Глава двадцать четвёртая. Слепая смерть
16 мая 2019 г., 20:05
Наутро тридцатого числа месяца Начала Морозов мы с Эрандуром покинули Винтерхолд. Повозка не приехала, но погода стояла на удивление солнечная, и это подтолкнуло нас к решению, что за день сможем пешком добраться до шахт и в случае, если в пути не встретим никакого транспорта, заночевать там. Если дойти до Виндхельма, то дальнейший путь в Ривервуд уже не станет большой проблемой.
В состоянии лёгкого похмелья с посохами за плечами, с рюкзаками, полными вещей и ингредиентов, идти было тяжеловато, но свежий морозный воздух разгонял все печали и прояснял замутнённое вином сознание. Припорошенный снегом тракт выглядел безопасным, но я-то знала, сколько опасностей может быть скрыто даже там, где всё кажется тихим и мирным.
Путь особенно скрашивало то, что вдоль дорог росли сплошь усеянные плодами кусты снежноягодника, которыми начали стремительно пополняться мои алхимические запасы. Думала, что можно продать ингредиенты Квинту, выручить немного денег и заодно повидаться с единственным жителем Виндхельма, который относился к нам нормально, не считая даэдрапоклонниками.
– Кстати, – Эрандур разрушил молчание, преследовавшее нас от самой границы города. – Снежные ягоды обладают свойством защищать от холода, но нужно быть внимательнее – не есть перезрелые плоды, иначе можно слечь с отравлением.
Я оторвала одну ягоду с ветки близстоящего куста и попробовала. Она была сладкая на вкус и немного вяжущая во рту, только теплее отчего-то не становилось.
«Наверное, одной мало!» – пришла к выводу я, отломила ветку и пошла по дороге, наслаждаясь плодами.
До железорудной шахты мы добрались за полдня, остановились на привал и решили продолжить путь. По заверениям стражников, охраняющих шахту, до Виндхельма можно было добраться и за день, если срезать путь через тропу на перевале. Местность там дикая, холмистая, поэтому повозки шли в объезд и тратили на дорогу куда больше времени.
– Думаешь, мы успеем до ночи? – я с сомнением взглянула на жреца.
– Если поторопимся, то у нас есть шанс, – кивнул он, тем более стражники ясно дали понять, что не намерены впускать в шахту погреться всякого бродягу, решившегося на рискованное путешествие. В этих краях им хватало и головорезов, вознамерившихся поживиться рудой и инструментами. К тому же, стражники были Братьями Бури и подозревали в каждом не норде имперского шпиона, разведывающего о повстанческих ресурсах.
Пришлось существенно ускориться, чему способствовал, конечно, и мороз, подгоняющий вперёд.
Я надеялась, что сегодня ночью буду если не спать в таверне, то заниматься алхимией, но внезапно заболевший живот заставил быстро изменить планы. На пологом склоне горы не было даже мало-мальски приличного валуна, за которым можно спрятаться, а с другой стороны дороги простиралась только ледяная пустошь.
– Эрандур, – смущаясь своего состояния, произнесла я. – Со мной что-то не так…
Жрец удивлённо на меня взглянул в ожидании объяснений.
– Мне, кажется, надо… отойти…
– Джулия, сколько ягод ты съела? – сходу догадался данмер.
– Не так много, но они были такие сладкие!
– Спелая ягода снежноягодника кислая, – устало вздохнул Эрандур.
– Почему ты мне сразу не сказал?! – возмутилась, ища глазами подходящее укрытие.
Данмер не ответил и продолжил идти по дороге.
– Видимо, придётся где-то разбить лагерь, – немного подумав, решил он.
– Не посреди дороги же!
– Само собой, нет!
С надеждой уставившись на горную гряду, показавшуюся впереди, углядела там темный грот и понеслась туда.
Грот оказался входом в пещеру. Забегая внутрь, я мельком взглянула под ноги, и этого хватило, чтобы увидеть в снежной насыпи круглые пустые глазницы проломленного черепа, кости которого были словно обглоданы, но на ещё них оставались розовые следы полуистлевшего замёрзшего мяса. Ужас прокатился волной от макушки до пяток, но очередной несвоевременный спазм в животе вынудил сложить вещи у входа, вытащить из рюкзака записку Энтира и устремиться вглубь пещеры по ледяному коридору.
Пока размышляла о жизни, спрятавшись за острыми высокими сталагмитами, призвала свет и заодно прочла описание некроманта и посоха.
