Шанс

До конца учебного года оставались считанные дни, поэтому иностранные гости не видели смысла в поспешном возвращении домой. - Так бы прямо и сказал, что хочешь похвастаться Крамом, пока это ещё возможно, - пренебрежительно прокомментировал Малфой слова Каркарова. На столь откровенные слова он решился не раньше, чем остался в кругу доверенных лиц. - Мне кажется, что я имею на это право, - совершенно не обиделся на грубость директор Дурмстранга. - Ведь это мой Виктор победил в Турнире. - Твой Виктор? Я чего-то не знаю? - Люциус, не придирайся к словам. Директор Каркаров не имел ввиду ничего из того, о чём ты подумал. - Я придираюсь к словам? Ничего подобного! К тому же, я был бы не против услышать от тебя нечто вроде: "Мой Гарри". Как по мне, звучит очень романтично. - Прошу, держи свои фантазии при себе. А Вам, директор Каркаров, я советую тщательнее подбирать слова в разговоре с лордом Малфоем. Северус ушёл, ведь у него были дела поважнее, чем спорить о том, чей чемпион лучше. Припоминая тот знаменательный день, когда Гарри пришлось участвовать в Турнире, он не мог забыть слова Поттера. Тогда Гарри однозначно отказался от победы. Ему нужно было лишь формально участвовать в испытаниях, чтобы оставаться чемпионом и приобрести известность. Если уж Дамблдор так хотел придать имени Гарри Поттера вес в обществе, то Турнир ещё не самый худший вариант. Хотя Северус помнил, как Гарри не хотел победы и славы, когда он и Слизерин предлагали. Однако, по итогу, ни в одном испытании Поттер и не участвовал совсем уж формально. И именно это Северуса беспокоило. Нынешний вариант Гарри Поттера отличался от того, что был в прошлой жизни. Северус даже начал надеяться, что у этого Поттера есть шанс на нормальную и долгую жизнь. Он, во всяком случае, сделал для этого немало. Тёмного Лорда нет и не будет больше! Даже Дамблдор осознал это. И всё бы замечательно, однако у старика опять есть какие-то планы на Поттера. Ещё и Слизерин со своей игрой в возрождение древних знаний. И, конечно, куда же без Люциуса? Северус вспомнил другого Малфоя, что вертелся, как уж на сковороде, пытаясь спасти семью. Тот Люциус не переживал о каких-то мелочах. У него не было навязчивой идеи свести Снейпа с Лили, Джеймсом или Гарри Поттерами. - И почему всё до этого дошло? - вздохнул Северус. Ожидаемо, ему никто не ответил. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Дамблдор тоже пытался подвести в кабинете итоги Турнира, опираясь не на общий результат, который безоговорочно присуждал победу Краму. Его интересовала известность Поттера и то, как фигуранты нового плана проявили себя. - Слизерин сильнее, чем мы предполагали, Фоукс. Это тебе не Том, который, конечно, очень опасен, но слишком поверхностно разбирается в той магии, к которой обращается. Да... И Северус ещё... Без него не обойтись. Слишком мальчик привязался к нему. Как бы чего не вышло. Как думаешь, Северус может перенести свои чувства к Лили на её сына? Феникс благоразумно промолчал. Дамблдор согласно кивнул. - Ты прав. У него целый год был рядом оригинал, но особого интереса он не проявлял. Но я всё равно волнуюсь. Не хватало только, чтобы Северус влюбился в Гарри. Хотя и обратное тоже не хорошо... В каком-то смысле Снейпу повезло, что Дамблдор и Малфой плохо ладят, иначе бы у директора не было сомнений насчёт чувств Северуса и Гарри. А пока Дамблдор просто прикидывал, какую пользу можно извлечь из "сотрудничества" со Снейпом. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Соперничество между школами создавало некую преграду для общения, словно детям было мало языкового барьера. Конечно, те счастливцы, что отправились с директором в другую страну, неплохо владели разговорным английским. Однако, он не становился от этого родным. Чтобы что-то сказать, приходилось задумываться над правильными словами и произношением. А это создавало неуверенность и, как итог, иностранцы не спешили общаться со студентами других школ без необходимости. Легче, пожалуй, было Виктору Краму, который лучше соотечественников владел английским. У него тоже были проблемы с общением, но другого характера. Когда же Крам победил в Турнире, британским школьникам стало страшнее первыми