно волнуется на самом деле. Поминутно косится на часы и нервно постукивает кончиком ботинка об пол. Он глубоко вздохнул, медленно выпустил воздух из лёгких и осмотрелся. Лавки в часовне были заняты меньше, чем на половину. В основном ближайшие родственники и самые важные деловые партнёры. В конце концов это была не просто свадьба – сделка. И некоторые лично присутствовали на её заключении. Около Артура никого не было. Тимур так и не появился. А напротив, со стороны омеги, у алтаря стояли её братья. Два близнеца, словно отражения в зеркале. Сегодня они были в одинаковых костюмах и отличить их было бы практически невозможно. Только по взгляду, пожалуй. Артур поймал оба: насмешливый, снисходительный Романа и спокойный, рассудительный Максима. Пару минут назад близнецы перехватили Артура у входа в торжественный зал. Максим пожал ему руку. - Он ни с кем не будет счастлив так, как с тобой, - сказал он, - всё будет хорошо. Роман же просто обнял. Обычный жест, казалось бы. Но во время объятий Артур услышал тихое: - Обидишь его – грохну! Он тогда ничего не ответил. Взглянул в серые, холодные глаза Романа и вздрогнул, когда тот подмигнул ему и улыбнулся дружелюбной, но многообещающей улыбкой. Сейчас Артур вспомнил об этой угрозе, но что он мог сделать? Отменить всё это? Прекратить быть альфой? Запретить Олегу быть омегой? Альфа снова глубоко вздохнул. Раздалась музыка, прерывая его размышления. Двери зала открылись и внутрь вошла омега в сопровождении своего отца. Фёдора Степановича Михайлова Артур видел всего пару раз. В день их знакомства и на одной из встреч по поводу будущего брака. Сегодня была их третья встреча. Михайлов-старший специально отменил все дела, чтобы самому отвести сына к алтарю. У Артура ёкнуло сердце: Олег был прекрасен. Торжественное свадебное одеяние, белое настолько, что даже резало глаз. Ниспадающая на плечи тончайшая фата с вкраплениями голубых страз – что роса на паутине. А сквозь неё синие, глубокие озёра омежьих глаз. Фёдор Степанович подвёл сына к Артуру и передал из рук в руки. Ладонь Олега невесомо легла в ладонь альфы. Омега не повернулась к нему, не взглянула в глаза, не проронила ни слова, и Артур тут же почувствовал исходящий от неё холод. Он сглотнул ком невысказанных слов утешения и сосредоточился на церемонии. Всё прошло тихо. Священник провозгласил священный обряд, а в конце его речи альфа и омега обменялись клятвами вечной любви и преданности, затем кольцами. - Молодые могут поцеловаться! – объявил священник, завершая ритуал. Артур повернулся к омеге, приподнял край фаты и откинул её. Глаза Олега смотрели без ненависти, без любви, без чувств. Пустой взгляд был устремлён куда-то вдаль и только влага дрожала на поверхности этих погасших топазов, выдавая волнение. Артур склонился, касаясь её губ своими и тут же отстранился, завершая поцелуй. Омега закрыла глаза и две мокрые солёные дорожки пробежали по её щекам. Альфа почувствовал глубокую сильную боль. Свою и её. Как же сильно он хотел бы, чтобы эта омега была счастлива, как в его фантазиях «где-то в параллельном мире». А видеть её такой, страдающей, он точно не хотел. Как не хотел, чтобы такой её увидели другие. Артур вернул фату на место, скрывая слёзы в таких дорогих ему и теперь по-настоящему родных глазах. Церемония завершилась, и гости засобирались на праздник. Был заказан ресторан и дорогие, стоящие этой публики развлечения. Но присутствие пары, виновницы торжества, больше не было необходимым. Всё равно в обсуждениях, которые там будут вестись, они не имели никакого веса. Дальше творился бизнес. Артур посадил супругу в машину, сел сам и спросил: - Олег, хочешь, мы бросим всех и поедем домой? Омега выпрямилась. Артуру даже показалось, что он поймал её взгляд. Но в следующий момент она лишь кивнула, снова опуская голову. Альфа приказал водителю ехать домой. После свадьбы им полагалось жить отдельно. Артур подобрал небольшой домик в частном секторе. Недалеко от института, чтобы омеге было удобнее ездить на учёбу. И недалеко от окраины города, чтобы можно было легко выехать отдыхать на природу. Альфа был там пару раз, проверяя в каком состоянии ремонт отдельных комнат. И только сейчас он переступал порог этого дома, как его полноправный хозяин. - Я покажу тебе твою комнату, - сказал Артур. Он привёл Олега в просторную спальню. Всё в алых тонах: пушистый ковёр на полу, широкая кровать, заваленная подушками, тяжёлые бархатные шторы на окнах, навевающие мысль о балдахине. Артур распахнул окно, впуская в комнату свежий воздух и обернулся. Омега стояла на пороге, не решаясь войти. Он подошёл. - Спальня? – тихо спросил Олег. И альфа заметил, как тот дёрнулся, видимо, от того, что не сдержался и произнёс первое за сегодняшний день слово. Но Олег быстро справился с замешательством, - моей комнаты, полагаю, у меня больше нет. - У меня есть, - поспешил успокоить его Артур и указал в сторону двери напротив, – до тех пор, пока не придёт время… - он замолчал. - Пока не придёт время трахнуть меня? – холодно уточнил Олег. - Олег, ну не надо так, – попросил Артур, - пожалуйста! – Он подошёл к другу, но тот отстранился, отойдя на шаг назад. - Скажи мне, альфа, что этого не будет, - прошипел он. Артур молчал. Да и был ли смысл что-то отвечать? Они оба понимали, что их ждёт. Омегу ждала жизнь в ненависти к самому себе и ко всему миру. Альфу – неспособность вернуть всё обратно, в то время, когда они могли доверять друг другу и не были ничем связаны, помимо доброй воли и их дружбы. Артур подошёл к Олегу и откинул с его лица фату. Омега не отошла и не отвела взгляд, наполненный ненавистью и слезами. - Я хочу, чтобы ты был счастлив, – сказал он, – но даже я не могу всё это изменить. Сделать, как можно лучше, или вернуть, как было. Теперь мы с тобой связаны навсегда, так разреши же мне попробовать сделать тебя счастливым. Артур поцеловал Олега в лоб, а когда взглянул ему в глаза, то вновь столкнулся с пустым бесчувственным взглядом. - Я устал, - тихо сказал Олег, - могу я остаться один? - Да, конечно, - ответил Артур. Он прижал хрупкую омежку к себе, чувствуя, как та безучастно принимает явно нежелательные объятья и ему снова стало больно. Он бы всё отдал, чтобы получить пощёчину, болезненный тычок под рёбра или разгневанную тираду. Чтобы почувствовать в омеге жизнь! Но та, казалось, сдалась окончательно, смирившись со своей судьбой. Артур вышел. За его спиной закрылась дверь, раздался механический щелчок замка, запирающий омегу от него.***