«Заказчик – колдун, норд по имени Вульфгар, посох призыва питомца, в навершии древка, выполненного из красного дерева, имеется продолговатый голубой кристалл. Затонувший форт находится…»
Я и так знала, где он находится, поэтому, запомнив необходимую информацию, использовала пергамент не по прямому назначению.
Заиндевелый зал пещеры был пуст, обратно в ледяной коридор вёл пологий изогнутый подъем, который мне только теперь удалось рассмотреть. Подумав, что лучше будет не задерживаться здесь, направилась к выходу и там столкнулась со жрецом. Он стащил шлем с головы и посмотрел на меня крайне обеспокоенно.
– Думаю, мы не успеем добраться до Виндхельма к ночи. Скоро начнёт темнеть, – заключил данмер. – Можно разбить лагерь здесь.
– Согласна, – показалось, что живот ещё не раз напомнит о себе, и, расстелив спальник, устроилась на нём, поджав ноги.
– Нарвём веток, разожжём костер, иначе эту ночь не получится пережить, – Эрандур сложил вещи у стены и отправился на склон за моим любимым снежноягодником.
Вспомнив про обглоданный череп, я поспешила вслед за ним.
– Ты видел кости?
– Да, подозреваю, это работа троллей. Если у нас будет огонь, то и бояться нечего. Скорее всего, у них логово в глубине пещеры. Не станем тревожить их, – жрец принялся обрывать кустарник, и мне пришлось помогать. В вопросе повадок троллей данмер был специалистом, и это немного успокаивало.
– А если не тролль? – зачем-то поспешила сообщить спутнику о закравшейся в голову мысли.
– Кости могли остаться после трапезы любого хищника, – почти равнодушно заметил он. – Надо быть начеку, будем спать по очереди.
Курс по выживанию в пещере начался успешно. Сначала я сделала настил из ветвей под спальником, чтобы холод с промёрзшей земли не доставал до тела, Эрандур развёл костер, и мы разместились напротив друг друга.
Послышался гулкий протяжный вой, похожий на волчий. Я встрепенулась, всмотрелась во тьму, от костра кажущуюся более плотной, и потянулась за Ваббаджеком.
– Это сквозняк пронизывает скалы. Не волки, – данмер поспешил объяснить наличие странных звуков ночью в горах. – Скорее всего, из пещеры есть и другой выход.
– То есть опасность может прийти изнутри? – у меня всё нутро похолодело.
– Не исключено.
– Не лучше было бы в таком случае продолжить путь? – теперь об этом говорить было поздно, учитывая наступившие сумерки.
– Морозной ночью Скайрим – гибельное место, – настороженно произнёс жрец.
– Пещера с ледяным потолком тоже не походит на таверну, – призналась я, придвинувшись поближе к огню.
Жуткий вой не прекращался некоторое время, но скоро всё стихло – в воздухе повисло морозное безветрие. Эрандур задремал, и я решила, что первое дежурство моё. Подкинув веток в костёр, отправилась посмотреть, что находится за поворотом, чтобы в случае чего не удивляться, когда на наш лагерь выскочит гигантский белый медведь. Лучше врага увидеть заранее, не так ли?
Ледяной зал пещеры в свете магического огня засверкал, словно в стенах были россыпи бриллиантов. Я с тоской вспомнила об отданных Фендалу драгоценностях.
Послонявшись по пещере, обнаружила узкий лаз, ведущий во тьму, и нечто похожее на нору, выдолбленную в стене. Пока оттуда ничего не вылезло, я поняла, что нужно возвращаться к огню. Магический свет погас – настало невообразимое затишье, казалось, что уши заложило. И вдруг среди гибельной тишины, поняла, что вслед за мной крадётся шорох. Он полз по стенам, позади льда, повсюду, и я замерла под висящими на потолке сталактитами сосулек.
Сделав шаг назад, услышала под ногой хруст инея, в царстве ледяного безмолвия он показался оглушительно громким. Я отошла дальше, осознав, что эхо дублирует звук моих шагов. Страх буквально подпрыгнул до горла, перехватив дыхание, но осмысление происходящего принесло некоторое успокоение.
«Никого здесь нет, я просто испугалась темноты!»
Обернувшись во мрак, разглядела чёрный силуэт, движущийся из глубин узкого коридора. Сотворив заклинание света, я попятилась назад, пытаясь нашарить на поясе кинжал, но предательски трясущаяся рука никак не могла ухватиться за рукоять.
«Неужели, тролль?!»
Некто шёл ко мне, переваливаясь, точно очень сильно хромал на левую ногу, но когда он выбрался из мрака расщелины на свет, я застыла в ужасе. Прежде не доводилось видеть подобных монстров, и его мерзкий вид заставил онеметь от парализующего всё тело и разум страха.