подходить к нему. За исключением двоих чемпионов от Хогвартса, Малфоя, у которого никогда не было проблем с низкой самооценкой, и Грейнджер, которая чуть ли не встречалась с Крамом, если верить сплетникам. Впрочем, Седрик довольно быстро потерял интерес к победителю. При близком знакомстве становилось понятно, что Виктор косноязычен и не умеет объяснять или поддерживать беседу. Квиддич для Седрика никогда не был настолько важен и интересен, чтобы только о нём и говорить. К сожалению, это была единственная тема, где Виктору ничто не мешало раскрыться по полной. Гарри, Драко и Гермиона тоже не жили квиддичем, но это не мешало им. - Ты собираешься и дальше играть? Я имею ввиду, после выпуска, - немного сбивчиво спросил Гарри. - Да. У меня талант. Так... директор говорит. Чтобы делать меньше ошибок, Виктор использовал короткие фразы. К тому же такой метод позволял контролировать слова, чтобы тайное таковым и оставалось. - Директор? У вас, должно быть, хорошие отношения, - заметил Драко. Гарри и Гермиона удивлённо на него посмотрели. Малфой, с отрепетированной небрежностью, откинул чёлку с лица. - А вы чего удивляетесь? Я бы вот, например, ни за что не стал следовать рекомендациям директора, чем мне следует заниматься. Разве это не моё дело? Ладно ещё семья и друзья могут посоветовать достойное занятие, но слушать директора... Вдруг он скажет, что у меня талант в музыке или уходе за магическими животными? Прикажите тогда на основании его слов выбирать профессию? - Конечно же, нет, - заявила Гермиона. - Твоё утверждение не имеет смысла. Директор Каркаров производит впечатление более адекватного человека, чем директор Дамблдор. Это влияет на то, как мы воспринимаем информацию или кому с большей вероятностью... - Грейнджер, как-нибудь на досуге, когда выдастся свободная минутка, попробуй упрощать слова. Спорим, что тебя на Гриффиндоре понимает... А! Нет. Никто не понимает. - Да как ты!.. - Прошу, не ссорьтесь. Гарри вклинился между Драко и Гермионой, пытаясь остановить назревающий конфликт. - Эм... Да. У нас хорошие отношения, - проговорил Виктор, переводя удивлённый взгляд с одного собеседника на другого. - Тебе повезло. А я ещё не знаю, чем буду заниматься после выпуска, - поддержал беседу Гарри. - Ты же наследник рода! - воскликнул Драко, словно это должно было что-то объяснить. - Да, я знаю. И что с того? - Как? Ох... Только не говори... Хотя о чём это я? Твой отец и сам не вступил в права лорда. - Права лорда? - На самом деле я не так уж и много знаю об этом. Будет лучше, если ты спросишь у декана. Если он не ответит сам, то хотя бы поможет разобраться. Направит. - Разве квиддич - это плохо? - серьёзно спросил Виктор. Все взгляды тут же сошлись на Малфое. - Эй! Чего это вы все на меня смотрите? - Ты лучше нас разбираешься в таких вопросах, - с улыбкой проговорил Гарри. - У тебя плохо получается льстить и притворяться. Практикуйся, друг, и у тебя всё получится. А квиддич? Нет. Это совсем не плохо. Просто лорд или наследник рода не имеет права строить карьеру в такой несерьёзной сфере. Финансовые отчёты, вложения средств, заботы о других членах семьи. Здесь нет места развлечениям. Да и обязательные ритуалы. В определённые дни нужно быть дома у родового алтаря. А игрок зависит от команды и расписания матчей. Обязанности невозможно объединить со спортивной карьерой. Вот и всё. Гарри и раньше не рассматривал квиддич, как занятие на всю жизнь. Слова Драко лишь убедили его выбрать что-то иное. Более того они прозвучали, как повод провести время наедине со Снейпом. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ В последние учебные дни гости покинули Хогвартс. Несмотря на разный подход к обучению и почти военную подготовку в Дурмстранге, французы не менее организованно собрались и улетели домой. Возможно, дисциплина в Шармбатоне такая же строгая, как в Дурмстранге. Или всё намного проще. Почти целый год провести в чужой стране - сложно, когда же мадам Максим объявила студентам о возвращении, они стали собираться в едином радостном порыве. Последнее предположение казалось наиболее вероятным, учитывая неприкрытую радость французов, когда они покидали Хогвартс. Лишь Флёр Делакур выглядела