Fascinating

09.12 Коннор думал, что как обычно пришел в департамент первым. Аккуратно отряхивая снег с плеч, он услышал звуки душа и музыки, раздающиеся из раздевалки. Сняв черное длинное пальто и оставшись в белоснежной рубашке, детектив бесшумно зашел в душевую и встал напротив раковин, вслушиваясь. Играла одна из тех песен, что сопровождали практически каждый Рождественский фильм — что-то про холодную погоду снаружи и нежелание расставаться. Андроид осмотрел себя в зеркало, легким движением коснулся волос, поправил тонкий черный галстук, затем выпрямился и, прислонившись к раковине, скрестил руки на груди в ожидании. Он уже знал, кто находится за дверью кабинки, не в тон подпевая особенным моментам в песне. Шум воды прекратился, за ним вслед выключилась музыка. Через минуту из душевой вышел Рид, который мычал себе под нос прилипчивый мотивчик, покачивая головой в такт. Когда он брал в руки полотенце, увидел спокойно наблюдавшего андроида. Да не просто наблюдавшего, а буквально сканирующего своим пронзающим взглядом, от которого у Гэвина сразу зашумела кровь в ушах. На секунду он почувствовал слабость в коленях и просто взорвался в приступе ярости. — Хуле ты такой бесшумный, консерва? Следишь за мной? — он нервно повязал полотенце на бедрах. Привычное презрение в этот раз звучало немного странно. — Если бы вы пели чуть потише, может быть, и услышали бы, как я зашел, детектив. — Коннор знал, что это «вежливое» обращение только больше взбесит Рида, и не смог себе отказать в желании использовать именно его. Гэвин подошел к Коннору и, чуть ли не вжимая того в раковину, ткнул пальцем в грудь, напирая. — Значит так, тостер, скажешь кому, и я лично тебя на запчасти рассортирую, — процедил он сквозь зубы. Несмотря на то, что андроид слегка прогнулся назад под напором человека, выражение его лица совершенно не изменилось: диод горел ровным синим, темные глаза смотрели сверху вниз открыто и пристально. Коннор видел, как на застывшем теле детектива капли скользят, очерчивая шрамы, коих оказалось на удивление много, как прищуренные глаза его пусть и смотрят с ненавистью, но словно боятся чего-то. Не обращая внимания на угрозу, он задал вопрос, одновременно с этим медленно отводя руку в сторону от своей груди: — Почему ты так рано сегодня? Гэвин понял, что попал — гребанного андроида явно не пронять такими нападками: «Черт возьми, да он же просто играет, хер пойми во что». Коннор же понял, что оказался прав, похоже в этом Рождестве было что-то полезное для него. — У меня отключили воду, — совершенно другим, более тихим тоном честно ответил Рид, отворачиваясь. — Почему ты не хочешь, чтобы кто-то знал о… — андроид не успел закончить вопрос, потому что Гэвин, который уже успел отстраниться, неожиданно замахнулся на него. Перехватить руку не составило труда, так они и замерли, глядя друг ну друга. — Я не понимаю, ты воспринимаешь эту тему как личное оскорбление? — Коннор продолжил задавать вопросы. — Разве такое поведение не принято? Каждый в департаменте проявляет радость относительно приближающегося праздника. Все поддерживают друг друга в этой традиции, наряжаются, поют песни. Разве не все люди хотят чувствовать Рождественский дух? Почему ты не хочешь, чтобы кто-то знал о том, что и ты тоже этого хочешь? — Нихрена я не хочу, придурок. Твой анализатор явно сломался, раз ты так подумал, — мужчина одернул руку и спросил, передразнивая: — Что вообще по-твоему этот твой Рождественский дух? — Я точно не знаю, детектив, но могу судить по рассказ… — Гребанная реклама — вот что, — перебил его Рид с презрением. — На этих сказках всем мозги промыли, чтобы они покупали, покупали, покупали, чтобы потратили все деньги, оставшиеся в этом году. Он чувствовал себя очень неуютно под внимательным взглядом. Вопросы, которые задавал андроид, звучали искренне, ответы, которые давал Гэвин — нет. Еще его, конечно, смущало идеальное лицо, которое было так близко, что можно было рассмотреть идеально разбросанные идеальные родинки. Смущало своей гребанной идеальностью. Мужчина бросил взгляд в зеркало за спиной андроида и скривился в ухмылке, увидев старый шрам на пол лица и почти недельную щетину. — А вообще, какого хрена тебя это интересует, жестянка? Уровень стресса, все это время скачущий вслед за сердцебиением, показал, что сейчас был наилучший момент, чтобы можно было безопасно и окончательно выбить напускную уверенность. Человек почти попался, в этом не было сомнений. Коннор знал, что от следующего выбора зависела успешность импровизированного взаимодействия. — Все вокруг повторяют одно и тоже. Не только люди, но и андроиды с Иерихона говорят об атмосфере, о том, что чувствуют что-то особенное, о сокровенных желаниях и обязательном чуде, которое нужно каждому, — он внимательно смотрел на лицо Гэвина, меняющееся от его слов. — А я не понимаю, что они имеют в виду. Тина посоветовала мне Рождественские фильмы, и вчера я просмотрел более сотни… — Кха! Что, прости? — Рид рассмеялся в лицо Коннору. — Сколько-сколько? Ты где только откопал-то их? Господи, ты серьезно?! То, с каким выражением лица андроид говорил о гребанном Рождестве, не просто забавляло, это было откровенно смешно. Гэвин повеселел и расслабился, становясь в более вальяжную позу, скрещивая руки. «Получилось», - подумал