Блаженство смерти.

      Полусумрак объял сгорбившиеся, но порой, вздрагивающие тело от лишних шумов, которые издавались, то со стороны зала заведения, то со стороны склада, куда сейчас отдалился бармен. Выпрямляя спину, Дазай прежде всего погрузившись в свои мысли, чего он полюбливал делать, когда рядом с ним не находилось надоедливых спутников, окинул взглядом верхние платформы-полки, которые были скрыты прозрачным стеклом, оно же охраняло более драгоценный и выдержанный алкоголь, который, возможно, можно было найти только здесь.       Но Осаму, прельщала не цена, а вкус и ощущения от выпитого напитка, хотя он бы не отказался испробовать дорогой «нектар». Увы, если и выпивать, то не самое подходящее время для этого, всё-таки, кто знает, что произойдет, если он только тронется краями губ до спиртного.       Пожалуй, не стоит хранить секрет, о чем размышлял Дазай, прежде всего об ошибке, которую он смог допустить, и как можно было её исправить; и мимолётом об «отношениях» его и Чуи, казалось, Осаму раньше не чувствовал то-то наподобие симпатии, но вспыхнувшая привязанность к рыжику приятно грело сердце.       Постукивая кончиками пальцев по поверхности стойки, он окликнул бармена, который после зова сразу же явился на своё истинное место; Дазай, собираясь заплатить за заказ, вдруг услышал хлопок закрываемой двери, в тоже заведение вошел Ода.       — А знаете что, Бармен? — Заметив Одасаку, Осаму же решил продолжить времяпровождение в баре. — Подайте нам по две рюмки не слишком дорогого виски.       На минуту Сакуноске остановился, на его лице не было удивления или презрения, просто равнодушие, но выйдя из ступора, он присел рядом с шатеном.       — Помнишь, что я обещал угостить тебя? — Без умысла попытался начать разговор он, косясь на того, вскоре заказ подали, и Осаму медленно протянул его себе и Оде.       — Да, еще я помню, что мы решили продолжить нашу беседу здесь. — Без ноток горечи, приняв в руки стопку, Одасаку взглянул сначала на алкоголь, потом же на собеседника. — Прости, что накричал на тебя, всё-таки мне стоило такого ожидать, особенно, от того, кто занимает высокий пост.       Дазай вновь закатил глаза, откинув голову назад, — давай, не будем об этом, хорошо? — Смотря в потолок, он неприметно оскалился в улыбке. — Знаешь, ты был абсолютно прав, насчет меня, — продолжая смотреть вверх, на лице того соскочила морщинка, говорившая, что Осаму задумался.       — То, что я не пытаюсь, это верно… — Перестав смотреть вверх, он спокойно повернул голову к направлению Сакуноске. — Но, если я действительно попытаюсь?       Ода молча пожал плечами, отпивая немного спиртного, но в песчаных глазах сверкнула приветливая искорка.       — Как посчитаешь нужным, честно, я не встречал такого человека, как ты, — слегка улыбнулся Одасаку, оглядывая то стойку, то кареглазого. — Ты говоришь и размышляешь, очень спокойно и расслабленно, как будто это вовсе не интересует тебя…       — Ахаха, — внезапно рассмеялся Дазай, блаженно прикрыв глаза в щелочки, — может, всё дело в том, что я ношу повязку на втором глазу? И поэтому не видно, как я полностью выражаю свои мысли?       Лукаво ухмыльнулся он, стягивая бинты со второго глаза, Одасаку немного удивился, так как думал, что тот носит её из-за полученной раны, но оказалось, она служила лишь украшением.       — Я пытаюсь найти к каждому человеку свой подход, но не один из них не видел меня настоящего, — сверкая обоими глазами, смотрел на Оду он, порой поправляя челку, так как она уже привыкла лежать на наложенных бинтах.       — Так, какой же ко мне подход? — Не выдержав, Одасаку тоже слегка посмеивался над розыгрышем Дазая.       — В том-то и дело, что я не знаю, точнее не понимаю; именно из-за этого я хочу тебя побольше узнать, — Осаму мысленно что-то промямлил, в уме складывался строй поведения: с Чуей одно, с Мори другое, с Сестрицей вовсе другое, но с Одой, Осаму не мог определиться, казалось, этот человек одно время серьезный и рассудительный, но с другой открытый и добродушный, который пытался покончить с кровопролитием за своей спиной, но отнюдь, и он падал с чистого неба, ломая крылья о таких, как Дазай.       — Хм, я тоже, — согласился Одасаку, уже оставляя жидкость практически на дне рюмки, — если у тебя сейчас нет дел, можешь со мной сходить дорогое для меня место.       — Это другой бар? — Вдруг спросил Осаму, строя глазки, опрошенный вопрос был не случаен, и не из-за того, чтобы поддержать дружескую беседу, а из-за того, что было неохота покидать нагретое место.       — Эм, нет, — замялся Ода, хотя куда он собирался направиться, тоже можно было назвать кое-каким заведением. — Об этом месте не знает Мафия, но я могу тебе ведь довериться? — Настороженно спросил он, ведь риск «обломать» крылья был снова высок, а падать было столько больно и невыносимо.       — Обещаю, — твёрдо произнес Дазай, подавая руку, что в этот раз он не тронет Оду, если даже будет зависеть его же полномочий.       Одасаку поверил ему, по крайней мере, тут уже он чувствовал правильно, что Осаму тут не станет лгать; он ответом пожал руку, допивая алкоголь и поднимаясь из-под стойки.       — Кстати, Ода, какие книги ты любишь читать? — Внезапно спросил Дазай, не спеша поднимаясь со своего места.       — Почему ты решил, что я люблю читать? — Улыбчиво переспросил его Одасаку.       — Ну, кто обычно любит писать, значит и много читает, — расправил руки Осаму, но тут одна потянулась к подбородку, видимо, решив показать, что её владелец что-то пытается другое высказать, — нет, я не так сформулировал вопрос, обычно, чтобы начать писать, нужна мотивация или повод, так вот, какая же книга вызвала в тебе причину написать свою?       — Я бы с удовольствием поделился с тобой, но я встретил его автора, и пообещал не раскрывать его лицо. — Тут Ода изменился в мимике, стоят перед Дазаем, он уже более серьезным тоном заявил. — На самом деле, он является для меня большим, чем просто автором книги, хотя Дазай, ты, наверное, и сам можешь догадаться кто это?       Но нет, не мог, по крайности, не сейчас, Осаму мало читал классическую литературу, практически обходил её стороной, стараясь, если и выбирать себе книги, то по своему вкусу, например, как советовал ему Мори с тактикой или стратегией, или ту, которую он случайно подобрал в одной из больниц «Самоубийство для чайников».       — Что же это новая для меня загадка, — довольно рассудил шатен, выходя из бара. — Далеко нам идти?       — Не совсем, но, надеюсь, член Исполнительного комитета, еще не отвык ходить на ногах? — Поднял бровь и засмеялся Ода, убирая руки в карманы пальто.       — Можешь не поверить мне, но я не умею водить машину, точнее могу, но… — Поддержал диалог Дазай, — но я предпочитаю хождение, чем плату за штрафы.

***

      Теперь же перенесемся в другую часть города, где в заседательном зале Мафии, ввёлся льстивый разговор, от которого могли даже подавиться от количества пафоса.       Эйс расхаживая по периметру длинного стола, то и дело останавливался и смотрел на собравшихся для него слушателей, среде которых были Мори, Коё и Чуя.       Если начинать с конца, то Чуя был не в восторге, что его позвали на данное «заседание», еще теплилась обида за напарника, а может вина за самого себя, что был столь невнимательным. Накахара облокотившись о спинку кресла, с каждым разом фырчал, когда Эйс заикался о своих возможностях, пытаясь убедить Босса. Честно, его больше беспокоило, куда снова делся Дазай, ведь Мори позвал бы и его, но того, как некстати, не оказалось на месте. В рассудке то и мелькало воспоминание, теперь оно до конца с ним останется, а значит рано или поздно, начнет душить его, а может, забудется…       Ведь всего-то ничего и не произошло толком, просто объятие, но даже оно крепко засело где-то под сердцем, порой Накахара чуть ли не срывался от смеха над самим же собой, так как человека, которого он прежде всего презирал и недолюбливал, оказался чуть ли не самым ценным в его жизни. Тут до Чуи дошли слова Мори, о том, что они прекрасно сработаются, интересно правда ли он знал об этом, вдруг все это и являлось крупной подставой, чтобы отыграться на его чувствах, раскрыть его «демона» внутри самого. Теперь уже в голове поселилось сомнение; тем более, если бы Дазай был постоянно рядом, то можно было понять, так это или нет, но он все меньше и меньше появляется на виду рыжего.       — Вы предлагаете, что сможете купить наше место за счет драгоценностей, которые вы же обворовали в наших подчиненных зданиях? — Заявила резко Озаки, щуря глаза на Эйса, поправив немного прическу на голове и раскрывая веер. — Не думаю, что ваша позиция сейчас выгодна, верно, Огай-доно?       Мори же тихо и вкрадчиво слушал Эйса, он ни капли не внушал ему доверия, но использовать его, как пешку представлялось выгодным, тем более он мог поднять казну Мафии еще выше, чем было до его прихода.       — Уверяю, все честно, я просто хочу наконец-таки перестать прятаться и помогать таким же людям, как и я. — Замурчал он, дальше прохаживаясь по офису, — тем более, думаю, мой дар, как раз будет нужен для пополнения арсенала и казны.       — Не вижу причин сомневаться в этом, вот только я не люблю, когда шепчутся за моей спиной. — Разверг свое молчание Огай, не внимая словам Коё и нацелив полностью свое внимание на Эйсе, от его глаз не скрылось, что, конечно, он не просто так желает вступить в Мафию, он постоянно льстит, и причем самому себе, утверждая, что его истинных побуждений никто не поймет. Но Мори был умнее его. Это всего лишь западня, которую он пытается подложить ему, но Огай, не слепая мышка, и знает правила игры, если бы Эйс знал бы его чуть больше, то сразу бы пожалел, что пытается пробить себе путь в ряды Исполнительного комитета.       — Хорошо, услугу за услугу, вы помогаете нам денежным состоянием, мы же обеспечиваем вам безопасность и доступ к казне Мафии. — Заключил вывод Мори, не желая дальше обсуждать эту тему; она была слишком для него омерзительна и низка, впереди было дело, куда важнее, наивного эспера.       — Что?! — Внезапно вспылила Озаки, обрушив взор недопонимания, но посмотрев в яростный на минуту взгляд Огая, сразу умолкла, смекнув, что лучше придержать язык за зубами.       — Благодарю вас, Босс. — Съехидничал Эйс, дожидаясь, пока тот выйдет из комнаты и последовать дальше.       Но не дожидаясь, пока сам выйдет Эйс, его опередил Чуя, и уже идя мимо прохода, тот язвительно кольнул.       — Надеюсь, мы не станем соперниками? А то боюсь, ты со своим другом потеряете это место.       Чуя, обернувшись, сердито блеснул голубыми искрами, отнюдь этот эспер был наглее, чем кто-либо известный ему из Мафии, но постаравшись сдержать гнев, он спокойно ответил.       — Ты единственный, кто не догадывается, что тобой же и играют, жалко, что я тогда не замахнулся над тобой. — Сквозь зубы прорычал Чуя, но его рык остановила Коё, вовремя подошедшая и опустив свою руку на плечо Накахары.