В самом начале лета поздно вечером к ним заехал Максим. Артур встретил его на крыльце дома. Альфы поздоровались и пожали друг другу руки. - Как он? – спросил Максим - Не разговаривает, - ответил Артур, - иногда ужинаем вместе. Думаю, он всё же пытается привыкнуть. - У него нет другого выхода. - Тебя проводить к нему? – спросил Артур, когда они прошли в дом. - А я приехал не к нему. К тебе. - Ко мне? - переспросил Артур. - Звучит интригующе. Он проводил гостя в кабинет, предложил выпить, а сам недовольно проворчал, обводя рукой всё вокруг: - Становлюсь копией своего отца. Рабочий кабинет. Рабочий телефон. Работа, работа, работа… - Понимаю, - Максим улыбнулся, - мой с Кириллом контракт тоже вступил в полную силу. Работы прибавилось, но Кир помогает, в чём может. - Как Роман? - Нормально. Занимается чем-то с нашим отцом. Думаю, принимает будущее наследство. - Никогда не представлял его во главе вашей семьи, - честно признался Артур, - ты на эту роль подходишь гораздо лучше. – Он отпил коньяка из бокала и добавил: - Или я просто чего-то не знаю. - Это точно! – Максим рассмеялся. – Просто я не самый послушный из сыновей моего отца. И ради достижения своих целей готов поступиться очень многим. А главе семьи нельзя думать только о себе. Артур улыбнулся и понимающе кивнул. Он теперь глава семейного бизнеса и фактически глава своей семьи. Приходилось думать с заделом на будущее всех её членов. Он взъерошил волосы и перешёл к главному: - Ты приехал ко мне по поводу…? - По поводу брата, - ответил Максим. Он тоже не стал ходить вокруг, да около. – Его течка… - Она будет не скоро. Насколько я знаю. - Конец августа, начало сентября, - подтвердил Максим. – Но есть кое-что, что тебе следует узнать как можно раньше. Чтобы успеть принять решение. – Он достал из кармана флешку и положил на стол перед Артуром. – Я так понимаю, что об этом вы с Олегом не говорили. О вашей первой брачной ночи. - Мы с ним вообще ни о чём больше не говорили. С самой свадьбы. - А если он попросит тебя подождать? Ещё четыре месяца. До следующего раза. Ты согласишься? - Конечно, - без раздумий ответил Артур. - Нет. Нельзя больше ждать! Ты должен будешь это сделать в первую брачную ночь! Артур встал из-за стола, прошёлся по кабинету, вернулся обратно. - Мне не нравится этот разговор, - честно сказал он. - Мне тоже, - согласился Максим, - но, если ты пойдёшь у него на поводу, ты только продлишь его агонию. Он будет всё больше запираться в себе и с каждым днём будет всё труднее его оттуда достать. - Секс – его единственный шанс? – резко спросил Артур, чувствуя, что начинает злиться. - Пройти через это – его единственный шанс! Отпустить эту ситуацию. Не дать ей управлять собой. Принять свою суть. - А какова его суть? Ты знаешь? – Артур уже почти кричал, но внезапно вид Максима его охладил. Альфа, сидящий перед ним, побледнел. Его глаза заполнились жалостью со стыдом вперемешку. Он медленно закатал рукав на руке и показал Артуру выжженные раны. - Знаю, - ответил Максим, - и только боль помогает мне не забыть свою истинную суть. Я его брат, а не его альфа. Но без этого, - он ткнул себя в шрамы, - я бы давно попытался занять твоё место. Даже невзирая на его сопротивление. Артур ошарашенно смотрел на гостя. Он всегда считал Максима самым хладнокровным и рассудительным из братьев Олега. А оказалось, что именно он был неравнодушен к брату, как к любой обыкновенной омеге. - А Роман? – тихо спросил Артур. - А что Роман, - недовольно проворчал Максим, натягивая рукав обратно и застёгивая манжет, - живёт и не тужит наш Роман. Его эта зараза обошла стороной. Как и тебя! – Он встал, указал на флешку на столе и добавил: - Посмотри, что тебя ждёт, а потом можешь осуждать меня, сколько твоей душе будет угодно. Прошу только об одном – прислушайся к моим советам. Ради него! Максим вышел, оставляя Артура наедине со своими мыслями. Некоторое время тот сидел, пытаясь переварить всё, что узнал. Затем взял в руки флешку, повертел между пальцев, раздумывая. Мотнул головой, отбрасывая плохие мысли, и закинул девайс в верхний ящик стола.***
Олег жил, стараясь не обращать внимания на произошедшие перемены. Брак состоялся, а жизнь продолжалась. Он гнал плохие мысли как можно дальше. Защитил дипломную работу и получил долгожданный документ об образовании. Вынужденное одиночество удручало. Он попытался отпраздновать выпуск вместе с бывшими однокурсниками, но быстро понял, что чужое веселье только раздражает его. В тот вечер он поужинал с Артуром, украдкой поглядывая в его сторону. Хотелось простого человеческого общения. Однако, стоило вспомнить, что их ждёт впереди, Олег подавлял в себе желание заговорить и наладить хоть какой-то контакт с альфой. Он жил один в семейной спальне. Артур не настаивал на близости и это его вполне устраивало. Но каждый вечер, прежде чем лечь спать, Олег видел в своём воображении, как и в какой позе имеет его бывший лучший друг в этой самой спальне и на этой самой кровати. С каждым днём эти картинки в голове становились всё ярче и навязчивей. Однажды Олег попросту не смог заснуть, раз за разом прокручивая в голове то, что должно было случиться. Наутро он встал сонный, раздражённый и злой на весь мир. Душ привёл его настроение в порядок, но ненадолго. К обеду парень готов была сорваться на любого, кто появлялся в поле его видимости. В этот день Артур был дома, и Олег присоединился к нему за обеденным столом, пообещав себе, что сможет сдержать недовольство. Но, нехотя поковыряв содержимое тарелки, раздражённо швырнул вилку на стол. - Только середина августа, - пробормотал Олег. Перепады настроения, плохой сон и пропавший аппетит, ему не надо было ничего объяснять: симптомы приближающейся течки он знал на отлично. Он встретился взглядом с альфой. Похоже, тот догадался, о чём идёт речь. «Неужели так не терпится?» - подумал Олег и заставил себя промолчать. Он и так скоро узнает, насколько альфе не терпится оказаться с ним в койке. Он встал, поклонился супругу и максимально нейтральным тоном сказал: - Мне нездоровится. Аппетита нет. Пойду к себе, отдохну. - Конечно, Олег, - ответил Артур. Парень напрягся, пытаясь уловить в его голосе нотки злорадства или издёвку. - Когда придёт время, - сказал он, глядя альфе прямо в глаза, - я оставлю дверь открытой. Олег вернулся в спальню, захлопнул дверь и разразился ругательствами. Всего середина августа! На месяц раньше, чем положено! Хотя он догадывался, в чём дело. Он жил бок о бок с альфой и организм не смог это проигнорировать. - Спариваться хочешь, сучка! – орал Олег сам на себя, - ненавижу тебя! В голову пришла идея попросить Артура отложить их первую брачную ночь. Сама омега тут не справится, но, если альфа поддержит… Откладывать последний шанс на потом Олег не стал. Через пару дней омега не то, что говорить с альфой не сможет. Сама же к нему трахаться полезет! Вечером он подкараулил альфу у порога спальни, приоткрыл дверь и замер, не зная, как начать разговор. Позвать его, но как? Артом, как друга когда-то? Или по имени, будто они настолько близки? Супругом? Олег почувствовал, что краснеет и смущается от своей нерешительности. Звать альфу не пришлось, тот сам обратил на него внимание. - Что-то случилось? – участливо спросил Артур. - Скоро случится, - ответил Олег, стараясь не сорваться на ненавистного альфу. Тот кивнул, он понял, о чём речь. – Я хотел спросить, - тихо начала омега, - я скоро… - она снова стушевалась и замолчала. - Я понял, - мягко ответил Артур, - что я могу сделать для тебя? - Можем мы отложить? - Нет. Ответ прозвучал моментально. Олегу даже показалось, что вопрос ещё не прозвучал до конца, когда Артур отказал ему. Он стиснул зубы до скрипа. - Вот как, - сквозь зубы произнес парень. Взгляд полыхнул ненавистью. - Олег, нам придётся пройти через это, - сказал Артур, - и чем раньше, тем лучше! Альфа подошёл, но Олег отшатнулся, не желая чувствовать на себе чужих прикосновений. Не сейчас! Толкнул дверь и с ужасом увидел, как альфа придержал её рукой, не давая захлопнуться. Олег сглотнул. «Ну, что же. Чем раньше, тем лучше! Похоже, ты сам приблизил этот момент», - пронеслось в его голове. Но альфа замер, не смея перешагнуть порог. - Олег! – позвал он. Парень не ответил, пряча наполненный слезами взгляд. Артур постоял в дверях и уже качнулся вперёд, заставляя Олега заледенеть изнутри. Поймал рукой дверную ручку и закрыл дверь перед собой. - Спокойной ночи, Оль! – услышал Олег из-за закрытой двери. Слёзы покатились по щекам, и заныло где-то глубоко в груди. Этой ночью вряд ли ему удастся уснуть: слишком больно и слишком страшно.***
