Время вспять

             Дорога до Киркволла заняла дольше времени, чем они предполагали. У всех была надежда, что чем дальше они будут от империи, тем безопаснее для них. Но им «везло». Особенно на попадающихся навстречу имперских храмовников. Андерс всё так же играл роль разозлённого тевинтерского мага, который спешил по каким-то там делам, а «навозные жуки» его смеют задерживать. Когда Андерс впервые назвал храмовников навозными жуками, Изабела чуть со смеху не упала, Андерс сказал это с таким пафосом и надменностью, что прозвучало скорее смешно, чем оскорбительно. Себастьян, который в такие моменты усиленно изображал из себя возницу, не сдержавшись, рассмеялся, всячески пытаясь закрывать рот руками, чтобы смех не вырвался наружу.       Когда же они выехали за пределы имперского тракта, всем показалось, что даже дышать стало свободнее. Вольная Марка встретила их тишиной и спокойствием. А там через несколько дней показался и Киркволл…              Гаррет не отрывая взгляда смотрел на стоящего на пирсе Фенриса, который казался напряжённым. Он приобнимал себя за предплечья, заметно сжав их пальцами, сам весь вытянулся как по струнке. Лёгкий ветер раздувал его чуть отросшие волосы. Но вот он переступил с ноги на ногу, плечи чуть расслабились, словно он отпустил что-то такое, что его давно тяготило, или он пришёл к какому-то важному для него решению, над которым думал очень долго.       За последние несколько дней они много и часто говорили, Гаррет, стараясь не сильно заваливать Фенриса информацией, постепенно и помаленьку рассказывал всё, что помнил сам. При этом стараясь держаться хронологии и не перепрыгивать с одного на другое, чтобы ещё сильнее не запутать Фенриса.       Он водил его по городу, показывая местные достопримечательности, рассказывая, где и что между ними было… Фенрис слушал внимательно, иногда ворча, что Гаррет наверняка врёт, потому что он сам этого не помнит. Но Гаррет не врал: ситуация явно была не та. Однако он и не спорил, только надеялся, что со временем Фенрис вспомнит если не всё, то хотя бы что-то.       Иногда Фенрис и сам задавал вопросы, делился тем, что вспомнил, выспрашивая подробности, чтобы соединить осколки в единую картинку или же цепь событий. Иногда Фенрис спрашивал о том, чего Гаррет не знал: эльф, особенно в начале их знакомства, часто пропадал неизвестно где, делая что-то, о чём он не рассказывал даже после их сближения. Гаррета это немного злило. Злило потому, что он сам, не таясь и не скрываясь, рассказывал всё, но вот, как оказалось, Фенрис много чего утаивал, и у Гаррета появилась хорошая возможность узнать об этом, если и не всё, то хотя бы какую-то часть. Сам Фенрис этот факт оспаривать не стал, он просто пожимал плечами, говоря, хотя скорее просто предполагая, что у него были на это причины.       — Что-то вспомнил? — с надеждой в голосе спросил Гаррет, подойдя к Фенрису и встав рядом.       — Сложно сказать, — задумчиво протянул Фенрис, продолжая смотреть на горизонт.       — Ничего конкретного?       — И да и нет. В голове всё также всплывает много воспоминаний, но мне пока сложно определить, выдумка они или нет. Когда конкретно это было или, опять же, было ли вообще. Немного сложно. Но, думаю, как и всегда с твоей помощью, я разберусь со всем этим. Постепенно.       — Э-эм… — Гаррет немного взволновано посмотрел на эльфа и тут же отвернулся.       — К тебе, маг, отвращения или ненависти я не чувствую, — правильно поняв ужимки Хоука, отозвался Фенрис и тихо рассмеялся. Они об этом не разговаривали: хотя Хоук и спас его, но всё равно чувствовал, что между ними словно стоит стена.       — Правда? — Гаррет посмотрел на эльфа с лёгким подозрением.       — Вообще немного странный вопрос: ты же меня спас.       — Ну… Когда мы первый раз встретились, ты на меня тоже поворчал. Хотя и не сильно.       — Я… — Фенрис чуть запнувшись, помолчал несколько секунд (Гаррет тоже молчал, чтобы не сбить эльфа с мысли), а после продолжил: — мне кажется это странным, — он полностью повернулся Гаррету, сделав шаг чуть в сторону и встав перед ним, — но я чувствую какую-то тягу к тебе.       Гаррет начал улыбаться как идиот. Фенрис ещё ничего конкретно не сказал, но у Гаррета внутри уже всё начало просто петь и веселиться. Главное, не отталкивал и тянулся! Хоук схватил Фенриса в охапку, не переставая хихикать как дурачок. Покачав головой, Фенрис прижал кончики пальцев к щеке, и Гаррет, тут же оборвав смех, заглянул в его смущённое лицо.       Веки зелёных глаз чуть опустились, Гаррет отчётливо видел в них яркие искорки. На щеках играл румянец смущения. Фенрис поднял голову, перестав сверлить взглядом одну точку на груди Гаррета. Хоук нервно сглотнул и подался навстречу Фенрису, который, закрыв глаза полностью, чуть привстал на носочки. Во время лёгкого поцелуя сердце в груди Гаррета стучало гулко, с силой, волнение его то захлёстывало так, что даже дышать было сложно, то отпускало, отчего хотелось рыдать от счастья.       Фенрис не до конца понимал, что происходит, хотя он прекрасно осознавал, что сам потянулся за поцелуем. Потянулся к тому, кого не помнил, и к кому по пока что непонятным для самого эльфа причинам, тянулось всё в его душе.       — Ты же дашь мне ещё немного времени? — тихо спросил Фенрис, после поцелуя уткнувшись в грудь Гаррета.       — Столько, сколько тебе потребуется, — пообещал Хоук, кладя руки ему на поясницу. — А можно попросить?.. — неуверенно протянул он.       — О чём? — Фенрис поднял голову, смотря на замявшегося Гаррета с лёгким подозрением.       — Ну-у… Раз мы вроде как немного сблизились… — от ставшего пристальным взгляда Фенриса Гаррет поперхнулся, но, откашлявшись, продолжил более уверено: — давай спать вместе…       — Я только что попросил тебя дать мне время, а ты говоришь про спать вместе? — Взгляд Фенриса стал сердитым, и он скрестил руки на груди.       — Просто же спать! Ничего больше! Пока что…       — И ты себя сдержишь? — Фенрис чуть сузил глаза.       — Можно я полезу обниматься? — Гаррет нервно рассмеялся, закинув одну руку за голову, но тут же вернул её обратно на спину Фенриса, когда тот, как показалось Гаррету, начал делать шаг назад.       — Можно, — Фенрис тихо рассмеялся.       — Правда?! — Гаррет от удивления даже подпрыгнул.       — Но если начнёшь распускать руки, я тебе их оторву…       — А можно самую малость буду их распускать?       Фенрис, тихо рассмеявшись, сделал шаг назад, утягивая за собой и Хоука. Чуть привстав на носочки, нежно ткнулся носом в подбородок Гаррета, а тот расплылся в довольнющей улыбке. Заведя руки за спину, Фенрис сплёл свои пальцы с пальцами Хоука и несильно сжал их. Наклонившись чуть ниже, Гаррет нежно поцеловал эльфа в губы, не заметив даже, как тот развернул его спиной к воде. Как только Гаррет оторвался от его губ, Фенрис сделал шаг назад, легко вырываясь из его объятий, а после одним сильным движением толкнул, роняя в воду.       — Остыл? — посмеиваясь, спросил Фенрис, смотря, как Гаррет по-собачьи трясёт головой.       — Фенрис, — Хоук посмотрел на смеющегося эльфа с лёгким укором.       — Зато не попристаёшь, — отозвался Фенрис, не переставая улыбаться.       Хищно оскалившись, Гаррет вскинул руку, с которой сорвался хлыст из духовной магии. Поймав замешкавшегося эльфа, Гаррет дёрнул хлыст на себя, и Фенрис, тихо охнув, плюхнулся в воду.       — И что ты вытворяешь, — проворчал Фенрис под весёлый смех Гаррета.       Гаррет, протянув руку, обхватил Фенриса за талию и прижал к себе. Эльф, что-то пробурчав, принялся убирать налипшие на лицо белые, точно облака, волосы…