***

      Пока сумерки потихоньку уступали место мраку среди ночного неба, которое, так и норовило скрыться от чужих глаз за облаками. Двое же путников, которые пробивались чрез сумрак, умиротворенно ввели диалог, рассуждая то о месте, куда они направляются, то от таких «банальных» вещах, как выполнение заданий в Мафии.       — А они знают, что ты занимаешься не слишком «доброй» работой? — Заинтересованно спросил Дазай, поправляя повязку, которая вновь оказалась на глазу.       — Конечно, нет, они же дети, но иногда от их вопросов очень сложно увернуть, — сразу ответил Одасаку без тени сомнения, — но это даже приятно, что они недоумевают, ведь в будущем, они смогут меньше познать что такое смерть и разрушение.       — Но, ты понимаешь, что так не сможет продолжаться, рано или поздно, Мафия зацепиться за это место и сможем использовать его. — Уже суровым тоном рассудил Осаму, вглядываясь в темноту.       — Я сделаю все, чтобы такое не случилось. — Ответом чуть сжал руку в кулак Ода, подходя к небольшому домику на окраине.       Сам домик или лучше сказать заведение, так как там была небольшая таверна, находился в пригороде подальше от огней самого города, поодаль от него модно было заметить и другие дома, так полагаемые «фермерские» домики. Само здание было двухэтажным, несмотря на позднее время, свет все еще горел в пару окнах. Ода, приблизившись к зданию, незаметно достал ключ из кармана и быстро открыл дверь, пуская туда себя и Дазая.       — Видимо, хозяин уже спит, жаль, он мог бы угостить нас ужином, — не став раздеваться, Одасаку глянул в коридор, который ввёл к лестницу, идущая на второй этаж. — А эти шалуны, еще нет, небось, снова поссорились и ждут меня, пока я решу их спор.       Осаму слушал Оду, молча, ему не было знакомо, даже понятие, что такое «дети», хоть и сам являлся им, но жизнь, которую он прожил, отнюдь не являлась детской. Внезапно телефон у Осаму снова завибрировал, тот выхватив его в руки, не стал отвечать и сразу сбросил входящий вызов.       — Что-то важное? — Всё-таки услышал шуршание второго Сакуноске, реагируя на входящий звонок, — это не обязательно, правда, я пойму, если ты сейчас уйдешь…       — Думаю, они и без меня справятся. — Солгал Осаму, на самом деле, он представлял, какой ему втык даст Мори за такие выходки. — Мне подождать здесь?       — Если хочешь, но думаю, они не будут против познакомиться с тобой, только… — Резко остановил себя Одасаку, ловя прищуренный взгляд Дазая, Сакуноске лишь сейчас насторожился, что перед ним не просто знакомый, но и мафиози. — Только не поддавайся на их просьбы, — отвёл ответ он, ступая на лестницу.       Как Одасаку вошел на второй этаж, так сразу шум, доносившийся с комнат, утих, и свет внезапно погас, тот лишь улыбнулся, зная, что дети, наконец, услышали, или увидели его присутствие и хотят скрыть, что так поздно легли спать.       Сакуноске медленно вошел в комнату, что же от испуга их, по крайней мере, не придется так долго укладывать. Дазай же встал около косяка двери, с любопытством наблюдая, как дальше поступит Ода, но тот лишь наклонился по очереди к детям и поцеловал тех в лоб. Однако, так называемая тишина была обманчива, и как Одасаку собирался вернуться в коридор, он споткнулся об натянутую леску и, не сдержав равновесия, упал ничком перед Дазаем, тот лишь глазом моргнуть не успел, как свет зажегся, и на Одасаку налетело четверо (для отступления, пятый ребенок, скорее всего, появился спустя миссию Дазая и Чуи в гнилом яблоке, так что я перестрахуюсь и возьму четверых) ребят, моментом что-то весело крича и приветствуя кормильца.       Вдруг один из старших ребят, отвлекаясь от остальных, заметил и на проходе Осаму, состроив личико недоумения, он крикнул остальным, показывая на него пальцем.       — Ты кто такой? — Грубо спросил один из мальчиков, вставая с Оды и упираясь руками на бока.       — Как грубо, я же учил вас, что не стоит так разговаривать с гостями. — Поднимаясь, Одасаку с укором посмотрел на грубящего. — Это Дазай, и напомню вам снова, что я учил вас быть вежливыми.       — Привет, Дазай-сан! — Задорно поздоровалась одна из девчонок, приветливо улыбаясь тому.       Сам шатен не знал, как и реагировать, это было его первым общением с детьми, исключение разве что был Кью, смутившись, он прикрыл глаза и помахал в ответ рукой.       — Почему у тебя так много бинтов? Тебя много бьют? — Спросил уже другой ребенок, внимательно рассматривая перевязки в области шеи и рук.       Что же отвечать, что он их носит, чтобы скрывать раны и шрамы, как-то было не подходящим ответом для детей, поэтому он легкомысленно ответил: «Мне просто нравится их носить»       Дальше Одасаку не позволил продолжить беседу, ухмыльнувшись, он принудил детей снова лечь в свои постели и закрыл за ними дверь.       — Прости. Что так вышло. Обычно они могут вести себя спокойней… — Чуть промямлил и заторопел Сакуноске.       — Я не понимаю их, поэтому и твоего стеснения, но одно я знаю точно — они дороги тебе. — Сделал вывод Дазай, пряча руки в карманы брюк.       Одасаку без слов кивнул, полностью соглашаясь с предположением собеседника.       — А ты не хочешь завести семью? — Внезапно спросил Ода, этот вопрос был довольно личного характера, но бывали вопросы, которые были и похуже этого.       Осаму рассмеялся, но все же ответил на вопрос первого.       — Нет, и не когда её не заведу, я не создан для этого. Тем более Чуя будет очень сильно ревновать, — прикусил язык он, спускаясь по лестнице и собираясь выйти.       — Почему? Он же наоборот должен быть счастливым, что у тебя появиться, ради того, чему надо жить.       — Он станет одиноким, тем более эта не та цель, ради которой я захочу жить дальше, для меня её не существует.       — Ты считаешь жизнь однообразной, это похвально, ты ищешь что-то новое, но, увы, не найдешь этого. — Раскрыл замысел Дазая он, выбираясь на улицу, Одасаку достал из пальто измятую пачку сигарет, предлагая одну Осаму.       — Не знал, что ты куришь, Ода. — Принимая сигарету и ждя, пока Одасаку достанет зажигалку и подожгет её.       — Иногда, они хоть и приносят вред, но помогают в лишний раз что-либо осмыслить и принять. — Поджигая сигарету, Сакуноске сделал небольшую затяжку, больше выпуская дым в пространство.       Дазай тоже не слишком любил сигареты, так как пробовал выкурить смертельную дозу, как было указано в книге; но, к сожалению, его организм не поддался, и он лишь получил крупное отравление легких и сердца. Благо, откачать теперь была не проблема, но всё-таки это порой сказывалось на здоровье Осаму, а привкус сигареты, казался ему дико горьким.

***

      Маленький мальчик, запертый в комнате, словно в клетке, рисовал какие-то странные символы на полу, иногда меняя мелки из желтой коробки и спрашивая сидящего рядом с ним друга, что стоит нарисовать следующее.       Внезапно ему надоело рисовать одно и тоже, раз за разом, повторяя рисунок каждым днём, он, кинувшись к комоду, достал уже оттуда недлинный ножик, и присев рядом с куклой, начал выковыривать ей глаза и так же что-то писать на её животе.       — Я знаю, что тебе больно, но, пожалуйста, потерпи, — успокаивал игрушку Кью, сочувствуя неживому предмету, — меня не выпускают с кем-то поиграть, поэтому, ты — единственный, кто может меня хоть как-то развлечь.       Широкие глазки метнулись к заставленному окну, скрытое шторами, в последнее время, они так и мечтали покинуть эту скучную и неинтересную комнату, снова увидеть дневной свет или ночной, и наконец, поиграть с кем-то. Но Юмено выпускали очень редко, и то, когда он чувствовал себя грустно и скорее хотел остаться один, или когда требовалась его способность, причем её даже и баловаться не давали, потому рядом всегда был Дазай, который мог в любой момент остановить его.       С каждым прожитым годом его стали наказывать и запирать все чаще, мальчик искренне не понимал за что, ведь он просто балуется, как обычный ребенок, разве дети не играют?       — Играют, конечно, — сам себе подтвердил Кью, прижимая куклу к себе, — правда, как иногда говорит Мори-сан, я слишком увлекаюсь… Но… Ненавижу их, они не понимают меня.       Из глаз брызнули слезы, звездочка вновь померкла и расплылась, а рот хрипло вздохнул.       Встав с коленок, он приблизился к запертому окну, вот если его можно было открыть и хоть раз без какого-либо надзора погулять, позабавиться… Юмено, одернув штору, откинул куклу в сторону и ладошками прислонился к холодному стеклу, может, его выбить не было проблемой, но перелезть через него представлялось проблемой, мешали прутья. Сам Кью находился на втором этаже, и в отдельной части здания, так чтобы она отходила на непроходимый и узкий частный двор. Мальчик оглянулся по комнате, в надежде найти то, что могло бы хотя бы немного согнуть или прорезать прутья, чтобы он смог пролезть через них.       За дверью послышались шорохи и чужие голоса, Кью сразу метнулся к ней, возможно, именно через охранников он сможет раздобыть предмет, который вызволит его отсюда. Мальчик закрыл глаза, продумывая, как бы ему открыли дверь, но при этом зацепить его проклятием.       — Помогите! Пожалуйста, прошу! — Нежданно закричал плаксивым голосом он, становясь к стенке напротив двери.       Долго ждать не пришлось и один из людей, услышав крик, решил проверить и стремительно открыл дверь, тем самым ударив сзади Юмено по лбу.       — Эй? Что ты здесь кричишь? — Запротестовал охранник, вглядываясь в комнату и пытаясь отыскать в ней Кью, но мальчишка быстро увернувшись от возмущенного взгляда, проскочил в дверной проём, успев захватить свою драгоценную игрушку.       — Я здесь, — выдал своё местоположение он, радостно улыбаясь незнакомцу, — думаю, ты тоже так сильно скучаешь, как и я?       Недоумевающий ничего не ответил, но минутой, и он уже кинулся из комнаты, пытаясь схватить Кью, что стало его ошибкой. Тот, без раздумий, оторвал от куклы руку и жертва резко остановилась, еще пуще злясь и удивляясь.       На собравшихся от стонов и криков шум, к месту скорее подбежала другие подчиненные, но не успев среагировать на Юмено в коридоре, как к ним набросился их же товарищ, крича благим матом и что-то бормоча про «страх», «сожаление», «что ты делаешь?»       Завязалась потасовка, Юмено лишь лихорадочно хихикнул, как ему нравилось наблюдать, как все играют по его правилам, но время терять нельзя было, пока был открыт проход. Конечно, это на минуты задержит охранников, поэтому не стоит простаивать. Ребенок метнулся к посту охранников, юрко обыскивая их стол, ковыряясь в ящиках и коробках. Вдруг ему на глаза попалась коробочка с отобранными вещами, и он же туда сразу кинулся, находя там напильник.       Замечательно. Теперь он сможет прорезать прутья и в дальнейшем сломать или прогнуть их.       Закончив обыскивать пункт, он вернулся в родную комнату и сразу приступил надрезать прутья, попутно поглядывая на проход, если кто из охранников очухается, его мигом схватят и очень сильно накажут.       Есть один прут сошел со своего места, за ним же последовал второй, Юмено откинув напильник, так как он больше не сгодиться ему, он снова захватив куклу с собой, просунул её через прутья и выкинул на дорогу, сам же он сквозь пыхтение и выступившие капельки слез и пота на лбу, смог чуть раздвинуть прутья. Уже пролезая сквозь них, вдруг один из служащих заметил его, истерично крича, что он вот-вот сбежит. Юмено, не обращая на это внимание, продолжал проталкивать свое маленькое тельце, но тот схватил его за ногу, таща обратно в комнату. Не выдержав, Кью со всей силой топнул его ступней по лицу, надрывно крича: «Оставь меня в покое!».       Последнее усилие и мальчик смог протолкнуть свое тело и плюхнуться в грязь рядом с игрушкой, разъяренный охранник же метнулся снова к окну, угрожая тому, если он не вернется, то навсегда будет заперт в этой комнате. Но Кью лишь расхохотался, показав ему розовый язычок и, схватив свою вещичку, стремглав побежал по переулку, пытаясь как можно скорее скрыться.