Течка накатила внезапно и как-то слишком быстро. Утром Олег проснулся в мокрых простынях. Приступы похоти перемежались с периодами ненависти к своему слабому нутру. «Первый день – самый лёгкий», - убеждал он себя, - «потерпеть хотя бы до того, как альфа уйдёт на работу. И всё!» Олег лежал, глядя на часы и ждал. Наконец, маленькая стрелка замерла на 7 часах, а длинная очень медленно начала отсчитывать последние минуты альфы дома. 22 минуты – Артур вышел из своей комнаты и ушёл на кухню завтракать. 35 минут – сейчас он должен будет сесть в машину и уехать. Хлопнула входная дверь. Раздался шум двигателей: не одного, а двух или трёх. Парень нахмурился. Наконец, по дому разлилась тишина. Олег встал с кровати, подошёл к двери и прислушался. В коридоре раздались негромкие шаги, скрипнула дверь кабинета и всё снова затихло. «Но как?» - пронеслось в голове. Олег подбежал к окошку и выглянул. Машина Артура стояла во дворе – он остался дома. - Конечно, - прошипел Олег, - кто же поедет на работу, когда дома течная омежечка! Парень залез на кровать и, закутавшись в одеяло с головой, попытался уснуть. Организм услужливо раскладывал запахи, витающие в воздухе на составляющие: это омега, их горничная, пахнет фруктами, больше лимоном; это две беты, его охранники без особого запаха. Олег даже различил тонкий древесный запах садовника, тоже омеги. И конечно же все эти запахи были лишь деталями в общем духе дома – весь дом пах альфой. Мерзкой похотливой альфой, которая способна была взять омегу за загривок, хорошенечко встряхнуть, наклонить и… Олег заставил себя прервать поток мыслей, но тело уже выгнулось, отклячивая и приподнимая зад. Бороться с природной тягой было бессмысленно. Олег переждал приступ, стараясь контролировать хотя бы движения рук, которые чуть было не скользнули между ног, чтобы помочь ему разрядиться. «А всё из-за этой альфы!» - подумал он. Сработало воображение и тело снова потянуло зад кверху. Олег зарычал. Даже думать теперь о нём нельзя, чтобы не разложиться на кровати, как последняя шлюха. Он постарался переключить мысли на что-нибудь нейтральное, но запах так и лез в нос. Да, в лабораторных условиях ему было куда лучше. Никаких запахов, никаких альф. Скрутило мышцы, и Олег застонал от боли и злости. Когда приступ прошёл, парень приподнялся на кровати и огляделся. «Что же можно сделать, чтобы больше не пахло этим альфой…?» Не давая времени очередным фантазиям повалить себя с ног, он подошёл к окну и распахнул его настежь. Затем вернулся к двери в комнату и кинул под неё сложенное в несколько раз одеяло. Может быть, хотя бы так этого ненавистного запаха станет меньше? Олег глубоко задышал, пытаясь определить, помогли ли манипуляции. Сильный властный запах кружил голову. Ещё немного и он сам пойдёт разыскивать по дому своего самца. Олег с размаху дал себе пощёчину. «В душ! Смыть остатки запаха. Немедленно!» Сказано – сделано. Олег забрался в душевую кабину и замер, пытаясь прийти в себя. Тугие водяные струйки стучали по спине, по плечам, вызывая в теле омеги ответную дрожь. Ручейки, лаская, скатывались по лицу, сбегали по груди и спине, щекоча и возбуждая. Моментально отозвались руки. Пробежались навстречу ручейкам, обласкивая и обнимая тело. Опустились с плеч ниже, едва касаясь живота и чувствительных боков. Проехались напряжёнными пальцами по ягодицам и, раздвинув их, надавили на чувствительное колечко мышц. - А-а! – застонал Олег и попытался прекратить ласки, но не смог. Омега потирала себя ладонью и подёргивала тазом, помогая. Но остановиться никак не могла. – Нет. Стой. Хватит, - простонал он, а сам, почувствовав на ладони тёплые, почти горячие потоки выступившей смазки, толкнулся пальцами внутрь и застонал громче, почувствовав прикосновения к пульсирующим влажным стенкам внутри себя. Он осел на дрожащих от напряжения ногах, скорчился на дне душевой и заплакал, двигая пальцами внутри ради недостижимого удовольствия и ненавидя себя за это. – Сука. Похотливая сука, – шептал он, стараясь не думать о том, кто мог сделать сейчас для него гораздо больше. Кто мог сделать «это» с ним. И как бы хотелось на самом деле, чтобы в ванной сейчас оказался альфа. Прижал его шею к полу, не давая подняться, и оттрахал так, как давно хотелось. Олег застонал, чувствуя, как участились движения пальцев внутри. Вторая рука угодливо сжалась на шее, помогая воображению. Он захрипел, задёргался, стараясь освободиться и чувствуя, как сдаётся. Он не хотел свободы. Сейчас вся его продажная омежья суть хотела совсем другого. Олег дождался конца приступа, когда он перестал душить себя и загонять пальцы как можно глубже в жаждущую ласк плоть. Обмяк на дне душевой и отдышался. - Хорошо. Ты всё получишь, - пообещал он своему ненавистному телу. Чувствуя, как падающие капли снова заливаются туда, куда не следовало бы, а плоть с радостью отзывается на эти почти-ласки, Олег заставил себя подняться. Ноги слушались плохо, но ему удалось встать на колени, дотянуться до крана и выключить воду. А затем, всё так же на коленях, выползти из душевой и, сдёрнув с крючка полотенце, закутаться в него. Он сел, прислонившись к стене, и дал себе отдохнуть. Впереди ждало самое главное. А представив то, как тело будет стелиться под трахающего его альфу, у Олега закружилась голова и его вырвало. И эта слабость взбесила парня, придав ему сил. Олег, всё ещё придерживаясь за стену, встал на ноги. Переждал головокружение и вернулся в спальню. От свежего воздуха стало полегче. Он смог отдышаться и дойти до двери. Олег твёрдо решил дать телу то, что оно требовало, забыв о гордости и желаниях. Ручка легко провернулась, но омега замерла, так и не открыв двери. Там за ней она почувствовала альфу. Несмотря на одеяло, закрывающее щель под дверью, и на свежий воздух из окна, тяжёлый властный запах шёл, казалось, сквозь дверное полотно, растекаясь ядом по венам омеги. Хотелось прогнуться. Хотелось встать на колени. Хотелось делать всё, чтобы альфа остался доволен. - Хватит уже! – прикрикнул на себя Олег, отгоняя страх, и распахнул дверь. Альфы за дверью не было, но его запах ввалился в комнату и окутал омегу с ног до головы, заставляя осесть на пол. Олег не знал, сколько времени он так провёл, но вот приступ пошёл на убыль, и парень пришёл в себя. Он сидел на полу, потираясь об него задом, будто тот в состоянии подарить ему разрядку, и постанывал. «Как же хотелось секса» - заныла омега в его голове, и Олег с грустью вспомнил свой чехол с «нужными вещами». Парочка резиновых членов ему пришлась бы очень кстати. Он завертел головой, пытаясь сообразить, можно ли чем-то воспользоваться с той же целью, но заставил себя зажмуриться и отдышаться. Даже думать о таком нельзя! Вдруг запах альфы в комнате шевельнулся, навис над омегой и скрутил всё её дрожащее нутро, превращая его в отличный камертон. Чуть тронь – зазвенит в нужной тональности. Олег открыл глаза. Перед ним в дверном проёме спальни стоял Артур. Повинуясь его взгляду, гуляющему по телу омеги, Олег скинул с плеч полотенце, оголяясь, и раздвинул ноги, прислонясь спиной к кровати. «Готово, альфа, бери!» Альфа вошёл в комнату, чуть заметно замешкавшись у порога. Подошёл. Олег застонал от нажавшего на него запаха, раздвинул ноги шире и повёл тазом, чуть приподнимая его. Артур наклонился. Его ноздри раздувались, как у разъярённого быка. Он легко поднял Олега с пола и переложил на