Всё сложно

Егор плакал, уткнувшись Лане в плечо и никак не мог остановиться. Он чувствовал, как вместе со слезами отступают какие-то внутренние преграды, которые мешали голосу свободно выходить, но остановиться, не получалось, он набирал дыхание, чтобы прекратить, но слезы душили вновь. Вся боль от медицинских процедур, от услышанной о себе информации, всё собралось в один большой ком боли. Лана не пыталась его остановить, она не говорила слов, типа, ну не надо, перестань, она просто приобняла его и дала возможность выплакать все свои проблемы. - Лана, а где я?- спросил Егор, когда поток слез иссяк - В Москве. В клинике "Здоровая семья". Пока в неврологии, но очень скоро переберешься ко мне, в терапевтическое отделение. -Как я оказался в Москве? Я не помню ничего. Что со мной? Расскажи мне, пожалуйста, а то я сойду с ума от неопределенности и неизвестности. -Ну, хорошо. Но тебе придется немного потерпеть. Надо закончить формальности с твоим переводом в моё отделение. Правда, по началу, тебе может показаться, что мало что изменилось. Еще дня два тебе придется лежать вот так практически неподвижно, употреблять в пищу очень специфическую еду, ну и пообщаться с близкими, к сожалению, только по телефону сможешь тоже через два дня. -Лана, а я жить..вообще буду? -Теперь в этом нет сомнений. -А петь? -Ты задаешь слишком много вопросов. Я на них, естественно отвечу, но в порядке очереди. -Хорошо, я подожду. А можно маленькую просьбу? -Конечно. - Скажи, пожалуйста, а Майе…ведь…мне стало плохо во время её дежурства… что-то будет? -Николай очень опечален. Данные диагностики говорят, что действия Майи и Октябрины усугубляли твоё состояние. Действия Горьковой Майи особенно. Я так понимаю, страсти про то, что ты сошел с ума и кого-то убил, тебе она поведала? И это её действия привели к тому, что у тебя такие синяки от капельниц и уколов? - Да…Но можно…Майю не наказывать? Она не так уж и виновата. В её словах есть доля правды. И потом…я многое вспомнил и смог заговорить, только благодаря тому, что она все время болтала глупости разные. Руки в синяках от капельниц? Это не так страшно. -А что делать с Октябриной? -Было бы странно наказать только Октябрину. -Ты не думал о поступлении в юридический? Из тебя неплохой мировой судья может получиться. -Ну, если петь больше не смогу, придется о чем-то задуматься, - вздохнул Егор. Рядом с Ланой было очень спокойно. Егор верил, что Лана ему поможет. -А вот за это мы еще поборемся, - сказала Лана серьезно. Егор улыбнулся и задремал. В этот раз снов никаких ему не снилось. Было просо хорошо и спокойно. Когда он проснулся, понял, что находится в другой палате, хотя положение его мало изменилось. Вокруг пикают разные приборы, он лежит на спине. А около его кровати в кресле сидит Лана. -Проснулся? – улыбнулась она, Егор кивнул, - Замечательно, - сказала Лана. Она взяла фонендоскоп и аккуратно пробираясь под больничную рубашку послушала сердце, - Отлично. Меня радует твой сердечный ритм. -Теперь ты мне расскажешь…обо мне? – спросил Егор умоляюще. -Да, конечно, но сначала нужно поесть. -Знаешь, я и, правда мало что помню…про тот день. Я уже собрался на концерт, решил принять душ. Но поссорился с Катей и Машей. Я, кажется, наговорил им гадостей. Они обиделись на меня и ушли. Я решил поговорить с ними после концерта. Я знал, что даже обида на меня не позволит им сорвать концерт. Они ушли, я остался. Выпил лекарства из аптечки, принял душ, решил высушить голову…и всё..больше реальных воспоминаний у меня нет… -Память человека - одна из самых неразгаданных тайн вселенной. Часто устроена так, что человек просто начисто забывает о травмирующих событиях. Так организм помогает своему хозяину избавиться от стресса. Могу предположить, что недели за три до Сургута ты стал чувствовать себя не очень хорошо, но останавливаться, чтобы проверить, всё ли в порядке тебе было некогда. Ты не придавал значения знакам, которые тебе посылал уставший организм. Ты выходил на сцену и забывал о плохом самочувствии. Вот ты мне скажи, какой высоты у тебя была температура в Питере на концерте? -Не криминально, было и похуже. Перед концертом 38,7 после 37,3. -Вот я и говорю. Кстати, концерт