***

      — Тц! — Недовольно цыкнул Накахара и захлопнул крышку телефона, затолкав его обратно внутрь кармана. Прошло уже почти несколько часов с тех пор, как стало известно, что Юмено смог сбежать из-за невнимательности стражи, и конечно, без Дазая становилось в разы туже, поймать его, ведь от проклятия никто не прикрыт.       — Что предпримем, пока Дазай-кун не появиться на месте? — Вежливо, но с легкой горделивостью спросила босса Коё, пока Чуя названивал, она спокойно расхаживала по кабинету, иногда поглядывая на обширное окно и любуясь видом города.       — Честно, у нас нет выбора, кроме него… — Сидя за столом размышлял Мори, моментом и он изобразил на лице хмурую ухмылку, зрачки немного сузились, показывая, что Огай был слегка встревожен данной ситуацией. — Если мы не поймаем его в ближайшее время, то под угрозой будет не только Мафия, но и, возможно, весь город.       Чуя, стоя около рабочего места, сложил руки на груди, предлагая.       — Как насчет того, чтобы хотя бы его ненадолго задержать?       — Хорошо, и кого ты решишься послать к нему? — Живо поинтересовался Мори, переведя «узкий» взгляд на Чую.       — Можно Чёрных Ящериц. — Увидев, что Накахара замялся, Озаки высказала свою идею в пользу того.       Огай прислушался к словам Сестрицы, на самом деле послать, так называемый элитный отряд, было дельной затеей, но если бы это был не Кью, он хоть и ребенок, но мог обхитрить взрослого человека, тем более он сделает все, чтобы каждый, кто ему интересен, попал с ним в игру.       Даже чтобы задержать, этот поступок был рискованным, Кью мог просто притронуться к одному из них, и он уже под его властью. Как не пытался его перевоспитать Мори, всё оставалось тщетным, он желал видеть мучение в своих глазах, желал, чтобы все склонись перед ними и играли с ним.       С каждым разом наблюдая как растет Юмено, Мори сейчас жалел, что не достаточно уделил время для него, ведь, когда появился Дазай, он, фактически, забил на него. Хотя должен был прежде всего прислушиваться к нему, так как его способность самая мерзкая и неконтролируемая, но когда был за плечами Осаму, волнение особо не проскакивало, даже если Кью заупрямится.       — Позови, Хиротсу. — Дал ответ на соглашение идеи Коё, что же, но если он окажется, он поймет его, так как сам бы не рискнул останавливать Юмено, когда тот сейчас чуть ли от радости не пляшет, лишь бы кого-то найти для очередных игр. — И Чуя, будь добр, наконец, найти Дазая, и я разрешаю тебе его, как следует проучить за отстранение от должности.       Накахара с довольной улыбкой поклонился и скорее вышел из кабинета, что же хоть он и дорожил напарником, но шанс потрепать Осаму, представлялся очень изумительным и притягательным. Что же лучше всего его отыскать будет, если перескакивать с крыш домов, так с высоты будет легче заметить его макушку, тем более, Чуя хорошо знал Дазая и скорее предполагал, что она сейчас будет на улице, нежели в здании, так как он не любил долго оставаться на одном месте и предпочитал сменять их.

***

      Между тем, мальчик миролюбиво прогуливался по ночному городу, порой его останавливали прохожие, спрашивая, почему такой малыш гуляет совсем один? Но Юмено лишь смеялся в их глазах, и спокойно удалялся дальше, тем самым оставляя прохожих в смутном ощущении происходящего.       — Чтобы нам с тобой впервые сделать, а? — Спросил свою игрушку он, поднимая её на уровень своих глаз и снова прижимая к себе. — Чувствую за нами уже давно следят, тебе не кажется?       Свернув с улицы, весь свет внезапно потух, и лишь пару фонарей пару раз помигивали, грозясь скрыть весь свет за собой.       — Похоже, нас с тобой нашли… — Прохныкал Кью, прикрывая глаза, но при этом смачно улыбаясь.       Вокруг Юмено выстроился круг из черных солдат, в которого во главе вышел Хиротсу, грозно поблескивая моноклем при виде мальчишки.       — Хиротсу-сан, можно мне еще погулять, пожалуйста? — Чуть не пропищал он, складывая ручки в ладошки и моля того, распахнув широко глаза.       Рьюро проигнорировал просьбу Кью, и лишь строгим голосом приказал, доставая из пальто сигарету и разжигая её.       — Ваше сейчас задание, не дать ускользнуть Кью из поля зрения, понятно? Не дайте ему вас хоть пальцем тронуть.       — Оо! — Искренне удивился он, приставив палец ко рту, — значит, вы все пришли, ради меня?       Мальчик ликующе засмеялся, теперь то, ему никто не помешает музицировать; щелкнув пальцами, Хиротсу приказал теснее окружить Юмено, но мальчика это не особо напугало, наоборот, они должны бояться его. Не собираясь проводить время в кружке, он просто пустился в прыжок, толкая одного из солдат, знаю, что оружие на него не посмеют поднять, как круг расторгся, он побежал к следующему переулку, тут же за ним погнались и другие солдаты, одному из них получило схватить за воротник куртки, второй же, догнав, сбоку схватил и чуть приподнял Кью, но тот активно врываясь из рук, мотал руками и ногами, тем самым своим весом и толканиями, удалось столкнуть пару, и Юмено направился дальше.       