кровать. Тот перекатился на живот и шепнул: - Делай, что должен. Олег приподнял зад, облегчая альфе работу, судорожно сжал пальцы на простыне, и отвернулся, скрывая слёзы. Альфа почему-то не торопился. Прогладил кончиками пальцев по бедру омеги, вызывая у той стон болезненного желания. Дёрнул её ноги на себя, роняя омегу на живот и навалился сверху. Олег почувствовал твёрдую плоть альфы, упирающуюся ему прямо между ягодиц, и его волосатую грудь, потирающуюся о спину. Он задрожал и заплакал, смешивая в себе похоть и ненависть, страстное желание и отвращение к тому, что сейчас происходило. Руки альфы обняли его и приподняли над кроватью, ставя на колени. Они стояли рядом, прижимаясь друг к другу телами: альфа по своему желанию, омега лишь по желанию своего слабого духом тела. - Ну, начни, - шепнул Олег, чувствуя, как от потирания задом о стоящий колом член альфы у него начинает отказывать разум. Мысли начали путаться. «Взять бы этот член…». Рот омеги наполнился слюной. К горлу подступила тошнота от навязанного омежьим телом желания. «Раз он не может начать, то я сама». Её руки протиснулись между их телами и замерли, сквозь тонкую ткань брюк ощутив жаждущую её тела плоть. Омега застонала, прогибая спину, и обхватила член альфы ладонями, потирая его и чувствуя, как он напрягся в её руках, просясь наружу. - Хочу, - дыхнул в ухо альфа. И как же захотелось, чтобы он дышал горячо и часто, вбиваясь своим членом как можно глубже. Олег мотнул головой, отбрасывая пошлые мысли. – Хочу, чтобы ты всё сделала сама! И эти слова, говорящие об Олеге, как о простой самке, о суке, привели его в чувство. - Да пошёл ты! – крикнул Олег, пытаясь оттолкнуть альфу от себя. Но ослабленные мышцы задрожали, а тело предательски подалось навстречу альфе. Олег взвыл, чувствуя своё бессилие. Альфа прижал её одной рукой к себе, вторую опустил ей на промежность, лаская тонкий, напряжённый член омеги, поймал языком мочку её уха и сжал, вызывая в омеге неконтролируемые спазмы. Секса захотелось так, что она взвыла. Но ненависть оказалась сильнее. - Ненавижу, - прошептал Олег, сдаваясь. Он больше не пытался вырваться, следуя за желаниями тела. Только слёзы выдавали истинные чувства. - Я подожду, - ответил альфа, - мне не трудно. Он резко отпустил омегу, толкая её на кровать. Олег упал на пахнущие ей, а теперь ещё и альфой, простыни и обернулся. Альфа выходил из комнаты. «Вот и катись!» - мысленно послал он его, корчась от желания. Тело проклинало его: он выгибал спину, тыкаясь задом в пустоту, зажимал руками член, пытаясь погасить в себе похоть. Но становилось только хуже. Комната и его тело были пропитаны запахом альфы. Это заставляло омегу стонать и истязать своё тело, оставшееся голодным. Олег уже успел проклясть всю родню Артура до третьего колена, а приступ всё не проходил. Слишком явно в комнате ощущалось присутствие альфы. - Будь ты проклят, - шептал он, не способный кричать от накатившей слабости. И тут же беззвучно заплакал, сотрясаясь всем телом. Он знал, что проклинает сейчас совсем не альфу.***
Олег не знал, сколько он пробыл в полузабытьи. Временами он приходил в себя, отмечая, что всё ещё удовлетворяет себя пальцами. Временами впадал в полусон, где ему казалось, что альфа имеет его во всех возможных позах и на кровати, и на полу, и на обеденном столе на кухне. Эти фантазии заставляли его стонать и корчиться на мокрых простынях, кляня всё на свете. Затем они проходили, и парень наслаждался минутами покоя, когда в его голову не лезли никакие мысли, а тело лежало неподвижно, не прося ничего большего. Солнце перевалило за полуденную отметку, пряча окно спальни в тень. Олег проснулся. Кажется, приступ проходил. Запах альфы, витающий вокруг, кружил голову, заставляя думать только о сексе. Но тело слушалось, не позволяя себе даже поглаживаний. Парень хотел было пойти в душ, но, вспомнив про подобную попытку с утра, отказался от этой мысли. Доковылял до ванной комнаты, умылся и попил немного воды из-под крана. На этом водные процедуры закончил. Вернулся в спальню и упал на кровать совсем без сил. Ещё одного приступа он попросту не переживёт. «А может, ну её, эту гордость, пусть ебёт?» Олег согласно кивнул своим мыслям. Его пытка похотью ничего не стоила. Артур прав: им всё равно придётся пройти через это. Так может оно и к лучшему, что это произойдёт как можно раньше. Он заставил себя подняться. Подошёл к двери и распахнул её как можно шире. Запах альфы валил с ног, но, сумев сохранить самообладание, Олег довёл тело до кровати и рухнул на неё, чувствуя, как руки рванули на свои места – трахать тело омеги, пока на смену ей не пришёл альфа. Не пришёл и не раздвинул ей ноги, наваливаясь сверху. Сжимая её член в кулаке и толкаясь своим так глубоко, чтобы омега орала от боли и удовлетворяемой похоти. Олег не стал гнать омежьи фантазии прочь, уступая им свой разум. Он больше не мог сопротивляться. Больше незачем… Время снова побежало мимо, то топя разум омеги в её желаниях, то доставая обратно и позволяя ей обдумать своё положение, будто издеваясь. Альфа не приходил. Олег хотел позвать его, но не смог. Не хватило сил для крика и омежьей слабости для того, чтобы признать: он хотел, чтобы его трахнули. Он всё ещё сопротивлялся. Хоть и решил, что сдастся, что не будет сопротивляться, не будет гнать альфу прочь. Мысли об альфе напомнили ему прошлый раз. Это горячее сильное тело, его твёрдую плоть сквозь тонкую ткань брюк. Омега застонала. «Да когда же это прекратится?» Спазм сжал внутренности и на ноги омеги пролилась смазка. Олег закрыл глаза, отказываясь наблюдать за очередным похотливым приступом омеги, когда та снова будет потираться телом о воздух и бестолково теребить ноющую плоть. Период покоя не наступал очень долго. Омежье тело ёрзало на мокрых простынях, требуя от него удовлетворения, а он давал ему лишь грубые тычки пальцами как можно глубже внутри себя и потирал набухший от желания член, не в состоянии дать ему кончить. Болезненно ныло нутро, мышцы на руках сдавали, иногда повисая плетями, а похотливая омежка всё просила и просила чего-то большего. Того, что может дать только альфа, но никак не он сам.***
Олег очнулся от паузы, кинувшей его разум в спасительный сон. Он лежал на кровати на боку. Тело дрожало от холода. Олег обернулся. За окном сгущались тени. Наступал вечер. Он откинулся на спину и закрыл глаза, отгоняя дрожь. А когда тело перестало трясти, нутро скрутило в мощном спазме и омегу согнуло пополам очередным приступом желания. Она поджала под себя ноги и поняла: это предел. Тот самый, которого она могла избежать, находясь в лаборатории, где её не изводил вульгарный до тошноты запах альфы. Тот самый, которого она никогда не достигала дома, пользуясь таблетками и «необходимыми вещами» из спасительного чёрного чехла. Это предел: дальше будет только боль. «Лучше бы этому альфе объявиться!» - подумал Олег и понял, с какой благодарностью он готов принять от ненавистного представителя сильной половины человечества своё избавление. Он погладил ноющий низ живота и выгнул шею, чтобы посмотреть в сторону двери. В дверном проёме широко распахнутой двери стоял стул, на котором сидел Артур. Сколько он там сидел и почему не заходил – такие мысли даже не пробовали возникнуть в голове Олега. Он прикипел взглядом к промежности своего альфы, где торчал вполне различимый даже в сумеречном свете бугор. Рот омеги наполнился слюной. Она вытянула шею, вываливая наружу язык и чувствуя, как слюна потекла по щеке. Бугор