был просто потрясающий. Я как раз была на конференции, и вечер был свободный. И билет у коллеги лишний. Короче, воодушевившись тем, что стало лучше, ты продолжил тур. И прибыл в Сургут. В самолете снова почувствовал себя плохо. Почему то выпил лекарство, которое раньше не пил. -В рекламе говорили, что оно понижает температуру. -О да.. Но твой организм, находясь в жестоком дедлайне, отреагировал на прием этого препарата немного не так, как ты ожидал. И вместо улучшения, стало еще хуже. Из аэропорта ты сразу отправился на первичные саундчек, понял, что с голосом что-то не то. Концертный директор твой выяснил, что в местной опере работает фониатром лучший ученик Анны Раевской- твоего фониатра. Короче, он тебе подтверждает серьезность положения, подтверждает диагноз, который тебе уже поставили, врачи вашего медцентра, подтверждает опасения Раевской, но ты продолжаешь настаивать на концерте, даже несмотря на то, что даже местные организаторы уже стали умолять отменить концерт и предложили на выбор несколько дат для переноса. Но ты решил, что пару часов сна в гостиничном номере, окажут волшебный эффект. Всё, на что ты согласился, на витаминную капельницу. Которая по идее должна была немного поддержать, но вырубила окончательно. В том плане, что сон получился слишком глубокий. А проснувшись, ты почувствовал, что тебе снова плохо. И что температура высокая. А до концерта осталось не так много времени. Ты решил, что если соединить все лекарственные средства из аптечки, то будет хорошо. Но соединив несоединимое, ты устроил организму новый стресс. Потерял сознание в ванной комнате отеля с феном в руках. Твои коллеги, друзья чуть с ума от ужаса не сошли, когда тебя такого наши. Местная "скорая" сначала даже не стала разбираться и оценила случившееся как попытку суицида. Потом разобрались и специальным бортом отправили тебя в Москву. Из всех возможных клиник, куда тебя могли отправить, наша стала единственной, которая отвечала всем требованиям. Это и высокая защита от проникновения посторонних, да и просто конфиденциальность. По совокупности проблем, решили, что положить тебя надо в неврологию. Под опеку Николаю. Несколько дней твоё состояние было безумно тяжелое. За жизнь твою пришлось бороться. Николай – прекрасный врач, он вытянул тебя практически с того света. Тебе грозила жизнь овоща. Он практически совершил чудо. Ты не представляешь, каких усилий стоило твоим близким, чтобы информация о том, что с тобой случилось , не прорвалась в СМИ. Правда они и сами мало что понимают. У них паника. Твой концертный директор от твоего имени выкладывает "строиз", давая расплывчатые намеки причине переноса концерта. Выложил видео, где вроде бы твоя рука под капельницей. Видео, которое ты планировал выложить, призывая сдавать кровь, как донор. Но что-то там пошло не так. Ты это видео не выложил, но оно осталось в памяти телефона. Вот концертный директор им и воспользовался. И под коротким видео надпись. «Берегите себя и своё здоровье». А потом информация о переносе концерта. Это ты еще в Сургуте и до конца неясно, что произошло. Уже понятно, что ты не собирался сводить счеты с жизнью, но также понятно, тебе нужна куда более квалифицированная помощь, чем могут предложить местные врачи. Но когда ты оказываешься здесь, становится ясно, что всё тяжелее, чем предполагали сургутские коллеги, у твоих родных паника, а в прессе на основе выложенных «тобой» «сториз», строятся разные версии. Они далеко не такие страшные, как реальное положение дел, в основном предполагают, что ты просто устал. Но волнение определенное есть, и среди поклонников и среди прессы, да и тебе лучше не становится. Тогда директору снова приходится воспользоваться твоим аккаунтом, словно намекнуть, что у тебя просто временные трудности. Он выкладывает фотку, где ты в халате под капельницей и с надписью «Утро начинается не с кофе». Это видео у него осталось с какого-то там времени, когда ты отравился…Тогда тебе вроде как бы и по кайфу было это состояние. Ты приходишь в себя, но снова ничего не ясно. Ты не реагируешь на раздражители, не отвечаешь на вопросы, вообще ко всему безучастен. Потом настает волшебный момент, ты полностью возвращаешься в сознание. Хотя, твое состояние еще очень нестабильно. А потом тебе становится совсем хорошо. И здесь бы к тебе друзей и родных пустить, которые ночами не спят, не отходят от дверей отделения, дежурят посменно. Но тут снова форсмажор...