Запретный плод

      Пак понимает, что нужно действовать. Причём срочно. Но что он может против столь сильной, подавляющей силу и волю ауры? Хочется вмиг сорваться с места и убежать далеко-далеко, но ноги вот-вот готовы подкоситься.       А ведь юноша всего лишь хотел дождаться возлюбленного, не причиняя ему лишних хлопот и проблем…       — К-кто вы?.. — спрашивает первое, что приходит на ум, блондин, пристально смотря в чужие глаза. Смотреть в них совсем не хочется, страшно, но и взгляда отвести он теперь не может.       — Кто я? Мне казалось, что этот вопрос с моей стороны будет более уместен, мальчик, — не сдержав усмешки, отвечает незнакомец. — Ангелы в этом мире — редкие гости, а переступают порог этого дворца лишь единицы. Одарённые. Избранные Создателем.       Чимину самое время паниковать и всячески придумывать план побега, но этот мужчина, словно сильнейшими флюидами, удерживает его на месте. Но дело не только в этом - блондин чувствует что-то ещё…       Щелчок изящных пальцев в дорогих перстнях заставляет появиться золотой нимб над светлой макушкой, только больше заставая парня врасплох.       — Не бойся, я не кусаю мальчиков, пока они хорошо себя ведут. Смотрю, тебе понравился наш сад. Если ангелочек пожелает, то сможет чуть позже спуститься и осмотреть сад поближе, — демон делает шаг навстречу, а улыбка так и не сходит с его аристократичного лица. Слегка наклоняется и шепчет прямо на всё ещё красное ухо: — Но тебе стоит быть осторожнее. Вдруг кто-то захочет украсть такого мальчика? Уверен, найдётся много желающих такой лакомый кусочек…       — Пожалуйста, не надо…       — Перестань! Перестань его пугать! — грозно раздаётся эхом рык. И через мгновение Мин уже прижимает своё сокровище к груди, уводя его дальше от мужчины. Казалось, что Юнги готов вот-вот броситься на того, однако, поумерив пыл, всё также серьёзно продолжает: — Не подобает Сатане так вести себя с избранником принца, отец.       — Прости-прости, я, и вправду, слишком увлёкся. Это неотъемлемая часть моей сущности. Сатана без этого не Сатана. Но как же сдержаться при виде этого невинного создания? Само очарование и невинность…       Чимин же поражённо хлопает глазами. Мужчина, что меньше минуты назад казался загадочным искусителем, сейчас по-доброму улыбается, выглядя обычным. Однако эти искры в глазах никуда не делись, нотки искушения и властности всё также витают вокруг. То же самое он чувствовал, когда впервые увидел Юнги, оказавшись в плену его глаз.       Это и есть король демонов? Сам владыка Тьмы? Избранник первого Сатаны, что повёл за собой падших ангелов, создав этот мир. Блондин узнал из книг, что в Аду во главе стоит царская семья демонов. Уже при рождении наследник становился приемником демонического прародителя, а во время коронации перенимал титул нового властителя демонов. Этот мужчина - нынешний Сатана, а его возлюбленный — принц и будущий владыка Тьмы…       — Не беспокойся, мы просто немного побеседовали. Мальчик так был увлечён красотой сада, что мог попасться в чьи-то цепкие когти… Хорошо, что я был рядом, — всё также спокойно продолжает старший демон, смотря на эту парочку. — Однако тебе стоит лучше присматривать за этим чудом. Запретный плод сладок. Особенно, для грешников, которые здесь обитают. Будь бдителен и прими в следующий раз более серьёзные меры предосторожности. На аристократов это не подействует.       Пак остаётся всё в таком же неведении, смотря то на короля, то переводя взгляд снова на Юна. Он ничегошеньки не понимает и от этого боится показаться совсем глупым мальчишкой-ангелочком. Хотя… он и есть такой воплоти.       Младший замечает, что при возвращении брюнет оказывается испачканным в саже точно так же, как та служанка, с которой он убежал в неизвестном направлении. Чимин видит на его скуле чёрную полосу и тянется к его лицу, дабы стереть пальчиком это пятно. Но стоит только ему коснуться чужой бледной кожи, как демон вздрагивает, а на месте прикосновение остается красный след в виде ожога.       