Коннор. — Более сотни, Гэвин, — он ответил спокойно, словно человек просто не расслышал. — Так вот, скажу честно, это не сильно помогло мне что-то узнать, кроме, пожалуй, основных составляющих этой традиции в целом. — Ха! Вонючая мишура, приставучие блестки, дорогущие подарки и жирный мужик в красном? — Рид откровенно улыбался. Ему очень нравились его шутки, которые и шутками-то назвать было сложно. — Добро, взаимопомощь и любовь, скорее, — Коннор на мгновение улыбнулся в ответ. Он отряхнул свою рубашку, разглаживая, вновь коснулся галстука без особой на то необходимости. Гэвин цыкнул, закатывая глаза: — И что же? Что ты от меня-то хочешь? — Ты один выделяешься на этом фоне. И я подумал, что, может, ты сможешь мне помочь?.. — Парень, я надеюсь, что твоя тупость связана только с тем, что ты не человек. Потому что звучит это очень тупо. — Гэвин покачал головой, его сердце забилось быстрее от нелогичного смущения. — Хорошо, предположим. Как по-твоему я могу тебе вообще помочь? — Почему ты не хочешь, чтобы я говорил другим о том, что ты слушал эту музыку? — Да твою ж мать, а ты настойчивый. Теперь пришло время Гэвину задуматься над ответом. Как этот андроид повернул разговор так, что теперь просто послать его нахер и уйти будет трусостью? Это подбешивало, но, на удивление, не так сильно, как обычно. Обычно Рида просто вымораживало совершенство Коннора, к которому было не подкопаться, но сейчас тот утверждал, что не может чего-то понять. Наверное, такое положение дел даже нравилось мужчине, пусть и сама тема была донельзя тривиальна. — Давай так, ты завалишь с этим вопросом и просто сделаешь, как я сказал, — предложение Гэвина просто блистало взаимовыгодой, — а я помогу тебе с этой чушью. Рид опустил взгляд, качая головой, просто не понимая, что он вообще делает и зачем это говорит. Но признаваться андроиду, что ему стало стыдно за свое пение, точно был не намерен. Пробормотав что-то типа «не ебу как, конечно», Гэвин посмотрел на Коннора, как бы намекая, что тот уже может валить. — Это договоренность, — Коннор протянул руку за пожатием, — Спасибо, детектив. — О господи, может, еще контракт кровью подпишем? — мужчина опять закатил глаза, но руку все-таки пожал, ощущая гладкость прикосновения. — А теперь иди нахер отсюда. Или хочешь душ со мной принять? Привычная шутка на грани фола заставила Гэвина самого покраснеть: в голове возникла мысль, что Коннор, верно, везде такой идеально гладкий. Каким же ему еще, блять, быть-то? *** В этот день объявили, что полиция должна оказать поддержку андроидам в день начала ярмарки, потому как есть угроза террористического акта. Мало кого обрадовали эти новости, но особенно расстроился Гэвин, которого опять поставили вместе с мистером андроидом. Видимо, Фаулер нашел наилучший вариант, как уравновешивать вспыльчивость Рида на заданиях. Коннор занимался сортировкой данных безопасности на местности, когда Гэвин небрежно присел на край его стола, стараясь, как всегда, демонстрировать свою пышащую уверенность. Он еще ни разу не видел так близко руку андроида без скина, ведь раньше старался игнорировать его. Смотрелось это немного жутко, но определенно завораживало — Коннор, который выглядел, как лучший из людей сучоныш, его вполне себе человеческое предплечье, выглядывающее из-под закатанного рукава рубашки, а дальше утонченная кисть с парой родинок и ладонь, по костяшкам которой прошла сияющая рваная полоса, отделяющая холодный белый пластик. Яркие блики на сгибах и сочленениях, искусно очерченных для идеальной имитации живого движения, показывали, насколько гладким было это покрытие. Захотелось прикоснуться — есть ли разница? — Слушай, на счет того, что было утром, — Гэвин продолжал рассматривать чудную руку, мысли были странные. — Да, Гэвин? — не отрываясь, ответил Коннор. — Только не думай, что это как-то повлияет на мое отношение к тебе. На этих словах андроид все же повернулся и, откинувшись в кресле, посмотрел с интересом. Пальцы, которые он убрал с терминала, стремительно менялись, вновь становясь человеческими. Они помолчали. — Не хочешь мне ничего ответить? — Риду хотелось спросить про скин, но он вовремя спохватился и почувствовал, как обжигающий холодок пробежался в груди. — Я понял тебя. Это все? — темный взгляд был выжидающим. Казалось, что андроид знает, какой ответ он хочет услышать. И это не был ответ нет. «Нет, не все. Не все, придурок. Почему бы тебе не перестать смотреть на меня так? А, принцесса?», - Гэвин не понимал, почему не может произнести это вслух. Что, блин, ему сейчас мешало, мать его? Вместо этого он выпалил: — Будешь хорошо себя вести на задании, так уж и быть, покажу тебе кое-что, связанное с твоей просьбой, — не было у него в планах говорить нечто подобное. Просто после утреннего разговора в душе, Рид чувствовал что-то неуемное, что очень хотелось унять... Это он и попытался выплеснуть на Коннора сейчас. Не получилось, конечно же. — Спасибо, я ценю твое желание мне помочь. А сейчас, извини, я должен подготовиться к операции. Поговорим позже, хорошо? Гэвин буквально подорвался с места, не говоря ни слова. Он зря подошел. Ощущение того, что он начал проигрывать в их ранее почти безмолвном противостоянии, подкралось незаметно. Кто-то совсем охренел и включил ту самую рождественскую музыку на своем терминале.