вытянулся выше и сдвинулся. Омега сглотнула, желая только одного. «Дай!». Она закрыла рот и начала сосать, глотая воздух вперемешку со слюной. Альфа шевельнулся. Расцепил руки, сложенные до этого на груди, и приготовился встать. «Не уходи!» - заныло в голове, а из груди раздался мучительный стон. Омега потянулась тазом вверх, вставая в хорошо известную и самую удобную для такого случая позу. Она молчала, боясь сделать что-то не так. Боясь, что альфа развернётся и оставит её здесь одну. В компании лишь со страстным желанием. Но вот альфа поднялся, отодвинул стул с порога, вошёл и закрыл за собой дверь. «Он останется» - пронеслось мгновенной мыслью в голове, и ноги омеги расползлись в сторону. Она лежала на животе, поджав руки под себя и приподняв таз, чуть шлёпая им по поверхности кровати. Глаза неотрывно следили за промежностью альфы, заставляя омегу приоткрывать рот и постанывать, представляя, как она будет заглатывать этот толстый и упругий член. Альфа подошёл, придавив к кровати одним только запахом. Погладил её по спине, вынуждая потянуться следом за тёплой властной рукой. Провёл двумя пальцами по подбородку, следя, как послушная омежка вытягивает шею ему навстречу, согласная следовать за любым его движением. Олег внимательно следил за действиями альфы. Хотелось просить, умолять, требовать. Но страх того, что его снова бросят на простынях подыхать от неисполнимых желаний, перевешивал, и омега послушно тёрлась о чужие ладони, ожидая от своего альфы милости. - Всё, что ты захочешь, - прошептала омежка, не узнавая свой голос. Таким покладистым и послушным она слышала его впервые. Альфа остановил ласки. Нутро омеги взвыло, а сама она застыла. Но вот властные руки потянулись к ширинке. Раздался визг молнии. Омега с предвкушением наблюдала, как альфа достал из штанов свой член. Рассматривала его, не смея шевельнуться, чтобы не оттолкнуть своего альфу. Толстый, напряжённый орган подрагивал от распирающей его мощи. Омега снова застонала, представив его внутри себя. Ноги задрожали, а таз дёрнулся вверх. «Разреши!» - мысленно взмолилась омега. Альфа погладил её по голове, приминая непослушные светлые локоны и чуть нажал на затылок. Только этой команды и ожидая омега с урчанием рванула вперёд. Обхватила руками основание члена и запустила его в рот. Челюсть заныла от непривычно большого размера, но омега мысленно отмахнулась от мелкого неудобства, насаживаясь на член глубже. Она поперхнулась, закашлялась и сомкнула губы на головке, не желая выпускать возбуждающий орган изо рта целиком. На спине она почувствовала тяжёлую ладонь альфы, отодвигающего её от себя. Паника овладела её разумом: «Только не гони!». Омега заскулила. - Тихо, тихо, – горячо зашептал альфа, успокаивая её, - я дам тебе то, что ты хочешь. Не спеши. И омега послушалась. Расслабилась в руках опытного альфы и застонала, вся целиком обращаясь в удовольствие от творимого ею минета. Руки альфы гладили её по спине, по бокам, иногда заходя на голову и двигаясь в одном ритме с ней, то ли поддерживая, то ли направляя. Но вот они прогладили омегу по спине ещё раз и задержались на пояснице, явно не намереваясь возвращаться обратно. Омега застонала, приподнимая таз и альфа внял её мольбам: опустил широко расставленные пальцы на две округлые ягодицы и сжал. Омега задрожала, сбилась с ритма и выпустила член изо рта. - Ещё рано, - сказал Артур, подавая его обратно. Омега послушно втянула член в рот и продолжила сосать. Альфа погладил её по голове, снова опустил руки на ягодицы и, крепко сжимая их пальцами, потёр между собой. - А-а! – закричала омега, вновь выпуская изо рта член. Она попыталась поймать его губами, но альфа отодвинулся от неё. «Нет-нет-нет» - пронеслось в её голове, - «только не это! Я буду послушной! Я буду хорошей!» - Я всё сделаю, - простонала омега вслух, умоляюще глядя на своего альфу. - Подожди-ка, - ответил альфа. Он взял её за ягодицы и повторил свою пытку. Омега застонала, прикусила губу, стараясь не закричать, и больше всего на свете боясь, что сделает что-нибудь не так и тем самым оттолкнёт альфу. – Хм… - задумчиво протянул альфа. Он погладил омегу по голове, скользнул ладонью по щеке и схватил омегу за горло, поднимая над кроватью, словно она тряпичная кукла. – Совсем забыл, - сказал он, - что эта омежечка, помимо того, что хочет секса, ни разу его не испытывала. Верно? - Да, - прошептала омега, не пытаясь освободиться. Наоборот, она дрожала в его захвате от желания, а не от страха. - Хочешь? – шепнул альфа, приблизившись к её лицу. - Хочу, - ответила она, не опуская взгляд. Только вот дерзости в её взгляде больше не было. Только безмолвная просьба. - Как сильно хочешь? – спросил альфа, начиная мучить её, поглаживая чувствительное тело. - Как с-сучка, - ответил Олег, запнувшись лишь раз. Альфа отпустил её, стянул с себя штаны и трусы и в одной рубашке сел на кровать, опершись спиной на изголовье. - Иди ко мне! – позвал он. Омега подползла, не решаясь дотронуться до ждущего её альфы. Его слова и тон, которыми он ругал её, заставили омегу стать ещё аккуратнее в своих действиях. Артур жестом пригласил её сесть верхом, - хочу, чтобы ты сделала всё сама. Омега приблизилась, перекинула через альфу одну ногу. Тот согнул ноги в коленях, словно запирая её на своём теле между торсом и ногами. Омега опустилась вниз, придерживая чужой член рукой и пытаясь насадиться на него сразу. Артур схватил её за бёдра и придержал. Потянул её за руки, укладывая их себе на плечи и давая омеге опору. - Тихо, тихо, - приговаривал он, - незачем спешить. Тчч! Омега замерла и вдруг поймала взгляд тёмных глаз. А в них увидела то, чего ей так давно не хватало. Задрожали слёзы на ресницах, и омега быстро отвела взгляд, опуская голову вниз. Артур приблизился, ткнулся носом ей в щёку, потёрся, заставляя поднять голову и поцеловал. И чувства вернулись, окуная Олега в то время, когда он сам дарил этому альфе свой первый поцелуй, сетуя на то, что всё остальное придётся отдать другому. «Так может…». Омега отстранилась, замотала головой, отбрасывая такую желанную мысль и возвращаясь в реальность. А в реальности всё было точь-в-точь, как в его мыслях. Альфа не драл его, как последнюю суку, вдавливая в матрац, а терпеливо ждал, пока омега сама начнёт действовать, поддерживая её над своим телом. - Хочешь? – тише, чем шепотом, спросил Артур. - Хочу, - честно ответил Олег, опускаясь ниже. Он почувствовал, как в него входит головка члена, раздвигая ноющие и подрагивающие от предвкушения мышцы. Как продвигается глубже, заставляя пульсирующую плоть туго обхватывать её и передавать эту сумасшедшую пульсацию по всему телу. Он застонал и движение тут же прекратилось. Омега отдышалась и чуть заметно кивнула, давая понять, что готова пойти дальше. Но мышцы уже сдавили вошедший в неё член намертво и пришлось немного приподняться, давая ему выскользнуть и только тогда опуститься ниже. Когда чужой член вошёл в неё полностью, омега была совсем без сил. Чувства распирали изнутри, а чужой пульс, поселившийся во внутренностях, заставлял вздрагивать вслед за ним. Тук-тук! Болезненный и такой приятный теперь спазм сворачивает внутренности, и Олег полностью расслабляется, отпуская это желание гулять по всему телу. Тук-тук! Ещё один спазм и снова волна удовольствия, отдающаяся гулким сердцебиением в висках и срывающая тихий стон с пересохших губ. Тук-тук! Ему даже не надо было шевелиться, чтобы получать удовольствие. Оставалось только наслаждаться. Тук-тук! Альфа