Перевёртыш

      В подземелье Пайка, где располагалась тюрьма у железнорождённых, было холодно и сыро даже в самые тёплые летние дни, а сейчас наступала зима, и даже меховой плащ не мог согреть Теона. Сверху что-то постоянно капало, на грязном полу растекались лужицы, а из камер время от времени слышалась брань заключённых.       Но этот холод не шёл в сравнение с холодом в душе. Холодом от нового предательства. Холодом от осознания того, что это его судьба. Честное слово, плевок в лицо, которым его наградила сестра — это меньшее из того, что он заслужил.       — Перевёртыш, — с ненавистью выплюнула Яра вместе со слюной.       Теон медленно вытер лицо рукавом, но ничего не ответил. Пусть сначала сестра выговорится. Ему не надо с ней спорить. Ему надо найти к ней ключ. Сделать так, чтобы она после всего произошедшего стала надёжным союзником. Возможно ли это?       — И как же тебя вознаградил дядюшка за твоё предательство? — прорычала Яра. — Обещал сделать тебя своей морской женой, трус без яиц? Как там тебя звали в Дредфорте… ах да. Вонючка! Ты сам это сказал!       Теон вздрогнул, но усилием воли подавил поднявшийся в нём призрак Вонючки.       — Если уж мы об этом, — усмехнулся Теон, — то дядя считает, что война с Болтонами неизбежна, хотя и не совсем на носу. Это может быть шансом поквитаться. С другой стороны, мы проиграли войну за Север, а в Королевской Гавани наступил мир и покой — со Станнисом покончено. Теперь они обратят свой взор на нас. И поверь, сестра, когда придут их солдаты — тебе это не понравится. Они тебя сначала изнасилуют, а потом убьют.       — Ну, первое ты со мной точно не сделаешь, — хмыкнула Яра.       — Верно, — улыбнулся Теон. — Но я пришёл сюда не говорить с тобой о политике. Вернее, не только о политике. Я хочу поговорить о тебе.       — И что же ты хочешь услышать? Чтобы я преклонила колено перед убийцей нашего отца, как это сделал ты? Не дождёшься!       Теон вздохнул.       — Яра, твой… наш дядя хотел утопить тебя. Но я сказал ему, что ты можешь быть полезна. Что тебя любят и уважают. Я понимаю, ты ненавидишь меня за то, что я сделал. Но я на вече сказал чистую правду. Я ненавижу память о нашем отце. И ты никогда не заставишь меня поменять мнение. Но поверь, тебе я желаю добра.       Яра презрительно молчала.       — Что ж, Яра, я верю, рано или поздно я до тебя смогу достучаться, — вздохнул Теон. — Я ещё вернусь.       — Что тебе дал дядя за твою поддержку? — повторила свой вопрос Яра, но уже спокойным голосом.       — Я теперь десница короля.       Яра вздохнула.       — Железные Острова обречены.       — Посмотрим, — улыбнулся Теон.       — Посмотрим, — кивнула Яра. — Знаешь что, десница? Докажи, что ты чего-то стоишь. Тогда и возвращайся. И, может быть, я подумаю над тем, чтобы хоть немного тебя начать уважать.       Теон молча кивнул и вышел, хотя внутри у него всё ликовало. Ещё бы! Он и не рассчитывал, что получит-таки возможность вернуть доверие и уважение сестры. Кто знает? Если он будет умнее, чем во время прошлой северной кампании, если он сможет совершить многое, то Яра присоединится к ним. Эурон, Теон и Яра Грейджои… втроём они будут непобедимы.