отделение закрывают на карантин. Это значит, посещения ни для кого не разрешены. Твоё состояние не позволяет тебе использовать не только различные средства связи, но и читать. Лежать только на спине. И принимать серьезные лекарства. Тоскливо, но что поделаешь. И вот здесь самый страшный форс мажор из всех возможных. Ты должен находиться под постоянным наблюдением, Николай поручает тебя двум лучшим медсестрам отделения. Но тут выясняется, что у них обеих в голове тараканы. Точнее это выяснится далеко не сразу. Одна уверена, что ты на пустом месте пытался свести счеты с жизнью, а это для неё самое страшное преступление. А вторая просто тебя....не любит. И каждая решает оторваться по-своему, имея тебя, так сказать в свободном доступе. Одна рассказывает ужасные истории о самоубийцах, другая просто говоря глупости. Ты не устал? -Нет. Лана, не уходи... - Теперь тебе придется терпеть меня какое-то время. Я тебе напомню, что теперь я твой лечащий врач. Ну так вот. Николай никак не понимал, что не так...вроде бы лечение проходит как положено, медицинские процедуры сделаны на высшем уровне, но пациенту, то есть тебе становится хуже и хуже. Совершенно забытый, отодвинутый на потом трахеобронхит тоже решает напомнить о себе. И вот Николай, скрепя сердце, отправляется ко мне за советом. Я в этот момент еще не знаю, что звездный пациент, о котором говорит Николай - это ты. Во-первых, мы хоть и частная клиника, но находимся в здании бывшего госпиталя КГБ, ну и конечно, забота и конфиденциальность наших пациентов всегда на первом месте. Политические новости я не перевариваю, к новостям шоубизнеса отношусь прохладно. Но тут Паня мне начала закатывать такие истерики, что просто ужас. Она утверждала, что видела страшные сны, где тебя убивают, избивают, пытают. Она ходила за мной и ныла, чтобы я позвонила тебе и убедилась, что с тобой все хорошо. Вообще, я доверяю Панькиному предчувствию, но меня всё еще одолевали сомнения, этично ли вмешиваться в твою частную жизнь. Я циник, я многое видела. Но в моих фантазиях тоже была не самая прикольная картина. Ты в крутом отеле со знойной красоткой, у тебя законный отдых после череды концертов. А тут звонит старшая сестра самой..отмороженной поклонницы и пытается выяснить, всё ли в порядке. Я об этом же и Пане говорила, тогда моя рыдающая сестра показала мне эти "сториз" со словами..."возможно уже и спасать то некого". Тут я поняла, что Панька не отстанет, пока не позвоню...я набрала номер, а в ответ тишина. И вот тут завершающее действие. Медсестра Майя, которая находилась на посту вторые сутки и допускает бестактность....тут происходит взрыв, срабатывают сразу все заложенные Октябриной и Майей бомбы, фугаски и салюты. Николай вынужден дать тебе сильнейшее успокоительное. И ты вырубаешься на сутки. Николай срочно вызывает меня к себе. И тут, я в ужасе понимаю, что его пациент - это ты. Я собрала полный анамнез и приняла решение забрать тебя к себе в терапию. Николай очень не хотел отдавать тебя, приводил довольно веские аргументы, обещал заменить мед персонал...но мои связи...выше и надежнее. Кроме того, спасая твои нервы, они чуть не угробили твои связки, запустили трахеобронхит. Короче, твоё здоровье, теперь моя ответственность. -Лана, а ты на сколько старше Пани? - Мне недавно исполнилось 37. И я старше Паньки на 18 лет, - спокойно сказала Лана, - если захочешь, я тебе потом про Паньку расскажу. - Я думал, что тебе от силы 23. И никогда бы не подумал, что ты врач. А еще и зав терапевтическим отделением. Я наверное не должен звать тебя...Лана. Светлана Георгиевна? - Ну, только, если вам комфортно быть Егором Николаевичем, - пожала плечами Лана. - Ты...Вы с ума сошли, какой я Егор Николаевич...для вас однозначно нет..но. - Если я Светлана Георгиевна, то ты Егор Николаевич. -Нет...не для тебя. - Ну тогда позволь для тебя остаться Ланой... -Слушаюсь, доктор, - улыбнулся Егор и уснул вполне спокойным сном