Безглазое бледное чудище с плоским лицом и узкими полосками ноздрей, облачённое в некое подобие чёрного доспеха, созданного из неровных пластин, вышло навстречу, волоча в неестественно длинной руке грубую, но явно острую пику. Заострённые уши делали это создание, отдалённо похожим на эльфа… Кто знает, может это и был эльф?
Я осталась стоять столбом в надежде, что он меня не увидит, но тварь, потянув носом, оскалила неровные клыки, повернула голову и продолжила идти вперёд на запах. Оружие осталось в лагере, я затаила дыхание и ждала.
«Боги, услышьте меня! Пусть это чудище уйдёт!»
Слепой эльф вплотную подошёл ко мне, и до ноздрей донёсся резкий неприятный запах. Меня обдало его гнилостным дыханием. Он почуял меня и вскрикнул так пронзительно, словно чиркнул кресалом. Эхо от его возгласа разнеслось по пещере. Монстр ловко, почти грациозно, взмахнул пикой, а я отпрыгнула назад, и, поскользнувшись, упала.
Паника не смогла одолеть меня – я поползла прочь, слыша, как на призывный крик твари отвечают другие. По всей пещере раздались голоса, просыпающиеся, алчущие, голодные, а следом за чудищем из тьмы выполз здоровенный корус, значительно крупнее того, что мне довелось видеть на болотах. Он шевелил усиками и приподнимал вытянутое тело, готовясь плюнуть ядом, поэтому вскочив на ноги, я понеслась назад.
– Ложись! – голос Эрандура прозвучал в коридоре как громовой раскат. Я пригнулась, и в следующую секунду с посоха в его руках сорвался огненный шар, затопив часть ледяного зала пламенем. Но, то ли он промахнулся, то ли на этих чудищ не действовал огонь, и безглазый эльф с корусом продолжили нападать.
Жрец отбросил посох в сторону и выпрыгнул вперёд, обнажая меч.
Я поднялась на ноги и бросилась к лагерю, чтобы взять Ваббаджек, но нечто упавшее с потолка вынудило меня прижаться к стене и снова застыть, как ледяной сталагмит. Такой же слепой монстр в примитивном панцире с шипами резво замахал массивной дубиной, и я, молясь, что он не заметил, медленно продолжила путь вдоль стены.
На поясе висел эльфийский кинжал, который я пыталась тщетно нащупать, чтобы хоть как-то сопротивляться в случае, если чудища окажутся слишком близко.
Дикие, озверевшие, голодные создания не ведали страха и жалости. Им некого было спасать и защищать, они накинулись на Эрандура с одной лишь целью – насытить свои пустые желудки. Ловкость данмера оказалась бесполезна против натиска двух бешеных тварей. Они быстро оттолкнули его в сторону, и лишь чудом или умением жрец успевал парировать удар за ударом, которые слепые наносили всё сильнее, больнее, яростнее.
Ко мне целенаправленно двинулся корус. Он поднялся и плюнул ядом, я резко села, уклоняясь от летящей отравы, и всё же смогла извлечь кинжал из потёртых кожаных ножен.
«Бить в брюхо! Бить в брюхо!» – повторяла себе, пока насекомое приближалось. Вжавшись в стену, я ждала, пока он откроет своё слабое место.
Корус снова поднялся на лапы, оказавшись передо мной, и мне удалось нанести пару коротких ударов. Тёмно-зеленая блестящая жижа брызнула на покрытый инеем пол, корус затрещал жвалами, отступил, поняв, что у меня тоже есть жало, и это дало немного времени, чтобы встать и помчаться к выходу.
Эрандур изловчился и мечом пронзил плоское лицо одного из нападавших, я, заметив, как чудище, захлебываясь в собственной крови, бьётся в агонии, обрадовалась, точно все уже позади. Только праздновать победу было слишком рано – мы не прошли и шага в настоящем Обливионе.
– Посох! – закричал данмер, оттесняя в сторону второго соперника.
Я бросилась к костру, чтобы забрать Ваббаджек, а за моей спиной раздалось вдруг скрипящее эхо нескольких голосов.
Схватив подарок Шеогората, кинулась обратно и поняла, чего Эрандур на самом деле добивался.
Он просто дал мне шанс сбежать.
Бледная свора слепых теней выскочила из нор в ледяной зал, а я застыла на повороте с Ваббаджеком, словно кричащим от ужаса, в левой руке и призвала его силу.
В некотором смысле повезло. Преследующий меня раненый корус издох, поражённый молниями, а одно из чудищ, вышедших из мрака, как подкошенное упало наземь, но далее, сколько не я махала даэдрическим артефактом, ничего не происходило, точно Безумный Лорд отвернулся.