Рьюро, наблюдая за такими порывами ящериц, невольно выпустил сигарету из-за рта и оскалился, план уже был нарушен, трое под проклятием, оставалось десять, не включая его.       Снова погоня, их уже начал ненавидеть Хиротсу, для элитного отряда, они слишком занимались лишней беготней, но по приказу Босса, надо было не спускать глаз с Кью.       — Я же предупреждал не касаться его, продолжаем следить за ним, если произойдет нападение, отбивайтесь пулями в колено или руку, не позволяйте серьезно ранить, иначе я сам оторву вам лишнюю часть тела! — Громко скомандовал он, указав рукой, куда следует направиться, он планировал окружить Юмено с другой стороны, послав одну половину за ним, а другую, взяв с собой, стараясь быстрее обежать переулок и встретить ребенка впереди.       Пока основное действие проводили Чёрные Ящерицы, Чуя же пару раз перекликаясь взором с погоней, не останавливал себя на этом и продолжал дальше перескакивать с крыши на крышу, благо не было главная улица и тени от деревьев приемлемо скрывали его от лишних глаз.       Удача повернулась в сторону Накахары, достигнув чуть не конца города, она заметил внизу, как по улице прогуливались Дазай и Ода и о чем-то вели беседу, Чуя спустившись на одну из веток деревьев постарался прислушаться, о чем те разговаривали.       — Ты считаешь жизнь однообразной, это похвально, ты ищешь что-то новое, но, увы, не найдешь этого. — Проговорил Одасаку и достал из кармана пачку сигарет.       — Не знал, что ты куришь, Ода.       — Иногда, они хоть и приносят вред, но помогают в лишний раз что-либо осмыслить и принять. — Поджег сигарету свою и Дазая он.       В груди Чуи что-то вязкое больно кольнуло, но не став обращать внимание на это, он больше не хотел выслушиваться и бесцеремонно спрыгнул с дерева и встал перед двоицей.       — И долго ты будешь скрываться, Дазай? — Заупрямствовал Накахара, наблюдая за удивленными глазами Оды и занудливым Осаму.       — Мне уже нельзя лично где-то побыть? — Уныло спросил шатен, не докуривая сигарету до конца и затаптывая её ногой. — Ну, если ты потрудился найти меня, видимо, вызов я сбросил не зря?       — Кью сбежал. Теперь это тебя волнует? — Довольно пожал плечами Чуя, поднимая бровь верх.       Осаму вздрогнул, как же ему надоело его ловить и выслушивать его писки.       — Он в городе? — Серьезным тоном обратился он, на минуту хмуря лицо.       — Да. Чёрные Ящерицы должны следить за ним и не выпускать из виду. Но похоже у них пошло что-то не так, раз Кью убежал от них.       — Чёрт, — слегка оскалился Дазай, — далеко они ушли?       — Четыре квартала, но я-то догоню их сразу, а вот когда ты дотащишь свою задницу, я не знаю.       — Я могу помочь? — Резко выпросил Ода, понимая, что ситуация намного серьезнее, чем тот раз с эспером.       — Конечно.       — Нет.       Одновременно ответили Дазай и Чуя, оба нацелили друг на друга напряженный взгляд.       — Ох, Чуя, — прихлопнул себя по лбу Осаму, качая головой, — не слишком ли низко тебе чувство, как ревность?       Тут уже Накахара не сдержался и схватил за шиворот Осаму. — Мне Мори-сан разрешил задать тебе приличную трёпку за то, что ты пропал и не отвечал на мои сигналы.       — Ладно-ладно, — Поднял руки вверх он, не желая сейчас ссориться с рыжим, не тот случай.       Сакуноске следил за обоими не отводя взгляд, на секунду, у него промелькнула ухмылка, так неуклюже вели эти оба, что не верилось, что они до сих пор остались напарниками.       Юмено же догоняли с обеих сторон, но тот не растерявшись разорвал еще раз куклу, тем самым активирую проклятие трех людей, которые бежали за ним, те же с порывом безумства и страха кинулись на остальных четверых, пока происходил обманутый манёвр, Кью успел проскочить мимо них всех, так что и все четверо вскоре пали под проклятием. Кукла без умолку хохотала и верещала, наслаждаясь за муками её жертв.       Хиротсу, догнав с обратной стороны, с изумлением заметил, что все семеро, словно зомби, обходят Юмено стороной и двигаются прямо на его оставшийся отряд.       — Приготовить оружие, стрелять только в ноги и руки, на крайний случай в бедро. Сам Рьюро активировал способность и укорачиваясь от хваток «зомби», пытался сбить тех, так чтобы те потеряли сознание и не смогли помешать им в дальнейшем.       Неожиданно один из проклятых схватил за шею Хиротсу, стараясь того повалить на землю и чуть ли не цепляясь зубами ему в шею, но тот не растерявшись, скинул с себя солдата и уже собираясь ударить камелией, как Кью резко подскочил к нему подставляя себя под удар, тем самым Рьюро случайно ударил его, а не проклятого.       На лице Хиротсу появился опечаток.       — Нет… — Отшатнулся он, испуганно смотря на Кью, тот отряхиваясь от грязи и пыли, похаркивая, отходил от пыли.       — Хи-хи, поиграем, Хиротсу-сан?       