скорее задумчивой, чем счастливой. Даже осознавая, что студентам из Франции дела нет до британцев, особенно когда пегасы оторвались от земли, всё равно некоторые студенты не прекращали махать руками на прощание. Другое дело дурмстрангцы. Эти парни и девушки не проявляли явного нетерпения, пока возвращались на борт корабля. Студенты Хогвартса отвечали им взаимностью. Почти вся школа собралась посмотреть на отбытие дурмстрангцев домой, но столь эмоционально прощаться или просто помахать рукой никто не спешил. Гарри пришёл со всеми, поскольку считал такое поведение проявлением вежливости к Краму. Драко тоже не особо была интересна вся эта суета. Но он составил другу компанию, хотя и с другой целью. Слова Крама не намекали на какие-то особенные отношения с Каркаровым. Однако чутьё Малфоев заставило Драко насторожиться. Сколько было возможно, он смотрел на Крама и Каркарова, пытаясь понять, не почудилось ли ему нечто "лишнее" в их отношениях. Сосредоточив внимание на каждом взгляде и жесте этих двоих, Драко будто бы начинал видеть призрачную нить, что связывала две жизни воедино. Понимая, что ничего такого он на самом деле не мог видеть, Драко посмотрел на декана. Всё ещё находясь в этом непонятном состоянии, он увидел тоненькую паутинку нити между Снейпом и Гарри. Эта нить могла разорваться от малейшего дуновения ветра. Рядом с Поттером стояла Грейнджер и нить между ней и Драко оказалась ещё более тонкая, почти невидимая. Зато нить Люциуса больше походила на толстый канат. Она уходила куда-то далеко, за пределы Хогвартса. Драко чувствовал, почти наверняка знал, что второй конец этого каната находиться у его матери. Ещё удалось увидеть прочную связь профессора Ремуса Люпина. Драко не заметил, с кем связан профессор, поскольку взгляд наткнулся на Слизерина. Основатель заговорщицки подмигнул ему и все странные видения с нитями резко пропали. Драко словно вернулся в реальность, очнувшись ото сна. Попытавшись вновь увидеть те самые нити, Драко не смог вернуть прежние ощущения. Либо это была иллюзия, либо кто-то или что-то ему мешало. - Почему профессор Слизерин так на тебя смотрит? Драко посмотрел на Слизерина, но ничего особенного не увидел. Потом он перевёл взгляд на обеспокоенного Гарри. - По-моему, ничего необычного. - Думаешь? А мне показалось странным, что он уже минуту на тебя смотрит. - Какая глупость! Скорее всего, я просто по-особенному хорош сегодня именно при таком освещении. - От скромности умереть тебе точно не грозит, - рассмеялся Гарри. Драко манерным жестом поправил волосы. Уловка сработала. Гарри отвлёкся и больше не задавал щекотливых вопросов. Тогда Драко вновь посмотрел на Слизерина, но того уже не было на прежнем месте. Да и вообще в толпе его нигде не было видно. Это лишь добавило вопросов и подозрений. Слизерин владел легилименцией и умел влиять на разум. Были ли видения Драко таким вмешательством, мог сказать лишь сам Слизерин. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Студенты отправились по домам на долгие два месяца. Но профессорам о подобном можно было только мечтать. Северус привычно погрузился в отчёты и планы. Рутина не отличалась разнообразием, но отнимала много времени. Лишь два человека в Хогвартсе казалось позабыли о подведении итогов: Альбус Дамблдор и Салазар Слизерин. Северус не знал, чем именно они занимаются, да и просто не хотел в это ввязываться. Достаточно убедиться, что все прежние долги розданы. Последним таким долгом будет жизнь Гарри Поттера. Мальчишка должен выпуститься из Хогвартса и не умереть до этого светлого дня. Слизерин мало интересуется Поттером, пусть феномен его пробуждения неотъемлемо связан с Гарри. Дамблдор, вроде бы, должен был успокоиться. Ему удалось затянуть Поттера на Турнир, но вот по-настоящему героем парень не стал. Люциус контролировал самый влиятельный и опасный источник слухов - Риту Скитер. Кроме этой амбициозной дамочки, никому не удалось надолго привлечь к Поттеру внимание общественности. И Северус полагал, что директор начнёт искать другие способы достижения цели. Но Снейп не стремился узнать его цели, наученный опытом того, насколько дорого могут обойтись эти сведения. Слизерин и Дамблдор много времени