Два слепых эльфа кинулись вперёд, оглушительно крича. За их телами, мечущимися, как создания даэдра, я потеряла своего друга. В правой руке был кинжал, а ещё я могла убежать.
В одиночество, в лютый мороз, в объятия смерти...
Призвав магический свет, я бросилась в пекло, вонзила лезвие кинжала в спину одного из монстров. Второму врезала Ваббаджеком, которым, как оказалось, ещё можно сражаться. Третий, тот, что с дубиной, ударил жреца по голове, и Эрандур пошатнувшись, наотмашь рубанул мечом и распорол слепому чудищу горло.
Мы остались против последнего, я отпрыгнула в сторону, чтобы данмер добил его. С рассечённой головы жреца змеилась тёмная кровь. Он бросил огненное заклятие в монстра, но пламя разве что заставило его ненадолго отступить, пронзительно шипя. Слепой эльф бросился на Эрандура с удвоенной яростью, он чувствовал запах погибших сородичей, и, уронив пику, будто озверел, вцепившись в жреца голыми руками. Данмер упал, пытаясь оттолкнуть тварь, но тут же в его руку пониже плеча вонзилась искривлённая шальная стрела.
Из темноты лаза появился ещё один, вооружённый луком. Он медленно и неуклюже вытащил новую стрелу из колчана.
– Беги! – прорычал истекающий кровью жрец.
И я послушалась. Прямо, как в тот проклятый день, когда оставила Эстора умирать в лесу. Бросившись к выходу, вдруг заметила в коридоре посох огненных шаров и, оставив Ваббаджек на полу, выстрелила.
Слепой эльф попал в бедро данмера, но следом за этим его оружие сгорело в призванном мною огне. Обожжённый монстр с криком боли отступил вглубь пещеры, а я рванула вперёд с кинжалом наголо. Лезвие вошло с бок твари и это заставило её отвлечься на меня. Монстр с шипением развернулся, и я пронзила его горло. Тварь захрипела, и фонтаном брызнула её тёмная вонючая кровь.
Недвижимый Эрандур лежал на заиндевелом полу. В надежде, что мне хватит сил на целебные чары, бросилась к нему. Я осторожно, почти наощупь, сделав надрезы кинжалом на поддоспешнике и коже, извлекла застрявшие меж стальных пластин стрелы с двумя кривыми зубьями и призвала целительный свет.
Сил на то, чтобы привести данмера в чувство не хватало – тварь сильно приложила жреца головой о камни, его пепельные волосы почернели от крови. Эрандур едва дышал и, кажется, потерял сознание надолго. Кровотечение замедлилось, но от страха и утомления, я никак не могла сосредоточиться на полном исцелении.
Из мрака пещеры нас атаковали снова. Обожжённый монстр вернулся и ринулся на меня с отчаянным криком. К счастью, я успела схватить кинжал.
Тварь повалила меня и, щёлкая кривыми зубами над лицом, пыталась впиться в мою плоть. Я махала ногами, пытаясь скинуть озверевшего монстра, но он, разодрав мой капюшон в клочья, прочертил когтями по лицу. Вмиг ощутила, как саднящая боль сводит левую щеку. Моя рука ловко изогнулась у шеи твари, и кинжал по рукоять вошёл в горло, ослепив меня выплеснувшейся жгучей вражьей кровью. Урод захрипел и обмяк, рухнув прямо на меня. Я лежала, терпя его смердящие останки, и пыталась отыскать в себе силы, чтобы скинуть тяжёлое чудище.
И в последнюю секунду, когда по глупости своей решила надеяться на то, что всё завершилось, в коридоре раздался треск. Он был похож на жужжание, словно к нам приближалась огромная гудящая муха. Мой магический свет погас, я увидела лишь силуэт изогнутого дугой жука, увенчанного двумя парами крыльев. Гигантское насекомое непрестанно махало ими, зависнув в воздухе.
Под мёртвым чудищем я затаила дыхание, закрыла глаза, и крылатый корус почуял лишь смерть. Вскоре, его жужжание удалилось вглубь пещеры, оставив за собой оглушительную тишину.
Некоторое время было страшно сдвинуться с места. Лёжа под смердящим трупом, я заплакала. Слёзы вперемешку с кровью обожгли разодранное лицо.
Ветер взвыл, словно пёс над могилой погибшего хозяина. Резкий порыв погасил наш костер, смахнул пламя, точно пыль, быстрым пронизывающим вихрем.
– Эрандур… – шёпотом позвала я.
Данмер не ответил.