зашевелился, отпуская её бёдра и проходя своими широкими горячими ладонями по её телу. Очертил пальцами соски, заставляя их топорщиться от желания. Прошёлся гребёнкой пальцев по рёбрам, вынуждая омегу резко выдохнуть и сразу поднял руки к её лицу, обхватывая его с обеих сторон и притягивая к себе для поцелуя. И омега легко следует за указаниями опытного партнёра, даря ему поцелуй добровольно, согласно и желанно. Она чувствует, как их языки переплетаются, стремясь к той же близости, что соединяла сейчас их тела. Подаётся вперёд за ускользающим альфой и, приподнимаясь над его телом, издаёт громкий стон. Невозможно чувствовать что-то ещё более приятное, но омега чувствует. Чужая плоть в ней скользит, вырывая этот тягучий звук и заставляя выгнуть спину и прильнуть к альфе всем телом. В голове пустота, а на губах улыбка: омега знает, как получить больше. Она хватает Артура за плечи, перебирает руками, зарываясь пальцами в волосы своего альфы и, задирая ему голову, покрывает его лицо поцелуями – только за то, что тот дал ей почувствовать всё это, - и опускается обратно. Не боясь боли и больше не боясь своих желаний. Вниз! До основания! Так, чтобы чужой пульс мучил изнутри! Тук-тук! Омега стонет в голос, улавливая вторящий ей стон. Она приоткрывает один глаз и сквозь ресницы любуется на своего альфу. Тот сидит перед ней, запрокинув голову назад и стонет, наслаждаясь её выходкой. Тук-тук! Волна проходит по телу, будоража чувства, но омега улыбается. Она не готова ждать. Она хочет больше! Омега подаётся вперёд, стремясь снова завладеть чужими губами. Ей не хватит простых поцелуев. Она не хочет дарить их альфе. Она хочет сорвать тот самый, что дойдёт до глубины души. И, впившись в губы, раздвигая их языком и впитывая в себя это чувство чужой страсти и желания, приподнимается, позволяя разуму утонуть в эмоциях и резко садится обратно, отрываясь от чужих губ только для стона. «Люблю!» - всплывает на поверхность эмоций одна мысль, одно чувство. Олег застывает в очередном движении вверх-вниз. Мотает головой, отказывается верить. Что это? Большое и истинное чувство или именно то, ради чего он терпел свою девственность столько лет – привязанность омеги к первому покрывшему его альфе? - Что это, - кажется, он прошептал это вслух. Олег почувствовал, как загорелись щёки, полыхнув стыдом. Но альфа, кажется, не заметил. Сидел, прикрыв глаза, и нежно поглаживал его по телу. Заметив, что партнёр некоторое время не шевелится, он открыл глаза. Олег встретился с чутким, обеспокоенным взглядом и почувствовал, как начинает плакать. Он стоял на коленях, замерев над телом альфы, нанизанный на его член, и не хотел больше ничего. Ни продолжать это мерзкое действо, ни того, чтобы кто бы то ни было видел его очередной срыв. Но альфа не дал ему сбежать. Буквально за мгновение почувствовав его настрой, Артур обхватил Олега обеими руками и прижал к себе. - Тихо, тихо, - прошептал ему Артур. - Нет. Нет, не хочу! – закричал Олег, пытаясь вырваться. Но альфа оказался сильнее его и, переждав истерику, он продолжил тихонечко шипеть на омегу, успокаивая её, и гладить её по плечам. «Опустить бы его руки ниже» - Олег даже усмехнулся, уловив мысли поднимающегося в нём желания. Телу не прикажешь. Оно хотело продолжать. Он недовольно засопел и заворочался в объятьях альфы. Тот прижал его к себе крепче. - Пусти, пожалуйста, - попросил Олег и почувствовал, как объятья ослабли. Он выпрямился. Поёрзал, устраиваясь удобнее, и снова приподнялся вверх и опустился на альфу. Телу этого было достаточно, а об остальном Олег старался не думать. Механически повторив это движение несколько раз, он услышал, как альфа его зовёт: - Оль, иди ко мне! – альфа положил свои руки ему за спину и уронил его на себя. Олег пытался избежать зрительного контакта, но не смог. - Всё нормально, - соврал он, глядя альфе прямо в глаза, - правда. - Верю, - тем же лживым тоном ответил Артур и, не давая ему подняться, предложил: - попробуй так. Олег дёрнулся вверх, но проехался торсом по торсу альфы, сдвинувшись всего лишь на пару сантиметров. Член внутри неё скользнул практически незаметно. - Так не получится высоко, - ответил он. Но рук альфа не опускал и подняться ему не позволил. Олег нахмурился, сдвинулся вперёд-назад и почувствовал, чего добивается от него альфа. Он сглотнул, посмотрел ему в глаза и получил утвердительный кивок. - А тебе высоко и не надо, правда? – спросил Артур, отпуская его. Олег отвёл в сторону взгляд и повторил движение, потираясь об альфу и чувствуя трение его плоти внутри себя и всё явственней ощущая возбуждение своего собственного члена. Тот был зажат между их телами и потирания сдавливали и ласкали его. Через пару движений, омега тёрлась об альфу, не останавливаясь. Плоть требовала разрядки и она жаждала получить её как можно скорее. Но вот Артур прижал её к себе, делая очередное движение тугим и оттого слишком чувствительным. Омега вскрикнула, задёргала тазом в оргазме, стараясь растянуть удовольствие ещё хотя бы на немного и кончила, излившись на их тела. Она обмякла, шумно задышала, пытаясь привести в порядок мысли и тело. Хотела отстраниться, извиниться за несдержанность. К тому же для альфы разрядка была важнее, чем для неё. Но ничего не успела. Артур упал на спину, заставил омегу сесть прямо и, придерживая её тело над своим, приподнял таз, загоняя член до основания в тело омеги. Она закричала, но Артура это не остановило. Омега никак не мог отойти от первого в своей жизни оргазма, поэтому внезапный бурный секс совсем выбил её из колеи. Сначала она как-то попыталась добраться до правильных слов, мыслей, просьб, но после третьего толчка альфы сдалась, откинув всё это в сторону. Кому нужны слова и мысли, когда разум тонет в эмоциях? Омега опёрлась о своего альфу руками и начала двигаться с ним в едином ритме. Резкие толчки вырывали из неё стоны и крики, но желание продолжать только разгоралось. «Ещё! Ещё!» Внезапно Артур остановился, прижимая таз омеги к себе и не давая ей приподняться. - Нет! – застонала омежка, умоляя не останавливаться, - нет! Прошу! В воздухе раздался смешок, но альфа тут же отпустил её, позволяя продолжить. Омега приподнялась и тут же резко опустилась на чужой член, самостоятельно выбивая из себя стон. Она потёрлась задницей об альфу, вырывая из того сдавленный выдох и снова приподнялась. Её скачка продолжалась довольно долго. Но с каждым подъёмом сил у омеги становилось всё меньше, а желание получить желаемую разрядку всё больше. Она словно снова оказалась в палате без запахов и без возможности получить то, что хочет. Омега остановилась и растерянно замотала головой. Артур открыл глаза и омега почувствовала, как супруг под ней напрягся, видимо, полагая, что омега снова захочет сбежать. Но бежать омега не хотела. - Хочу, - простонала она, переминаясь пальцами по телу альфы, словно кошка перед миской молока. Артур улыбнулся, погладил омежку по щеке, даря ласку и словно бы говоря, что не злится на неё за её слабость. Он уронил её на себя, давая полностью расслабиться, а сам размеренно задвигал тазом, послушно продолжив делать то, о чём она попросила. Движения становились резче, чаще. Омега хватала ртом воздух, стонала и умоляла не останавливаться, уже не соображая ничего головой, а лишь телом желая чего-то большего. Последний толчок, и она почувствовала, как туго сжавшееся нутро раскручивается, словно лопнула давно зажатая в ней пружина, и отпускает на свободу все её чувства, спрятанные так глубоко, что она даже не подозревала о их существовании. Она закричала. Ещё толчок. Крик прервался. Омега замолчала и всхлипнула, чувствуя, как за первым кругом расходящейся от её живота неги тут же расходится второй. Ещё толчок и всё внутри вспыхнуло жаром: альфа кончал в неё, вбиваясь как можно глубже и добавляя кругам её удовольствия третий, четвёртый, пятый…***