проводили в школе, поэтому Северус либо безвылазно сидел в подземелье, либо старался поменьше бывать в замке. Частично справляться со второй задачей ему помогали заботы о следующем годе. Так Северус часто ходил в Запретный лес. Были и другие заботы, например, о поставках, которые следовало обновлять каждый год. Однажды Северус нашёл там Кристофера Тхорна, который теперь не забывал исправно посылать письма. Кристофер стал прекрасной находкой, но в этом году всё получилось не так хорошо. Не торопясь вернуться в Хогвартс, Северус блуждал по улочками магического квартала Лондона, когда ему показалось, что он увидел знакомого человека. Словно бы вернувшись в прежнюю жизнь, он последовал за знакомой женщиной. Разум утверждал, что это должна быть ошибка. Невозможно, чтобы он действительно видел её. И Северус тенью следовал за ведьмой, пытаясь решить дилемму. Обознался? Или это она и есть? Женщина беспечно не замечала преследования, прогулочным шагом приближаясь к одной ей известной цели. Она спокойно покинула магический квартал и уверенно продолжила путешествие от одной продуктовой лавки к другой. Маршрут явно был привычен, да и в целом всё выглядело так, словно она здесь постоянная клиентка. Северус всё больше убеждал себя, что ошибся. Что они просто сильно похожи, но это другая ведьма. Убеждал, но не мог прекратить преследование. А потом она остановилась у дома и... Всё же она! - Здравствуй, Матильда. Матильда резко повернулась. В её взгляде мелькнул испуг, но она быстро взяла себя в руки. - Здравствуй, Северус. Не ожидала увидеть тебя... здесь. - Аналогично. Как там Франция. - Стоит. Что ей сделается? - она беспечно отмахнулась. - Зайдёшь? - Не откажусь. Слышал, что где-то в этом районе живёт целитель Эмерс. Матильда ответила не сразу, словно опасалась сказать что-то лишнее перед соседями. Но соседи могли максимум подглядывать из окон домов. Без помощи магии в таком случае они ничего не могли услышать. - Да, это его дом. Северус кивнул, словно подтвердилась какая-то его догадка. - Давно ты здесь? - В Британии или у него? - А есть разница? Матильда согласно кивнула. - Чуть больше, чем полгода. Образование получила, но с научной карьерой не сложилось. Она пыталась говорить беспечно, словно разбившаяся мечта ничего для неё не значила. Но Северус видел, что это не так. Полгода, как она покинула Францию, но обида никуда не делась и легче не стало. - Целитель Эмерс - хороший человек. - Очень хороший. Он позволил мне остаться здесь и дал возможность начать новую жизнь. - У нас контракт. - Помню. Я и не думала искать встреч с тобой или им. - Тогда можешь рассчитывать на мою помощь в пределах разумного. - Пожертвуешь мне яду для самоубийства, что ли? - фыркнула Матильда, едва сдерживая хохот. - Не обязательно. Да и травить лучше не себя, а врагов. Это более эффективный метод борьбы со стрессом. Матильда не выдержала этого серьёзного наставительного тона в исполнении бывшего мужа и искренне рассмеялась. Северус едва обозначил улыбку, помня о вежливости, хотя ничего смешного он в своих словах не видел. - Спасибо за предложение. - Не за что. Мы переехали, поэтому напиши, если что-нибудь понадобится. Матильда кивнула. - У меня ещё много дел, так что я пойду. - Как всегда. Северус никак не прокомментировал её слова. Да и что он мог сказать, если это правда? ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Выяснять, какие отношения связывают его бывшую жену и целителя Эмерса, Северус не стал. Особого значения для него в этом не было. Если Матильда действительно нашла своё счастье, то ему остаётся лишь порадоваться за неё. Может во второй раз она правильно определила желание и добьётся успеха? Северус даже Малфою не стал говорить о встрече, опасаясь ценных дружеских советов. Пусть и дальше занимается политикой, не пытаясь устроить его личную жизнь. Чтобы не навлекать беду, Северус даже не спрашивал об успехах Люциуса и его нового фаворита Слизерина. За те два года, что Малфой преподавал в Хогвартсе, они сильно сблизились и теперь сиятельный лорд часами пропадал в подземелье, но не с Северусом, а со Слизерином. Если бы Снейп настолько хорошо не знал Малфоя, то предположил бы супружескую измену. Но Люциус