Прежде чем, хоть что-то сообразить и высказать, моментом разум и рассудок Рьюро провалился в черноту. Оглядываясь по сторонам, он не мог понять, где он оказался и как отсюда выбраться. Свысока раздался чей-то зловещий смех, ожившая кукла, парящая над ним, гнусно хохотала над ним; мгновением, и вокруг Хиротсу стали появляться люди, они выглядели вполне обычными людьми, но по мере приближения, каждый из них что-то бормотал и осуждал Рьюро. Он никак не реагировал, пытаясь сдерживаться и держаться на позиции, сощурив глаза, его руки слегка подрагивали, но ложь с каждым разом все давила и давила на него, так и хотелось скорее ударить по ней, чтобы навеки замолкла. Но люди все приближались, окружая Хиротсу тесным кругом, среди них были знакомые лица Рьюро, не только с его отряда, но и из Мафии вообще.       Раскрыв, наконец, глаза Рьюро заметил рядом с собой Мори и бывшего Босса, те безумными глазами смотрели на него. Один твердил — Почему ты терпишь все это лицемерие вокруг тебя? Ты выше этого, но с каждым разом опускаешься так, чтобы только твою лакомую шкурку оставили чистой! Второй клеветал — Ты — предатель, как еще тебя не склевали стервятники, за твою ложь и притворство, за твое высокомерие.       — Ты — никто! Жалкий притворщик и слизень, который лишь старается следовать правилам, но сам же нарушает их! Ты нужен нам только из-за своей способности, без неё ты — ничтожество! Ты никогда не выберешь ту сторону, ради которой пойдешь на все, будут сменяться властители, и ты каждого поддержишь. Так сколько же в тебе притворства? — Гласили оба призрака, сжимая своим взглядом рассудок Рьюро, тот сжав уши, не выдержал и с криком откинул их от себя способностью; в глазах заиграли искры гнева и отчаяния, руки начали беспощадно ударять каждого, кто хоть что-то пытался сказать о нём.       Тем временем, пока Рьюро был заточен в своем разуме, оставшиеся солдаты старались укорачиваться от его атак, даже уже привыкнув работать со своим начальником, сейчас он предстал перед ними во всей красе, не жалея сил, чтобы отобразить несуществующие удары. Благо, вскоре на место прибыл Чуя с Одой и Дазаем, те быстро разделились. Задачей Накахары было сдерживать порывы Хиротсу, Сакуноске сдерживать других проклятых, Дазаю же самое очевидно схватить, наконец, хихикающего Кью.       Голубоглазый встретившись с Хиротсу взглядами, грозно посмотрели друг на друга, Чуе не хотелось нападать первым и тем более калечить Рьюро, но выбора не оставалось. Ящерица, кинувшись ко второму, нанес удар левой камелией, но Накахара, не решив пока что атаковать в ответ, поставил блок обоими руками, гравитацией сдерживая свое тело от способности Хиротсу. Но первый, не желая, так просто расслабляться, убрал руку, и резко повернув за спину Чуи, приготовился ударить его в бок, рыжему хватило доли секунды, чтобы понять его тактику и увернувшись от удара, он ногой отпихнул Рьюро в живот, тем самым отталкивая и едва не впечатывая его в стену. Мужчина, получив серьезный удар, стал откашливаться и немного харкать кровью, теперь уже достав оружие, он нацелил его на Чую, тот же ответом просто активировал щит, готовясь к новым увёртам.       Ода с оставшимся, сдерживал оборону от проклятых, не осмеливаясь пока доставать оружие, он, благодаря дару, легко уворачивался и если надо было наносил удар противнику. Но все же сразу оба умудрились схватить Одасаку за плечи и свалив его на асфальт, тут уже находясь внизу и фактически носу к носу, Сакуноске выхватил пистолет из кармана и быстро выстрелил первому в запястье, другому в бедро, те отшатнулись и закричали от боли. Ода поднимаясь и протирая на затылке ушибленное место, уже слегка прихрамывал от боли в коленях, но не он не собирался, так быстро сдаваться врагам.       Осаму перезаряжая пистолет, погнался за убегающим Кью, конечно, оружие было не обязательным, но у засранца могло быть еще много впереди сюрпризов, поэтому стоило бы подготовиться.       — Не догоните меня, Дазай-сан! — Подразнивал его Юмено, проскакивая сквозь проволочную ограду и скрываясь за следующим домом, Осаму сразу перелез следом. Никто не мог отнять уже навыков стремительного дёра, правда по заборам, Дазай уже долгое время не лазил.       Кью бежал как можно скорее к главным улицам, так как там на переходах, можно было скрыться от преследователя в толпе. Вот он достиг светофоров, шатен же запальчиво зафырчал, ведь показываться сейчас среди толпы, было что-то несуразное и подозрительным, не хватало полиции за собой.       Что же пока Кью стоял на переходе и лукаво улыбался, так как знал, что Дазай не рискнет выбежать на публику, тот лишь поднял оружие и пару раз выстрелил вверх, пугая выстрелами прохожих, те напрягшись зароптали и стали искать предмет шума. Юмено от резкого шума вздрогнул и случайно выронил куклу, это было достаточно, чтобы моментально броситься к Кью и, схватив игрушку, Осаму так же стремительно бросился назад, пока испуганная толпа реагировала на созданный шум.       Кью не побежал следом и остался на месте, всё-таки Дазай сможет только снять проклятие, а создать новую игрушку он может сам без лишних проблем.       — Поиграем в следующий раз! — Радостно, без тени грусти, выкрикнул Кью, скрываясь в толпе.       — Встретимся еще, маленькая тварь… — Ухмыльнувшись, гордо прошептал Осаму, рвя куклу в руках, разрушая проклятие.       Оставалось вернуться к остальным, на лице шатена выскочила утомленная мина, ведь хоть он и снова спас всех от временного происшествия, ему предстояло выслушать втык Мори и, возможно, от Чуи.