Разум омеги плавал на волнах эмоций где-то далеко-далеко от её тела. Всё было не только хорошо. Всё было как-то необъяснимо счастливо. Альфа под ней зашевелился, заёрзал, вызывая никому ненужные вспышки чувств там, где их совсем не надо было бы вызывать – по всему телу. Омегу вполне устраивало нежиться где-то там в небытии, а не вот тут в отвратительно-алой, а-ля будуар восточной шлюхо-омежечки, спальне чувствовать в себе чужой альфачий член. Она впилась ногтями в альфу, вместо вопроса, который вслух задать была не в состоянии: «Зачем шевелишься, падла? Ляг и лежи! Дай понежиться!» Но альфа всё же сел, попытался успокоить омегу ласковыми объятьями, но, получив ногтями по спине ещё раз, всё же затих. «Понял, наверное», - решил было Олег, собираясь отключить разум ещё хотя бы на пару мгновений. Но ему помешали. Тук-тук! Нет. Не так приятно, как в первый раз, когда кусок чужой плоти оказался внутри него, вызывая приятное чувство одним биением вен. Какое-то шевеление напрягло Олега. Заставило сбросить негу и прислушаться к своим ощущениям. Тук-тук! Чувство наполненности внутри нарастало. Олег сжал ягодицы, но мышцы не сжались ни на йоту, словно их распирало изнутри. Тук-тук! Олег дёрнулся, чувствуя нарастающий страх, но слезть с чужого члена не смог. Мышцы сомкнулись, не выпуская пульсирующий и всё ещё набухающий узел в основании члена альфы наружу. Тук-тук! Олег застонал. Узел внутри него расширился до такого размера, что задел чувствительную точку внутри. Ту самую, что он сам так любил ласкать во время течки. Тук-тук! Он выгнулся и по спальне разнёсся его мучительный крик. Олег рванулся в сторону, но Артур был готов и крепко прижал его к себе. - Тчч, - зашипел он омеге на ухо, - расслабься. Всё в порядке. Тук-тук! Омега застонала, уткнувшись ему в плечо. Затрепыхалась, как нанизанная на булавку бабочка. Всхлипнула. - Тчч! Тук-тук! Пульс, бьющий прямо в чувствительную точку и проходящий волной по оголённым нервам омеги, рвал её на части. Рядом, уже на пределе её органов чувств, слышались успокаивающие слова поддержки, и ощущалось чужое присутствие: лёгкими касаниями к плечам и теплом близкого тела. Тук-тук! Омега вытянулась в струнку, пропуская сквозь себя этот ток из напряжения и чувств. Завибрировала всем телом и кончила, чувствуя не телом, а всем своим естеством, как разум гаснет, уступая место чему-то большему. Тук-тук! Тепло разливалось по телу вслед за волной отпущенного на волю эмоций странного чувства, которое омега испытывала впервые. Тело от этого тепла таяло, истончаясь и обнажая его истинную суть. Тук-тук! Омега ничего не чувствовала, утопая в неге. В какой-то момент, ощутив на губах солёный привкус пота, ткнулась носом в тёплое плечо и, коснувшись его губами, лизнула, не в силах выразить свои чувства как-то иначе.***
Тук-тук! Ни мыслей, ни сомнений, ни-че-го. Тук-тук! Только тепло… Тук-тук!***
Тук-тук! «Как же тепло!» Тук-тук! И ничего не нужно больше в мире. Ни-ког-да! Тук-тук!***
Тук-тук! Тепло. Тишина. Улыбка на губах. Взгляд из-под ресниц. И дыхание одно на двоих. Тук-тук! Тепло. Его поцелуй. Улыбка. Она везде. Во взгляде. В воздухе. В сердце. «В моём? В его! …и в моём!» Тук-тук!***
Запах. Этот запах прорвался в его мысли, занял их. «Что это? Откуда? Я знаю его!». Свет. Проник сквозь прикрытые веки. Разлился перед глазами. Олег часто заморгал, фокусируя взгляд. А перед ним взгляд тёмных глаз, их беспокойство и их радость. И тихий шепот: - Привет! Олег не может ответить. Кивает, роняя голову на горячее плечо. Движение снаружи и внутри. Вдох резкий и холодный. Стон. А внутри всё напряглось, задрожало в предвкушении. В желании. Олег облизывает губы. Привстаёт, чувствуя, как легко скользит в нём чужая плоть. Опускается плавно, почти что нежно, проверяя, на что остались силы. И широко улыбается, обжигая Артура голодным взглядом. - Хочу ещё. Вместо ответа улыбка, и взгляд, полный тепла. Не того, которое излучает это тело. Другого. От которого так уютно внутри и нет дрожи, нет страха, нет сомнений. Олег приподнимается и снова опускает тело вниз, нанизываясь. Стон срывается с его губ и взлетает к потолку. Он застывает всего на мгновение, но успевает испытать столь многое. Снова подъём и снова вниз. В этот раз его сил хватает ненадолго. Мышцы ноют, подрагивают, но останавливаться он не хочет. Он хочет ещё. Взгляд просит. Подрагивают ресницы, краснеют щёки. Артур без слов роняет Олега на спину, выпрямляет его ноги, гладит тело, успокаивает. Нависает сверху и входит полностью. Он не торопится. Подаётся всем телом вперёд, заставляя Олега стонать в голос, а затем отстраняется, давая время, чтобы прийти в себя. Снова и снова, пока Олег не падает на простыни совсем без сил и не кричит от рвущего его изнутри удовольствия. И снова всё затихает, оставляя ему лишь тепло и стук сердца, бьющего по чувствительной точке где-то внутри, и отдающийся эхом по внутренностям, когда-то сжатым в ожидании этого дня, этого секса и этого чувства. Тук-тук! «Опять ты» - думает Олег, а сам улыбается, доброжелательно впуская в себя это пульсирующее напряжение, которое унесёт его далеко от жестокого и несправедливого мира, в котором он когда-то жил. Тук-тук! Олег закрывает глаза, ласково водя кончиками пальцев по телу альфы, который лежал на нём сверху, и отключается, зная, что, когда он придёт в себя, ему дадут сделать это снова. Тук-тук! И это снова сделают с ним, заставив ощутить себя любимым… Тук-тук!***
***
Через пару дней ласк и секса омежкино тело успокоилось. Течка подошла к концу. Омега лежала с Артуром в обнимку под тёплым одеялом и нежилась, всё чаще возвращаясь мыслями к ждущей её за порогом спальни жизни. - Арт, - тихо позвала она, - можно спросить? - Ну, спроси, - как-то чересчур строго ответил Артур. Омега внутренне поёжилась от его тона и опустила глаза. «Тебе просто показалось», - успокаивал внутренний голос. - Арт, а можно я снова буду ходить на тренировки? - Спрашиваешь моего разрешения? – омега кивнула, - и хочешь ходить на эти мерзкие узаконенные мордобои, которые такой омежечке, как ты, совсем не по статусу? – уточнил Артур и омега поняла, что на положительный ответ можно не рассчитывать. Она села и отвернулась от супруга. Артур потянул её за плечо, разворачивая к себе. Взял за подбородок и надавил, заставляя её послушно повернуться и посмотреть на него. Олег сглотнул ком, возникший в горле, словно вставшие поперёк его жизни бессмысленные мечты о хорошей доле. Отвёл взгляд наполненных слезами глаз в сторону и прислушался к тому ответу, от которого он всё ещё ждал чего-то хорошего. – Чтобы я от тебя больше таких слов не слышал! – жёстко сказал Артур, - поняла? - Да! – тихо ответила омежка, стараясь не выдать своих истинных чувств. Если альфа потребует у неё посмотреть ему в глаза, она точно расплачется, а показывать свои слёзы этому ненавистному человеку она не хотела. Артур удовлетворённо кивнул её покладистости и постучал по свободному месту около себя, призывая омегу вернуться обратно в его объятья.***