очень любил Нарциссу и не пошёл бы на такое даже ради выгоды. Сколько бы времени Малфой не сидел с Основателем, строя планы на будущее, он ещё успевал следить за отчётностью. Неожиданный, но такой успешный дуэт МакГонагалл-Малфой и в этом году хорошо выступил. Люциус, как никто другой, умел преподносить факты в выгодном свете. Казалось, что у него не бывает плохо. Естественно, что окружающим такой подход нравился. Закончив со всеми делами, Северус поспешил вернуться домой к Хэмлоку. Мальчик радостно приветствовал отца, а Северус смотрел на него и чётко видел все, что он унаследовал от матери. Захотелось сказать, что он встретился с Матильдой. И вполне можно было бы сказать, да только как Хэмлок на это отреагирует? Не сделает ли он своими словами сыну хуже? Собственно, Хэмлок был первым и пока единственным человеком, из-за которого Северус задумывался о таких мелочах. В конечном итоге он ничего не сказал о Матильде. Договор не потерял силу, а от пустой болтовни никому не станет лучше. - Долго ещё будешь тратить время в школе? - поприветствовал Инграм внука. - Нет. Осталось всего несколько лет. - А если мы умрём? Что ты будешь делать? Лорд из тебя сейчас никакой. - Согласен. Разве это не веская причина Вам не умирать? - Наглец, - с долей восхищения протянул лорд Принц. Северус ожидал, что Инграм разозлится. Но вышло иначе. Лорд Принц криво улыбнулся внуку и молча ушёл. - Дедушка говорит, что не зря послушал какую-то "старуху". А ещё часто повторяет, что ты, пап, будешь замечательным лордом, - не задумываясь, сдал Хэмлок Инграма. - Правда? Хэмлок подтвержающе кивнул. Глядя на сына, Северус осознал, что перед ним сейчас не просто ребёнок. Хэмлок действительно повзрослел. Не настолько сильно, чтобы это тревожило или пугало, но достаточно, чтобы слушать, наблюдать и делать выводы. Пока что эти выводы были в пользу Северуса. Неплохо, если так будет и дальше. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Отпуск. Для кого-то это время путешествий и развлечений, для кого-то способ побыть в тишине. Северус же выбрал свой путь. Оставив одну работу, он с головой погрузился в другую. Можно было бы сказать что-то о перемене деятельности, но Северус сменил одни зелья на другие. А это не совсем подходит под перемену деятельности. Но с точки зрения Снейпа различия были огромными. В Хогвартсе он вынужден варить простые лекарственные зелья в огромных количествах. А здесь и сейчас он мог позволить себе сложные составы, что напоминают произведение искусства. Это не бессмысленное следование рецепту, а уникальная мелодия со своим тактом, ритмом, паузами и продолжительностью звучания нот. Или полотно художника, который не берёт уже готовые краски, а сам создаёт уникальный цвет, переплетая его с другими. Такая работа не даёт забыть, что он - настоящий мастер, а не простой ремесленник. Северус не знал точно, пригодится ли хоть что-нибудь из приготовленных им зелий. Да и не важно это было. Лавок готовых зелий достаточно много, но Северус знал, что легко найдёт покупателей даже на самый невостребованный товар. Кроме зелий "для души", Северус варил и другие. Но это была скорее практика для Хэмлока, чем такой уж труд. Осознавая, как мало он даёт сыну, Северус каждый вечер читал ему книги. Кто-то может сказать, что в семь лет ребёнок достаточно взрослый, чтобы читать самостоятельно. Или же посмеётся над сказками на ночь, ведь возраст... Но Северуса не интересовало чужое мнение. Традиционные чтения перед сном обоим Снейпам давали почувствовать себя настоящей семьёй. Они проводили вместе время за приятным занятием, делились друг с другом мнениями о прочитанном и понимали друг друга. На самом деле, Хэмлок редко комментировал услышанную историю. Его часто забавляли дополнения отца в развитие сюжета. Он мог их поддержать или возмутиться, что папа что-то неправильно понял. Однако это не мешало им понимать друг друга и ценить эти неповторимые моменты. Отпуск неумолимо подходил к концу. Каждый новый день приближал долгие месяцы, когда отец и сын будут видеться ранним утром и поздним вечером. К сожалению, Хогвартс не лучшее сейчас место для ребёнка, иначе Северус переехал бы с сыном туда, наплевав на изначальный план.