Пак с ужасом смотрит на возлюбленного, желая сразу отскочить подальше, испугавшись своего же деяния.       — Юнги-я… я… не понимаю, что это… н-но я не хотел делать тебе больно. Прости! — ангел поджимает кулаки к своей груди, боясь вновь причинить ему боль. Но брюнет так не выпустил юношу из объятий, лишь сильнее прижал того к себе.       — Ты ни в чём не виноват. Так и должно быть. Святая вода оберегает тебя от демонической силы. А эти перчатки позволяют мне касаться тебя, — объясняет Мин, гладя по светлой макушке и стараясь успокоить.       — Точно всё хорошо? — с лёгкой настороженностью спрашивает тот.       — Мне не больно, Мини, не беспокойся. Так тебя никто не посмеет тронуть.       — Однако не стоит забывать, что действие святой воды не может быть вечно, — подмечает король, заставляя ангела вновь поднять на него всё ещё напуганные глаза. — К сожалению, её действие скоро прекратится. А также она позволяла притупить твою сладкую ангельскую ауру.       — Да, скоро её действие иссякнет. Но я что-нибудь придумаю. Найду решение. Я не позволю никому из них коснуться тебя, — брюнет утыкается кончиком носа в чужую макушку, позволяя себе прикрыть глаза. Хорошо и приятно. Сладко. Легко. И больше никому нельзя это чувствовать.       — Я не сомневаюсь, что ты найдёшь решение. Мне было очень приятно, наконец, познакомиться с этим очаровательным созданием. Но сейчас тебе стоит отвести его в покои. По глазам вижу, как мальчик устал. Слишком много нового и доселе неизвестного. Я прав, Чимин-а?       А юноше ничего не остаётся, как тихо кивнуть в ответ. Владыка прав. Слишком много нового, пугающего и загадочного. От всего это начинает болеть голова, чувствуется слабость, хотя ангел успел поспать в дороге. По всей видимости, лекари были правы, и он всё ещё нуждается в присмотре и пристальном уходе.       Мин лишь без слов соглашается, он и сам видит, что сейчас это необходимо, важнее всего. А точнее не только видит, но и чувствует. При первой их встрече, ещё тогда, когда демон увидел напуганного мальчишку в толпе ангелов-первокурсников в первый день, он ощутил, что между ними возникла связь. Возникла самая, что ни на есть красная нить судьбы, которая после всех этих испытаний и разлуки стала ещё прочнее, сделала их ещё ближе.       Брюнет теперь ощущает намного больше. Клубничный аромат возлюбленного стал для него намного заметнее. Демон фибрами души чувствует Пака, даже на расстоянии. Будучи в разных уголках Академии, Юнги с закрытыми глазами может его найти. Он слышит чужое биение сердца, слышит некоторые мысли и голос. Стоит младшему только его позвать, и демон падет к его ногам незамедлительно.       Теперь Чимину не обмануть его всеми правдами и неправдами о своём самочувствии. Даже находясь в лазарете, старший понимал, что тот ещё не до конца окреп. Но согласился и позволил собираться с ним в Шио.       Поэтому сейчас он неторопливо ведёт юношу за собой, всё так же обнимая со спины. Демон заранее распорядился, чтобы ни слуг, ни придворных гостей не пускали сюда, пока его сокровище не окажется в полной безопасности и покое. Поэтому позволяет им сейчас не слишком спешить, даёт парню разглядывать всё в округе, задерживать взгляд на какой-нибудь статуе и картине, рассматривать пролетающих по небу огненных птиц. Чимин очень любознательный, а прекрасное существует даже в Аду.       — Мы пришли, — говорит Мин, открывая нужную им дверь и проводя ангела внутрь. — Это одни из моих покоев, но я заранее дал несколько указаний, чтобы слуги их переделали, — добавляет старший тому на ухо, не сдерживая улыбки.       Чимин представлял многое и разное, но не ожидал увидеть ни небесно-голубых стен, по которым по-настоящему плывут облака, ни потолка, по которому искрятся самые разные узоры. Здесь мягкий нежный ковёр, резной туалетный столик с большим зеркалом, а рядом софа и пара кресел, большой вещевой шкаф (к слову, что-то подсказывает ему, что он совсем не пуст). И в заключение, большая белоснежная кровать с летящим, полупрозрачным балдахином, что усыпан звёздами.       — Ну как, тебе нравится, мой ангел? — уже даже не пытаясь скрыть свою лукавость, спрашивает Юн, с большим удовольствием смотря на юношу, что так поражённо оглядывается вокруг.       — Это… это похоже на сказку! — вскликивает блондин, бросаясь тому на шею. — Но… как же ты? Тебе же будет некомфортно во всём вот этом. Ты же демон. Ты и так долго был на Небесах и устал. Тебе же необходимо, будучи дома, побыть в приятной тебе атмосфере…       Пак по-настоящему волнуется по этому поводу. Пусть это и из разряда стереотипов, но Юнги и, правда, находился слишком долго не в своей среде. Хочешь — не хочешь, а это могло негативно отразиться на демонической сущности. К тому же, брюнету это могло уже всё надоесть, могло хотеться темноты и огненного свечения, повсюду искрящихся языков пламени и привычного запаха серы. Но вместо комфорта он выбирает это.       — Не думай об этом. Всё, что мне необходимо, так это быть рядом с тобой. Для меня важнее всего, чтобы ты чувствовал себя комфортно и уютно в самом зловещем логове демонов, — старший, не принимая возражений, ведёт парня к кровати. Лёгким движением рук заставляет чёрный бархатный плащ опасть с плеч любимого на пол, позволяя себе, наконец, полюбоваться одеянием избранника.       Будь его воля, не прятал бы эту красоту за тёмной и тяжёлой тканью. Но нельзя допустить, чтобы кто-то кроме него самого запечатлел это совершенство. Так что приходится терпеть.       — Прости, что задержался, однако это не требовало отлагательств. Иначе могли быть проблемы. Мой Сувон всегда отличался сложным характером, но, несмотря на свою устрашающую демоническую сущность, он очень добрый и ласковый. Чуть позже я обязательно вас познакомлю, — Мин снимает венок со светлой макушки, откладывая его на прикроватную тумбочку. Демон застывает на пару мгновений, а после резко и неожиданно впивается в столь манящие сладкие губы.       Поражённый таким действием, юноша непроизвольно откинут спиной на белоснежный шёлк, а светлые пряди волос разметаются по подушке. Пак же успевает только возмущённо и громко застонать прямо в эти желанные, настойчивые губы, а после позволить наглому и юркому языку делать всё, что вздумается.       Чимин не успевает понять, как воздух между ними так быстро накалился, достигнув отметки кипения. Демон всегда был с ним аккуратен и нежен, а если и становилось жарко, то не так сильно. Так горячо и томно не было ещё никогда. Это одновременно пугает и… пленит. Но длится это совсем недолго. Юнги напоследок смачно прикусывает пухлые губы и отстраняется.       — М-мин… Мин Юнги, что это было? — Пак не знает, как ему быть. Юноша в полной прострации, чувствуя себя совсем беспомощным мальчишкой. — Ты понимаешь, что тебе сейчас нельзя касаться меня?! Я не хочу, чтобы тебе было больно!.. — под конец, блондин совсем затихает, отводя взгляд в сторону.       — Мини, я уже тебе говорил, мне не больно, — брюнет довольно облизывает губы, что теперь все в открытых ранках. Плевать. Это стоило того. И Юнги готов повторять это снова и снова. Но сейчас всё-таки необходимо потушить огоньки в зрачках и запереть своих внутренних демонов подальше под замок. — К тому же… я не смог удержаться, в этом ты виноват.       — Дурачок… — устало выдыхает младший, отворачиваясь на другой бок, тем самым пряча свой пунцовый румянец.       — Отдыхай, Чимин-а, тебе нужно набраться сил. Совсем скоро будет пир в честь нашего прибытия. Нам необходимо там быть. И да, я обещаю, что украду тебя хотя бы на один танец, милый… — мягко добавляет парень, уходя в душ в соседнюю комнату, отмываться от сажи.       Несложно предугадать, что Пак мгновенно и сладко заснёт на мягкой перине. Однако, закрывая тяжёлые веки, он всё также слышит голоса. Странные голоса, которые зовут его, стоило юноше только переступить порог демонического дворца.