Прошла неделя. Максим с Романом сидели в гостиной Артура Казаряна. Хозяин дома сидел на диване напротив. Олег сидел рядом с ним, опустив взгляд в пол и всем своим видом выражая покорность. - Я пригласил вас, зная, как вы переживаете за судьбу вашего брата, - сказал Артур. Он положил ладонь на колено супруге и погладил её. Олег никак не прореагировал. Зато прореагировал Роман, у которого непроизвольно сжались кулаки. – Смею вас заверить, с Олегом всё в порядке, - продолжил Артур, обнял притихшую омежечку и, повернув её голову к себе, поцеловал. Олег дождался, пока его подбородок отпустят и снова наклонил голову, опуская взгляд в пол. – Не такая уж она у вас и дерзкая! Я и не таких нагибал! – Артур встал и отошёл к бару. – Выпьете что-нибудь? – предложил он. На него смотрели две пары разгневанных глаз. – Нет, так нет. – Он налил себе выпить и продолжил разговор, - сегодня ваша последняя встреча. Мне не нравится, когда моя омега общается с другими альфами, даже если это её братья. - Ты не можешь запретить нам общаться. - Я могу запретить ей, - он усмехнулся, - и она меня послушает. Он подошёл к дивану, положил руку омеге на плечо и надавил: - Ты же сделаешь всё, что я тебе прикажу? - Да, супруг, - тихо ответила омега, не поднимая головы. - Что ты с ним сделал? – спросил Максим. - То, что никак не мог сделать ты. Показал омеге, где её место! - Мы забираем её! – Роман вскочил с кресла, но брат придержал его за рукав. - Вы не сможете этого сделать, - спокойно ответил Артур, - она принадлежит мне! И можете мне поверить – она счастлива! – Артур наклонился и, приблизившись к уху омежки, громко шепнул, - ты счастлива, дорогая моя? - Я счастлива, - ответила омега безжизненным голосом. - Ах, ты! – сказал Роман и почувствовал, как брат отпустил его, не запрещая сделать всё, что он захочет с этим мерзким двуличным альфой, - я уже как-то предупреждал тебя, что я с тобой сделаю, если ты обидишь его. - О! – воскликнул Артур, совершенно не испугавшись, - кажется, мы перешли к самому интересному. - Он сжал руку на плече омежечки и приказал: - Олег! - Тронешь его – будешь иметь дело со мной! – громко сказал Олег. Он поднял взгляд, и братья дрогнули. - Олег! Как? – тихо спросил Максим, - Что он с тобой сделал? - Я счастлива! И я никуда не пойду! – сказала омега, улыбаясь им натянутой улыбкой и сглатывая слёзы. - Я предупреждал, - повторил Роман. Но, стоило ему сделать шаг вперёд, как под ноги ему бросилась омега. Повалила на пол, скрутила руки за спиной и, надавив, зашипела: - Я тоже предупреждала! Вскочил со своего места Максим, но Артур жестом остановил его, призывая успокоиться. - Я всё же налью тебе, - сказал он. - Ах, вы, мерзкие маскулинные вонючки! – воскликнул Олег, выкручивая брату руки и заставляя того стонать, - думали, что сдадите омежечку мерзкой похотливой альфе и поминай, как звали? А ещё бра-атья! Максим, как подкошенный, плюхнулся обратно в кресло. - Олька? – донеслось из пушистого ковра от Романа. - А кто ещё? Покладистая и услужливая омежечка из меня – так себе, - проворчал Олег и отпустил чужие руки из захвата. - Олька! – раздался радостный крик с пола, и Роман, крутанувшись, скинул с себя омегу и сгрёб её в объятья. - Выпить! – согласно кивнул Максим, когда перед его носом возник бокал коньяка, заботливо налитый хозяином дома. Артур сел напротив и отсалютовал ошарашенному близнецу бокалом. – То есть, - начал тот и поперхнулся, запил шок коньяком, осушив бокал залпом. Артур с сожалением посмотрел себе за спину, где бутылка коньяка осталась стоять у бара. Поднялся, сходил за ней, налил Максиму вторую порцию и поставил пузатую бутыль поближе. – То есть, это всё цирк? – со второго раза у Максима получилось лучше. Два близнеца, барахтающихся по полу и о чём-то в полголоса воркующие, подняли макушки вверх. Взгляды всех присутствующих сошлись на Артуре. - Она меня заставила! – ответил тот, указывая свободной рукой на омегу. - Что ты сказал? – в голосе Олега просквозила угроза. Артур всплеснул руками: - Он меня заставил! Так лучше, омежечка? Олег, довольно кивающий до самого последнего слова, фыркнул. Поднялся с пола, пихнув напоследок Романа подножкой, не давая тому встать первым. Залез к Максиму на колени и оттуда погрозил своему альфе пальцем. - Будешь плохо себя вести, уйду к братьям! - Вот с ними и будешь трахаться ночами. Хоть высплюсь, наконец! – радостно воскликнул Артур. - Арт! – закричала омега, краснея. Ткнулась носом Максиму в грудь, пряча смущение, и что-то горестно ему зашептала. Артур усмехнулся: жалуется небось. Он налил ещё один бокал коньяка и протянул Роману. - Парни, правда, извините. Но вы же знаете, каким ваш брат бывает убедительным, когда чего-то хочет. Близнецы понимающе улыбнулись. Максим запустил руку в пушистые локоны брата и взъерошил их. - Постригусь! Налысо, блин! – сказал Олег, сбрасывая с себя руку брата. - А тебе муж разрешил? – спросил Максим, - пострижётся он! - Запретил, - ответил Олег и широко улыбнулся, поймав взгляд Артура, - но не настолько уж я и послушный!***
Пропущенная сцена Неделю назад. - Чтобы я от тебя больше таких слов не слышал! – жёстко сказал Артур, - поняла? - Да! – тихо ответила омежка. И этот ответ поставил её перед выбором: смириться и покорно принять ту жизнь, к которой её всегда готовили или попробовать что-то изменить, пусть даже и её накажут за это. И омега выбрала второе, выплеснув на Артура все свои чувства и известные маты. А когда она прооралась, альфа хмыкнул и довольно произнёс: - А вот таких слов от тебя побольше бы и почаще. А то совсем на себя не похож! - Чего? – заорал Олег в чувствах. - Узнаю, говорю, свою ненормальную омежечку. Олег сел на край кровати. - То есть ты не хочешь, чтобы я был… - Фу, какая гадость, эта твоя покладистость, - ответил Артур, - я люблю тебя настоящим: вредным, дерзким и непослушным. - И если я буду себя вести, как раньше… - Да скорее бы уже! - И если я не буду… - Ничего, чего бы тебе самому не хотелось! - Я налысо побреюсь! – закричал Олег, проверяя альфу. - Тебе очень идёт короткий ёжик. - Я на треню буду ходить. И возвращаться домой с синяками! - С синяками, ага, - Артур усмехнулся, - пусть сначала дотянутся до моей опасной омежечки. - До твоей омежечки? – повторил Олег, нахмуриваясь. - Ах, простите, извините, - шутливо ответил Артур, - так это не ты меня все эти дни трахал, как сумасшедшая течная омежечка. - Я тебя!? – заорал Олег, - а не ты меня? - Всё! – Артур потупил взгляд и поднял руки вверх, сдаваясь, - больше не буду! Олег открыл было рот, чтобы согласится, но ноющее чувство внизу живота его остановило. Он сощурил глаза, пристально глядя на альфу. «Допустим, этот альфа мне ещё разок пригодится». Память подкинула несколько особо страстных сцен. «Ладно, не один разок» - мысленно поправила себя омега и резко выдохнула. Артур понимающе улыбнулся и похлопал по кровати рядом с собой. Олег забрался на кровать с ногами, но ложиться под бок к альфе не спешил. - Но мы же с тобой теперь замужем, - растерянно сказал он, пытаясь сообразить, как ему надлежало вести себя теперь. - И что? – Артур дотянулся до его руки и погладил. – Нам нельзя дружить? - Он легонько взмахнул пальцами, подманивая омегу, и та послушно села на альфу верхом. – Нам нельзя любить? – Он наклонил омегу к себе и поцеловал. - Неужели никаких запретов? – шепнул Олег, отрываясь от сладких губ и борясь с головокружением. - Запрещаю запрещать! – ответил Артур. Он ласкал разгорячённое тело любимой омеги и сходил с ума от её тёплого уютного запаха, обволакивающего мир вокруг него, проникающего под кожу и заполняющего его счастьем.
